Ещё одно дежурство

       Время в хирургии течёт быстро. Не идёт, а именно течёт. То, что ушло, казалось бы, можно наверстать, нагнать, хотя бы ценой прожитых лет. То, что утекло, уже никогда не вернётся. «Нельзя в одну реку войти дважды». В молодости об этом не больно-то и печалишься, да и просто не думаешь. Надо работать. Много читать по специальности и ещё больше заниматься рутинной писаниной. Надо дома успеть, не только отоспаться, но и просто побыть с семьёй. Ведь, кажется, что может быть ближе, чем родные? Но хирурги, они как двоеженцы. Надо работать с полной отдачей и о семье не забывать.

       Вспомнилось одно дежурство. Тогда я работал уже не первый год и кое-какой опыт накопился. Был, у людей, выходной. Летний солнечный полдень. Такой день, когда говорят, что работать грех. Грех, не грех, а в Графике дежурство. День спокойный (тьфу, тьфу…). Небо синее. Особо тяжёлых больных нет. Вот-вот обед, а там уж и расслабиться можно. Резкий, как пулемётная очередь, звонок телефона вырвал меня из близящейся нирваны.

       - Мыться! Бегом! Ножевое! Сердце!  Поднимаем! – Голос дежурного анестезиолога чётко, кратко и без паники вылил на меня ушат ледяной воды и сменился тревожными гудками отбоя. О чём тут ещё говорить? Из ординаторской я вылетел пулей. В коридоре, наткнувшись на постовую сестру, быстро протароторил: «Веру в операционную!» Залетел в предоперационную, следом операционная медсестра. Начали лихорадочно мыть руки. Санитарка помогает одеть операционный халат, маску. Уже в операционной, надев перчатки, Вера поинтересовалась о причине такой спешки.
- Ножевое ранение сердца. Володя везёт.
Не успела она что-то ответить, как в распахнувшиеся двери ввозят каталку с молодым мужчиной. Вера только и успела охнуть. Сколько таких она уже перевидала, ведь года на два старше меня. Женщина, пойми их! А сам про себя отмечаю, что капельница стоит, уже заинтубировали… Молодец, Вова!
- Можно начинать! – даёт добро анестезиолог.

       Наш выход! Быстро обложили стерильными простынями. Обработали операционное поле. Протягиваю руку за скальпелем и вижу, что Вера белее снега. Если, думаю, упадёт в обморок, то придётся брать ассистировать кого-то из постовых сестёр. Они этому обучались, но, не приведи Бог! Это будет уже совсем не то.
- Вера, соберись, солнышко! - Та совсем не реагирует. Вся в напряжении.
- Лида, – сестре-анестезистке - держи нашатырь под рукой. – смотрю на Лиду, та тоже бледновата. Господи! Что за день такой?!
- Василич, не отвлекайся! – приходит на помощь Володя – Я присмотрю.
Он присмотрит. А у меня всего две руки! Как я буду без ассистента?! Ладно. Работаем.

       Вскрыл грудную клетку, перикард. Из раны в левом желудочке толчками выходит кровь. Затыкаю рану пальцем. Успокаиваю дыхание. Начинаю ушивать рану миокарда и постепенно выводить палец. Всё внимание на сердце: «Бейся же, бейся! Ну, Господи…» Смотреть в сторону Веры времени нет. Но из протянутой руки забираются инструменты и вкладываются новые. Всё без моих просьб. Всё так, как это необходимо в данный момент. Всё идёт чётко и без заминок. Ну, Верка! Не подвела, умница!

       Вот уже поставлены дренажи, ушита грудная клетка. Володя чем-то занят у своего "Полинаркона", меха которого исправно наполняют воздухом лёгкие бедолаги. Их ритмичное пыхтение дарует мне спокойствие. Мы ведь не кардиобригада в полном составе. Мы простые лекари. Но деваться некуда. На то она и экстренная хирургия.

       Смотрю на Веру. Она бледна по-прежнему, но держится. Лида тоже бросает на неё тревожные взгляды. Что же такое происходит? Ведь были же всякие ситуации, когда она меня ещё и поддерживала шуткой или своим спокойствием.

       Я сделал шаг от стола. Операция закончена. Всем спасибо! Теперь его жизнь зависит от реаниматоров. Я умываю руки. В прямом смысле. Мне надо вымыться после операции. А вот операционная медсестра должна сначала навести порядок в операционной, и подготовить всё к, не дай Бог, следующей операции. И чтоб вся операционная сверкала и была стерильной. То есть Вера не имеет права размываться.

       Каталку с больным вывезли. Тут же в операционную влетает постовая сестра и, не глядя на меня, бросается к Вере. Только хотел рявкнуть и всех «построить», как вижу, что Вера начинает около стены оседать на мигом подставленный стул и роняет свои СТЕРИЛЬНЫЕ (!) руки на колени. Плечи Веры содрогаются от беззвучных рыданий. Подруга, придерживая её за плечи, стаскивает маску и что-то пытается влить в Верин рот. Какой-то театр абсурда. Я тут с вами сам с ума сойду. В это время замечаю в дверях постовую сестру с первого этажа, делающие мне призывные знаки и круглыми глазами смотрящую на Веру. Ладно, хоть эта в операционную не лезет как в проходной двор. Выхожу в предоперационную. Снимаю халат, забрызганный кровью, маску, бахилы.
- Света, что происходит?
- А Вы разве не знали?
- Что я должен был знать? Что со всеми творится?
- Вы знаете, кого оперировали? – молчу. Проявляю выдержку. – Это же муж Веры!
Немая сцена.
- Откуда мне знать? Я же его в глаза не видел, как и твоего.
- Да нет ещё у меня мужа – шутливо прижавшись ко мне на мгновение боком, проговорила Светлана. -  Вы не беспокойтесь. Девчонки за ней присмотрят.


       Ну, ладно, народ грамотный, а мне пора в реанимацию заглянуть. Надо посмотреть, как он там? Как дренажи?
Посмотрел парня. Всё хорошо. Идём с Володей в его ординаторскую и он мне рассказывает.
- Ты понимаешь, выходной. Он пошёл в соседний гастроном за продуктами. На улице встретил друзей с завода. Стоят. Курят. Разговаривают. А тут мимо них проносится растрёпанная бабёнка и вопит не своим голосом. За ней бежит плюгавый мужичонка, метр с кепкой, и с кухонным ножом в руке. Поравнялся с мужиками. Вот Саша его за шкирку и ухватил. Мол, чего за людьми с ножом бегаешь? Тот извернулся да и саданул со всей дури куда попадёшь. Попал в сердце. Хорошо ещё, что магазин в квартале от больницы. Ребята его подхватили и бегом к нам. Второго-то что-то долго нет – закончил он рассказ.
- Какого второго? – подозрительно насторожился я.
- А что ты думаешь, с тем мужичком дальше было?
- Да кто ж его знает? В милицию, наверное, сдали.
- Как же! Даже на дорожку не наваляли? Точно говорю, привезут его.
- А чего вы, партизаны, мне ничего не сказали?
- Когда?  - удивился Володя – да и мало нам одной Веры было?
- Ну, в общем-то, да, оно, конечно – выдал я перл Великого и могучего. – Спасибо!

       Так мы и не дождались тогда того мужичонку. То есть, его привезли, только не к нам, а сразу на «финиш». Когда ребята с Сашей на руках понеслись в больницу, то кто-то приложил мужика по лбу. Тот головой ударился о бетонный бордюр. Бордюр оказался прочнее. А кто его ударил? Да и били ли вообще? Может, оступился и упал неудачно? Так, «на тормозах», и спустили тот случай. Пострадавших и без него хватит.

       В тот раз вызвали другую операционную медсестру, а Вера несколько дней провела в реанимации с мужем. Потихоньку Саша поправился, а Вера в глазах наших хирургов и всего персонала больницы приобрела ещё больший авторитет.



        НАЧАЛО: "Казалось бы, Любовь".    http://www.proza.ru/2012/11/11/35

        ПРОДОЛЖЕНИЕ: "Гренки, чтоб им!"   http://www.proza.ru/2012/11/04/944


 


Рецензии
Отлично рассказано. Респект Автору! Так, как случается в реальной жизни - не придумать. Как только судьба (карма) не играет с людьми...

Стар618   15.07.2019 20:35     Заявить о нарушении
Да, судьба запросто может играть людьми.

Виктор Афсари   15.07.2019 21:03   Заявить о нарушении
На это произведение написана 31 рецензия, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.