Полёт осы в период сенокоса

В комнату залетела оса. Видимо поблизости есть гнездо и она как-то пробралась сквозь неплотно прикрытые окна. Её не видно, слышно лишь деловитое прерывистое гудение, где-то под потолком. Оса может больно ужалить, и потому я начинаю медленно осматривать помещение, чтобы держать её в виду.

Ещё раннее утро, солнце стоит невысоко, и длинные солнечные блики рябят на старой деревянной мебели, пёстрых выцветших обоях и белёных боках печки-голландки. Я лежу на широком, обитом гобеленом, пружинном диване, который бабушка почему-то называет «оттоманка». Взрослые давно уже проснулись и ушли на покос, и мне, видимо, придётся разбираться с осой самому.

Взгляд скользит по лепным пояскам «голланки», цепляясь за их углы и изгибы, по бронзовой вьюшке, торчащей сбоку у стены, по коробку спичек, лежащему на  уступе печного карниза, огибает большую тёмную щель между потолком и «короной» печи – оса вполне может прятаться там… и дальше – по стене: вдоль тянутого профиля потолочного карниза, вымазанного подсинённой извёсткой, мимо металлических колец, на которых привешен тканый ковёр, над крашеными белой эмалью обоконьями, с ажурными белоснежными занавесками по бокам, и останавливается в «красном углу» над иконами.

В углу сумеречно и покойно: тёмные, почти неразличимые лики едва проглядывают сквозь вековую копоть, серебряные тиснёные оклады тускло отсвечивают в глубине тяжёлых, густо декорированных киотов. Случайный тонкий луч пробил стеклянную чашу лампады, и оттого кажется, что она горит тайным зеленоватым светом.

Звук осы пропадает, слышно лишь, как тикают ходики за перегородкой на кухне да жужжат на улице мухи, резвящиеся у прогретой солнцем наружной стены дома.

На всякий случай я окидываю взглядом растрескавшуюся оштукатуренную поверхность потолка и долго всматриваюсь в пространство в центре, вокруг стеклянных матовых плафонов старинной люстры. Оса вполне может притаиться в одном из них или сидеть где-нибудь на блестящих деталях канделябра. Но гудение вновь раздаётся уже в углу над буфетом.

Я задираю голову. Резной деревянный буфет закрывает собою весь угол, и поэтому осы не видно. Но звук явно доносится из-за шкафа, и мой взгляд мечется вдоль покрытых солнечным узором лакированных филёнок и точёных подзоров, пытаясь не упустить момент вылета опасного насекомого. И вдруг оно вылетает на свет, над сияющим на самом верху буфета самоваром: устрашающего вида, изогнутое полумесяцем тулово, с чёрными усиками, лапками и длинным жалом на пульсирующем жёлто-полосатом брюшке.

Оса методично обследует поверхность стены, словно пытается нащупать там нечто для неё необходимое.  Постепенно она перемещается к окну и, наконец, усаживается на накрахмаленную занавеску. С такой огромной зверюгой мне не справиться и я уже прикидываю, как мне побыстрее одеться и выбраться из передней незамеченным.

Но тут дверь отворяется и в комнату входит отец. На его крепком загорелом теле – просторные светлые одежды, в руках - огромный букет полевых цветов, в густых вихрах запутались сухие травинки, на плечах скачут солнечные зайчики, а в карманах безудержно стрекочут кузнечики. От него пахнет свежим июньским сеном и прохладной чистой рекой. Он ставит цветы в ведро на круглый деревянный стол посреди комнаты.

Оса, спугнутая его движением, взлетает и начинает неистово биться о стекло, не понимая в чём дело. Отец, заметив осу, снимает со спинки железной дедовой кровати льняной рушник, подходит к окну и быстрым точным движением прижимает её к стеклу. Затем дёргает шпингалет, распахивает створки и выбрасывает осу на улицу. Мне почему-то не хочется выказывать отцу свой давешний испуг, и я просыпаюсь.


Рецензии
Для человека, бывавшего в деревенском доме, складывается практически панорамное изображение избы, с путеводителем- осой, как бы живое. Трогательное описание скромного интерьера пропитано любовью к отчему дому. Душевно, с теплой ностальгией.
Удачи Вам!

Андрей Пучков   18.07.2016 14:35     Заявить о нарушении
Точно так, Андрей! Некие упражнения в прозе. Попытка сменить амплуа, что-ли...

Шаньга   18.07.2016 22:24   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.