Только ты. Глава 24 последняя

Прошло четыре года, как Геры не стало. Если сначала я думала, что солнце померкнет и перестанет светить, то потом научилась жить… нет, не своей жизнью, а жизнью своих деток. Большой город – самое лучшее место, чтобы спрятаться от посторонних глаз. Если в селе меня воспринимали, как чуму, что косит всех хороших мужчин ( а это было действительно так), то в Киеве меня считали вдовой героя, спасшего детей. Ко мне даже приезжали родственники  тех двоих деток, привозили подарки, предлагали деньги, но я отказалась, обещали молиться за наши с Герой души ( вот это нам   больше необходимо).

 Каждый год в день смерти Геры я приезжала в село, шла в лес и долго сидела вблизи маленького зеркально чистого ручейка. Странный способ отмечать поминки – прийти не на кладбище, а в лес к ручью, к тому месту, где Гера  любил бывать при жизни. А все потому, что я не могла и до сих пор не могу смотреть на его могилу. Тяжело смотреть на надгробный камень и понимать, что здесь, под землей лежит то, что осталось от его тела. Но приходится, потому что рядом – могила Леры. Барвинок и фиалки с Лериной могилки  перекочевали  на  Герин бугорок, словно и здесь сестра поделилась с ним всем самым хорошим, что у нее было.

Я не один раз думала, как  было бы, если бы Лера не ушла так рано? Наверное, я бы забрала Назара и уехала сама куда-нибудь подальше. Уверена, что смогла бы наступить на свое «я».

Лера  с фото улыбается, словно рада, что к ней пришли, у Геры вид виноватого. В чем его вина? Я-то знаю, что выбора у него не было. Двое детей   в обмен  на свою догорающую жизнь (хотя этого ведун мог и не сказать ему) – объясняет его поступок. Получается, он дал жизнь пятерым детям: двум спасенным и трем его собственным.

Дом в селе пришлось продать, когда возникли острые проблемы с деньгами. Когда мама Кирилла  Тамара Петровна умерла, Роман Викторович разменял свою трехкомнатную в центре: одну однокомнатную купил недалеко от нас себе, а вторую однокомнатную  на окраине сдавал. Таким образом, и ему - прибавка к пенсии, и нам помощь.

Отцу тоже нужно сказать огромное спасибо. Не только физически и материально, но и морально он поддерживал меня каждую минуту. Он умел как-то утихомирить и завлечь мальчишек, пока я занималась маленькой Лерой. Не представляю, что бы я без него делала.

Когда Лере исполнился годик, отец настоял на том, чтобы я восстановилась  в институте и доучилась.

- Как, па? Трое детей, им нужно внимание, забота. Я хочу видеть, как они растут, а не пропадать на лекциях и  в моргах.

- Вот ради них ты и доучишься. Тебе нужен диплом, чтобы потом достойно работать. Пока я жив и в состоянии помогать - пользуйся этим.  Дети вырастут, и тогда у тебя будет два больших минуса: отсутствие образования и отсутствие помощника, я о себе. Или ты хочешь всю жизнь в нянечках  пробыть? С твоими-то амбициями? Красота не вечна, если  думаешь в модельки опять податься.

Я смотрела в зеркало и понимала, что после рождения Леры модельные формы потерялись, поэтому туда и порываться не стоит. И отец, как всегда, прав.

- Но, па, на тебя такая нагрузка будет, - о себе я молчала, молодая, вытерплю.

-  Зачем же тогда деды? – шутил часто папа, когда забирал мальчишек во двор гулять, на секцию карате или в бассейн, - как не выгуливать   внуков?

- Мы не коты или собаки, чтобы нас выгуливать, - сердился Назар
.
- Ага. Что за неуважение со стороны взрослых, - поддакивал Санька брату.  – Дед нас просто сопровождает, - ух-ты, новое  поколение гордых и знающих себе цену.

- Слушаться деда и жвачки не клянчить, - научала я, проверяя, все ли взяли, по погоде ли оделись.

Леруська тоже любила гулять на улице. Тянула комбинезон или кофточку и топала ножками возле двери. Отличалась всегда  настойчивостью. Только в последнее время ее привлекали не пасочки, которые  можно было лепить  в песочнице. И даже не детки, с которыми можно поменяться игрушками, не лужи, в которые можно впереться и намочить  обувку.  Даже не коты с собаками, которых почти все дети с удовольствием гоняли по двору. У Леры появился  друг – Рома. Парню  было 22 года. Когда мы вечером гуляли, Рома возвращался с университета или с библиотеки. Его бархатное: «Привет, принцесса!» заставляло мою Леру подскакивать от удовольствия и сиять от несказанного счастья.  Я так и не понимала, с Лерой или со мной он так  здоровался. Одно я понимала точно – пришла Лерина любимая нянька, поэтому я могу отдохнуть, сидя на лавочке часик так точно.

- Льома, пасьли гулять, - забирала моя дочь Рому на горку, и они вдвоем так развлекались, что я, сидя на лавочке, любовалась этой идиллией.  Я завидовала Роминой непосредственности. Парень в свои 22 года не потерял детскую душу, но успел приспособиться в мире взрослых. Он мог свободно съехать  с горки, не оглядываясь на  взрослых, которые крутили возле виска пальцем, мол, идиот, какого мир не видел. И в прятки Рома с Лерой играл профессионально: сначала  незаметно подглядывал, где она спряталась, а потом долго искал ее, периодически находя, а периодически оглашая:

- Сдаюсь! Не могу найти! Вылезай, ты выиграла!

А какие замки из песка они лепили в песочнице! Шикарное зрелище: пятеро или  того больше малышей возятся с  пасочками и машинками и Рома среди них, строит что-то, развлекая сразу всю эту братию.

  А как на  качелях Рома  нежно и  бережно качал мою дочь, словно и не моя она, а его. Лера с Ромой забывала   о других детях, отдавая парню все свое внимание. Да что говорить, Лера и обо мне забывала, когда рядом был Рома. Он как-то подсознательно знал, что Лере будет приятно, и делал именно так, как хотела она, а не так, как хотелось ему. Я не раз ловила себя на мысли, что у Ромы в характере много Гериного. Только Геру я воспринимала, как мужчину всей своей жизни, а Рому - как брата или как еще одного ребенка.


Познакомились мы с  этим милым пареньком, когда  в нашей ванной треснул змеевик, и на пол полилась горячая вода. В квартире поднялся дикий писк, гам и крик, потому что дети испугались не на шутку. Я и сама не понимала, что можно сделать. Вода из трубы лилась так быстро, что я не могла сообразить, что делать в такой ситуации. Отца дома не было, на дежурстве, а я… Не умею я обращаться с сантехникой. И тут звонок в дверь. Я приготовилась давать отпор разозленным соседям, которых мы, судя по всему, внезапно залили. А на пороге стоял хорошенький парнишка в широкой растянутой футболке со смайликом на груди, синих спортивных штанах и детских тапочках с мордочками и ушками собачек. Он бесцеремонно переступил порог со словами:

- И что вы здесь творите, мадам? Ванна не устраивает, решили соорудить джакузи своими ручками? Я ваш сосед снизу Рома, - он уверенно прошел в ванную, мгновенно обследовал место аварии, замотал полотенцем трещину и покомандовал подставить какую-нибудь емкость под стенку, чтобы стекало. Исчез на минут десять, чтобы перекрыть воду и взять инструменты. Оперативно и мастерски поставил на змеевик хомут, быстро вычерпал совком воду, вытер тряпкой оставшуюся влагу и, выстирав эту тряпку, отдал ее мне в руки, потому что не знал, куда ее деть.

- А бандуру эту стоит заменить. Не надежная. Еще где-то может лопнуть, -  с уверенностью сантехника сказал Рома и помигнул Лере, которая пряталась у меня за спиной.

- Мы вас залили, наверно? Ремонт оплатим. А это пока за быструю помощь, - уверила я,  протягивая сто гривен. Рома посмотрел на меня, как на сумасшедшую, и улыбнулся:

-  Я у женщин деньги не беру. Если хотите, могу купить на рынке качественный змеевик и установить. Установка бесплатная, соседская.

На следующий день Рома устанавливал змеевик, потом пил чай, играл с мальчиками и Лерой. А когда ушел, дети в один голос заявили:

- Классный пацан!

- А ты видел, как он третий уровень на компе прошел? – это Санька.

- Не хило так замочил всех енелошек на втором. Мы с тобой там неделю парились, - это ему отвечает  Назар. Для сыновей все в жизни вращается вокруг телефонов и компьютера. Пока одного на двоих, но я понимала, что долго они мириться одним не смогут.

- Он мне обещал закачать на телефон кучу музыки, - на своей волне Назар.

- А завтра сказал, что свой ноутбук принесет! – заявил между делом  Санька.

- Он придет завтра? – удивленно спросила я у детей. Мне Рома только пожелал приятных снов.

- Конечно! Рома обещал установить крутую игруху. Ты что, против? – удивленно спросил Санька. – Не боись, он не бандюк.

Я не боялась, что он бандюк, я просто видела, какими глазами он смотрит на меня и боялась, что парень влюбится в тетку с тремя детьми, черную вдову, и к тому же старше него. Что бы там не случилось, а я знала точно, что портить  жизнь такому хорошенькому пареньку у меня рука не поднимется.

С того времени все чаще и чаще нашим незваным, но таким желанным гостем был именно Рома.

- Он тебе нравится? – спросил как-то отец, печально глядя на меня, когда Рома вышел вечером в темноту подъезда, до его квартиры было всего-навсего один пролет лестничной клетки.

- Прикольный, как говорят дети, - ответила я. – Он из их мира, папа. Хорошо понимает, разбирается в этих компьютерах.

- Тогда ты знаешь, что делать, - и шел, не добавляя больше никаких комментариев, но я их знала и  прекрасно все понимала.

Я долго не решалась поговорить с парнем откровенно. И вот, когда в очередной раз Рома пришел ремонтировать компьютер моим чадам, потому что, видите ли,  «вирус сожрал» базу данных, я не удержалась и спросила:

- Ром, у тебя девушка есть?

Он, не отрываясь от процесса перезапуска системы Windows, спокойно ответил:


- Нет. Но ею можешь быть ты, если не против, конечно.

- Ром, а я как раз против, - заявила категорически.

- Если причина дети и возраст, то можешь не париться. Мне даже нравятся твои малые. А дочка вообще супер кукла.

- Причина не в этом. Я не  смогу полюбить тебя, Ромочка, никогда, - говорила и, если честно, не верила. Вероятнее всего, смогла бы. Не так, как Геру, конечно. Это была бы другая любовь, спокойнее, сродни материнской. Но она бы обязательно была.

- И чего? Вроде бы не урод? – резонное замечание.

- Симпатичный до неприличия, согласна. Не в этом дело. Просто я  всю жизнь любила и люблю одного мужчину.

- Отца твоих детей? – Рома стал более серьезным.

- Да, Ромочка, ЕГО.

- Но, насколько мне известно… Пардон за напоминание, но в живых его не числится вроде бы…, - уточнил парень.

- Он умер, но в душе другому места не найдется, это я точно знаю. Проверяла много раз. Уходи, и чтобы  тебя больше не видела, - больно, резко, но так было нужно.

Неделю Ромы не было видно, но как-то гуляя с Лерой в парке, неподалеку от нашего дома, над ухом услышала знакомое:

- Привет, принцесса!

Лера почти  запрыгнула Ромке на руки и чмокнула его в щечку, от радости прижалась и долго любовалась, а потом тихо спросила:

- Ты меня не зябиль?

- Как можно, принцесса? Таких, как ты, не забывают, - и чмокнул ее в носик.

- Долго тебя не было видно, - разредила молчание.

- Сдавал сессию, госэкзамены, диплом. По три часа только спал. Запарился, страх и ужас.   Сдал. Теперь дипломированный специалист.

- Поздравляю! – я реально радовалась за Рому. – Я ведь просила ко мне не приходить, - напомнила я и отправила Леру срывать красивый цветочек.

- А я не к тебе, - не воспринял серьезно Рома моего предупреждения. – Я к Лере. Ты ведь меня послала. Может, она моя будущая жена, а? А что? Она такая же, как и ты, только маленькая, - и по улыбке на всю мурзилку поняла, что шутит. Лера принесла цветочек и пригласила Рому поиграть с ней. А потом, после часа развлечений на улице, Лера уговорила меня забрать Рому к нам домой. А там отец с карате привел мальчишек, поэтому началась  толчея возле компьютера.

- Санька, у тебя уроки не сделаны, - напомнила я. Назару только предстояло  в сентябре познать это страшное слово «уроки».

- А мы с Ромкой поучим, - отмазался  шельмец.

-  Может быть, у Ромы  свои  дела, - пыталась я дипломатично сбагрить соседа.

- Нет, у Ромы нет никаких дел. Он сессию сдал, теперь месяц будет отдыхать, - выкрикнул сам Рома и ушел в комнату к мальчишкам. Когда мои дети наконец-то уснули, я предложила Роме чая, и мы  закрылись на кухне для откровенного разговора.

- Ты будешь мне признаваться в любви? – шутя спросил Рома.

- Наоборот. Буду прогонять тебя от себя.

- И не старайся. Зря потраченное время и силы. Я маме сказал, что собираюсь жениться  … на тебе. Она не против.

Эти  его слова больно резанули  мне по сердцу.

- Я бы на ее месте была против, - честно призналась я. – Трое чужих детей в 22 года повесить себе на шею – страшная глупость, - металлическим голосом  сказала я и отшла к окну. Одинокий фонарь освещал половину двора и какой-то заблудший пес терся возле мусорного бака, ища пропитание.

- У меня никогда не будет своих, - услышала я признание Ромы. – В детстве чем-то переболел, - объяснил Рома свою привязанность к детям. – А твои прикольные. И я им, кажется, нравлюсь. Мы могли бы прекрасно жить вместе. Я все умею. А чего не умею – научусь. А главное – я люблю  тебя, Люба. Мы только переехали в этот дом, я увидел тебя с коляской на улице, засмотрелся, в вишню лбом ткнулся. Каждый раз, когда я тебя видел, получал столько жизненной энергии. Я тебя даже тайно фотографировал. Сначала думал, что твой отец – это твой муж, пока не услышал, как Санька называет его дедом. Я любил тебя и боялся одновременно.  Ты мне казалась какой-то нереальной. А потом случился тот инцидент со змеевиком. Это была судьба, - я почувствовала, как он обхватил меня сзади  своими теплыми и  нежными руками. Прижал к себе и зарылся в моих рапущенных волосах. Он развернул меня к себе и одарил приятным поцелуем. Я уже и забыла это сказочное ощущение, когда ты любима.

- Рома, со мной быть опасно, - начала я, освобождаясь из его объятий.

- Больна? Чем? – на его лице проявились признаки заботы.

- Можно это и болезнью назвать. Все мои мужчины умирают, так и не дойдя до ЗАГСА. Я – черная вдова.

- Блин, ты об этом. Я уже черт знает что надумал. Перепугала. Думал, СПИД или еще какая хрень. Я не умру. Мне цыганка в шестнадцать нагадала, что буду жить до 90 лет. А в ЗАГС мы можем и  не ходить, если ты не против. Сейчас модно гражданским браком жить, - как  быстро он находил выход. Каким он был милым, как быстро я к нему привыкала.

- Ты будешь жить до 90 лет, а может, и больше. Потому что больше никогда не придешь сюда и будешь обходить меня десятой дорогой. Сделай это для меня, Ромочка! Я ведь не переживу, если ты  пострадаешь из-за меня. Ты – прекрасный человек. У тебя все будет отлично.

- Ага, щас. Разбежался. Я наконец-то  почувствовал себя счастливым. Я без тебя и малых твоих не смогу.

- Вот этого я и боялась.

- Нет, Люб, я не смогу вас забыть. И не верю я в никакие такие сказочки о  черных вдовах. Это забобоны. Мы живем в 21 веке.

Я не стала убеждать этого мальчика. Он слишком молод и не испорчен  миром, чтобы потерять жизнь из-за моего проклятия. Да, Лера родилась, и, возможно, проклятия уже нет. А если осталось? Проверять? На Роме? А как потом жить? Я всегда задавалась вопросом, почему проклята моя душа, а умирают  невинные вокруг. Почему так много жертв? И лишь теперь понимала – больно не тому, кто ушел в мир покоя, а тому, кто остался и грызет себя за эти потери. Вот оно – наказание одиночеством.


В тот вечер я закрывала за Ромой  дверь, зная, что в последний раз.

- И что ты будешь делать? – спросил отец, убирая на кухне.

- Переедем на некоторое время в другой город. Я звонила во Львов подружке Тамаре. Мы с ней вместе в модельном были. Отец ее заведует поликлиникой. И там критически не хватает медсестер. Через  годиков пять-шесть  он меня забудет, и детей тоже. Он классный, папа, поэтому пусть идет своим путем. Счастье такой ценой я не хочу.

 Мы оставили квартиру ранним утром, взяв только самое необходимое. Позже отец планировал все переправить почтой. Загрузив все чемоданы в такси и, разместив детей с отцом, я вернулась к почтовым ящикам, чтобы вбросить конверт с письмом в  ящик с номером 25. В этой квартире жил Ромка. Я всю ночь писала письмо, ревела и  снова писала, переписывала, рвала и в который раз  повторяла все сначала. Это были прощальные слова, поэтому они должны были быть правильными, потому как их задание – сохранить жизнь хорошему человеку с благородным сердцем. Я «рожала» каждое слово так больно, что  текст этого письма четко отчеканился в моей памяти:

«Ромка, когда ты  будешь читать все это, наша семья будет далеко, в другом городе. Не печалься, не злись и не обвиняй ни себя, ни меня. Просто поверь, что так нужно. Позже ты  поблагодаришь меня за то, что решилась на такой шаг. Не думай, мне он дался  тоже очень болезненно, поскольку, как и дети, я к тебе привыкла. Но страх за твою жизнь перевесил. Если бы я  решилась выйти замуж, то лучшего  мужа, чем ты, точно бы не нашла, но… Всю жизнь меня преследует это черное «но». Ромка, смотри вперед, не останавливайся и будь счастлив. У тебя все должно быть прекрасно. Номера телефонов  свой и детей я изменила. Прошу, не ищи меня, ничего уже не изменишь. Всего самого лучшего. Твоя Любовь»

Такси отвезло нас на вокзал, а поезд «Киев – Львов» отвез в другую жизнь. Съемная квартира, старый район с новыми соседями преимущественно  пенсионного возраста – и никаких романов и знакомств. Сама, и только сама. Это мой тяжелый крест, который  я ответственно  пронесу через эту жизнь, веря, что в следующей встречу Геру, или как там его будет звать. И мы не будем прятать свою любовь, потому что Бог подарит нам прощение. И даже если  снова придется бороться, я согласна, только бы мы встретились. Мимо друг дружки мы не сможем пройти.

 У моих детей один отец, но они об этом узнают позже, когда я смогу все объяснить. Пока они не готовы все понять. Может, когда они вырастут, прочтут мою исповедь и либо осудят, либо оправдают (это их право).

Я больше не ищу смысл жизни. Теперь я его создаю. Для Саньки, для Назара, для маленькой Леры и отца.  Верю, что смогу справиться, потому что в моем сердце живешь ТОЛЬКО ТЫ. И этого мне достаточно.

ФИНАЛ

Спасибо всем, кто прочел.


Рецензии
Дочитала ещё вчера с планшета. Сегодня вернулась, чтобы сказать спасибо.
Спасибо, Ксения!
Несмотря на трагический сюжет не могла оторваться, пока не дошла до финала.
Очень интересно написано всё.
Вдохновения! Новых творческих находок! И всего самого доброго!

Ольга Смирнова 8   22.02.2019 04:46     Заявить о нарушении
Добрый вечер,Оля!
А начиналось все простым рассказом "Тяжкий крест" ( где-то здесь есть на странице), который послала на конкурс в журнал. Как сейчас помню, "Лабиринты любви" называлось издание. Я выиграла 100 гривен, первый приз. Радости было - не описать, эпитеты и метафоры меркнут. Не из-за денег, так, мелочь. То, что я калякаю, кому-то нравится))) рассказа мне показалось мало - и настрочила повесть.
Благодарю, что забежали, начитали, написали, похвалили)))
И Вам всего прекрасного! Музу под бок!

Ксения Демиденко   22.02.2019 22:09   Заявить о нарушении
На это произведение написано 18 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.