Жажда

Алекс улыбался лишь тогда, когда внутри него закипала злость. Случалось это крайне редко. Улыбался он лишь своей жене, Екатерине - уже не молодой, но все еще прекрасной внешностью и чуть испорченной душой невысокой блондинке с зелеными, как изумруды, глазами. Вероятно, он дорожил ей. Непросто понять вампира, прожившего в бренном мире не одну сотню лет.
Выглядел он вполне обыденно. Не для вампира, конечно, но для простого смертного. Он носил потертые джинсы и толстокожие ботинки, которые согревали его вечно холодные стопы долгими северными зимами. Куртка с капюшоном, вязаная шапка. Небритые щеки, нездоровая синева под глазами. Никотиновая зависимость. Вот только любовь к человеческой крови и чуть заметные бугорки над уголками губ, где кожа скрывала острые, как бритва, клыки, выдавали в нем создание совершенно иного склада души и тела.
И все же, сердце его билось под бледной кожей и костями, там, где, как считают многие, живет душа. Его сердце забилось быстрее, когда он вошел в кабинет и увидел на полу осколки пробирок, в которые тучной медсестрой совсем недавно производился забор крови. По телу его пробежался холодок. Он хотел облизнуться, но пресек это желание на корню. За сотни лет он научился контролировать себя.
- Да уж... - протянула Елена. - Погром так погром...
Алекс бросил взгляд на свою коллегу. Та опустилась на корточки и, достав из кармана миниатюрный диктофон, внимательно осмотрелась по сторонам. Видом своим она напомнила заправского детектива из какого-нибудь второсортного телесериала.
- Похоже, убийца неспроста устроил в кабинете погром. Вероятно, так он попытался замести следы.
В то время, как Елена лишь подражала работе детективов, настоящие служители правопорядка вели свою привычную работу: изучали место преступления, опрашивали свидетелей и всех, кто хоть каким-то боком мог быть причастен к инциденту, и всех, кого можно было вытащить поздней ночью из постели.
Алекс сделал несколько снимков. Он пользовался вполне сносным Canon EOS 600D, который купил недорого у местного фотолюбителя, которому по воле случая пришлось покинуть северные просторы. Алекс, конечно, мог просто выпить его кровь и избавиться от тела, да вот только делать этого он категорически не желал. На то были причины.
- И вы уже здесь! - громким голосом приветствовал Алекса и Елену старший лейтенант полиции Дмитрий Левин. - И каким это образом вы так быстро узнали обо всем?
- Город ведь небольшой. Да и у стен есть уши, - не выражая никаких эмоций, ответил Алекс. Он чуть сконфузился, так как от служителя порядка разило водкой вперемешку с чесноком. Убийственная смесь. Во всех смыслах.
- Вы можете рассказать нам о том, что здесь произошло? - не желая терять время, вступила в разговор Елена.
- Да если бы сами знали, что здесь случилось! - усмехнувшись, ответил Левин. - Убийство, как минимум...
- В каком смысле?
- Кроме того, что злоумышленник свернул шею медсестре, он еще и вынес все запасы крови. Ни капли не осталось. Вампир хренов...
Алекс повел бровью. Он прекрасно помнил, как еще вчера вечером в нем родилось странное предчувствие, природу происхождения которого он попросту не мог объяснить. Темные дни тянулись один за другим, и ничто не предвещало перемен. Но кому могло понадобиться столько крови? Случайно ли это?
- Кто жертва? - продолжила Елена. Диктофон отсчитывал секунды, заполняемые вопросами и ответами. - И как давно произошло убийство?
- Слушайте, пока рано о чем бы то ни было говорить. Я не хочу, чтобы с утра в городе началась паника из-за вашей статейки, - возмутился Левин. - Так что делайте фото и проваливайте. Тут работы до самого утра...
- Но какие-то догадки уже имеются?
- Послушайте, Елена! - щеки Левина покрылись нездоровой краснотой. - Неужели я неясно выражаюсь?
- Пойдем, - окликнул коллегу Алекс. За время разговора он успел сделать несколько снимком, так что свою часть работы мог считать исполненной.

Елена была не в духе. Покидая больничный комплекс, стоящий будто бы на отшибе, она все бурчала себе под нос всякую несуразицу. Алекс не в первый раз замечал за ней подобное поведение, но ничего не говорил. Сотни лет жизни рядом с обычными людьми научили его смиренному молчанию. По всем своим повадкам он походил на закоренелого буддиста, да вот только разочарован был во всех существующих верованиях. Тем более ни в Библии, ни в Коране, ни в Тибетском каноне ему не встречались упоминания о подобных ему существах.
- Ничего, все равно напишем что-нибудь, - сказала она, усаживаясь на пассажирское сидение старого японского внедорожника.
- Как и всегда, - кивнул Алекс, вставляя ключ в замок зажигания.
Двигатель покорно заурчал под толщей металла. Фонарные столбы, чуть склонившись над заснеженной дорогой, освещали пространство вокруг. В небе светила луна. Звезды редкой россыпью украшали черное небо.
На просторах севера властвовала зима. Снегом своим она заметала дороги и входы в подъезды домов. Цивилизация, представленная на побережье моря небольшим городком, год от года противостояла суровой природе севера. Ничья. Матч продолжался.
- Что ты думаешь по этому поводу? - спросила Елена.
- Рано делать выводы. В любом случае, похоже на приступ сумасшествия.
Внедорожник мчался по дороге, разделяющей озеро и морской залив. В темноте ночи с трудом можно было определить, где суша, а где - ледяная поверхность моря. Ни одного деревца в округе. Ни души. Заснеженная бесконечность Заполярья.
Вообще, Алексу город казался своеобразной клеткой. Дороги, уходящие максимум на десяток километров от города и заканчивающиеся тупиками в опустевших поселках с их кошмарными полуразрушенными домами. Море, скованное льдом. При всем желании, удрать из города «по-тихому» просто так не получится. Оттого Алекс зачастую задавал себе один и тот же вопрос: зачем он вообще приехал сюда однажды? Что искал он на самом Краю Земли?
Елена жила в центре города, в типовой пятиэтажке. Исписанные нецензурными выражениями стены, помеченные алкоголиками и бродягами углы площадок - привычный вид, встречающий ее каждый день после работы. И, все же, за входными дверями квартиры ее ждал тот человек, ради которого стоило жить. Ее сын.
- Спасибо тебе, - улыбнулась она Алексу, прежде чем покинуть внедорожник и скрылась за дверями подъезда.
С чувством исполненного долга Алекс включил первую передачу и нажал на педаль газа. Снег хрустел под внушительными колесами. Тихим шепотом лилась из колонок музыка. Старый добрый «кассетник».
Всю дорогу домой Алекс думал о случившемся в больнице. Ночь. Убийство. Кровь. Много крови... но кому она могла понадобиться? Пожалуй, только такому же, как и он сам. Жаждущему. Неужели именно здесь, на самом Краю Земли, ему суждено было встретить того, кто сможет ответить на вопросы, накопившиеся в его голове за те долгие столетия, что прожил он в беспамятстве?
Он продолжал думать о возможной встрече и тогда, когда пересек порог квартиры. Сняв с себя куртку и стянув с головы шапку, он посмотрел в зеркало. Несмотря на всевозможные байки, свое отражение он видел так же, как и другие люди. Ничего подозрительного. Он чуть улыбнулся, обнажив клыки.
Екатерина спала в постели. Укус на ее шее. Две точки. Будто кто-то сделал ей две инъекции. На самом деле, это она ввела инъекцию жизни Алексу. Время от времени она давала ему то, что так было необходимо ему. Кровь.
- Все в порядке? - спросила она сонным голосом. Тихие шаги Алекса потревожили ее чуткий сон.
- Да. Все хорошо. Спи.
Томный вздох. Она будто бы и не просыпалась. Лишь задала вопрос машинально, потому что не в первой ей было просыпаться посреди ночи из-за шагов мужа. Ведь ему так комфортно было бодрствовать по ночам.
И, все же, он уснул. Это случилось слишком быстро. Во снах к нему приходило нечто, укрытое белой простыней. Будто это был труп той медсестры, что лежала теперь со свернутой шеей на носилках в карете «скорой помощи».
Он чувствовал, что скоро все изменится. Каждая жилка его тела будто бы сотрясалась в сладостном ожидании ответов, которые так долго и мучительно терзали его разум, подпорченный вечной жаждой.

Все, что было связано с рождением Алекса на этот свет, по-прежнему оставалось для него загадкой. Он не помнил себя ребенком, изучающим этот мир. Казалось, будто знания основ мира были в его крови. Словно эти знания очнулись вместе с ним холодным утром 1598 года. В тот год на трон был возведен Борис Годунов. В России началось Смутное время...
Алексу за свою длинную жизнь довелось увидеть не одну войну. Восстания, массовые убийства, зверства. Глядя на все те ужасы, что творил человек, он, казалось, потерял веру в доброе начало. Скрываясь от преследований в Европе во времена Второй Мировой, он, подобно персонажам книг Ремарка, много времени проводил в раздумьях. Выкуривая сигареты одну за другой, он наблюдал за тем, как люди пожирают себе подобных, как предательство въедается в их плоть.
Его спасла женщина. В тот момент, когда аппетит Алекса затмевал все разумные его доводы, когда клыки обнажались каждый раз, когда он заходил в ресторан и чуял запах крови, что бежит по венам людей, ему повстречалась та, что способна была вернуть ему веру в человечность...
Он думал о ней, сидя поутру за кухонный столом и медленно попивая томатный сок. Рядом стояла солонка, к которой он время от времени прикасался, желая посолить свой напиток, столь напоминающий ему своим видом кровь. А в крови он знал толк. Он думал о тех днях, что были позади, а за окном утро скромными отблесками света расплывалось по затянутому тяжелыми тучами небу. Полярная ночь властвовала над северными широтами. Завывал в высоковольтных проводах одинокий ветер.
От мыслей его отвлек звонок. Еле слышная мелодия добралась до его ушей. Тряхнув головой, он протянул руку к телефону, что лежал на столе.
- Да?
- Я подготовила небольшую статью, - сразу перешла к делу Елена. Голос ее чуть хрипел - сказывалась бессонная ночь. - Мне нужны твои снимки, чтобы отдать материал в печать.
- Без проблем, - монотонно ответил Алекс.

Через несколько часов он держал в руках новый номер районной газеты. Запах свежей краски добирался до его ноздрей и затрагивал самые дальние уголки воспоминаний. Десятками лет он держал в руках номера только что напечатанных газет. Десятками лет он искал информацию, наблюдал и пробирался туда, куда не стоило пробираться. Год от года он искал правду, и теперь, приблизившись к ней, испытывал чувство восторга, от которого ему становилось не по себе.
- Неплохо, - одобрительно кивнул тучный мужчина в бордовом свитере. Он смотрел то на Елену, безмерно зевающую и потирающую усталые глаза, то на Алекса, лицо которого не выражало ровным счетом никаких эмоций.
Главный редактор улыбнулся. И то не удивительно, ведь для небольшого приморского городка с очень медленным доступом к сети Интернет и одной единственной газетой, выходящей раз в неделю, такой инцидент являлся чем-то вроде встряски. Такую новость будут обсуждать все, думал редактор. Спрос на газету возрастет за один день. Почему бы и не улыбнуться по этому поводу. И не важно, что «сенсация» стоит целую человеческую жизнь.
- Но кому, черт возьми, понадобилось столько крови? - задала вопрос Елена. - У нас в городе что, завелся какой-то сумасшедший?
- А ты считаешь, что их у нас тут не было раньше? - усмехнулся главный редактор. - В конце концов, с таким количеством украденного он или она попадется очень скоро. Вот тогда можно будет вдоволь посмаковать новость. А пока держите меня в курсе всего, что узнаете. Нам нельзя упустить что-то важное...
- Вы говорите так, будто у нас в городе конкуренция среди газет, - улыбнулась Елена.
Алекс пристально наблюдал за главным редактором. На своем жизненном пути он не единожды сталкивался с подобными личностями, и от одного их вида ему становилось не по себе.
- Но в тонусе все равно следует держаться, - ответил редактор. - Ладно, свободны...
Елена направилась к выходу из кабинета. Алекс последовал за ней. Они спустились по лестнице на первый этаж, туда, где находился небольшой печатный цех. Терпкий запах краски не отпускал воспоминания Алекса. Лишь оказавшись на улице и вдохнув холодный воздух полной грудью, он ушел от ностальгической отрешенности.
- Я домой. Нужно немного поспать, - сказала ему Елена.
- Тебя подвезти?
- Нет, спасибо. Лучше пройдусь немного, подышу свежим воздухом. Голова гудит.
Алекс смотрел на свою коллегу и в очередной раз ловил себя на мысли, что по-хорошему привязан к ней. Вот так не очень красивая женщина при долгом и тесном общении может становиться приятной глазу, да и душе тоже. Внеземная красота, к слову, теряет со временем свою магию и становится обыденной, пресной. Так, возможно, все в мире стремится к середине, к равенству.

Попрощавшись с коллегой, Алекс сел за руль своего внедорожника и направился в отделение полиции. Он рассчитывал узнать что-нибудь важное.
Ему повезло встретить в коридоре Дмитрия Левина. При виде журналиста старший лейтенант недовольно хмыкнул. Что ж, он и не думал, что Алекс так просто отвяжется от него.
- Я смотрю, писать о шахматных турнирах вам всем в редакции осточертело, - усмехнулся Левин. - Что ж... в газете написано более-менее складно. Такими темпами напугаете жителей города до смерти.
- Они вольны узнать о том, что случилось, - сухо сказал Алекс и, достав, будто бы невзначай, из кармана купюру, протянул ее старшему лейтенанту. - Тем более, что все это выглядит как начало «серии»...
- Да ну, бросьте вы! - возмутился Левин и схватил купюру, оглядевшись по сторонам. - Даже не упоминайте при мне это слово. У нас в городе отродясь серийных убийц не было. Сплошная «бытовуха». Это у вас там, на «большой земле», народ забавляется как может. Кстати, откуда вы родом?
Хороший вопрос, подумал Алекс.
- Из Петербурга, - ответил он, вспомнив прошлое место жительства. Что ж, город на Неве когда-то был для него родным домом.
- Ох и занесло же вас. Неужели в Питере нет спроса на журналистов?
- Нет, там просто слишком шумно стало. Так что-нибудь интересное удалось узнать? Отпечатки пальцев ведь сняли уже, не так ли?
Левин молча кивнул. Он достал из кармана пачку сигарет и закурил, хотя над его головой, прямо на стене, красовалась надпись «Не курить». Он предложил сигарету Алексу, и тот не отказался. Дым расплылся по воздуху.
- Странное дело, - протянул Левин. - Кровь эта, да и перелом шеи... скажем так, у этого ублюдка силы больше, чем у зверя. Позвоночник буквально разорван. И отпечатки пальцев странные.
- Что вы имеете ввиду? - чуть нахмурился Алекс.
- Рисунок. Построение узоров. Наш специалист сказал, что никогда в жизни не сталкивался с подобным.
Алекс машинально сглотнул накопившуюся во рту слюну. Он пристально посмотрел на Левина, оказавшись не в силах задать новый вопрос.
Однажды он уже слышал подобные слова, но только в тот раз речь шла о его собственных отпечатках.
- Свидетели есть? - перевел он тему разговора.
- Есть один. Но я не назвал бы его показания существенными. Пьяница из дома неподалеку. Шел за очередной бутылкой, или куда-то там еще... мало ли, что могло причудиться.
- И что же ему причудилось?
- Какое-то чудище. Да очередной бред, ничего существенного, - Левин сделал паузу. - И, все же, не стоит писать про все это. Будет что-нибудь более конкретное и хоть как-то приближенное к реальному - я сообщу. А пока повременим с выводами.
Алекс кивнул. Да, он и не собирался писать об этом в очередной статье. Это было важно лишь для него одного.
- И, все же, хотелось бы узнать адресок того пьяницы. Чисто из любопытства. Послушать байки нашего городка, так сказать.
- Любопытство, молодой человек, порой приводит туда, откуда не возможно выбраться, - хмыкнул Левин. - Ну да ладно. Он живет по улице Беринга, номер дома 18, квартира 16. И советую стучать погромче. У алкашей сон очень крепкий, особенно под «этим» делом.
- Хорошо.
- Мне пора, - махнул рукой старший лейтенант и поплелся по коридору в сторону кабинетов, из которых доносился стук пальцев по клавиатурам. Алекс остался стоять в коридоре, провожая взглядом своего собеседника.

Внедорожник слегка занесло. Облаком взмыл белый снег. Дорога делала крутой поворот, плюс ко всему проходила она по склону сопки. Правое переднее колесо пронеслось над пустотой и коснулось утрамбованного снега. Еще чуть-чуть, и внедорожник унесло бы в глубокий ров, но Алекс вовремя выкрутил руль и выровнял направление движения неповоротливой махины. Его сердце продолжало биться спокойно.
Он практически позабыл, какого это - чувствовать страх. Мощное чувство, столь знакомое каждому живому существу, покидало его год от года, превращая жизнь в хождение по кругу. Темные дни Заполярья становились похожи один на другой. Казалось, что там, где он искал покой, он нашел свой склеп, в котором, как это написано во многих книгах, и спят настоящие вампиры. Такие, с большими клыками, в черных фраках и зализанными назад черными волосами.
Алекс шел по кругу до тех пор, пока не оказался в больничном кабинете и не увидел разбитые пробирки и капли крови. Собирая информацию по крупицам, он все больше и больше пропитывался чувством, берущем свое начало глубоко в его подсознании.
И теперь, направляясь к дому, в котором жил свидетель, он курил крепкие сигареты одну за одной и вглядывался в белоснежную даль. Глаза его будто бы слепли. Все же, и вампирам нужно спать время от времени.
Внедорожник остановился у старого двухэтажного дома, половина окон которого была давным-давно выбита. Окраина города. Пустота, принадлежащая пропитым душам тех, кто не стал подчиняться правилам социума. Ветер нес с сопки снег. К вечеру он должен был усилиться.
Вымощенный досками пол под ногами Алекса скрипел. Лестница вела на второй этаж - там находилась квартира свидетеля. Разбитая лампа лежала в углу, так что в коридоре было довольно темно. Открытые двери брошенных когда-то квартир будто бы приглашали пройти внутрь, полюбоваться на почерневшие от времени обои, кое-где содранные, кое-где исписанные руганью. Быть может, через тысячу лет какой-нибудь археолог найдет эти записи и сочтет их признаком былой образованности своих предков. Он будет жестоко ошибаться.
Алекс постучал в дверь. Ему долгое время никто не открывал. Он снова постучался, и на этот раз услышал неторопливые шаги. Дверь открылась, и перед ним предстал мужчина в годах с седой бородой и бледной кожей лица, которую покрывала сетка посиневших сосудов. Его тело было отравлено чрезмерным количеством алкоголя.
- Ты кто? - задал он вопрос в лоб. Голос его звучал хрипло, неприятно.
- Я хотел бы задать пару вопросов про то, что ты видел прошлой ночью, - ответил ровным тоном Алекс.
- Мент?! Да я уже все вам рассказал! - огрызнулся свидетель. - Иди отсюда... спать мешаешь.
Действительно, вид у хозяина квартиры был заспанный. Отпечаток руки на лице в виде кровавого полумесяца, растрепанные волосы. То были признаки нездорового сна.
Алекс не стал ничего говорить. Он аккуратно вытащил из кармана «чекушку», при виде которой глаза свидетеля чуть заблестели. Тот было протянул руку, но Алекс пригрозил пальцем.
- Короче, разговор есть.
Через минуту он уже стоял на кухне и смотрел в окно. Оттуда открывался вид на дорогу и соседние дома. Все те же пустые глазницы окон. Все та же тьма внутри.
- Кто выходил из больницы? Ты сказал полиции, что видел кого-то. Опиши мне его как можно подробнее.
- Да кого я там видел?! - ответил свидетель, после чего влил в себя добротную порцию спиртного. - Меня же на смех подняли. А там... ну, как бы сказать...
- Лучше сказать как есть, - сухо отрезал Алекс.
Последовала пауза. Было похоже, что свидетель собирается с силами, чтобы выдавить из себя воспоминания той ночи. Встреча с неизвестным объектом, устроившим погром в больнице и убившим медсестру, похоже, не стала для него приятной неожиданностью.
- Глаза светились прям. Как фары, мать его... И рык такой! Ну как у зверя, ей Богу! Я никогда такого не слышал.
- Ты видел его вблизи? Его лицо?
- Нет. Темно было вообще. Но фигура такая, не маленькая. Крупный сукин сын! И мешок был, или рюкзак...
Алекс кивнул.
- Что еще?
Свидетель взял со стола, за которым сидел, пачку папирос, достал одну, вставил в рот и закурил.
- Да ничего больше. Ушел он... или оно. Не знаю, что там было, но это что-то... оно двигалось быстро. Очень быстро. Я в снег и упал специально, чтобы меня не видно было. А то ведь мало ли, что там случилось.
- И куда же он... оно направилось?
- В сторону города. К центру. Ночь была, а людей-то и днем на улицах не много.
Свидетель снова приложился к бутылке. На этот раз количество глотков возросло. Алекс наблюдал за мерным движением кадыка, будто бы отвечающего на каждый новый прилив обжигающей жидкости.
В очередной раз он смотрел на старика и не видел осмысленности в его глазах. Пустота - то, что оставило после себя время, столь стремительно унесшееся в неизвестном направлении.
Алекс ни раз и ни два ловил себя на мысли, что люди ничему не учатся с годами. В них остаются пороки, наглость, глупость. Ну а если в человеке изначально есть мудрость, добродушие, человечность, то эти качества будут расти в нем лишь при должном уходе. Ростки души столь легко загубить. Алекс видел, как люди губят в себе все человеческое...

Ему снова вспомнились годы войны, умертвившей так много светлых начал. Перед его глазами вновь и вновь всплывали жуткие картины. То были покрытые льдом горы трупов у стен концентрационных лагерей; дым печей, в которые сотнями загоняли ни в чем не повинных людей лишь потому, что им суждено было родиться на свет не голубоглазыми светловолосыми арийцами.
Алекс прекрасно помнил, как полуголым бежал по заснеженному лесу, утопая в сугробах и дрожа от холода. Он не чувствовал пальцев ног. Все его тело и лицо были в крови его обидчиков. Он предупреждал их. Он говорил им, чтобы они отступили назад, но его клыки были обнажены. Обидчикам Алекса довелось столкнуться с высшей силой, которая была отнюдь не в руках жестокого нациста. Эта сила была в руках того, кто больше всего боялся ее. Она могла поработить его, сделать из него чудовище. Так бы и случилось, если бы не та ночь в Париже. Ночь накануне его отбытия из Франции...
Память - весьма странная штука. Некоторые, казалось бы, значительные вещи забываются, но мелочи... они цепляются за душу(или что там у вампира под бледной кожей и костями). И Алекс скучал по некоторым моментам жизни. Ведь однажды ему пришлось любить человека. Жаль лишь, что человеческая жизнь порой бывает слишком коротка.

- Привет, дорогой...
Екатерина была облачена в бриджи цвета хаки и белую футболку, под которой четко просматривался черный бюстгальтер. Она стояла у плиты со сковородкой в руках. Запах жаренной печенки распространялся по квартире.
- Привет.
Алекс отряхнул куртку от снега и повесил ее на крючок в прихожей. За окном к тому времени уже стемнело. Небо обнажило далекие звезды. Ровный диск луны освещал бескрайние просторы тундры, придавая снегу сладковато-желтый оттенок.
Он подошел к своей жене сзади и обнял ее. Сделал это по наитию. Ему просто хотелось отстраниться от тяготящих мыслей.
Близость ее шеи, служившей для него чем-то вроде водопоя для животного, искушала. Нежная, тонкая шея, которую так и хотелось сжать крепкими пальцами. Хотелось поцеловать ее в губы, почувствовать сладость ее тела.
- С тобой все в порядке? - спросила Екатерина, не отвлекаясь от готовки.
- Я и сам не знаю, - глухо ответил Алекс.
Он уперся носом в ее затылок и закрыл глаза. Чего хотел он в тот момент? Впиться в шею Екатерины своими острыми клыками и напиться ее крови? Коснуться ее груди холодными руками, заставить ее тело дрожать от прилива возбуждения? Представить, что на ее месте та, которую он потерял много лет назад?
Понимал ли Алекс, что Екатерина овладела им? Приручи желание зверя - получишь его всего, без остатка. Отдаваясь в объятья вампира несколько лет назад, она понимала, на какой риск идет. Но не побоялась. В том была ее сила.
- Хотела бы я понимать, что происходит порой в твоей голове, - сказала Екатерина, поставив на плитку сковороду и повернувшись лицом к своему мужу.
- Там всего лишь пыль столетий, - ответил Алекс.
Он коснулся своими губами ее губ. Он чувствовал тепло той крови, что наполняла ее вены и артерии, спрятанные под тонкой человеческой кожей. Прекрасное создание, которое с годами не становилось моложе. Он же оставался прежним на вид. В том была их необычайная разница.
Каждый новый год отнимал у него возможность жить нормальной жизнью. Знакомые, приятели, коллеги - все они могли со временем заметить странности, которыми была наполнена жизнь Алекса. Почему он так не любил солнечный свет? Почему не старел с  годами? Подобно Дориану Грею, он держал за запертой дверью своей памяти нечто пугающее.
Рано или поздно, ему суждено было оставить все. Оставить этот небольшой городишко, подаривший ему несколько лет спокойной жизни. Оставить работу в газете. Оставить Екатерину. Он знал, что ее лицо с годами будет покрываться новыми морщинами, и разница в их началах будет заметна всем вокруг.
А пока он целовал ее, будто бы в последний раз. Он впивался пальцами в ее волосы, чувствовал ее своим телом...
Телефонный звонок отвлек Алекса. Он отстранился от жены и, нахмурившись, посмотрел на экран смартфона.
- Да, - ответил он.
- За городом найдет труп, - без лишних слов сообщила новость Елена. Голос ее показался Алексу встревоженным.
- И?
- Там что-то очень странное. Заезжай за мной. Нам нужно съездить на место преступления...
Короткие гудки.

В свете прожектора, установленного на крыше внедорожника, покрытое снегом и льдом тело казалось каким-то изваянием, неправдоподобно изображающим человеческие муки. Скрюченные пальцы. Сгорбленная спина. Страх, застывший на лице.
Алекса вновь пронизывало чувство страха, почти забытой, но такое знакомое. Он стоял с фотоаппаратом в руках позади Елены, которая записывала наброски для статьи на диктофон. Пытался подобрать удачный ракурс, но ничего не получалось. Страх не отпускал его.
Небольшой поселок светился чуть поодаль окнами домов. Ветер кружил снег. Непроглядная темнота окружала все вокруг. Будто бы и полицейские, и сотрудники медицинской службы, и журналисты - все, кто приехал, оказались на одиноком островке посреди темного океана.
- Так отчего он умер? - спросила Елена Дмитрия Левина.
- Да рановато еще о причинах смерти говорить, - ответил тот, безуспешно закуривая сигарету на ветру. - Не иначе как замерз.
- Ну а укусы?
- Послушайте, Елена! - возмутился полицейский, в очередной раз не прикурив сигарету. - Скажите спасибо, что я вообще держу вас в курсе! Всему свое время. Тем более, что это вполне похоже на нападение волка.
Алекс внимательно рассмотрел жертву. Холод будто бы изменил черты лица погибшего. На вид ему было лет тридцать пять, не больше. Коренной житель севера. Эскимос, или чукча. Дешевая куртка, кое-где порванная. Были ли то следы борьбы, или же куртка была порвана при вполне естественных обстоятельствах?
Сделав несколько снимков, Алекс внимательно посмотрел на шею трупа. Она была разорвана в клочья. Запекшаяся кровь создавала странный узор, как будто бы дающий знак Алексу. Да, он видел подобное в своей жизни. Он сам делал такое с людьми.
Впиваясь в их кожу острыми клыками, он делал резкие движения и буквально рвал кожу и сухожилия. Задевая крупные артерии, он создавал фонтан крови, бьющей ему прямо в горло. Быстрое наслаждение. По-зверски разыгравшийся аппетит, подогреваемый бесконтрольным гневом. Он знал, что может сделать зверь с человеком. Но был ли он сам зверем?
- Что ты думаешь? - спросила его Елена.
- Думаю, что это вполне мог быть волк, - пораздумав, ответил Алекс. - А в крови жертвы вполне может оказаться неслабая доза алкоголя.
- Но тебе не кажется, что эти два события, произошедшие с таким минимальным интервалом, могут быть связаны?
- Я не любитель делать поспешные выводы. Посмотрим.
Ответ коллеги не понравился Елене. Какое-то внутреннее чутье подсказывало ей, что ложь витает в воздухе, подобно снегу.
Дмитрий Левин тем временем общался с коллегами. Выглядел он всерьез озабоченным, оттого мотал головой из стороны в сторону, пытаясь заметить каждое движение каждого работника. Тем временем тело жертвы холода и странных обстоятельств аккуратно поместили в пластиковый мешок. Сделано это было не без труда.
- Ладно, поехали, - махнула рукой Елена. - Я видела все, что хотела.
Вскоре остался позади поселок с его одинокими огнями. Позади осталась тьма, накрывшая бесконечные просторы тундры. Свет фар пробивался сквозь метель и падал на поверхность дороги, огибающей пологую сопку.

Глаза хищника наблюдали за Алексом все то время, пока он собирал улики. Обрывки фактов складывались в одну предельно ясную ему картинку. Он - не единственный. Но готов ли он услышать ответы на те вопросы, что мучили его?
Глаза хищника наблюдали за Алексом все то время, пока он шел от машины к подъезду дома, в котором жил. Ветер усиливался с каждым часов. В городе объявили штормовое предупреждение.
Глаза хищника наблюдали за Алексом, пока тот вглядывался во тьму, обступившую его. Он чувствовал преследование.
В темноте возможно было разглядеть силуэт. Высокая фигура, почти как у полярного медведя. Будто бы горящие огнем глаза, вселявшие страх в тех людей, которым довелось их увидеть.
- Кто ты? - спросил Алекс тьму, но в ответ получил лишь завывание ветра в проводах.
Фигура приблизилась.
- Кто ты? - повторил Алекс.
Два хищника смотрели друг другу в глаза. Необычная встреча на Краю Земли. И теперь перед каждым из них вставал вопрос: как поступить?
- Кто ты такой?
На улице не было людей. В поздний час все попрятались по домам. Оно было к лучшему.
- Мы с тобой похожи, - ответила Алексу тьма басистым голосом.
По его спине пробежал холодок. Тело онемело в один миг, как будто взгляд горящих огнем глаз отнимал у него жизненную энергию.
- Я следил за тобой, - продолжил голос. - Почему ты прячешься в их стае?
Алекс не ответил. Он крепко сжал кулак, будто бы готовясь нанести удар. Кто говорил с ним: друг, или же враг?
- Ты слаб, и это видно по тебе! Тебе не хватает крови. Так почему ты прячешься среди людей, когда можешь повелевать ими? Что движет тобой?
Алекс слышал неподдельный интерес в голосе незнакомца.
Он и сам хотел услышать ответы, но готов ли он был рисковать близкими ему людьми ради успокоения собственной души? Готов ли был разорвать единственную ниточку, ведущую его к истокам? Вскоре он должен был сделать выбор, а пока лишь стоял и смотрел на такого же, как и он сам. Отшельника. Чужого. Вампира.
Но вот фигура растворилась на стыке света и тьмы. Алекс остался стоять на улице один. Он знал, что теперь все изменилось.


Рецензии
Прочитала от начала и до конца.
Не оторваться.
Спасибо!
Получила истинное удовольствие.

Успехов Вам!

С уважением,
Ирина Мелешкевич

Ирина Валерьевна Мелешкевич   02.10.2016 15:44     Заявить о нарушении
Спасибо за приятный отзыв!

С уважением,
Александр Варенников

Александр Варенников   03.10.2016 21:23   Заявить о нарушении