Девиз моей души. Часть 1. Глава 22

Я уже проснулась, но еще не открыла глаза. Сквозь полуопущенные веки продирался лимонный свет. В горле было сухо, словно туда насыпали песок вперемешку с горящими углями. Как дышать, так и глотать было больно. Голова раскалывалась. Я с трудом дотронулась до лба, он горел как раскаленное железо. Все тело ныло от боли.

- Проснулась? – услышала я как во сне голос Ираклия. – Не притворяйся, я знаю, что ты не спишь.

Я с трудом приподняла слипшиеся веки и, придерживая их руками, открыла глаза.

- Доброе утро, звезда стриптиза!

- Где я? – охрипшим голосом выдавила я, плохо соображая, что происходит.

- У-у, – протянул Ираклий, давясь смехом. – Сколько же ты вчера выпила, подруга?

- Выпила? Ты что-то перепутал. Я вообще не пью.

- Все когда-то бывает впервые, - усмехнулся он и протянул мне бутылку с водой: – Минералочки?

Хотя я всем сердцем ненавидела минералку, я буквально выхватила бутылку из рук Ираклия и начала жадно пить. Жизнь потихоньку начала возвращаться в мое иссохшее тело, голова плохо, но заработала, и я уже успела осмотреться вокруг и сообразить, что, к счастью, нахожусь дома, а не там, где я могла бы оказаться, учитывая мое состояние…

- Как ты себя чувствуешь? – заботливо спросил Ираклий, когда я, наконец, напилась и, бросив бутылку на кровать, обессиленно рухнула на подушку.

- Я сейчас сдохну! – ни к кому собственно не обращаясь, прохрипела я. – Господи, почему мне так плохо?

- Это похмелье. Оно, как маразм, никогда не знаешь, когда придет!

Я вздохнула и, решив встать, начала медленно стягивать одеяло, но тут же вскрикнула и испуганно натянула его обратно до самого носа.

- А почему я голая? – пристыженным шепотом спросила я. – Где моя одежда?

- Вообще-то, на тебе должно быть эм… нижнее белье.

- Сути это не меняет! Хорошо, где моя остальная одежда?

- Ты что совсем, совсем ничего не помнишь? – грустно поинтересовался Ираклий.

- Не-а, – я глубоко задумалась, пытаясь хоть что-нибудь вспомнить. – Постой-ка! Я вспомнила! Мы пошли в клуб. Там я сначала танцевала... Наверное, очень долго, потому что у меня все ноги болят. Затем я устала и села возле барной стойки. Потом пришел Константин…

- Какой Константин? – строго спросил Ираклий, который, я знала, на дух не переносит этого имени.

- Мой знакомый, – спокойно ответила я. – Ты его не знаешь... Он предложил выпить «Маргариту» за встречу…Я выпила, наверное, десять коктейлей.

- Десять? – ужаснулся мой друг. – Ты спятила! Эту дрянь вообще нельзя пить!

- Не знаю, - я пожала плечами, – мне показалось, вкусно. Он что-то сказал, не помню, что… Я начала петь, стало жарко, а потом я, мы… - я схватилась за голову, – собирались поехать к нему... А дальше...  Пустота.

- Ясно. Сейчас будем вспоминать!

- Я что-то плохое сделала, да?

- А это как посмотреть.

Ираклий, все это время сидевший на краю моей постели, встал и повернулся ко мне лицом. Я испуганно вскрикнула: на левой щеке моего друга красовалось здоровенное красное пятно от чьей-то хорошей пощечины!

-Боже, что у тебя с лицом? Кто это тебя так? – воскликнула я, стараясь побороть в себе страстное желание подойти и прикоснуться к больной щеке своего друга отнюдь не с медицинскими целями.

- Погоди, дойдем и до этого, – отмахнулся от меня Ираклий и отошел к окну. – Сначала заполним пробелы в твоей памяти. Я искал тебя по всему клубу, боялся, что ты попадешь в беду или в дурную компанию. Девушек в клубе было много и все в похожей одежде, так что я практически отчаялся найти тебя. Наконец, мое внимание привлекли крики и пьяные вопли около барной стойки, там уже собирался народ. Я подошел ближе и, честное слово, сам чуть не умер, когда тебя увидел. Ты в наполовину расстегнутом платье ползала по барной стойки, требовала «Маргариту» и, когда «собутыльник», как ты умудрилась назвать Сашу, в очередной раз сказал тебе «нет», ты сняла с ноги туфлю и попыталась выколоть ему глаза шпилькой, а когда у тебя ничего не вышло, то начала душить его поясом от платья.

- Какой позор! – в отчаяние простонала я, прикладывая к раскаленному лбу холодную минералку. – Надо будет извиниться перед Сашей.

- Ничего, он тебя уже простил, – усмехнулся Ираклий и потер пострадавшую щеку. – Я попытался разобраться, что случилось. Оказалось, ты разбила несколько бокалов, пыталась заказать такси, а твой дорогой Константин не посчитал нужным за тебя заступиться и подло удрал.

- Трус, – прошипела я одними губами.

- Все Константины – редкостные уроды! – недобро бросил Ираклий, ослепительно сверкнув глазами, вспышка которых напомнила мне искры в глазах… - Как я уже сказал, твой друг удрал.

- Он мне не друг, а так, просто знакомый, – возразила я, недовольная тем, что моя мысль снова осталась незаконченной.

- Именно поэтому ты решила прыгнуть к нему в койку? – расхохотался Ираклий, а я обиженно надула губы. – Эй, ты что обиделась? Не обижайся, я же по-дружески. Я даже рад, что ты  встретила любовь всей своей жизни. Правда, ваши отношения, – он снова прыснул, – чересчур быстро развиваются. Ну, ничего! Любовь с похмелья - тоже любовь!

Ираклий больше не мог сдерживаться и от души рассмеялся. Я же была готова провалиться сквозь землю от стыда. Радовало только одно: я, к великому счастью, не спала с Константином. «Хотя бы с этим разобрались! А вот почему на мне нет одежды, это еще предстоит выяснить».

- Хватит ржать! – возмутилась я, уже не на шутку разозлившись. – Рассказывай, что было дальше!

- Пока я выяснял детали твоего «преступления» и возмещал ущерб, причиненный тобой, ты куда-то исчезла. Я вновь забегал по всему клубу, но долго искать мне не пришлось. Около сцены слышались громкие крики, в основном мужские. Я знал, что так приветствуют новую стриптизершу. Я подошел ближе, у меня было очень плохое предчувствие! Интуиция меня не подвела. На сцену выскочила ты на своей двадцатисантиметровой шпильке в разодранном и испачканном платье, с растрепанными волосами, с лицом, перемазанным помадой и тушью, и начала танцевать стриптиз.

- Стриптиз? – у меня окончательно пересохло в горле. – Так я же не умею!

- Не знаю, все мужики в клубе решили, что умеешь да еще как! Особенно, когда ты сняла платье и в одном нижнем белье полезла на шест. Кстати, у тебя отличная пластика!

- Я в школе занималась художественной гимнастикой, – чуть слышно прошептала я.

От стыда я не могла выдавить даже слезинку, хотя очень желала сейчас расплакаться. Мне казалось, что все происходящее со мной – сон, альтернативная реальность, в которой я – вовсе не я.

- Ты обхватила шест ногами, облизала его и…

- Давай без подробностей!

- Как скажешь. Но стриптиз вышел что надо, тебе нечего стыдиться. Правда, ты попыталась снять с себя еще и белье…

- Хватит! Хватит! – я истерически замахала на Ираклия руками, а потом закрыла уши не в силах вынести ужасной правды. – Замолчи!

- Это ты сейчас мне говоришь? – Ираклий тоже начал злиться. – Это ты себе вчера должна была сказать «хватит», когда начала танцевать на столах и приставать ко всем мужикам в клубе, которые с радостью засовывали пачки денег тебе в трусы!

- Почему ты меня не остановил? – я продолжала биться в истерике. – Почему?

Спасительные слезы наконец-то брызнули из глаз и освежили мое сухое, как осенний лист, безжизненное лицо. Капли тихо падали на одеяло, застывая и превращаясь в крошечные хрусталики. Сейчас я очень жалела, что мое сердце не камень, так было бы лучше. Ираклий присел на край постели и провел рукой по моей щеке, вытирая дорожки слез.

- Я пытался, – ласково сказал он и погладил меня по голове, – и вот результат!

Мой друг указал на след от пощечины, и я сразу обо всем догадалась.

- Как это произошло? Расскажи, я хочу, чтобы мне стало еще хуже.

-Благодаря мне ты все-таки осталась в белье, но с меня было достаточно. Я полез на сцену, чтобы привести тебя в чувство, но ты так страшно кричала, что я испугался. Ты вырывалась из моих рук, как раненая тигрица, требовала отпустить тебя к гостям и, в итоге, тебя стошнило прямо на ди-джея. Пока я боролся с тобой, ты успела меня поцарапать, укусить и пару раз пнуть ниже колена ногой только в одной туфле. Наконец, я потерял терпение и, взяв тебя на руки, направился к выходу. Ты попыталась вырваться и тебе это удалось. Моему терпению пришел конец! Я схватил тебя за руку, встряхнул за плечи и, взяв в руки твое лицо, взглянул в эти затуманенные голубые глаза и закричал: «Что с тобой такое? Ведешь себя как дешевая шлюха!». Я думал, что смысл сказанных мною слов не дойдет до тебя. Ты была так пьяна, что ели держалась на ногах. Но ты, к сожалению, все поняла. Вот тогда я действительно испугался! Ты подняла голову, и я увидел твои глаза. В них не было слез, но от злости они из голубых стали черно-синими, цвета грозы в летнюю ночь. В этих глазах был такой безмолвный укор, такая неконтролируемая сила, что я невольно отшатнулся от тебя. Ты, наоборот, подошла ко мне вплотную, с минуту молча смотрела мне в глаза, а потом со всей злости размахнулась и дала мне пощечину. В тот момент у меня, кажется, из глаз брызнули слезы. У тебя очень тяжелая рука!

- Боже мой, я чудовище! – я в отчаяние схватилась за голову. – Прости, прости меня!

- Нет, это ты прости. Я не должен был так говорить. Клянусь, я больше никогда тебя так не назову.

- Никогда не говори никогда, – я засмеялась слабым, болезненным, но беззлобным смехом. – Я сама напросилась, так мне и надо. Ты уже второй раз меня спасаешь. Сначала в парке, теперь в клубе. Как жаль, что я не могу тебя отблагодарить!

- Спасателю полагается награда, – шутливо сказал Ираклий.

- Вот такая тебя устроит?

Я быстро приблизила свои губы к его щеке и оставила на ней воздушный, почти невесомый след.

- Вполне, – довольно улыбнулся мой друг, и я поняла, что все сделала правильно. - Конец этой истории очень скучный. Я подхватил тебя на руки, и мы отправились в обратный путь. По дороге я хотел поговорить с тобой о случившемся, но ты уснула на моем плече, так ничего мне и не объяснив. Вернувшись домой, я сразу же отнес тебя в комнату.

Я начала шарить рукой по простыне и обнаружила, что бы вы думали? Целую гору денег! Пересчитав их, я с гордостью показала Ираклию свою «зарплату» - десять тысяч с копейками.

- А ночка-то удалась! – расхохотался мой друг, шаря руками по полу. – Тут еще пятак! Готов поспорить, тебе заплатили гораздо больше, просто мелочь по дороге высыпалась. Любой труд должен быть оплачен, тебе эти деньги очень пригодятся.

- Это почему?

- Потому что тебя уволили.

- Как уволили? – я была шокирована этой новостью, но не особо расстроилась. – Почему?

- Вероятно, из-за ущерба, причиненного тобой клубу.

- Но ты же все возместил? – я скривилась и подозрительно взглянула на Ираклия. – Или нет?

- Только то, что успел. А сколько ты наколотила в мое отсутствие даже представить страшно!

- Что я наделала! Напилась, устроила в баре погром, стриптиз станцевала, тебя ударила… Я никчемный человек! А никчемные люди не нужны обществу, поэтому меня уволили.

- Перестань накручивать! – строго, но мягко сказал Ираклий, а затем обнял меня. – Никакая ты ни никчемная, вон, сколько денег за ночь заработала.

- Разве в этом дело? – я подняла голову и встретилась с восхитительными глазами цвета ночи.

- Нет. Такие люди, как ты, нужны обществу! Вот в чем дело!

- И какая от меня польза целому миру? – отмахнулась я, как бы напрашиваясь на комплименты.

- Не скажу. Сама должна понять, – схитрил мой друг и крепче прижал меня к себе. – Все будет хорошо, прорвемся! Мы сильные! – он помолчал, а потом спросил: – Какой, по-твоему, вкус ночи?

Я нежно обняла Ираклия за шею и одними губами прошептала ему на ухо:
 
- Горький.


Рецензии
По содержанию главы: забавно вышло и чувственно в конце.

>и, когда «собутыльник», как ты умудрилась назвать Сашу, в очередной раз сказал тебе «нет»,

Луше переформулировать, я понял с третьего раза

>На сцену выскочила ты на своей двадцатисантиметровой шпильке

Тут я уже говорил, что малореалистично

>укусить и пару раз пнуть ниже колена ногой только в одной туфле

непонятный оборот с туфлёй

Ананасов Борис   01.02.2017 16:02     Заявить о нарушении
Спасибо за подсказки. Исправлю.

Элина13   02.02.2017 14:55   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.