По Латинской Америке. Парагвай

Что посмотреть в Парагвае в третьей декаде сентября?

Если кто скажет мне: «Да что мы там, в этом Парагвае, забыли?!», - я ведь отвечу. Со всей ответственностью скажу. И невзирая на лица.

Да оглянитесь. Посмотрите, вокруг! Лето-то… То, которое настоящее. Уже прошло. А бабьего в этом году и не было. Осень на дворе. Вот, поглядите в окошко. Тучи, тучи. А из них - дождик, дождик… И уже такой, осенний. Обложной. Как зарядил с ночи… Так на весь день.

А холодищ-ща! Отопление-то… До сих пор не подключено! В квартире ещё так-сяк, а вот в конторе… Особенно, когда утром, в понедельник, после выходных приходишь. Приходишь и первым делом – за обогреватель. Давай, дружок, выручай! Включаешь его и до обеда, пока помещение не нагреется, сидишь, куртку не снимаешь и зубами, время от времени, клацаешь: «Холодно, холодно, холодно»…

В Парагвае же, промежду прочим… Не забыли, что он – в Южном полушарии, где всё – не так, как у людей? У нас зима, у них – лето. У нас осень, у них… Правильно! Весна-красна. «Травка зеленеет, солнышко блестит, ласточка с весною»…  И у них всё, в Парагвае этом, – точно так же. И травка зеленеет, и солнышко блестит, и ласточка летит… К теплу. На зимовку.

А мы чем их хуже?! Нам тоже тепло – не помешает. А если кто скажет, что весна там только ранняя, снег, поди, ещё не стаял, так я опять же скажу. Нет, не постесняюсь. Да что я?... Вот, знающих людей послушайте:

«Живем в индийских хижинах. Она большая: три помещения, 2 закрытых и открытое. В закрытых помещениях кругом щели, но иначе здесь не требуется, т.к., хоть сейчас и зима, но погода стоит очень теплая, даже жарко днем, ночью — же холодно, но хоть я сплю, укрываясь только своим пальто, а сильно не мерзну».

Это один из русских эмигрантов 16 августа 1934 года написал. И письмо, из которого приведена цитата, интересно не только тем, что оно – о погоде. Если в Парагвае и зимой жарко, то уж весной! Отогреемся… Отогреемся мы в этой Южной Америке от наших сентябрьских холодов. И не только отогреемся. Но и отпразднуем от души!

Да-да, отпразднуем. Ведь 29 сентября в Парагвае отмечается один из государственных праздников этой страны: День победы. Только не такой как у нас, - вообще, в войне, как таковой, а День победы в конкретной битве. В битве за Бокерон.

Битва за Бокерон – одно из сражений Чакской войны (1932-1935 гг.) между Боливией и Парагваем за спорную территорию Северного Чако, полупустынную местность площадью 247 тыс. кв. километров, лежащую на юго-восток от границы первой страны и, соответственно, на северо-запад от второй. Поэтому письмо, из которого использована приведенная выше по тексту цитата, интересно нам не только описанием климата Парагвая, но и тем, что оно, во-первых, написано в то время, когда страна находилась в состоянии самой кровопролитной войны прошлого века в Латинской Америке, а во-вторых, оно написано русским.

А именно наши соотечественники сделали очень многое для того, чтобы Парагвай вышел из той войны победителем. И парагвайцы до сих пор помнят об этом. Ведь для них война за Чако была не просто войной,  а войной за независимость и территориальную целостность страны.

Дело в том, что по результатам войны с Тройственным Союзом (Бразилия, Аргентина, Уругвай), которую Парагвай вел в 1864—1870 гг., он потерял от 60 до 70% своего населения и почти половину территории. С 1904 г. страну постоянно потрясали следующие друг за другом внутренние конфликты (перевороты, революции), а в 1922-1923 гг. она пережила гражданскую войну. Ещё одно военное поражение вообще могло поставить под вопрос существование на политической карте Южной Америки такой страны, как Парагвай.

А Боливия, начав 15 июня 1932 г. Чакскую войну, всерьез рассчитывала выйти из неё победителем. Во-первых, у неё была большая численность населения (2 150 тыс. человек против 800 тыс. в Парагвае) и, соответственно, большие мобилизационные возможности. Во-вторых, экономический потенциал Боливии и, как следствие, её военный бюджет, - значительно превышали аналогичные возможности её соседа, после гражданской войны 1922-1923 г., только начавшего проводить военную реформу и к началу 30-х годов сумевшего создать регулярную армию численностью в 4 тыс. человек.

Для сравнения – у соседа численность вооруженных сил по штатам мирного времени составляла 6 тыс. человек. Естественно, мобилизация увеличивала эту цифру в разы. Поэтому на начало войны Боливия имела перевес над своим соседом: по живой силе и авиации - в 3,5 раза,  по количеству винтовок – в 4 раза, крупнокалиберных пулеметов - почти в 6 раз.

В общем, туго пришлось бы Парагваю, если бы не русские. И это не моё личное мнение. Ничто не говорит о доблести солдата более красноречиво, чем признание его врага. Так вот, в военном музее Асунсьона есть деревянная дощечка, оставленная при отступлении боливийцев в брошенных ими окопах. А на ней – надпись химическим карандашом. Её перевод с испанского звучит примерно так: «Если бы не проклятые русские офицеры, мы бы ваше босоногое войско давно загнали за реку Парагвай».

Русские офицеры, волей судьбы оказавшиеся в Парагвае после окончания Гражданской войны и вынужденной эмиграции, видимо, в силу своего характера, не смогли остаться в стороне от той большой проблемы, что поставила перед страной начавшаяся война. Как сказал один из них, капитан Николай Корсаков, обращаясь к своим товарищам по оружию: «Двенадцать лет назад мы потеряли нашу любимую Россию… Все вы видите, как тепло нас приняли здесь, в Парагвае. И сейчас, когда эта страна переживает трудный момент, мы должны ей помочь. Ведь Парагвай стал для нас второй Родиной. Мы, офицеры, обязаны выполнить свой долг перед ней».   

И в парагвайскую армию влилось (по разным источникам) от 70 до 100 русских добровольцев. Вроде бы немного. Но все они были офицеры, прошедшие через фронты Первой Мировой и Гражданской войн, и, соответственно, имевшие неоценимый боевой опыт. Именно они за короткий срок смогли обучить десятки тысяч неграмотных парагвайских крестьян, пришедших в армию после объявления мобилизации, и превратить их в ту силу, которая способна с оружием в руках защитить свою страну. Начальником Генерального Штаба Вооруженных Сил Парагвая был назначен генерал-майор российской армии (при поступлении на парагвайскую службу за всеми русскими офицерами сохранялись их прежние воинские звания) Иван Тимофеевич Беляев.

В итоге, уже 29 сентября 1932 г. парагвайская армия праздновала первую победу. Почти после трехнедельной осады пал защищаемый боливийским гарнизоном форт Бокерон. Потом были иные сражения, иные, не менее славные, победы и итоговая, так нужная Парагваю, победа в этой войне. Но всё это будет потом, после Бокерона, за взятие которого Ивану Беляеву было присвоено звание дивизионного генерала. А тогда радость этой первой победы омрачилась горечью первой потери. Здесь, в боях под Бокероном, 28 сентября 1932 г., во время последнего, решающего штурма, хотя и не приведшего к взятию форта, но вынудившего боливийский гарнизон принять решение о капитуляции, погиб капитан Василий Орефьев-Серебряков - первый русский офицер, добровольцем вступивший в парагвайскую армию.

В знак глубокого уважения и признания его заслуг перед Парагваем ему посмертно было присвоено звание майора. Так же посмертно Василий Орефьев-Серебряков награжден высшими боевыми наградами чакской войны – орденами «Крус дель Дефэнсор» и «Крус дель Чако». Помимо него, первым орденом награждены ещё 24 русских добровольца, вторым – 16.  Шестеро из них (считая Орефьева-Серебрякова) с этой войны не вернулись… Но память о них – жива и поныне.

Несколько улиц и проспектов столицы Парагвая – Асунсьона - названы именами русских добровольцев, ценой своих жизней отстоявших территориальную целостность и независимость этой небольшой южно-американской страны. Поэтому будете там, спросите местных: «Где улица Орефьева-Серебрякова?». Или имени капитана Николая Блинова, 9 июля 1934 г. в боях за форт Гуачалья закрывшего своим телом юного парагвайского лейтенанта и, тем самым, спасшего ему жизнь. Заплатив за это спасение свою.

Спросите, узнайте, сходите. Постойте на этих улицах, посмотрите на таблички с русскими именами, что висят на парагвайских домах, и вспомните тех людей, что положили немало сил, а иногда отдали и всю свою жизнь за то, чтобы Парагвай остался Парагваем. Чтобы он, сохранив свой суверенный статус на политической карте континента, продолжал жить и развиваться…

23.09.16

На фото: улица им. капитана Николая Блинова. Источник -


Рецензии
А теперь в мире Россия воспринимается империей Зла, Костя

Александр Скрыпник   08.08.2017 12:57     Заявить о нарушении
Ничего страшного, Саша. Пусть хоть горшком называют, лишь бы в печь не ставили. Как говорили когда-то наши дедушки: "Только бы войны не было". Мы - мирные люди. И эту самоидентификацию не изменить. Никому.

Константин Кучер   08.08.2017 14:23   Заявить о нарушении
На это произведение написано 10 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.