Битва Буффало Воллоу

Билли  Диксон  в  битве  при  Буффало  Воллоу.
Художник  Джо  Руис  Гранье.


1874   ГОД.

1.

Рано  утром,  на  второй  день  пути,  поднявшись  на  небольшой  холм,  кавалеристы  столкнулись  лицом  к  лицу  с  отрядом  кайова  и  команчей. Индейцы  были  удивлены  такой  встречей  не  меньше,  чем  сами  солдаты. В  следующий  момент,  сотня  индейских  глоток  огласила  тишину  воинственными  криками,  от  которых  могла  застыть  кровь  в  венах  у  любого  храбреца.
Краснокожие  бросились  вперед, Воины  закружились  на  своих  лошадях,  быстро  взяв  маленький  отряд  в  кольцо. Четыре  солдата  и  два  разведчика  оказались  в  смертельной  ловушке.
- Оружие  к  бою!...Всем  спешиться! – закричал  сержант  Захария  Вудхолл,  первым  соскочив  с  лошади.
Опытный  сержант,  прекрасно  понимал,  что  шансов  оторваться  от  краснокожих,  у  них   был  минимальный. За  два  дня  пути,  кони  устали,  и  не  могли  выдержать  долгого  преследования  индейцев. Зато,  верхом  на  лошадях,  кавалеристы  представляли  для  индейцев  прекрасную  мишень. Оказавшись  на  земле,  солдаты  схватились  за  оружие,  заняв  круговую  оборону. Индейцы  были  везде. Загремели  первые  выстрелы.
- Я  присмотрю  за  лошадьми! – Крикнул  рядовой  Джордж  Смит,  торопливо  хватая  встревоженных  выстрелами  лошадей  за  уздечки,  чтобы  те  не  разбежались.
Шесть  кавалеристов  находились  в  самом  центре  бешено  кружащихся  вокруг  них,  дико  визжащих  дикарей. Петля  неумолимо  сжималась. Оставался  только  один  выход,  отдать  подороже  свою  жизнь.
- Не  подпускайте  близко  к  себе  краснокожих! – Разведчик  Чапмэн  метким  выстрелом  выбил  одного  раскрашенного  воина  с  лошади.
Для  краснокожих  это  была  большая  удача,  наткнуться  на  маленький  отряд  солдат. Они  легко  могли  перестрелять  горсточку  белых  одного  за  другим,  или  смять  их,  навалившись  всей  своей  оравой. Дикари  же,  решили  вначале  поиграть  с  солдатами,  продлив  для  себя  развлечение. Солдаты  и  так,  никуда  от  них  не  денутся. Им  просто,  некуда  было  бежать,  и  негде  было  укрыться. Вокруг,  никаких  камней,  или  зарослей. Всего  несколько  дней  назад,  индейцы,  отступая  под  натиском  солдат  лейтенанта  Фрэнка  Болдуина,  подожгли  прерию,  чтобы  задержать  кавалеристов. Огонь  безжалостно  прошелся  по  земле,  выжигая  всю  растительность  под  самый  корень. Теперь  только  черный  пепел  покрывал  землю.
- Сукины  дети! Чего  тянут  эти  ублюдки! – Закричал  рядовой  Джон Харрингтон,  нервы  которого  не  выдержали.
- Эти  мерзавцы,  хотят  немного  с  нами  поиграть! – крикнул  в  ответ  Чапмэн. – Знаешь,  как  играет  кошка  с  мышкой. Вначале  поймает,  придушит  глупого  мышонка,  а  затем,  вроде  как  отпускает  его. Беги  дружок,  спасайся. На  самом  деле  у  мышонка  нет  шансов  на  спасение. Кошка  внимательно  следит  за  каждым  его  движением…
Амос  Чапмэн  (1),  несколько  лет  прожил  среди  индейцев  шайеннов  и  даже  был  женат  на  дочке  вождя. С  ним  не  поспоришь,  он  прекрасно  знал  военную  тактику  краснокожих… 
Индейцы  проносились  совсем  рядом. Пепел  и  пыль,  окутали  поле  боя  удушливой  пеленой. Сквозь  эту  мутную  пелену  мелькали  потные  конские  тела  и  обнаженные,  мускулистые  фигуры  воинов  в  боевой  раскраске. Солдаты  видели  вокруг  себя  перекошенные  от  ярости,  лица  врагов. Дикари,  потрясая  ружьями,  копьями  и  луками,  дико  орали  и  завывали,  готовые  в  любой  момент  броситься  в  атаку. 
Не  так  легко  попасть  в  быстро  несущегося  на  своем  коне  индейца. Все  же  пару  воинов  получили  ранения. Это  вызвало  новую  волну  ярости  среди  дикарей. Пули  и  стрелы  посыпались  градом  на  солдат. Первым  подстрелили  Джорджа  Смита,  который  удерживал  одной  рукой  лошадей,  а  второй  пытался  отстреливаться  из  револьвера. Получив  пулю  в  грудь,  Смит  упал  на  живот,  а  его  револьвер  выпал  из  руки. Почувствовав  свободу,  лошади  бросились  врассыпную,  унося  на  своих  спинах  ранцы,  шинели,  одеяла  и  запас  боеприпасов. Положение  солдат  ухудшалось  с  каждой  минутой. Сержанта  Вудхолла  ранило  в  бедро,  Диксону  задело  икру. Еще  пару  минут,  и  с  ними  все  будет  кончено.
В  любой  момент  краснокожие  их  убьют,  или  солдаты  окажутся  в  плену. Плен  равносилен  смерти. Индейцы  любят  мучать,  и  пытать  пленных  самыми  бесчеловечными  способами. После  чего,  все  закончится  смертью…

2.

Надо  было,  что-то  предпринимать,  чтобы  спасти  свои  шкуры. Уильям  Диксон,  оглянувшись  назад,  заметил  в  нескольких  сотнях  ярдов  от  них  бизонье  лежбище,  которое  обычно  называли  буффало  воллоу   (2). Лежбище  представляло  собой  мелкую  яму,  около  десяти  футов  в  диаметре. Эти  ямы  бизоны  вырывали  копытами,  или  катаясь  по  земле,  спасаясь,  таким  образом,  от  жары. На  тот  момент,  эта  неглубокая  яма,  оказалась  единственной  надеждой  для  солдат,  чтобы  хоть  как-то,  обезопасить  себя  от  дикарей.
- Позади  нас  есть  небольшая  яма! Если  мы,  доберемся  до  нее…У  нас  появится  шанс,  остаться  в  живых! – Прокричал  Диксон.
Один  за  другим  солдаты  стали  перебегать  по  направлению  к  яме. Пока  одни  прикрывали,  сдерживая  натиск  индейцев,  кто-то  делал  отчаянный  рывок  назад. Дикари  заметили  перемещение  солдат,  и  увидели  бизонье  лежбище,  к  которому  стремились  осажденные. Действия  белых,  индейцам  не  понравились. Пули  свистели  в  опасной  близости  вокруг  отступавших  солдат. Внезапно  упал  Амос  Чапмэн,  успев  крикнуть  Диксону:
- Билли,  эти  ублюдки  подстрелили  меня…
- Дьявол,  только  этого  не  хватало…- Пробормотал  Диксон,  отстреливаясь  от  наседавшего  врага. – Идти  сможешь?
- Попытаюсь…
У  Диксона  даже  не  было  возможности  спросить,  насколько  серьезно  пострадал  его  приятель  Амос. Билл  надеялся,  что  рана  была  легкой…
Вскрикнул  рядовой  Питер  Рат,  которого  тоже  задела  пуля.
Настала  очередь  Диксона,  бежать  к  яме.
- Диксон,  твоя  очередь! – крикнул  Джон  Харрингтон.
Диксон  оглянулся,  прикидывая  расстояние. Затем  он  побежал,  с  такой  скоростью,  с  которой  никогда  еще  не  бегал. Пули  индейцев  проносились  рядом,  врезались  в  землю,  вскидывая  невысокие  фонтанчики  сухой  земли. Диксон  достиг  ямы,  все  еще  оставаясь  невредимым. Он  свалился  в  яму,  быстро  занимая  удобное  для  стрельбы  положение,  вскидывая  винтовку  Шарпс  50-90  калибра.
- Где  Амос? – Диксон  увидел,  что  его  приятеля  нет  в  яме.
Чапмэн  остался  лежать,  успев  сделать  всего  несколько  шагов.
Дикари  испустили  злобный  вой,  увидев,  что  их  легкая  добыча  ускользнула  от  них. В  солдат,  лежавших  в  яме,  теперь  намного  трудней  попасть,  чем,  когда  они  стояли  на  открытой  местности. Глубина  ямы  была  незначительной,  но  все  равно  представляла  собой  хотя  бы,  какую-то  защиту  от  пуль.
- Яму  надо  углубить! – Диксон  первым  выхватил  нож  и  стал  копать  землю. – У  нас,  слишком  мало  времени. Выкидывайте  землю  наружу! Делайте  бруствер!
Благо,  что  земля  оказалась  мягкой  и  копалась  легко. Несколько  раз,  копнув  ножом,  Диксон  затем  руками  выгребал  разрыхленную  землю  из  ямы,  набрасывая  ее  перед  собой. За  Диксоном  стали  углублять  яму  остальные  солдаты,  прерываясь  лишь  для  того,  чтобы  отогнать  индейцев,  слишком  близко  подобравшихся  к  бизоньему  лежбищу. Довольно  скоро  яму  углубили  на  нужную  глубину,  а  вокруг  ямы  набросали  земляной  вал,  служивший  дополнительно  защитой  от  пуль.

3.

Прошло  не  больше  получаса,  как  начался  бой,  а  положение  солдат  хуже  некуда. Четверым  удалось  добежать  до  бизоньего  лежбища  и  укрыться  в  яме. Здесь  был  армейский  разведчик  Билл  Диксон,  сержант  Захария  Вудхолл  и  двое  рядовых,  Питер  Рат  и  Джон Харрингтон. Еще  один  рядовой  Джордж  Смит  был  убит  в  первые  минуты  боя. Он,  все  так  же  неподвижно  лежал,  уткнувшись  лицом  в  землю. Чуть  ближе  к  яме,  лежал  второй  разведчик  Амос  Чапмэн,  раненый  в  колено. Из-за  раны,  он  не  смог  добежать  до  бизоньего  лежбища.
Диксон  не  сразу  обратил  внимание,  что  пуля  слегка  зацепила  его  икру. Рана  пустяковая,  только  крови  много  натекло. Тонкая  кашемировая  рубашка  Диксона  была  пробита  в  нескольких  местах,  и  только  чудом  пули  дикарей  не  задели  самого  разведчика.
Всего  три  месяца  назад,  Диксон  уже  побывал  в  подобной  переделке. 27  июня  семьсот  краснокожих  напали  на  Эдоуб-Уоллс,  где  находилось  двадцать  восемь  охотников  на  бизонов. Осада  длилась  пять  дней. Охотники  отбили  все  атаки. Но,  там,  на  торговом  посту  они,  хотя  бы  находились  под  защитой  кирпичных  стен.
В  этот  раз  вляпались  намного  серьезней…
Два  дня  назад,  10  сентября  1874  года,  полковник  Нельсон  Майлз (3),  командующий  войсками,  ведущими  на  юго-западе  боевые  действия  против  индейцев,  поручил  двум  разведчикам,  Амосу  Чапмэну  и  Билли  Диксону  доставить  донесение  в  Лагерь  снабжения. В  депеше  сообщалось  о  постоянных  задержках  в  подвозе  провизии.
- Возьмите  себе,  в  сопровождение  солдат,  столько,  сколько  посчитаете  нужно, - сказал  полковник.
- Сэр,  чтобы  легче  проскользнуть  по  индейской  территории,  нам,  вполне  хватит  четырех   человек, - ответил  Чапмэн. – Большой  эскорт,  нам  ни  к  чему. Не  стоит  привлекать  к  себе  внимание  индейцев. 
- Поступайте,  как  знаете…- Кивнул  Майлз.
Разведчикам  выделили  сержанта  и  трех  солдат  из  Шестого  кавалерийского  полка. Оставив  лагерь,  маленький  отряд   двигался  в  основном,  только  по  ночам. Днем  же  они  отдыхали,  отсиживались  в  укромных  местах. Местность,  по  которой  предстояло  идти,  была  буквально  наводнена  индейцами. Из  своего  укрытия  солдаты  видели  военные  отряды  дикарей,  которые  передвигались  в  разных  направлениях.  Сохранялась  опасность  столкнуться  с  каким-либо  отрядом.
Пока  все  шло  хорошо. Солдаты  вполне  доверяли  опытным  разведчикам. На  второй  день,  отряд  подошел  к  каньону,  который  находился  между  рекой  Вашита  и  Гейджби. Было  шесть  утра. Начинало  рассветать  и  стоило  подыскать  для  себя  укрытие,  в  котором  предстояло  отсидеться  днем. С  укрытием  не  успели. Солдаты  внезапно  столкнулись  с  отрядом  индейцев,  который  насчитывал,  не  менее  ста  двадцати  всадников…
И  вот  теперь,  они,  спасаясь  от  пуль  и  стрел  индейских  воинов,  лежали  в  грязной,  вонючей  яме,  где  обычно  любят  валяться  бизоны.

4.

Атаки  индейцев  неожиданно  прекратились. Они  не  собирались  зря  терять  воинов. Дикари,  отъехав  в  сторону,  на  безопасное  расстояние,  начали  о  чем-то  совещаться  между  собой. Краснокожие  не  спешили,  считая,  что  солдаты  никуда  от  них  не  денутся. Кавалеристы,  лишившись  своих  лошадей,  потеряли  возможности  вырваться  из  западни. Солнце  медленно  взбиралось  вверх,  безжалостно  припекая  солдат  своими  горячими  лучами. 
Индейцы  возобновили  свой  натиск. Теперь  главной  целью  для  них  был  тяжелораненый  Амос  Чапмэн,  которому  негде  было  укрыться  на  ровной  местности.  Солдаты  старались  прикрыть  своего  товарища,  стреляя  по  дикарям.
- Амос,  ты  можешь  идти? – Спросил  Диксон.
- Это  вряд  ли…Пуля  раздробила  мне  колено…- Крикнул  в  ответ  Чапмэн.
- Потерпи  немного. Все  будет  в  порядке. Я  приду  за  тобой! – Пообещал  Диксон.
- Билли,  сиди  лучше  и  не  высовывайся! Я  не  хочу,  чтобы  ты,  пострадал  из-за  меня! – Чапмэн  пытался  отговорить  приятеля  от  ненужного  риска.
Диксон  несколько  раз  пытался  достичь  Чапмэна,  чтобы  перетащить  его  к  яме. Стоило  Биллу,  только  выбраться  из  ямы,  как  индейцы  встречали  его  градом  пуль  и  стрел. Диксон  возвращался,  скатываясь  в  яму.
- Билли,  Чапмэну  не  выбраться! Глупо  рисковать  из-за  него  своей  шкурой…Так   мерзавцы,  еще  тебя  пристрелят, - сержант  Вудхолл,  явно  не  одобрял  действия  Диксона.
- Сержант,  Амоса  надо  вытащить,  и  я,  это  сделаю, - огрызнулся  Диксон.
Краснокожие  опознали  Чапмэна. Амос   был  хорошо  известен  среди  индейцев. Он  женился  на  индейской  скво,  Мэри  Лонгнеск,  дочери  вождя  шайеннов  Каменного  Теленка. Несколько  лет  Чапмэн  прожил  в  племени,  и  имел  с  Мэри  шестерых  детей.
Это  Чапмэн  предупредил  в  июне,  Джеймса  Ханрахана,  хозяина  салуна  в  Эдоуб-Уоллс,  что  индейцы  собираются  напасть  на  них.  В  том  же,  1874  году,  неожиданно  для  шайеннов,  Чапмэн  стал  разведчиком  в  армии  Соединенных  Штатов,  которая  боролась  с  восставшими  индейскими  племенами,  во  время  Войны  на  Красной  Реке.
- Амос,  ты  долго  жил  с  нами! Мы,  тебя  считали  своим  братом! Теперь  ты,  сражаешься  против  нас! Мы,  скоро  получим  твой  скальп! – Кричали  шайенны,  пытаясь  добраться  до  человека,  который  их  предал.
- Руки  сильно  коротки, - крикнул  в  ответ  разведчик.
Через  четыре  часа,  дикари  прекратили  атаковать  солдат. Они,  все  еще  держались  рядом. Только  во  второй  половине  дня,  Диксону  удалось  добежать  до  Чапмэна.
- Парни,  прикройте  меня  огнем!...И,  держите  краснокожих  подальше  от  меня!…Я  иду  за  Амосом!...- Крикнул  Диксон,  вылезая  из  бизоньего  лежбища.
Диксон  оставил  в  яме  свою  винтовку. Теперь  он  был  полностью  безоружен  перед  дикарями. Билл  сильно  рисковал,  решившись  на  такой  дерзкий  шаг,  но  он,  не  мог  бросить  в  беде  своего  товарища. Индейцы  заметили  его  маневр  и  стали  палить  из  ружей. Диксон  рывками,  бросал  свое  тело  из  стороны  в  сторону,  не  давая  краснокожим  хорошо  прицелиться. Биллу  повезло,  он  достиг  Чапмэна,  не  одна  пуля  его  при  этом  не  достала.
- Билли! Ты,  сумасшедший  сукин  сын, - выдохнул  Амос,  увидев  перед  собой  приятеля. – У  меня  левое  колено  разбито  вдребезги…Я  не  могу  идти…Я  не  могу  даже  стать  на  ногу…
- Ничего,  я,  тебя  понесу…
Диксон  рывком  оторвал  тяжелое  тело  Чапмэна  и  поставил  его  на  ноги. Вернее  на  одну  ногу. Вторую  ногу,  с  раздробленным  коленом,  разведчик  поджимал,  чтобы  не  касаться  земли,  морщась  от  боли.
- Амос,  у  нас  слишком  мало  времени…Ты,  сейчас,  запрыгиваешь  мне  на  спину,  а  я,  понесу  тебя  к  нашему  убежищу…- Задыхаясь  от  бега,  выпалил  Диксон. – Давай,  запрыгивай!
Диксон  быстро  развернулся  спиной  к  Чапмэну  и  присел,  чтобы  раненому  было  легче  забраться  ему  на  спину. Амосу  не  стоило  говорить  дважды. Он  оттолкнулся  здоровой  ногой  и  повис  на  спине  Диксона,  обхватив  его  шею  руками.
- Парень,  да  ты,  чертовски  тяжелый…По  виду  и  не  скажешь…- Билл  еще  пробовал  шутить  в  таком  положении.
Диксон  шел,  пытаясь,  как  можно  скорее  пересечь  открытую  местность.
На  визг  пуль,  Билл  даже  не  обращал  внимания. Чапмэн,  по  своему  телосложению  намного  крупнее  Диксона. Уже  через  пару  десятков  ярдов,  парень  почувствовал  усталость  во  всем  теле. Пот  заливал  глаза,  а  легким  не  хватало  воздуха. Шатаясь  под  тяжестью  Чапмэна,  Диксон,  сжав  зубы,  упорно  двигался  вперед,  к  лежбищу  бизонов. Сзади  вопили  дикари,  слышался  приближающийся  конский  топот,  но  Билл  знал,  что  парни,  засевшие  в  яме  не  подпустят  к  нему  индейцев. Единственное,  чего  опасался  смельчак,  это,  чтобы  случайно  не  споткнуться  и  не  упасть.
- Билли,  поднажми,  уже  немного  осталось! – Крикнул  Джон Харрингтон,  стреляя  куда-то  за  спину  Диксона.
Наконец  дошел. Вот  она  и  яма. Диксон  с  Чапмэном  валятся  вниз (4). Солдаты  руками  поддерживают  их  падение. Несколько  запоздалых  пуль  врезаются  в  импровизированный  бруствер. Земля  разлетается  в  стороны,  больно  ударяя  в  лица  мелкими  камушками.

5.

Иногда  индейцы,  демонстрируя  свою  храбрость  перед  другими  воинами,  колотили  пятками  лошадей,  и  неслись  по  направлению  к  яме,  выставив  вперед  копье,  угрожая  нанизать  на  острие,  кого-нибудь  из  солдат. Защитники  нервничали,  видя  такую  безумную,  на  их  взгляд  атаку. Солдаты  начинали  торопливо  стрелять,  часто  промахиваясь. А  всадник,  тем  временем  стремительно  приближался  к  бизоньему  лежбищу.
Атака  заканчивалась  двумя  вариантами. Если  нервы  дикаря  не  выдерживали,  он  сворачивал  в  сторону  и  уносился  прочь. Или  же,  солдатам  удавалось  всадить  в  дикаря  пулю. Индеец  кубарем  летел  с  лошади  на  землю. Потеряв  одного  отчаянного  храбреца,  краснокожие  прекращали  свои  атаки. 
Сентябрьское  утро  выдалось  очень  жарким. А  к  полдню  жара  еще  больше  усилилась. Все  это  время  солдаты  сидели  в  яме  без  воды. Разбежавшиеся  лошади,  унесли  с  собой  фляги. Раненые  очень  страдали  от  жажды. Стресс  и  волнение  только  увеличивало  человеческие  мучения. В  горле  было  сухо,  как  в  заброшенном  колодце,  а  язык  можно  сравнить  с  точильным  камнем. Все  понимали,  что  без  воды,  раненым  долго  не  протянуть. Надо  отдать  должное  мужеству  солдат,  никто  из  них  не  жаловался  и  не  ныл…
Индейцы  продолжали  кружить  вокруг  ямы,  угрожая  солдатам,  выпустить  их  кишки,  и  содрать  с  их  голов  скальпы. Но,  страх  успел  превратиться  в  ненависть,  а  безысходность  положения,  только  придала  им  мужество. Никто  из  солдат не  собирался  попадать  живьем  в  руки  дикарей. За  время  боевых  действий  против  индейцев,  солдатам,  слишком  часто  приходилось  видеть,  что  делали  краснокожие  мерзавцы,  с  белыми  людьми,  попавшими  к  ним  в  плен. Они  часто  встречали  обнаженные  тела,  изуродованные  пытками,  о  которых  нельзя  вспоминать  без  содрогания…Солдаты  были  полны  решимости  бороться,  за  свои  жизни  до  последней  возможности. 
- Парни,  проверьте  свои  боеприпасы, - скомандовал  сержант  Вудхолл. – Сдается  мне,  патронов  у  нас,  осталось  не  слишком  много… 
Все  принялись  пересчитывать  патроны. Чутье  не  обмануло  сержанта. С  имевшимися  патронами,  можно  было  отбить  пару  атак. Если  жажду,  стиснув  зубы,  можно  перетерпеть,  то  без  патронов  солдатам  долго  не  продержаться.
- Сержант,  патронов  мало,  а  в  рукопашной  нам   не  выстоять…- отозвался  Питер  Рат.
- Хорошо, что  об  этом  не  знают  краснокожие  ублюдки, - хмыкнул  Джон  Харрингтон.
- Сержант,  что  вы  скажете  насчет  Смита? – спросил  Рат.
- Рат,  что  ты,  насчет  Смита  хочешь  сказать, - сержант  Вудхолл  рукавом  вытер  потный  лоб.
- Рядом  со  Смитом  лежит  его  револьвер,  из  которого  он,  успел  всего,  пару  раз  выстрелить. Еще  при  нем  патронташ,  набитый  патронами, - пояснил  свою    мысль  Рат.
Сержант  Вудхолл  рывком  повернулся,  выглянул  из-за  бруствера,  вглядываясь  в  сторону,  где  лежал  Смит. Точно,  рядом  с  телом  солдата,  на  земле,  матово  поблескивал  револьвер. Индейцы,  как  не  старались,  так  и  не  смогли  добраться  до  пистолета.
- Кому-то  надо  идти  к  Смиту…- Сказал  сержант  Вудхолл.
Рядовой  Харрингтон  и  разведчик  Чапмэн  получили  тяжелые  ранения. На  них  можно  не  рассчитывать. Оставались  сержант  Вудхолл,  рядовой  Питер  Рат,  и  разведчик  Билл  Диксон. Пока  выдалось  затишье,  надо  решать,  кто  пойдет  за  револьвером  и  патронташем.
- Сержант,  я  пойду! – Решился  Питер  Рат.
- Питер,  погоди  не  спеши…Нас  здесь  три  человека,  кто  может  пойти  к  Смиту. Давайте  для  начала,  все  спокойно  обсудим…
- Сержант,  здесь  нечего  обсуждать, - упрямо  качнул  головой  Рат. – Диксон  уже  рисковал  жизнью,  когда  ходил  за  Чапмэном. Вам  сэр,  не  стоит  так  рисковать. Вы  среди  нас,  самый  старший  по  званию.
- И  что  из  того?
- Сэр,  вы  здесь  нужнее, - уверенно  заявил  Рат. – Пойду  я!
Повисло  тягостное  молчание.
- Питер,  уверен,  что  справишься? – Спросил  сержант  Вудхолл.

6.

Пригибаясь  к  земле,  Питер  Рат  побежал  к  неподвижному  телу  Смита. Он,  первым  делом  подобрал  с  земли  револьвер. Затем,  потянулся  за  патронташем. В  этот  момент,  Смит  пошевелился  и  застонал. Черт  возьми,  парень-то  жив  оказался. Если  Смит  действительно  жив,  его  нельзя  здесь  оставлять. Самому,  перетащить  тяжелораненого  солдата,  Питер  не  сможет.
- Джордж,  ты  как? – Спросил  Рат,  подергав  раненого  за  плечо.
Смит  не  ответил. Похоже,  он  был  без  сознания. Рат  вернулся  назад,  в  бизонье  лежбище,  прихватив  с  собой  револьвер  и  патронташ.
- Смит  жив! – Спустившись  в  яму,  сообщил  Рат.
- Ты,  уверен? – Удивился  Диксон.
- Он  шевелился  и  стонал…Я,  видел  это  собственными  глазами, - сказал  Рат. – Нам  надо  его  перенести  сюда,  в  яму. Сам  Смит  пока  без  сознания. Один,  я  это,  не  смогу  сделать…
- Похоже,  парень  тяжело  ранен. Стоит  нам,  так  рисковать  из-за  него? – засомневался  Джон Харрингтон.
- В  любом  случае,  парня  нельзя  оставлять  там,  на  растерзание  дикарям, - сержант  Вудхолл,  поддержал  Питера  Рата.
- Питер,  я  пойду  с  тобой, - сказал  Диксон. – Мы  оба  там  уже  были,  сходим  еще  раз…
Диксон  и  Рат  вернулись  за  Смитом. Забросив  руки  раненого  себе  на  плечи,  они  потащили  его  к  яме. Сейчас  смельчаки,  представляли  для  индейцев  хорошую  мишень. Индейцы,  правда,  по  какой-то  причине  не  стали  атаковать  белых,  забиравших  тело  Смита. Остальные  солдаты,  сидевшие  в  яме,  ожидая  атаки  дикарей,  держали  оружие  наготове.
Наконец  Рат  и  Диксон,  добрались  до  бизоньего  лежбища. Смита  осторожно  положили  на  землю. Бедняга  был,  все  еще  без  сознания.
- Смит  не  выживет, - сказал  сержант  Вудхолл,  взглянув  на  рану. – Да,  он  пока  живой,  но,  у  парня  нет  ни  одного  шанса…Это  всего  лишь, вопрос  времени…Мы,  ему,  ничем  не  сможем  помочь…
Пуля  навылет  пробила  Смиту  грудь,  левое  легкое  и  вышла  со  спины,  пол  левой  лопаткой. Когда  раненый  дышал,  под  левой  лопаткой,  с  шумом  выходил  воздух,  и  пузырилась  кровь.
Диксон  взглянул  на  лицо  Смита. Оно  было  белым  и  обескровленным. Нос  заострился,  а  кожа  на  скулах  натянулась. Сержант  прав, Смит  не  жилец,  но  пусть  лучше,  он,  умирает  среди  своих. Если  бы  его  оставили,  там,  где  он  лежал,  индейцы,  дождавшись  ночи,  обязательно  содрали  с  его  головы  скальп. 
К  середине  дня,  оставшиеся  без  воды,  измотанные  жарой  солдаты,  от  потери  крови,  настолько  ослабли,  что  еле-еле  могли  двигаться.
- Я  бы  выпил  одним  махом,  целое  ведро  воды…- Прохрипел  Харрингтон.
Он  закрыл  глаза  и  представил,  как  пьет  холодную  воду  из  ведра.
- Это  пустой  и  никчемный  разговор,  который  ни  к  чему  хорошему  не  приведет. После  такой  болтовни,  только  сильней  хочется  пить, - повысил  голос  сержант  Вудхолл.
- У  меня  скоро,  не  останется  сил,  чтобы  поднять  свой  револьвер, - проворчал  Харрингтон,  и  после  этого  замолчал. 
Индейцы  делали  попытки  подойти  ближе  к  яме,  здраво  рассудив,  что  боеприпасы  у  солдат  на  исходе. Кавалеристы  вяло  отстреливались,  не  подпуская  дикарей.
- Посмотрите  на  небо, - привстал  Чапмэн,  морщась  от  боли  в  разбитом  колене. – Эта  черная  туча  двигается  в  нашем  направлении…Я,  уже  несколько  минут  наблюдаю  за  ней. Туча  определенно,  надвигается  на  нас…Дождь,  спасет  нас  от  жажды…
- Туча,  это  хорошо. Только  она,  на  мой  взгляд,  стоит  совершенно  неподвижно  в  небе, - возразил  Питер  Рат,  разглядывая  тучу.
- Присмотрись  лучше.
Действительно,  где-то  далеко  на  западе,  в  небе  появилась  большая,  черная  туча. Но,  пока,  еще  трудно  определить,  куда  погонит  ее  ветер. Люди,  засевшие  в  бизоньем  лежбище,  с  надеждой  смотрели  в  ту  сторону,  моля  Бога,  чтобы  он  направил  тучу  прямо  на  них.
- Все-таки  она  движется…- улыбнулся  Чапмэн.   
Около  трех  часов  дня,  черные  тучи  заволокли  все  небо. Яркие  молнии,  с  оглушительным  грохотом  устремлялись  к  земле. Легкий  ветерок  резко  окреп. Он  налетал  тугими  порывами,  вздымая  в  воздух  пепел  с  пылью.
Упали  первые,  крупные  капли,  после  чего  хлынули  потоки  холодного  дождя. За  несколько  секунд,  разведчики  и  солдаты  вымокли  до  последней  нитки. Люди,  измученные  жаждой,  подставляли  лица,  под  потоки  воды. Они  лежали  в  яме,  раскрыв  рты,  и  пили  живительную  влагу.
Вода  быстро  скапливалась  на  дне  бизоньего  лежбища. Мутно-грязная  вода  стала  красной  от  крови,   которая  натекла  из  их  ран. Солдаты  опускались  к  воде,  и  жадно  пили  из  грязной  лужи. Сейчас,  эта  грязная  и  неприятная  на  вкус  вода,  показалась  осажденным  солдатам,  самой  вкусной  водой,  которая  только  могла  быть  на  земле.
Дождь  принес  спасение,  но  холодный  ветер  вскоре,  стал  пробирать  людей  в  мокрой  одежде,  до  самых  костей.
Дождь  не  пришелся  по  нраву  дикарям. Индейцы  не  любили  холод  и  дождь. Солдаты  видели,  как  кайова  и  команчи,  кутаясь  в  одеяла,  небольшими  группами,  сидя  на  своих  лошадях,  исчезали  из  поля  зрения  в  поисках  укрытия.
Резкое  изменение  погоды,  было  типичным  для  этих  мест.  Изнуряющая  жара,  сменилась  холодом,  с  сильными  порывами  северного  ветра. Всего  через  час,  все,  кто  сидел  в  яме,  вымокли  и  замерзли. От  дождя  и  холодного  ветра  не  было  укрытия. Шинели  и  одеяла  остались  на  разбежавшихся  лошадях. Тонкие  рубашки  служили  плохой  защитой  от  холода. Раненые  дрожали,  словно  они  подхватили  лихорадку.
Диксон  вспомнил,  что  во  внутреннем  кармане  его  шинели,  осталась  фотография  его  матери,  которую  его  отец  дал  ему,  незадолго  перед  своей  смертью. Жаль,  если  она  пропадет…
Дождь  продолжал  лить,  а  вода  постепенно  наполняла  бизонье  лежбище. Вскоре  вода  поднялась  на  два  дюйма  в  высоту. Теперь  всем  сидящим  в  яме,  приходилось  поджимать  ноги  под  себя. 

7.

Ночь  не  принесла  облегчения. Дождь  давно  прекратился,  но  из-за  холодного  ветра,  люди  сильно  замерзли. Мокрая  одежда  только  усугубляла  их  положение. Теплых  вещей  не  было. Костер  тоже  не  могли  развести,  чтоб  хоть  немного  согреться  и  просушить  одежду. Согласитесь,  что  невозможно  отдохнуть,  когда  постоянно  сползаешь  со  склона  ямы  вниз,  в  большую  лужу.
Индейцы,  все  еще  были  где-то  рядом. Немного  успокаивало,  что  дикари  не  любили  сражаться  по  ночам.
Из  шести  человек,  четверо  тяжело  ранены,  и  нечем  было  облегчить  их  страдания. Раненые  держались  мужественно. Они  лежали  на  сырой  земле,  под  колючим  осенним  ветром,  замерзшие,  голодные,  наскоро  перевязанные  какими-то  тряпками. Хуже  всех  выглядел  Джордж  Смит. Лицо  бедняги  почернело. К  этому  времени  Смиту  стало  гораздо  хуже. Он  то  и  дело  терял  сознание. Даже  во  сне,  парень  испытывал  сильные  муки. Его  стоны  разносились  далеко  в  темноте  и  действовали  на  всех  угнетающе. Очнувшись,  Смит  безрезультатно  умолял  пристрелить  его,  чтобы  положить  конец  его  ужасным  страданиям.
- Парни,  пристрелите  меня…Сил  больше  нет,  терпеть  такую  боль…- Тихо  шептали  губы  Смита. – Позвольте  мне  умереть…Если  сами  не  в  силах  спустить  курок,  просто  верните  мне,  мой  револьвер…Я,  сам  все  сделаю…
Конечно,  ни  у  кого  не  поднимется  рука,  убить  раненого. Смита  не  могли  убить,  но  и  ничем  не  могли  ему  помочь,  чтобы  облегчить  его  страдания. Оставалось  только  ждать,  когда  парень  сам  умрет. Жизнь  упорно  не  хотела  покидать  его  истерзанное  тело.
Смит  шарил  дрожащей  рукой,  рядом  с  собой:
- Где  мой  револьвер?...Дайте  мне  револьвер,  я  сам  пущу  себе  пулю  в  голову…
Около  десяти  часов  вечера,  Смит  то  ли  заснул,  то  ли  в  очередной  раз,  потерял  сознание. В  любом  случае  он  затих. Примерно  через  час,  Питер  Рат  прикоснулся  к  лицу  Смита. Оно  было  холодным.
- Наш  парень  отмучался, - прокомментировал  Рат.
Диксон  и  Рат  аккуратно  вынесли  тело  Смита  и  уложили  его  вне  ямы,  на  земле. Рат  прикрыл  лицо  мертвеца  шелковым  платком.
У  всех  возникал  вопрос,  что  им,  делать  дальше? Как  выбраться  из  этой  ситуации?
- Нам  следует  поискать,  какую-нибудь  траву,  чтобы  постелить  ее  на  землю, - сказал  Диксон,  обращаясь  к  сержанту  Вудхоллу. 
- Билл,  это  бесполезная  затея. Здесь  на  многие  мили  ничего  нет,  после  того,  как  краснокожие  мерзавцы  выжгли  всю  траву, - возразил  сержант.
- Все  верно,  но  вы  забываете  про  перекати-поле, - добавит  Диксон. – Пока  мы  лежали  в  яме,  ветер,  то  и  дело  гонял  мимо  нас  комки  сухой  травы.
- В  любом  случае,  вы,  ничего  не  сможете  найти, - засомневался  Вудхолл.
- Попробуем…В  любом  случае,  для  раненых  сгодится  любая  подстилка  на  земле. Иначе,  до  утра  некоторые  из  них  не  доживут.
Сержант  промолчал.
- Сэр,  не  возражаете,  я  возьму  с  собой  Питера? – спросил  Диксон.
- Хорошо. Только  не  отходите  слишком  далеко, - согласился  Вудхолл.
Вскоре,  Диксон  и  Рат  решили  эту  проблему. Они  наткнулись  на  несколько  таких  травянистых  комов,  состоящих  из  сухих  растений,  вполне  пригодных,  чтобы  из  них  сделать  подстилку  на  земле.
Перекати-полем  становилось  любое  засохшее  растение,  которое  оторвалось  от  своих  корней  и  уносилось  порывами  ветра. Ветер  гонял  его  многие  мили,  в  разных  направлениях. Когда  растение  катилось,  то  по  пути  оно  прихватывало  разные  ветки  других  растений,  постепенно  превращаясь  в  большой  ком. 
Диксон  и  Рат  вернулись  к  яме  с  найденными  растениями. Они,  стали  ногами  давить  сорняки,  придавая  им  форму  подстилки. Ветки  сорняков  оказались  очень  жесткими,  и  напоминали  проволочные  пружины,  которые  обычно  вставляли  в  матрас. Спать  на  такой  подстилке  из  сорняков,  мало  удовольствия,  но,  ничего  другого  у  них  не  имелось. Так  хоть,  небольшая  защита  от  сырой  земли. Все  улеглись  на  траву,  прижавшись,  друг   к  другу  и  с  ужасом,  думая  о  завтрашнем  дне.
Вряд  ли,  кто  смог  уснуть  в  эту  ночь.

8.

Тонкий  диск  молодой  луны  давал  мало  света. Из-за  этого,  в  нескольких  шагах,  уже  ничего  не  было  видно.
Джон Харрингтон   вызвался  быть  часовым. Остальные  улеглись  на  свои  «постели». «Постель»,  это  слишком  громко  сказано. Сразу  заныли  ребра,  когда  в  них  уткнулись  сухие,  колючие  ветки  сорняков. Покрутившись  с  боку  на  бок,  Диксон  решительно  поднялся,  тихо  пробормотав  себе  под  нос:
- Почищу,  лучше  я,  свое  оружие.
После  такого  ливня,  следовало  оружие  привести  в  порядок. Железо  сырость  не  любит. Когда  Диксон  разобрал  свой  револьвер,  и  тщательно  протирал  каждую  деталь,  к  нему  присоединился  сержант  Вудхолл.
Остальные  тоже  не  спали.
- Раз  никто  из  присутствующих  не  спит,  нам  надо  решить,  что  будем  делать  дальше, - сказал  сержант.
- Я,  так  понимаю,  что  помощи  мы,  вряд  ли  дождемся. Тем  более,  никто  не  знает,  где  мы  застряли, - первым  высказался  Диксон.
Диксон  понимал,  что  на  помощь  не  стоило  рассчитывать. Если  он,  не  ошибался,  то  ближайшее  армейское  расположение  находилось  в  семидесяти  пяти  милях  отсюда.
– Мы,  сами  должны  выбираться…
- Билл,  интересно,  как  мы,  это  сделаем? У  нас  двое  тяжелораненых. А  вокруг,  полно  краснокожих… Мы,  не  успеем  пройти  двухсот  ярдов.… Нет,  парень,  никуда  мы,  не  будем  дергаться  из  этой  проклятой  ямы! – Резко  возразил  Вудхолл.
- Сержант,  я,  хотел  предложить  другой  вариант. Мы,  пошлем  человека,  который  приведет  сюда  помощь…
Среди  раненых  было  только  два  человека,  Диксон  и  Рат,  кто  могли  попытаться  вырваться  из  капкана,  который  устроили  им  индейцы.
- Я  пойду…- Почти  одновременно  сказали  Диксон  и  Рат.
- Питер…Я  более  опытный. Я  хорошо  знаю  эту  страну,  и  найду  дорогу  в  Лагерь  снабжения…- уверенно  проговорил  Диксон.
- Билли,  я  тоже  с  этим  справлюсь, - возразил  Рат. – У  нас  слишком  мало  времени,  чтобы  его  тратить  на  споры. Пока  на  улице  ночь,  надо  идти.
Рата  неожиданно  поддержал  сержант  Вудхолл:
- Диксон,  не  горячись. Послушай,  что  я  скажу. Кому-то  надо  идти,  верно? Нас  здесь,  остается  четверо. Диксон,  ты  хороший  стрелок,  с  этим  не  поспоришь. Нам  здесь,  нужен  хороший  стрелок…
С  этими  доводами  не  поспоришь. Вопрос  окончательно  был  решен. Рат  отправлялся  за  помощью.
- Парень,  будь  осторожен. Краснокожих  мошенников  не  так  легко  провести, - сказал  напоследок  сержант  Вудхолл.
Попрощавшись  с  товарищами,  Рат  исчез  в  темноте. Через  два  часа,  Диксон,  услышав  подозрительные  шорохи,  положил  на  бруствер  винтовку. Остальные  тоже,  приготовив  оружие.
- Парни,  не  стреляйте,  это  я,  Питер  Рат…- Послышался  из  темноты  знакомый  голос.
Вскоре  появился  сам  Рат. Он  спустился  в  яму,  и  улегся  на  земле.
- Рат,  что  случилось? – спросил  сержант  Вудхолл.
- Я  не  смог  отыскать  дорогу…- Тихо  ответил  Питер,  потеряв  обычную  свою  самоуверенность.
- Ночью  трудно  отыскать  нужную  дорогу. Питер,  не  стоит  расстраиваться,  возможно,  я  тоже,  не  сумел  бы  ничего  найти, - сказал  Диксон. – Надо  идти  на  рассвете…
- На  рассвете  идти,  очень  опасно, - сержант,  имел  в  виду  индейцев,  прятавшихся  где-то  рядом.
- В  темноте  на  индейцев,  тоже  легко  наскочить, - упрямо  заявил  Диксон.
Затем  все  замолчали. Диксон  не  считал  себя  трусом. Но,  иногда  на  него  накатывала  волна  липкого  страха. Если  завтра,  индейцы  сумеют  сломить  их  сопротивление,  что  тогда  будет  с  ними. От  дикарей  следовало  ожидать  долгих  пыток  и  издевательств. Лучше  всего,  пустить  себе  пулю  в  висок,  или  в  сердце. Чтобы  не  попасть  в  руки  индейцев  живьем. Иначе.  эти  ублюдки,  обязательно  снимут  с  него  скальп. У  Диксона  были  замечательные  густые,  черные  волосы,  которые  доставали  ему  до  плеч. Он  гордился  своими  волосами. Любой  дикарь,  завладевший  его  волосами,  будет  хвастаться  таким  трофеем. Он  повесит  его,  Диксона  волосы,  на  уздечку  своей  лошади,  рядом  с  другими  скальпами…
Рука  разведчика  потянулась  к  ножу. Пожалуй,  стоит  обрезать  волосы  очень  коротко,  чтобы  испортить  индейцам  трофей.
Сжав  рукоять  ножа,  Диксон  замер. Глупо  же  он,  станет  выглядеть,  когда  начнет  срезать  свои  волосы. Все  сразу  поймут,  что  он  струсил,  испугался  этих  чертовых  ублюдков… Билл  опустил  руку. Не  стоит  ему,  заранее  паниковать…
К  счастью,  индейцы  так  и  не  появились  в  течение  всей  ночи.

9.

Долгая  ночь,  наконец,  подошла  к  концу. Солнце  стало  подниматься  в  небо. Сразу,  заметно  потеплело. От  мокрой  одежды  солдат  пошел  пар. 
Диксон  стал  собираться  в  дорогу,  за  помощью. Дневной  свет  представлял  большую  опасность  для  него. Да,  днем  легче  сориентироваться,  но  днем  трудней  спрятаться  от  дикарей. Двигаясь  ночью,  можно  избежать  встречи  с  врагом,  днем  шансы  сильно  уменьшались. Индейцы  могли  засесть  в  любом  удобном  месте,  с  которого  хорошо  просматривалась  вся  местность. Оставаясь  невидимыми,  они  замечали  все  вокруг. На  равнинах,  особенно  осенью,  когда  трава  становится  коричневой,  даже  самый  маленький  движущий  объект,  прекрасно  виден  на  очень  больших  расстояниях.
Диксон  подвергался  большому  риску,  выступая  в  дорогу. Необходимо  действовать  крайне  осторожно,  чтобы  не  попасть  в  засаду. Любая  встреча  с  краснокожими,  обернется  для  него  смертью. Еще  индейцы  имели  лошадей,  и  Диксону  от  них  не  убежать.
- Все  будет  в  порядке, - сказал  Диксон,  своим  товарищам  на  прощание.
Пройдя  полмили,  Диксон  натолкнулся  на  дорогу,  ведущую  в  Лагерь  снабжения. Разведчик  пошел  вдоль  дороги,  насколько  это  возможно. При  этом  Диксон  соблюдал  все  меры  осторожности. Свой  верный  Шарпс,  Билл  держал  наготове,  готовый  в  любой  момент  пустить  его  в  дело.
Когда  Диксон  заметил  в  дали  всадников,  он  не  знал,  стоит  ли  радоваться  ему,  или  же  наоборот,  лучше  затаиться. На  таком  большом  расстоянии,  невозможно  рассмотреть,  кто  это,  белые  или  индейцы. Отряд  всадников  казалось,  стоял  на  одном  месте.
Решив  не  рисковать,  Диксон  отошел  в  сторону  от  дороги  и  спрятался  в  высокой  траве. Если  это  индейцы,  лучше  пересидеть  здесь. Может  его,  и  не  заметят. Осторожно  выглянув  из  травы,  разведчик  увидел,  что  всадники  приблизились  к  тому  месту,  где  он  прятался.
Это  были  индейцы. Сердце  Диксона  сжалось  от  тревоги  и  волнения. Присмотревшись,  разглядел,  что  это  индейцы  скауты,  состоящие  на  армейской  службе. Чтобы  привлечь  к  себе  внимание,  Диксон  встал  в  полный  рост  и  выстрелил  из  Шарпса. Всадники  остановились. Диксон  вытащил  из  кобуры  револьвер,  сделал  еще  один  выстрел  в  воздух.
Его  одинокую  фигуру  заметили.  Несколько  всадников  поехали  в  его  сторону.
- Я  Билл  Диксон,  и  еще  пятеро  солдат  из  Шестого  кавалерийского  попали  вчера  в  засаду, - крикнул  Диксон. – Остальные  ребята  здесь,  недалеко,  в  миле  отсюда… Есть  раненые…
Командиром  колонны,  насчитывавшей  225  солдат,  оказался  бравый  майор  Прайс  из  восьмого  Кавалерийского  полка. Они  сопровождали  обоз,  ехавший  из  Лагеря  снабжения,  в  штаб-квартиру  полковника  Майлза,  в  Макклеллан  Крик.
Выслушав  объяснения  разведчика,  майор  не  сдержался:
- Диксон,  какого  черта  вас,  сюда  занесло?
- Полковник  Майлз  направил  нас  с  депешей  в  Лагерь  снабжения.
- Понятно…Эти  индейцы,  на  которых  вы  нарвались,  четыре  дня  назад,  атаковали  наш  обоз  в  районе  реки  Вашита, - сообщил  майор  Прайс. - Краснокожие,  изо  всех  сил  старались  не  пропустить  нас  дальше. Но,  мы  задали  им  жару,  уж  вы,  поверьте. Эти  сволочи  обломали  зубы  о  мужество  моих  солдат. Поняв,  что  у  них  ничего  не  выйдет,  мерзавцы  сняли  осаду  и  убрались  прочь. Вам  не  повезло,  что  дикари  наткнулись  на  вас…
- Да,  видимо  так  все  и  было, - согласился  Диксон. – У  нас  один  убит,  троих  тяжело  ранило...Сэр,  у  вас  есть  врач?
- Врач?...Диксон,  у  нас  есть  отличный  хирург. Он  свое  дело  знает…Хотя,  лично  мне,  не  хотелось  бы  попадать  в  его  руки, - майор  громко  расхохотался  довольный  своей  шуткой. – Это  такие  прохвосты. Им,  лишь    бы,  чего-нибудь  отрезать… 
Майор  Прайс  послал  вперед  хирурга  и  двух  солдат  с  ним,  чтобы  тот  мог  осмотреть    раненых  в  бизоньем  лежбище.
- Диксон,  прошу  вас  остаться. Нам  любопытно  узнать  все  подробности  вашего  боя  с  дикарями, - остановил  майор  Прайс  разведчика,  когда  тот  собирался  поехать  вместе  с  хирургом.
Хирург,  высокий,  худой  мужчина,  скривился,  словно  от  зубной  боли,  когда  услышал  приказ  майора  Прайса.  Оставить  колонну,  и  ехать,  всего  с  двумя  солдатами,  по  местности,  где  полно  индейцев… 
- Сэр,  прошу,  выделить  мне  еще  нескольких  солдат….
- Вы  что,  боитесь  индейцев? – Ехидно  усмехнулся  Прайс.
- Нет,  не  боюсь,  но…
- И  правильно,  что  не  боитесь. Тогда  ступайте  вперед. У нас  мало  времени,  и  мы,  не  можем  здесь,  надолго  застрять.
- Сэр,  вы  найдет  яму? – спросил  Диксон  у  хирурга. – Это  всего  лишь  в  миле  отсюда…
- С  вами,  было  бы  намного  быстрее…- Буркнул  недовольно  хирург. – Но,  раз  майор  считает,  что…
- Езжайте  уж, - поторопил  майор,  а  затем  обернулся  к  Биллу. – Диксон,  рассказывайте,  как  вы  вляпались  в  такую  историю…
Билл  начал  рассказывать  во  всех  подробностях,  как  они  сражались  с  индейцами. Все  это  время,  разведчик  наблюдал  за  хирургом  и  солдатами. Он  увидел,  что  маленький  отряд  взял  неправильное  направление,  слишком  забирая  на  юг.
- Сэр,  они  поехали  в  другую  сторону, - вскричал  Диксон.
Разведчик  выхватил  пистолет  и  спустил  курок. От  выстрела  дернулся  в  седле  майор  Прайс,  недовольно  пробурчав:
- Диксон,  что  вы  делаете…Так  можно  заикой  остаться…
- Хирург  с  солдатами  едут  в  другую  сторону, - пояснил  Диксон. – Хочу  привлечь  их  внимание…
- Наш  докторишка,  всегда  был  большим  болваном, - кисло  улыбнулся  Прайс.
Хирург  и  солдаты  услышали  выстрел  Диксона. Они  остановили  лошадей,  посмотрели  назад. Диксон  помахал  пистолетом  в  том  направлении,  куда  следовало  им  идти.
- И  все  же,  следовало  меня  предупредить, - продолжал  ворчать  майор,  ковыряясь  пальцем  в  ухе. – Я,  от  вашей  пальбы,  совершенно  оглох  на  одно  ухо.
- Сэр,  прошу  извинить  меня, - сказал  Диксон. 
Дальше  произошло  событие,  которое  заставило  поволноваться  хирурга  и  сопровождавших  его  кавалеристов. Сидевшие  в  яме  солдаты,  приняли  хирурга  и  его  маленький  отряд,  за  краснокожих. Раздался  выстрел. Конь  под  одним  из  солдат  рухнул  замертво. Кавалерист  же  едва  успел  соскочить  на  землю.
- Черт  их  возьми! Они  приняли  вашего  хирурга  и  солдат  за  индейцев! – Закричал  Диксон. – Я  же  говорил,  мне,  надо  было  ехать  с  ними…
Диксон  побежал  к  бизоньему  лежбищу  с  такой  быстротой,  на  которую  только  был  способен. Он  не  знал,  что  предпримут  защитники  бизоньей  ямы. Хирург  и  солдаты  дальше  не  двигались,  стояли  на  месте,  а  солдаты  из  ямы  пока  не  стреляли  по  ним,  видимо  экономя  патроны.
Диксон  бежал,  хватая  ртом  воздух.
- Чапмэн,  Вудхолл,  не  стреляйте,  это  я,  Диксон! – кричал  Билл.
Диксона  узнали,  опустили  оружие.

10.

- Билли,  мы  слышали  выстрелы. Решили,  что  ты,  натолкнулся  на  индейцев, - рассказывал  Джон Харрингтон. – Затем  тишина. Мы  тебя,  уже  похоронили.… А  потом,  мы, видим,  что  в  нашу  сторону  направляются  три  всадника. Да,  мы  испугались,  нервы  у  нас  на  пределе,  мы,  решили  защищаться…Поэтому  и  пальнули.
Хирург  осмотрел  всех  раненых,  сделал  перевязки. Рана  Чапиэна  ему  не  понравилась.
- Сэр,  раненых  надо  срочно  перевозить...- Доложил  хирург  Прайсу.
- Не  сейчас, - отмахнулся  майор  Прайс. – Прежде  всего,  нам  необходимо,  как  можно  скорее  выполнить  свою  задачу. Колонну  ничего  не  должно  задерживать…
- Поесть  бы  чего…- спросил  Рат,  обращаясь  к  солдатам.
Солдаты,  те,  что  приехали  с  хирургом,  достали  из  седельных  сумок  несколько  сухарей  и  вяленую  говядину. Принесли  все,  что  у  них  было.
Майор  Прайз  повел  колону  дальше,  и  не  оставил  ни  одного  солдата  с  ранеными  защитниками  бизоньего  лежбища. Впоследствии  он,  за  свой  поступок  был  сурово  осужден.
- Парни,  вам,  ничего  не  угрожает! Краснокожие  негодяи,  увидев  нас,  уже  далеко  убрались  от  этих  мест, - уверенно  заявил  майор  Прайс. – Поймите  меня  правильно,  у  меня,  каждый  человек  на  счету!
- Сэр,  у  нас  мало  осталось  боеприпасов, - сказал  сержант  Вудхолл.
- Сержант,  что  вы  предлагаете? – Брови  майора  Прайса  сошлись на  переносице. – Мой  отряд  сопровождает  колонну  с  грузом. Вы  хотите  оставить  солдат  без  боеприпасов? Поймите  меня  правильно,  я  считаю,  что  очень  глупо  раздавать  боеприпасы. Повторюсь  еще  раз. Вряд  ли  краснокожие  сюда  сунутся.
- Сэр,  вы  должны  помочь  нам,  вывезти  раненых…- Настаивал  на  своем  сержант  Вудхолл.
- У  меня  нет  свободных  лошадей. Кроме  того,  вы  еще  одну  нашу  лошадь  подстрелили…
- Сэр…
Майор  Прайс  повысил  голос:
- Сержант,  думаю,  полковник  Майлз,  как  только  узнает  о  вашем  плачевном  положении, немедленно  вышлет  помощь. Гонца,  с  донесением,  я  уже  отправил, Через  несколько  часов,  за  вами  приедут…
- А  если  не  приедут  через  несколько  часов? – Не  отставал  сержант.
- Сержант,  отставить  ваши  споры! – Разозлился  Прайс. – Вы  меня  утомили  этими  глупыми  разговорами.
Защитников  бизоньего  лежбища  просто  бросали. Получалось,  их  положение,  после  встрече  с  кавалеристами  Прайса,  ничуть  не  изменилось.
Один  из  солдат,  сунул  незаметно  в  руку  Диксона  патроны,  тихо  сказал:
- Дружище,  здесь  две  обоймы  для  револьвера…Больше  не  могу  дать.
- Спасибо, - поблагодарил  Диксон  солдата.
Майор  отдал  команду,  и  колонна  двинулась  дальше. Защитники  бизоньего  лежбища  снова  остались  одни. Поздней  Прайс   пояснил  свои  действия  тем,  что  он,  в  первую  очередь  должен  своевременно  доставить  провизию  в  лагерь  Майлза.
- Ублюдок! – выругался  в  сердцах  сержант  Вудхолл. – Этот  ублюдок,  ничем  не  лучше  краснокожих. Он,  бросил  нас,  одних  на  вражеской  территории. Поступить  так  с  нами,  это  подло  с  его  стороны…
Прошел  еще  один  день,  полный  тревоги  и  неопределённости. Раненые  продолжали  мужественно  терпеть  боль. В  полночь.  на  вторые  сутки,  до  них  донесся  слабый  звук  горна. Пока  гадали,  все  ли  слышали  звуки  горна,  или  это  все  показалось  им,  горн  пропел,  уже  намного  ближе.
Без  сомнения,  это  шла  помощь. Сержант  Вудхолл  выстрелил  из  револьвера. Через  несколько  минут,  из  темноты  появились  солдаты. Пока  хирург,  приехавший  с  солдатами,  осматривал  раненых,  солдаты  отыскали  хорошее  место,  спустившись  немного  вниз  по  ручью. Здесь  солдаты  распалили  большой  костер  и  приготовили  еду  для  голодных  защитников  бизоньей  ямы. 
- Выступим  на  рассвете,  пока  поешьте  и  отдохните, - сказал  один  из  офицеров. – Не  пойму,  какого  дьявола  майор  Прайс,  не  забрал  вас  с  собой.
- Майор  очень  спешил  доставить  провизию  по  назначению, - ответил  сержант  Вудхолл. – Он,  видимо  посчитал,  что  мы,  сильно  замедлим  движение  его  колонны.
- Это  всего  лишь,  глупые  отговорки  с  его  стороны. Отдыхайте  парни. Теперь,  все  будет  хорошо, - сказал  офицер  и  отошел  в  сторону.
Тело  Джорджа  Смита  решили  не  везти  с  собой,  а  захоронить  прямо  в  бизоньем  лежбище. Его  завернули  в  армейское  одеяло  и  засыпали  землей.

11.

На  следующий  день  раненых  доставили  в  Лагерь  снабжения,  куда  впрочем,  отряд  сержанта  Вудхолла  и  так  направлялся. Только  здесь  раненым  смогли  уделить  должное  внимание. Солдаты,  подлечившись,  вскоре  встали  в  строй. Больше  всех  досталось  Амосу  Чапмэну. Ногу  разведчика  спасти  не  удалось,  ее  пришлось  ампутировать  выше  колена. Чапмэн  был  мужественным  человеком,  и  не  пал  духом.   Когда  Амос  вышел  из  больницы,  его  вскоре,  опять  видели  в  седле. Амос  хорошо  умел  обращаться  с  оружием,  а  на  лошади  ездил  так  же,  как  и  раньше,  с  той  лишь  разницей,  что  садился  в  седло,  только  с  правой  стороны.
Все  шесть  человек  отряда  сержанта  Захария  Вудхолла,  были  награждены  «Почетной  медалью  Конгресса». Поздней,  медали  Чапмэна  и  Диксона  отозвали,  поскольку  они  не  были  официально  зачислены  в  армии. Диксон  отказался  сдавать  медаль,  заявив,  что  он  по  праву  ее  заслужил. Его  медаль  находится  на  выставке  в  Историческом  музее  Панхандл-Плейнс  в  Каньоне. Лишь  в  1989  году,  Совет  армии  восстановил  медали  Чапмэна  и  Диксона.
Биллу  Диксону  хотелось  встретиться  с  людьми,  с  которыми  он,  вместе  сражался  в  бизоньем  лежбище,  но  жизнь  всех  разбросала,  и  он  редко  слышал  о  них. С  сержантом  Вудхоллом  одно  время  даже  переписывался. Последнее  письмо  от  Захария  Вудхолла  получил  в  1883  году,  из  Форта  Вингейт,  Нью-Мексико. Это  произошло  вскоре,  после  того,  как  полковник  Ричард  Ирвинг  Додж,  опубликовал  свою  книгу  «Наши  дикие  индейцы». В  своей  книге  полковник  Додж  пытался  дать  обстоятельный  рассказ  о  битве  Буффало  Воллан. Сержант  Вудхолл,  прочитав  книгу,  был  недоволен  изложением  фактов  и  возмущался  грубыми  неточностями. Сама  же  книга  пользовалась  бешенной  популярностью.
Неизвестно  точно,  сколько  погибло  индейцев  в  бою  Буффало  Воллан. Некоторые,  в  том  числе  Диксон,  утверждали,  что  шесть  человек  перебили,  чуть  ли  не  два  десятка  индейцев. Чапмэн,  проведя  последние  года  своей  жизни  в  Сейлинг,  штат  Оклахома,  однажды  сказал  своему  приятелю,  Джорджу  Бенту,  что  ни  один  индейский  воин  не  погиб  от  их  пуль. 


Историческая  справка.
 
1. Амос  Чапмэн  (1837 -1925),  родился  15  марта  1837  года,  в  штате  Мичиган,  от  смешанного  брака  белых  и  индейских  родителей. В  1860  годы  он  служит  в  качестве  гражданского  разведчика  и  переводчика  в  армии  Соединённых  Штатов. Чапмэна  часто  нанимают  проводником  для  поселенцев,  движущихся  в  Канзас  и  Колорадо.
В  1868  году  Чапмэн  переехал  в  Оклахому  и  был  направлен  разведчиком  в  Седьмой  кавалерийский  полк,  отрядом,  которым  командовал  мойр  Джоэл  Эллиот. Это  было  во  время  компании  генерала  Альфреда  Салли,  против  южных  шайеннов. Эта  компания  привела  к  созданию  Лагеря  снабжения  на  индейской  территории,  где  Чапмэн  впоследствии  служил  в  качестве  переводчика. Здесь Амос  женился  на  Мэри  Лонгнеск  /англ. Longnesk, Длинная  Шея/,  дочери  вождя  шайеннов,  Каменного  Теленка  /англ. Stone Calf/. Прожив  несколько  лет  в  племени,  Чапмэн  выучил  язык  шайеннов.
В  начале  1870  годов,  он,  вместе  с  армией  боролся  с  контрабандистами,  пытавшимися  провезти  на  Индейскую  Территорию  виски.
В  июле  1874  года,  Чапмэн  предложил  свои  услуги  полковнику  Нельсону  А.  Майлзу,  став  в  очередной  раз  разведчиком. Его  командиром  был  лейтенант  Фрэнк  Болдуин. 12  сентября,  при  доставке  депеши, Амос  Чапмэн,  Билл  Диксон  и  четыре  солдата  столкнулись  с  отрядом  команчей,  численностью  более  ста  воинов,  возле  Гейджби  Крик,  /в  настоящее  время  Хемпхилл/. То,  что  произошло  дальше,  назвали  Битва  Баффало  Воллан.
В  перестрелке  с  индейцами  Чапмэна  тяжело  ранили. Пуля  разбила  его  левое  колено. Впоследствии,  когда  разведчика  доставили  в  Лагерь  снабжения,  ему  ампутировали  ногу.
По  окончанию  Войны  Красной  Реки,  Чапмэн  носил  протез,  и  продолжал  служить  переводчиком.  Индейцы  называли  его  Tam-е-Уukh-Tан,  что  переводится  как  «человек  с  отрезанной  ногой».
После  выхода  с  государственной  службы,  Чапмэн  с  женой  и  семьей  поселился  на  ранчо  в  четырех  милях  к  востоку  от  Сейлинг,  штат  Оклахома.
Чапмэн  умер  18  июля  1925  года,  в  результате  травм,  полученных  из-за  несчастного  случая  с  его  фургоном. Похоронен  на  кладбище  Брамфилда,  Округ  Дьюи,  штат  Оклахома.

2. Лежбище  буйволов  /англ.  Buffalo  wallow/. Небольшая,  полукруглая,  неглубокая  впадина;  такие  впади¬ны  в  свое  время  были  распространены  на  территории  Великих  Равнин  в  западных  районах  США. Обычно  после  дождей  эти  ямы  за¬полнялись  водой. Боль¬шую  часть  года  представляли  собой  бассейн  с  застойной  водой. Предполагают,  что  их  образование  и  дальнейшее  изменение  и  углубление  могли  быть  обусловлены  жизнедеятельностью  стад  бизонов,  кото¬рые  избирали подобные  участки  в  каче¬стве  лежбища.  Диаметр  впадин  колеблется  от  1  до  15—20 м,  а  глубина — от  не-скольких  сантиметров  до  нескольких  метров.

3. Нельсон  Эплтон  Майлз  (1839-1925)- американский  генерал,  участник  гражданской  войны,  индейских  войн  и  американо-испанской  войны.

4. Уже  после  битвы  Буффало  Воллан,  возникли  разногласия,  кто  кого  вынес  с  поля  боя. То  ли  Диксон,  рискуя  жизнью,  вынес  раненого  Чапмэна,  то  ли  Чапмэн  вытащил  Диксона.
Версия  Чапмэна  такова,  что  он  тащил  Диксона  на  своей  спине,  и  вынужден  был  несколько  раз  останавливаться,  отстреливаясь  от  наседавших  индейцев. Он  прошел  четверть  мили,  прежде  чем  достиг  бизоньего  лежбища. При  этом,  Чапмэн  получил  пулю  в  колено,  но  продолжал  тащить  Диксона.
В  1882  году,  вышла  книга  полковника  Ричарда  Джоджа,  под  названием:  «Наши  дикие  индейцы». В  книге  автор  процитировал  Чапмэна,  утверждавшего,  что  он,  геройски  вынес  Диксона  в  безопасное  место,  под  градом  индейских  пуль. Кроме  того,  Амос  рассказал,  что  тащил  он  Диксона  с  раздробленным  коленом. Читатели  встретили  книгу  хорошо,  а  Чапмэн  считался  настоящим  героем  Буффало  Воллан.
Генерал  Майлз  позже  говорил  о  действиях  Чапмэна,  что  его  действия  были  «одними  из  самых  смелых  поступков  в  анналах  армии».
История  Диксона  совершенно  иная. Чапмэн  уже  получил  тяжелое  ранение,  которое  не  позволяло  ему  ходить. Диксон  взвалил  раненого  на  спину  и  потащил  к  яме,  где  укрылись  остальные  члены  отряда.
Билл  Диксон  отказался  назвать  своего  товарища  лжецом,  но  настаивал,  что  это  он  вынес  раненого  Чапмэна.
Так  кому  верить? Спустя  25  лет,  автор  по  фамилии  Брайненстул  /англ.  Brininstool/,  попытался  найти  ответ. Амос  отказался  от  любого  контакта  с  Брайненстулом. Диксон  был  мертв,  но  его  жена  настаивала  на  версии  мужа. Кроме  того,  вдова  Диксона  предоставила  письмо  еще  одного  из  участников  тех  далеких  событий,  написанное  в  1889  году  сержантом  Вудхоллом. Вот  что  написал Ричард  Додж  со  слов  сержанта  Вудхолла:
«Читали  ли  вы  в  «Наших  диких  индейцах»,  где  Амос  несет  Смита,  /получается,  по  книге,  Чапмэн  выносит  еще  и  раненого  Смита?/  на  его  спине,  не  зная,  что  его  нога  была  отстрелена,  пока  он  не  добрался  до  бизоньего  лежбища? Вы  когда-нибудь  слышали,  такую  проклятую  ложь…Я  был  удивлен,  когда  прочитал  рассказ  в  книге,  написанный  полковником  Доджем. После  чтения,  вы  могли  подумать,  что  там  не  было  никого  кроме  самого  Чапмэна. Мысль  о  том,  что  человеку  может  оторвать  ногу,  и  он  об  этом  не  знает,  меня  утомил».
Решайте  сами,  кто  герой,  а  кто  болтун…


Источники:

1. Википедия.
2. Olive K. Dixon, Life of "Billy" Dixon.
3. James L. Haley, The Buffalo War: The History of the Red River Indian Uprising of 1874.


08. 2016.


Рецензии