Снежные лавины на юге

               

               
    (Из дневника)

    Я люблю смотреть, как снежинки играют в воздухе. В тихую безветренную погоду они медленно, словно качаясь, спускаются с неба и ложатся на землю.    Снежинки, которые падают в начале снегопада остаются внизу, те, что падают по прекращении снегопада, ложатся сверху, а остальные прячутся в середине.
    Они напоминают мне людей: нижний слой, где не совсем комфортно, ассоциируется в моем понимании с престарелыми людьми, следующий – с людьми среднего возраста, дальше – с молодежью, а верхний слой, где комфортно, ассоциируется с детьми.
    Давно мне не приходилось увидеть русский снег. Это какое-то изумительное зрелище. У нас на юге снег бывает обыкновенного белого цвета, а в России он не просто белый, а как бы с блеском.
    Эту зиму мне посчастливилось вдоволь походить по скрипучему снегу в Ессентуках. В санатории «Нива», где я отдыхал за счет моего дяди Рахмана Ордуханова – преподавателя Бакинского университетского, не  упустил возможности насладиться игрой в снежки с местными медсестрами, и еще тем, что подставлял свое лицо под падающие снежинки, от чего получал неописуемое удовольствие.
    Дядя уже сколько лет подряд ездит  в Ессентуки со своим коллегой  Джалал-муаллимом, чтобы подлечить свой хронический панкреатит. Но в связи с женитьбой сына Джалал-муаллим в этот раз не смог поехать, и поэтому сопровождать дядю пришлось мне. Когда дядя попросил меня о том, чтобы составить ему компанию, скажу честно, сперва меня это не обрадовало. Подумал, наверное, мне будет скучно с ним, я не смогу расслабиться в его присутствии из-за разницы в возрасте. К тому же у меня своих дел было уйма. Но отказывать было неудобно, и мне пришлось согласиться. Все же уважаемый родственник в кои-то веки просит меня сделать одолжение. Если не соглашусь, то он везде будет говорить об этом.
    Мы приехали и едва расположились, как я начал выражать недовольство, мол, в прошлом году мой друг Вусал приезжал со своей семьей в санаторий «Россия». Там намного лучше. Он очень расхваливал. А отец другого моего приятеля Эльшана каждый год отдыхает в санатории «Исток». Тоже классная лечебница. А ты меня куда привез? Это не санаторий, а черт знает что.
    Я все жаловался, то на невкусное диетическое питание в местной столовой, то на отдаленность источника минеральной воды и грязевой лечебницы «Тамбукан», то на старший возраст пациентов, то на серую дискотеку. Он  же, в свою очередь, не придавал значения на мой ропот и аккуратно выполнял все предписания врача. А в свободное время параллельно читал книги, которые привез с собой. Это «Маньчжурские правители Китая» В.Сидихменова и «Жизнь двенадцати цезарей» Светония. Читал и дремал.
    А я прогуливался по парку, сидел на Интернете, ходил в торговый центр, наблюдал за людьми на центральной площади и на вокзале, посещал кафе и рестораны (в одном только грузинском ресторане «Не горюй!» побывал 10 раз). У скульптуры «Орел» в костюме джигита фотографировался, если не соврать, тоже раз 10. Неоднократно ходил к композиции «Нулевой километр любви», по которой водил ладонью, загадывая желания о любви.
    А сколько беседовал с Володей – продавцом дисков у галереи минеральных вод о покойном Владимире Высоцком.
    В один из вечеров, когда мы отправлялись в столовую, чтобы поужинать, дядя сказал, что здесь отдыхает офицер в отставке из Калуги по имени    Прохор. Я буду сидеть с ним, так что извини.
    Я спросил, почему?
    Дядя ответил: - Во время 1-ой Карабахской войны этот человек в составе армянской армии воевал против наших. Я два дня пытаюсь объяснить ему, что он поступил неправильно, но не могу. Он  усердно твердит, что армяне, во-первых, это наши братья по вере, то есть христиане, а во-вторых, Армения – союзник России. Если я помог им, то поступил правильно.
    Я прекрасно знал, что мой дядя не является националистом. Он ни разу не принимал участия в митингах, когда началось национально-освободительное движение. Но, как он сказал, это никакой не национализм, а просто желание восстановить справедливость.
    Я сидел за нашим столом №21. Свою порцию свекольного салата и омлета щедро предоставил своим сотрапезникам – тете Насте с дядей Кузьмой, а сам, наворачивая макароны с котлетой, одновременно следил за столом №16, за которым сидели мой дядя с тем самым Прохором – здоровым плотным мужиком.
    Вечером после прогулки на Театральной площади зашел в ресторан «Театрал», где выпил 2 кружки пива, слушая джаз. На пути в санаторий я наслаждался мелкими снежинками, тихо падающими с неба. Когда зашел в комнату, дядя Рахман сидел в кровати и недовольный стучал по телефону.   «Ты почему телефон ломаешь?», спросил я его. «Интернет–дрянь то появляется, то пропадает», - ответил он.
    Я спросил, чем кончился их разговор с Прохором. Не отрывая взгляда от телефона, он ответил:
     - Я старался объяснить этому мужику, что в течение долгих лет мы с вами и с армянами, а также еще с 12-ю другими народами жили под одним знаменем. Мы все вместе составляли советский народ.    Вторая Мировая война закончилась победой благодаря Бакинской нефти.    Азербайджан, в отличие от других республик, ни у кого на шее не сидел и никогда не просил дотаций у Союзного Правительства. Вы – русские были нам, а также другим 14-ти республикам старшим братом. Сейчас проявить пристрастие и защищать армян – это значит подставить нас. Нехорошо так поступать. Наше дело правое. Я ему сказал: Какое отношение к армянам имеет Карабах, тогда как слова «кара» и «бах» чисто тюркские и переводятся как «Черный сад»? Но он никак не хотел понимать. Сказал, якобы есть такие вещи, которые нас сближают и роднят с армянами.
    Я, вздохнув, сказал дяде: «Ты после этого не подходи к этому Прохору».   Но он не дал мне договорить:
     - Знаешь, тут есть одна  деталь, которую я хочу уточнить. Мне сердце подсказывает, что так оно и есть.
    Дядя меня заинтриговал. «Что ты имеешь в виду?» - спросил я и подсел к нему.
    Он оторвал свой взгляд от телефона и направил на меня:
     - Прохор как-то сказал такую вещь. У них в роду все военные.   Его прадед в Первую Мировую был отличником кавалерии, дед во Вторую был удостоен медали «За отвагу». А отец в Афганистане был командиром взвода. Он рассказал об их воинском пути. И выяснилось, что его дед Петр погиб в боях за Керчь в 1942 году. Когда пришла похоронка, его боевой товарищ сказал бабушке, что взвод, в котором сражался Петр, попал в засаду, и их истребил 809-ый пехотный батальон. Правда, фамилия командира немецкая – Беккер. Но, если память мне не изменяет, с 808-го по 818-ый батальоны, это были армянские легионы, воюющие на стороне немецких фашистов.
    Чаяние и уверенность... Когда ты теряешься в сомнениях, то опираешься на первое, если же чувствуешь в себе решительность, то примыкаешь ко второму. А чаще находишься между первым и вторым состоянием, то есть на перепутье.
    Всю ночь так и не появился Интернет. Какое-то время я прослушал песни Владимира Высоцкого, которые записал на память моего мобильника Володя:
    - Ах, война, что ж ты сделала, подлая.
   Стали тихими наши дворы.
    Наши мальчики головы подняли –
    Повзрослели они до поры...
    Мой дядя все то время, пока я ни заснул, сидел в кровати с телефоном в руке. Человек, который не привык нарушать режим сна, не сомкнул глаз. А когда утром я проснулся, он с завернутым полотенцем под мышкой спешил на грязевую процедуру. А мне поручил: «Племянничек, Интернета все нет, ты проверяй часто, как он появится, выбей на Googlе «809-ый пехотный батальон» и посмотри, не ошибаюсь ли я».
    Старик ушел, а я умылся и нехотя спустился в столовую на завтрак.
    Свою кашу и омлет я опять отдал своим сотрапезникам, а сам без аппетита начал есть яйца вкрутую. После направился по повседневному маршруту – в водную галерею в центре города.
    Для питья минералки отдыхающие здесь покупают специальные кружки с носиком. Но я не люблю занимать руки и поэтому каждый раз пользуюсь одноразовым стаканом.
    Дядя всегда заставляет меня пить воду из источника №4, но я делаю по-своему и в этот раз выпил теплой воды из источника №17.
    Я вышел оттуда и по привычке поздоровался с фотографией на рекламном щите фотоателье, с которого смотрел на меня приветливое лицо моего земляка Бахрама Багирзаде – члена команды КВН «Парни из Баку» - чемпиона века.
    У галереи шла бойкая торговля. Что только ни предлагали? И шерстяные шапки-ушанки, и всякие сувениры, и матрешки, а также мед и соленья. Все звали клиентов, но громче были слышны голоса продавцов билетов на концерт, в театр, на вечер танцев, а также на экскурсионные туры.
    И вдруг мне послышался слово «Керчь». Когда обернулся, то увидел, что двое пожилых людей – мужчина и женщина беседуют между собой. Будто они догадались, что накануне мой дядя с Прохором говорили как раз об этом самом городе.
    Мужчина пытался возражать своей собеседнице: «Ведь Керчь в Крыму, климат там мягкий, редко идет снег». Но она стояла на своем: «В тот год именно стояли сильные морозы. С горы Митридат шла снежная лавина. Нам всем грозила опасность».
    Я сразу вспомнил о поручении дяди, быстро нажал на кнопку телефона и попытался войти в Интернет. Уголок «Сафари» засветил разноцветные шрифты «Googlе». Пробил в поиске слова «809-ый пехотный батальон». Когда вышла запись «Армянский легион», я, взволнованный, поспешил к старику на Тамбуканские ванны.
    Мой родственник лежал на кушетке и утомленный теплой целебной грязью, нанесенной ему на тело, рассказывал медсестре средних лет свои армейские воспоминания. О том, как в 1976 году служил в стройбате в Калужской области, как влюбился в краснощекую девушку Машу, когда собирали овощи в колхозе, как частенько убегал на самоволку, чтобы встретиться с ней...
    Дядя рассказывал, а медсестра с интересом слушала его...
    Люди пожилые, и в самом деле, больше живут воспоминаниями. Я бы сказал даже, что воспоминания в их жизни это как костыли, на которые они опираются.
    ...Когда я сообщил ему о том, что нашел в инете сведения об армянском легионе, старик вскочил с места, да с такой ловкостью, что медсестра аж испугалась и вскрикнула. Я затрудняюсь описать, с какой скоростью он принял душ, оделся и вышел из кабины, а потом вырвал телефон из моих рук и принялся с жадностью зачитывать материал. Вскоре мы были уже в санатории. Дядя Рахман спросил у соседей по комнате, где сейчас может быть Прохор. Затем он отправился в минводгалерею в центре парка и нашел там своего русского приятеля.
    Первым делом дядя спросил его: - «Самый главный человек в твоей жизни, у которого всегда брал пример, это твой дед. Правильно я понял?» «Да» - сразу ответил Прохор. Дядя начал неспеша рассказывать:
     - Накануне Сталинградской битвы в 1942 году Гитлер распорядился о создании легионов из нерусского населения Советского Союза с целью, чтобы добиться раскола в рядах Советской Армии. В результате образовалось несколько легионов: татарский, грузинский, азербайджанский, армянский, украинский, беларусский... Однако лишь один из них, а именно, армянский добился успехов и служил фашистам до последнего. И твоего любимого деда вместе с его боевыми товарищами убили палачи из 809-го батальона, который входил в состав этого легиона. Официально он назывался так: «809-ый пехотный батальон армянского легиона Вермахта».
    « - Этого не может быть», - возразил Прохор, но дядя представил его взору экран мобильника. У его русского приятеля руки сжались в кулак, он стал кусать себе губы. А дядя Рахман продолжал свой рассказ:
     - В мае 1942-го года на территории Польши в лагере близ города Радом был сформирован 1-ый армянский стрелковый батальон. Солдаты этого батальона, который именовался как «Вартан Зоравар», то есть Полководец Вартан, носили прозвище «Вартананк». 20 июня на церемонии на Пулавской городской площади, где присутствовали также представители фашистского командования, армянские легионеры приняли военную присягу. Приняв стойку смирно и приставив к виску указательный и средний пальцы, они отдавали честь, при этом произносили слова: «Я клянусь перед Богом и  Адольфом Гитлером, что до последней капли крови буду преданным  Немецкому государству, буду бороться против большевиков и империалистов и за дело национал-социализма». На флагштоке во время присяги рядом с немецко-фашистским знаменем развевался также и трехцветный флаг Армении.
     - Эти сведения, случайно, не из ваших азербайджанских источников? – спросил Прохор, не долго думая. В качестве доказательства дядя показал снимок Интернет-страницы и сказал: «Нет, это из книги «Из истории армянского легиона», автором которого является армянский историк Эдуард   Абрамян».
    На лице русского мужчины выражались гнев и, в то же время, досада. У него внутри смешались эти два чувства. А сам все повторял: «Почему же они так поступили?»
    Мой дядя тем временем продолжал перечислять факты:
     - 809-ый батальон, который лишил твоего деда жизни, также был сформирован в Польше в 1942-ом году и сразу же отправлен на переднюю линию и принимал  участие в боях за Северный Кавказ: Нальчик, Моздок,   Кубань, наконец, Крым – Керчь... Затем прошел боевой путь в Украине и Польше. В    1944 году армяне были переброшены в Бельгию и Нидерланды. Рейхстаг поручил  им также оборону Атлантического вала с целью, чтобы препятствовать вторжению в континент англо-американо-французских союзников. Последние объединились, чтобы открыть второй фронт против фашистов. Армянские солдаты 809-го батальона проявляли в боях большое усердие и не скрывали своей преданности фашистам. За нанесение беспощадного и предательского удара Советской Армии на Кубани многие из них были удостоены памятного значка «Кубанский щит». А за успех в бою, который завершился гибелью твоего деда, генерал-фельдмаршал Эвальд фен Клейст объявил батальону Благодарность. Бойцы были награждены   Железным Крестом и Восточной  медалью. Что же касается дальнейшей судьбы батальона, то известно, что он был разгромлен союзниками во время штурма под названием «Оверлорд» в боях, которые шли в Нормандии в августе 1944-го года.
    Я не помню, сколько сигарет выкурил Прохор за это время, но сам признался, что все его лечение ушло коту под хвост.
    Я был поражен отличной памятью своего дяди. Он с удивительной точностью описывал униформу армянских легионеров, сопоставляя с формой фашистских солдат, а также называл марки оружий, из которых они стреляли. (Оказывается, армяне носили обмундирование Германской армии  старого образца 1939-го года. Знаки различия легионеров включали серые петлицы с серебряным галуном, погоны из сукна темно-зеленого цвета, кокарды в виде овала.     Нарукавной знак легиона был разработан на основе армянского трехцветного флага и с вышивкой ARMENIAN).
    Перед моими глазами словно оживала сцена из многочисленных кинофильмов про войну. Я представлял себе, как вооруженные и обмундированные по этому образцу армянские солдаты полчищем идут на наших родных Советских воинов.
    Прохор скомкал и выбросил опустевший коробок из-под сигарет и попросил папироску у прохожего молодого человека.
    В этот момент мне вспомнилось выражение «Табак, усыпляя горе, отравляет нас».
    Дядя же мой не умолкал:
     - Во время Второй Мировой войны армяне против советской армии воевали на переднем фронте в составе 11-ти батальонов, общая численность личного состава которых насчитывала 20 тысяч солдат. Кроме того, еще десятки тысяч армянских солдат служило фашистской армии в составе 22-х батальонов: строительном, железнодорожном, автотранспортном, связи, хозяйственном. Командовали этим легионом люди, отличающиеся особой жестокостью, такие, как Гарегин Нжде, Драстамат Канаян. Но это еще не все.    Борьба живших в СССР армян против Советской Армии не ограничивалась только лишь участием их в армянском легионе. Сотни хаев, живших в    Германии, а также в Европе, воевали в фашистской армии. В ее рядах даже были известные командиры в лице эсесовца Штандартенфюрера Вартана   Саакяна, группенфюрера Размика Назаряна, капитана Мисака Торлакяна и других.
    Возмущенный Прохор словно сам себя спрашивал:
     - А почему мы – русские ничего не знаем обо всем этом, или те, кому известно это, не придают значения?
    « - Я не могу понять, почему вы – русские  не придаете этому значения и до сих пор проявляете симпатию к армянам. Хаи же вместо того, чтобы скрывать эти факты, еще гордятся ими. А у их президента Сержа Саркисяна еще хватило «смелости» взамен своих услуг просить у Ангелы Меркель – Германского канцлера поддержку в решении Карабахского конфликта», - сказал дядя, не скрывая иронии.
    Дядя Рахман еще крепче укутался в пальто, шапку свою напялил до бровей, еще плотнее обмотал шарф  вокруг шеи. Он понимал, что стоять в таком холоде после теплой грязевой процедуры может навредить его здоровью. Это понимал и я, но он был очень упрямым человеком, который если не выльет все, что накипело у него, то не успокоится.
    Снова пошел снег, хотя  с утра осадков не было. От рассказов дяди я,  правда, расстроился не на шутку, но зрелище от снегопада было для меня словно бальзам на душу.
    Потом мой родственник начал рассказывать о Драстамате Канаяне по прозвищу Дро. Вы только подумайте, в Баку в 1905 году от его рук в результате террора погиб генерал-губернатор царской России Накашидзе. В этом же городе во время армяно-азербайджанской резни он истребил сотни моих сограждан. Затем переправился в Турцию в 1907 году, маскируясь коммерсантом, где вооружал местных армян и убивал десятки турков в Баязите. А в 40-е годы вместе с фашистами лишил жизни тысячи советских людей, большую часть которых составляли русские. И самое удивительное: преступления этого человека, который умер в Бостоне в 1956 году, независимая Армения простила, более того, она объявила его национальным героем. Руководство страны привезло его останки в Армению и похоронила на кладбище Баш Апаран, рядом с комплексом «Герои войны».
    Я тоже невольно вступил в беседу. «Потери в Советской Армии в Великую   Отечественную войну были 17 миллионов человек, 17 миллионов», - сказал я с досадой.
    Следующие 2 дня Прохора я не  видел. Дядя же слег с высокой температурой. Были уже последние дни нашего пребывание в Ессентуках, и я решил, пользуясь моментом, поехать в Кисловодск. Прошелся по  городу, посетил картинную галерею, посидел в ресторане «Храм воздуха», заглянул на ярмарку в городском парке, где купил карачаевские чулки для бабушки и шаль для мамы и, конечно же, взял банку тибердского горного меда.
Так завершились наши дни отдыха, и мы собрались покинуть самый уютный и простой, в то же время, самый полезный курортный город на земле.
    В последний день я по-дружески попрощался со всеми, особенно с медсестрами, пригласил всех на мою солнечную родину. Дядя чувствовал себя неважно. Из-за простуды в последние дни лечение его назвать успешным было трудно. Но морально он был бодр. Это было видно по его лицу.
    Я поправил железное ведро на голове снеговика, которого слепили у санатория, затолкнул глубже нос из морковки и снял селфи с ним.
    Дядя Рахман ждал такси,  которое мы заказали, а я за это время наслаждался снегом. Взял с земли горсть осадков и полюбовался его сверкающей белизной.
    Вы знаете, что снежинки имеют шестигранную форму?  Так же, как звезда Давида. Один мой друг-еврей даже сказал как-то в шутку, что снег служит сионизму.
    Я старался разглядеть все ее грани. Но у меня не получилось. Слишком мелки они-снежинки.
    Вы когда-нибудь задумывались о том, что могло бы произойти, если бы человек мог бы видеть каждую мелочь. Тогда раскрылись бы все тайны мира.   В мозг поступало бы гораздо больше информации, и от перегруженности он у человека мог бы просто-напросто вырубиться...
    Когда мы собрались сесть в  машину, я увидел, как бежит к нам Прохор, но это меня не удивило. Едва отдышавшись, он спросил: «На данный момент у вас перемирие, да?»
     - Да, - ответил дядя.
    Прохор, вздохнув, протянул какую-то бумагу: « - Это мой номер телефона.    Если начнется война, ты дай мне знать. Я приеду искупить свою вину!»
    Наш такси шел по гололеду. Я обернулся и на прощание посмотрел на белое как снег здание санатория, который так радушно приютил нас в течении 14 дней.
    Оно становилось все меньше и меньше, наконец, и вовсе исчезло из виду.
Откуда-то доносился знакомый хриплый голос, удивительно прекрасное пение:
       - Ах, война, что ж ты подлая сделала.
        Вместо свадеб – разлуки и дым.
        Наши девочки платьица белые
        Раздарили сестренкам своим.
    Вдруг я вздрогнул. Словно меня завалило снежными лавинами...


Рецензии
Прочитала ваш рассказ,наверно далека от всех событий,поэтому только была
рада за вас ,за дядюшку,что понравилость отдыхать в этом санатории.
Появлению снега всегда с восторгом радуешься,как он красив в природе.
Снежинки. Мороз-художник сотворил это прекрасное изваяние, и вы удивлялись
разглядывали упавшую на вас снежинку, вы просто радовались зиме.
Самого доброго человеку утра ,с появлением нового дня,счастья вам Варис.


Нинель Тован Вежичь   23.05.2016 06:31     Заявить о нарушении
больщое спасибо за теплые слова!

Варис Елчиев   09.06.2016 18:08   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.