Только ты. Глава 7

Зря я мечтала, что любовь улетела, как с белых яблонь дым, угасла, растворилась, уплыла. Как только Гера вечером вошел в зал, я поняла, что все вернулось на круги своя.

- К нам кто-то из района пожаловал? – спросил он Леру с порога, но, заметив меня в кресле, сменил тон, - О-о-о-о! Принцесса вспомнила, что у нее есть семья. Похвально, - и даже  похлопал в ладоши.

- Гера, ну как ты  так можешь говорить? – заступилась за меня  Лера. – Она же училась, работала… была занята…

- Я вижу. И что же нужно делать, чтобы такую тачку иметь? – в его словах я  почувствовала злость и обиду.

- Год работала дорогой проституткой! -  зачем-то ляпнула, пытаясь уколото побольнее. Сказала и выбежала на улицу. Бежала, словно летела на крыльях, пока не упала в дорогом бежевом костюме прямо на густой клевер. Ревела, как белуга. Такой водопад застоявшихся слез смыл даже водостойкую тушь. Возможно, в тот момент пошла бы и утопилась где-нибудь, если бы не оказалась в Гериных объятиях.

- Дурочка, чего ты так разошлась? Я не хотел тебя обидеть. Просто  Лера беременна, ей волноваться нельзя, врачи все время угрозой выкидыш пугали, а ты  молча там с одного конкурса на другой порхала. Зачем тебе эти модели? Что и кому ты доказываешь? – он вытирал мои слезы и прижимал к себе, как ребенка.

- Ты знал о конкурсах? – всхлипывая, спросила я.

- А ты думала, Лера смогла бы спокойно жить, не зная, что с тобой? Она послала меня узнать, как ты там. Я приехал, а ты уже в Париже. Дождался, пока вернешься. Как увидел, чуть дар речи не потерял.

- А чего не показался? Чего убежал? – упрекнула я. – Я так ждала, что ты приедешь. Хотя бы разочек!

- Боялся, неужели не понимаешь?

- Чего? Меня?

- Твоей красоты, Любаш. Твоей власти надо мной. Тебя! – такого я от него не ждала. – Пошли домой, а то Лера волнуется.

- Я  туфли где-то по дороге потеряла…, - поднялась и  посмотрела на порванные колготы на своих стройных модельных ножках. Гера подхватил меня на руки и понес в сторону дома. А мое сердечко  колотилось, как сумасшедшее. Уткнувшись в его шею, я вдыхала запах Гериного  тела. Поцеловать его мне не позволяла совесть, а так хотелось. Сквозь его тонкую рубашку я чувствовала шальное громыхание сердца. Этот ритм был вдвое, а то и втрое  сильнее моего.

Лера стояла на крыльце и нервно заламывала руки, ожидая моего появления. Гера поставил меня на деревянные ступени крыльца и ушел искать мои туфли.

- Лер, прости, - бросилась я обнимать сестру. – Я – эгоистка. Думаю только о себе. Я больше так не буду. Все нормально?

- Он знает, откуда у тебя деньги, Любаш, но он не примет такой подарок.

- Почему?

- Он не возьмет от женщины подарок. Да, мечтал о машине, давно мечтал. И права есть, но… От тебя не возьмет. Гордый. Ты ее отцу подари, ему такая нужна, в район ездить, ага? Если тебе она не нужна. Тогда и Гера периодически  на ней ездить будет. Ты же ему еще не говорила, что собираешься дарить?

- Не успела еще. Пусть будет отцу, - согласилась я. Еще один острый угол успешно был сглажен Валерией Викторовной.

Отец приехал традиционно очень поздно. Как он обрадовался, что его младшая дочь наконец-то дома, а еще больше порадовался моим достижениям.

- Характер у тебя мамкин. И красота мамкина. Много парней там, в Киеве, охмурила?

- Некогда было, па. Мне-то и на учебу времени не очень хватало.

- Одно другому не помешает. Ты там присматривайся к парням. Нам зять хороший нужен, чтобы род продолжался, чтобы внуки были красивые и здоровые. Слышала?

- Слышала. В городе сложно рассмотреть, где те хорошие.

- А что там летом в том городе делать? Ты давай на каникулы к нам. У Александровой вон Надьки такой славный сын из армии пришел. Хозяйственный, не пьет, купил себе мотоцикл подержанный и такую куколку из него сделал, насмотреться нельзя. Надьке огород сам перекопал и картошкой засадил. Разумный и рукастый. То, что надо, - такая реклама моего отца дорогого стоила. Он не особо –то всех расхваливал.

- Это Денис что ли? Он уже из армии вернулся? – не верила я своим ушам.

- Ага, тот Денис, что вы с ним  по заборам от собак бегали, - напомнила Лера.

- Он же военным хотел быть? – вспомнила я, как Денис мечтал стать генералом.

- Перехотел, видать. Плохо сейчас там, в армии. Село, оно ведь тянет. Или тебя уже не тянет? – словно в душу заглядывал отец.

- Тянет, - соврала я. Наполовину соврала, потому что тянуло, но не село, а Гера.

Отец поблагодарил за машину, поскольку  председатели других колхозов в районе уже подшучивали над ним, что  старая Нива проступает ржавчиной и портит имидж председателю колхоза -миллионера. Но не преминул заметить, что лучше бы я купила квартиру, она была бы мне нужнее.

- Я не хочу жить в Киеве. Шумный город и время летит быстро, - ошарашила я папу.

- Оно и хорошо, если все рядышком будем жить. А учеба быстро  пролетит, - согласился отец.
 
Как только сдала экзамены и подтянула зачеты, собрала  все свои вещи и на все лето - домой. Разве могла мечтать о лучшем месте для отпуска?

На вокзале меня встречал Гера на отцовской машине. Он стоял в кругу таксистов, положив руки на бедра и внимательно изучая толпу, двинувшуюся от электрички, прибывшей к третьему пути. Черные джинсы,  обтягивающие  сильные ноги, расстегнутый воротник и закачанные рукава голубой рубашки… Всей  своей женской сущностью я  безошибочно узнала Геру, хотя он и был в  солнцезащитных очках. Он владел особенной привлекательностью, даже на таком расстоянии смог  заставить мое сердце учащенно биться. Умом я понимала, что это недобрый знак, но душа пела. Он тоже заметил меня и помахал правой рукой. Приятная улыбка на его лице – и я счастлива!

Зеленая Нива как раз была для сельских ухабистых дорог.

- Ты не на работе? – удивленно спросила я Геру. Тот улыбнулся и, забрав у меня из рук чемодан, ответил:

- Теперь  это моя работа. Шофером у твоего отца временно. Пока он нового не найдет.

- А Юрий Павлович где делся? – не понимала, как отец мог заменить такого отличного шофера пусть даже и Герой.

- Инсульт у мужика. Пока теперь восстановится. Но врачи говорят, что уже за руль нельзя, на пенсии будет рыбку ловить, - он открыл заднюю дверку.- Извини, что не на новой тачке. Отец твой бережет,  только по асфальту в райцентр ездим на ней, - словно оправдание.

- А спереди нельзя? – наивный вопрос глупенькой меня. – Мне больше нравится спереди сидеть, рядом с водителем.

- Как скажешь, - он закрыл заднюю дверку и  открыл переднюю. – Заедем в соседнее село. Там бумаги какие-то забрать нужно. К тому же у Леры будет время приготовить тебе обед. Она там со вчерашнего вечера с кухни не вылезает. Даже пряженое молоко сделала.

- Ей нужно больше отдыхать. Когда врачи говорят рожать?

- Через месяц. Но у нее небольшой живот. Не сидит на месте.

- Она всегда была подвижной. Ты ей в школу не давай выходить. Пусть  три года с ребенком посидит.

- А то ты Леры не знаешь? Мать Тереза. Дети без учителя! Ей ведь не прикажешь и уговорить тяжело.

Мы ехали  полями, разговаривали, как старые друзья, шутили, смеялись. И так было приятно. Я чувствовала, что мое близкое присутствие Геру немного волновало. Но он отлично умел держать себя в руках.

Проезжая мимо пшеничного поля с голубыми вкраплениями васильков, я попросила Геру  остановиться.

- А домой не потерпишь? -  он подумал, что мне нужно справить нужду.

- Аж никак. Я хочу васильков нарвать, - загадочно объяснила я.

- Чтобы веночков сплести?

- Из васильков веночки плести неудобно. Лера эти цветы очень любит, - аргумент был убийственный. Машина остановилась и выпустила меня в  густые заросли почти дозревшей пшеницы. Я рвала васильки, а Гера стоял у машины и грыз травинку, выдавая свое нервное состояние. Спиной и периодически боковым зрением я чувствовала его взгляд на себе, но мне было приятно это чувство. Я специально собирала большой букет, медленно срывая цветок за цветком, помогая  отделить  лишний стебель зубами. Он терпеливо ждал, а потом не выдержал и тоже присоединился к сбору васильков. Когда мы объединяли букеты в один, руки наши встретились, глаза тоже протянули  между душами  воздушный мостик. Гера был выше меня, но мои туфли на каблуках уравнивали нас. В его глазах я читала желание, огромное и  непонятное, но титаническими усилиями он сдерживался. И тогда я помогла – расстегнула пуговицы на его рубашке и провела ладошкой по порослой темными волосам  груди. Мои губы коснулись сначала его груди,  а потом  я ощутила огонь его  горячих и властных губ. Всего несколько минут он не мог противостоять мне, даря долгожданный поцелуй, но потом нежно отстранил.

- Нельзя, Любаш. Это ненормально. Очень неправильно. Мы будем чувствовать себя негодяями по отношению к Лере. У нас ведь будет малыш. Не провоцируй меня больше. Я не железный. Между нами  ничего не должно быть.

- Уже есть. Я обещаю, что никто не будет знать, - вырвалось у меня. Я готова была стать его тайной любовницей. Ради него я согласна была на что-угодно. Но он не был согласен.

- Буду знать я, будешь знать ты, и этого достаточно. Как мы ей в глаза посмотрим? – и пошел к машине.

Гера был мудрее. Лера так обрадовалась моему приезду. Наготовила разных вкусностей и завалила меня вопросами. До ночи мы просидели с ней, разговаривая, вспоминая прошлое. Я любила, когда Лера рассказывала о маме, какой та была, что любила, ведь я  ее не помнила. А еще приятнее мне было слушать о Гере. А сестра  о нем могла говорить часами. В такие минуты я чувствовала себя  преступницей, которая мечтает  своровать чужое. Да еще и у сестры.

- Люб, ты его  до сих пор любишь? – как-то тихо и  обреченно спросила  сестра. Мне  так жалко стало ее в этот момент.

- Кого?

- Геру? Я чувствую.

- Да нет, конечно. Так, влюбленность легкая была. Он у тебя такой классный.  В Киеве  парней полно. Не боись, у меня этого добра хоть болота мостить, - уверила я Леру. В ее положении только об этом и думать. Больше Лера к этой теме не возвращалась.

Гера пропадал днями в поле и всеми возможными способами избегал меня. Боясь сделать сестре больно, я тоже  старалась переключить  свое внимание на что-то еще. Так я засела за чтение.

Неделю я так читала, прячась от  жары в гамаке под яблонями, а потом меня Лера отправила  к тетке Наде по козье молоко. Я думаю, что специально отправила. Там я встретилась  с Денисом, другом своего детства. И понеслась плясать губерния. Днями мы пропадали на озере и в лесу, катались на его мотоцикле, рыбачили, как в детстве. С ним я  ненадолго забыла обо  всех своих проблемах. С ним было о чем говорить, потому что у нас было общее прошлое. Начала он мне рассказывал о своей жизни по гарнизонам, а потом я ему о своей богемной. Впечатлены были оба.

В тот день мы приехали с ним на мотоцикле в старый заброшенный сад, где, как мы прекрасно знали, росли  вкусные яблоки на небольших деревцах. Когда-то ( когда мне было 10, а ему 12), эти яблони охранял дед Карпович, а теперь – никакой охраны, а под яблоньками трава  услана  опавшими, еще не совсем испорченными яблоками.

- Сколько корма для свиней! Куда мой отец смотрит? – размышляла я вслух, выискивая место  между яблок, чтобы поставить ногу.

- За всем не успевает. Подскажи ему, - мы потянулись к одному и  тому же краснобокому яблоку одновременно. Я схватила яблоко, а Денис – мою руку. Он нежно приблизил меня к себе и поцеловал. Сказать, что мне было неприятно, я не могла, но ощущение было не таким, как после поцелуев Геры. И все же Денис был единственным среди множества парней, кто мне был интересен и не противен, поэтому тогда, в то мгновение, я сыграла ответ на поцелуй, чем страшно осчастливила Дениса.

- Я понимаю, что не Ален Делон, Люба. Я никогда тебе не говорил, но любил тебя еще тогда, когда ты в школе училась. А теперь. Не смею даже надеяться.. Черт, не умею я красиво говорить. Одним словом, ты выйдешь за меня замуж? – спросил Денис на следующий после поцелуя день.

Я ждала этого. Более того, я целую ночь думала над тем, что скажу, если такой момент настанет. Для Геры я была сплошным наказанием, Леру я  не смогу обидеть и отобрать у нее мужа, а у ребенка отца. Жить самой как-то не то. А тут такой вариант. Интеллигентный приятный парень. Сколько женщин живут в браке без любви – и ничего. Мы будем дружить. Так даже лучше, ведь лишние эмоции часто только вредят.

- Пойду! – как отрезала, и так легко стало на душе, словно решила большую и очень сложную задачу с двумя звездочками из толстого задачника.

Мы ехали к моему отцу просить благословения на брак. На радостях Денис разогнал свой мотоцикл очень сильно. Маленький  камешек на дороге – и страх, боль, неизвестность, темнота…

Продолжение  http://www.proza.ru/2016/04/14/175


Рецензии
Ох, Люба, Люба!
...- Пойду! – как отрезала, и так легко стало на душе, словно решила большую и очень сложную задачу с двумя звездочками из толстого задачника... - задача окажется намного сложнее, чем она думает.
С теплом,

Любовь Голосуева   01.12.2019 18:08     Заявить о нарушении
Очень сложной...

Ксения Демиденко   03.12.2019 20:32   Заявить о нарушении
На это произведение написано 17 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.