Девиз моей души. Часть 1. Глава 19

Белые ночи остались позади. Теперь я уже не могла сказать: «На улице полночь, а еще светло!» Звезд на небе становилось все меньше, а сизых облаков – все больше. Август заканчивался, но мне не о чем было жалеть. Это лето уж точно не входило в список лучших каникул в моей жизни!

Конец августа начался проливными дождями. Дни стояли серые и унылые, бесконечно что-то капало за окном, кто-то куда-то спешил... Несмотря на кризис в природе и предосеннее настроение в обществе, я и не думала впадать в спячку. Напротив, я как будто очнулась от долгого зимнего сна.

Первым признаком моего пробуждения стало возвращение трудоспособности. Я всерьез загорелась идеей поиска работы. Это было действительно необходимо по многим причинам. Во-первых, я чисто физически устала сидеть в четырех стенах как запечный таракан. В замкнутом пространстве я чувствовала, что тупею. Во-вторых, мне не хотелось злоупотреблять гостеприимством Ираклия. В конце концов он мой друг! В-третьих, я просто не любила сидеть без дела! До следующего поступления еще год, что же мне теперь триста шестьдесят пять дней на диване лежать?! Мне срочно была нужна работа!

Однако найти эту самую работу оказалось сложнее, чем я думала.

- Послушай! – сказал Ираклий, когда я в очередной раз заговорила о бесполезности своей жизни. – В клубе, где я работаю, не хватает официанток. Могу замолвить за тебя словечко.

- Я официантка в ночном клубе? Может, мне сразу стриптизершей в ваш притон устроиться? Зачем мелочиться? Только для этого не обязательно было одиннадцать классов оканчивать!

- У нас хороший карьерный рост! Начнешь с официантки – закончишь администратором!

- Ты меня не слышишь? Я говорю, что никогда не опущусь до этого!

- Хорошо, кем ты хочешь работать? – спросил Ираклий, немного помолчав.

- По-моему, это очевидно.

Я внимательно посмотрела на друга, думая, что он сам догадается. Но Ираклий уставился на меня бессмысленным взглядом, явно ожидая моего ответа. Я набрала в грудь воздуха и громко по слогам произнесла:

- Жур-на-лист-кой!

- Тебе не найти работу по специальности, пока у тебя нет этой специальности, – покачал головой Ираклий. – Без диплома и опыта работы тебя никуда не возьмут.

- С чего ты взял?

- По-моему, это очевидно, – небрежно бросил Ираклий мою фразу. – Значит, официантка?

- Ну, уж нет! Так просто я не сдамся! Я найду работу по специальности за неделю, и пусть тебе будет стыдно за твое предложение!

- Идет! – расхохотался Ираклий. – Ловлю на слове! За неделю ты сможешь устроиться в лучшую редакцию города на почетное вакантное место уборщицы!
 
- Нет, за неделю я устроюсь в лучшую редакцию города на почетное вакантное место журналиста.

- У тебя неделя!

- Спорим?

- Спорим! Выиграешь – исполню любое твое желание, проиграешь – пойдешь жонглировать тарелками! Или ты боишься?

- Размечтался! – я обиженно надула губы и отвернулась от него. – Если я не испугалась приехать одна в большой город, побоюсь ли я позора? Нет, спорим!
 
- Эй, а кто разбивать будет? – немного озадаченно спросил Ираклий, когда я пожала его руку. – Я?

- Обойдешься! – ответила я и, разбив рукопожатие, быстрыми шагами вышла из комнаты. – Мне еще нужно желание придумать.

Желание я так и не придумала, поэтому решила отложить этот вопрос до лучших времен.

«Идеи сразу же появятся, стоит только выиграть спор, – думала я, отодвигая от себя чистый лист бумаги. - Чтобы получить приз, нужно сначала победить. Сейчас незачем думать о вознаграждении, лучше подготовиться к завтрашнему собеседованию. Нет, в своей победе я не сомневаюсь ни секунды! – я усмехнулась самоуверенной улыбкой. - Семь дней на одну редакцию - это даже для меня много. В конце концов, что еще нужно журналисту, кроме таланта? А он у меня точно есть!

Самой престижной редакцией Перми считалась «Путеводная звезда», главный офис которой находился, как и полагается, в центре города. Именно туда лежал мой семидневный путь.

В первый день я решила, так сказать, разведать обстановку. Здание, в котором располагалась редакция, соответствовало ее статусу. Это был высокий, двадцати шести этажный дом, облицованный голубоватым, сверкающим на солнце золотым, а в дождь – серебряным стеклом.
 
- Оттуда, наверное, все, все видно! – завистливо прошептала я, любуясь небоскребом. – Теперь я, кажется, понимаю, почему редакция называется «Путеводная звезда»!

Я уверенным шагом вошла в здание, но уже через пять минут оказалась на улице. Меня просто туда не пустили!

- Экскурсии не проводим! – рявкнул охранник перед тем, как выставить меня за дверь. – Вход только для работников!

Я, конечно, очень удивилась, но решила раньше времени не паниковать.

На следующий день я предприняла новую попытку попасть в редакцию.

- Сказано: вход только для работников! – еще злее прежнего ответил мне охранник.

- А я на работу устраиваться!

- Куда?

- В «Путеводную звезду».

Услышав мой ответ, этот хмурый мужик, ни разу не улыбнувшийся за все время нашего разговора, разразился громким хохотом.

- Ха-ха-ха! В «Путеводную звезду»! Ха-ха-ха!

- Я что-то смешное сказала? - серьезно ответила я. – Вы скажите, вместе посмеемся!

- Смешно, что ты все еще здесь! – хамски бросил он мне. -  Давай, топай отсюда!

Во второй раз уйти с пустыми руками я не могла.

- Я никуда не пойду, пока мне не объяснят причины, по которой вы меня не пускаете!

- Ха-ха-ха! Ну, допустим, ты из другого мира!

- В каком смысле?

- В смысле, что ты дно! Понимаешь, дно! Посмотри где ты, – он брезгливо ткнул в меня толстым пальцем, – а где «Путеводная звезда», - он поднял указательный палец вверх. – На работу она пришла устраиваться! Уборщицей что ли?

- Какой уборщицей?! – от обиды у меня перехватило дыхание. – Журналисткой!

Охранник еще громче разразился хохотом, а я вдруг почувствовала себя дешевкой.

- Здесь и уборщицы как на подбор, а ты говоришь: журналисткой! Планку снизь до своего уровня! Начни с официантки в клубе, а там посмотрим. Ха! Ты даже для официантки дешево выглядишь! Ну, все посмеялись и хватит. Проваливай, пока я тебя на улицу не вышвырнул!

От обиды и злости захотелось разреветься! Вторая попытка с треском провалилась! Да что же это такое! Я стояла напротив шикарного здания и смотрела на свое отражение в голубых стеклах.

- Да, охранник прав, – мрачно подумала я, критическим взглядом окинув свою бесформенную фигуру. – В такой одежде только мусор выбрасывать! Нет! Так  просто я не сдамся! Эти два дня не прошли даром. Теперь я знаю причину... Будь, что будет, но завтра я попаду в эту редакцию!

  Весь вечер я потратила на поиски подходящей одежды и окончательно убедилась, что у меня ничего нет.  «Как люди одеваются на собеседование? – думала я, открывая шкаф. - Известное дело: в деловом стиле!»

Самым деловым в моем гардеробе было белое шерстяное платье. Да, да! То самое, которое однажды принес мне Ираклий. Я примерила его. Красивое. Но из-за связанных с ним воспоминаний я не могла по достоинству оценить его красоту и предпочла бы вообще больше никогда его не надевать. Но выбора не было. В нем я, по крайне мере, не выглядела так убого. «И откуда только у Ираклия такие шикарные платья? – вновь закрутились лишние мысли в моей голове. - Впрочем, одежда – это еще цветочки! С чем я надену это платье? С кроссовками? Боюсь, что в таком виде меня и в третий раз не пустят! Нужна обувь! Туфли на высоких каблуках! И прическу какую-нибудь! Черт, еще и макияж! А денег нет! Ну, правильно, откуда им взяться, я же не работаю! У меня нет, а вот у Ираклия…» Мысль, так внезапно пришедшая мне в голову, была ужасна. Но другого выхода не было.

- Прости, Ираклий, - прошептала я, вытаскивая из его куртки деньги, – но на войне как на войне! Будем считать, что я одолжила. Верну с первой зарплаты. Ну, или с зарплат.

Утром третьего дня я сломя голову понеслась по магазинам. Купила самые дорогие туфли, которые только могла себе позволить, подобрала аксессуары, сделала прическу в салоне и макияж.

И вот я уже стою в третий раз перед самым красивым зданием города и, улыбаясь, ловлю свое отражение в голубоватых стеклах.

Я выглядела так стильно, как только могла вчера оскорбиться словами охранника. На мне было простое белое платье, но такое элегантное и женственное, что самая счастливая невеста на свете могла бы мне позавидовать. Тонкий лаковый ремешок охватывал мою стройную талию и составлял идеальную пару с черными лаковыми туфельками на тонком, но удобном каблучке. От украшений я решила отказаться, все-таки у меня деловая встреча! Волосы лежали идеально: никаких кудрей или даже спутанных локонов. Выпрямитель и тонна лака сделали свое дело! Макияж был свежим, легким и очень естественным. На щеках играл здоровый румянец, глаза, уместно подчеркнутые тенями небесного цвета, казались еще более синими, а на губах расцвели лепестки роз. Я еще раз улыбнулась своему отражению, дерзко подмигнула ему и уверенной походкой распахнула стеклянные двери.

Охранник, увидев меня, от удивления вытаращил глаза и открыл рот.
- Надеюсь, сегодня у вас не будет ко мне претензий по поводу внешнего вида? – вежливо сказала я, делая вид, что не замечаю его взглядов. – Да, и вытрите слюни, прежде чем ответить даме! Если вам, разумеется, есть что ей ответить!

Он так и не нашел, что мне сказать, и молча отошел в сторону, пропуская меня вперед. Я была готова прыгать от радости, но для подкрепления образа соответствующим поведением еще выше подняла голову и величественной походкой проплыла мимо него.

Полдела было сделано. Я внутри, осталось отыскать редакцию. У первого попавшегося мне на глаза человека я спросила дальнейший маршрут. «Путеводная звезда» располагалась на предпоследнем, двадцать пятом этаже! Окрыленная удачей, я быстрыми шагами направилась к лифту, но чуть не свалилась с каблуков, когда на его дверях прочитала следующее: «Не работает по техническим причинам. Приносим свои извинения за временные неудобства».

Наверное, в этот момент у меня остановилось сердце. Я готова была рвать на себе волосы! Двадцать пять этажей пешком! На каблуках! Нет, так не бывает! Я напряженно обдумывала дальнейший план действий и пришла к выводу, что еще раз обокрасть Ираклия у меня не хватит духу. Я решительным шагом направилась к лестнице.

- Все как-то поднимаются, и я смогу! – подбадривала я себя, перешагивая через две ступеньки. – Другого такого шанса в жизни не представится!

Но уже на пятом этаже у меня сдали нервы, и я отчаянно схватилась за перила. На десятом – закружилась голова, на пятнадцатом – я перестала чувствовать ноги, сняла каблуки и пошла босиком, на двадцатом – уже не могла идти и просто ползла, на двадцать пятом – свалилась без сил у двери с надписью: «Редакция журнала «Путеводная звезда».

Нечеловеческими усилиями я заставила себя подняться на ноги, поправить прическу, надеть каблуки и открыть эту чертову дверь! В приемной за большим столом сидела миловидная секретарша и перебирала какие-то бумажки. Я подошла к ней и, кисло улыбаясь, спросила:

- Где я могу найти директора?

- Вы по какому вопросу, девушка? – вместо ответа спросила она, не поднимая головы.

- По поводу работы.

- Марина Александровна не принимает после обеда. Придите в другой день.

- А сколько сейчас время?

- Пять минут третьего. Обед с двух до трех.

- Я же всего на пять минут опоздала! Может, меня все-таки примут сегодня?

- Если бы сейчас была одна минута третьего, я и то бы вас не пустила! – сварливо ответила секретарша. – Что за непунктуальные люди! Придите в другой день!
- Как в другой день? – опешила я. – Почему?

- Я же сказала, Марина Александровна не принимает после обеда, – холодно ответила секретарша, с неудовольствием поднимая голову. – Приходите завтра с девяти до двух.

Что я могла ей на это ответить? Ничего! Я просто не успела.

- Оделась как надо, редакцию нашла, просто чуть-чуть не успела, – утешала я себя, закрывая за собой дверь. – Зато я узнала часы приема. Все не так уж плохо! Если не считать того, что мне спускаться вниз на двадцать пять этажей!

На четвертый день я вскочила с постели в шесть утра! Сегодня я была решительна как никогда. Прическу и макияж пришлось сделать самой, денег у меня почти не осталось. Часы еще не успели пробить девять, а я уже стояла перед главным входом в здание. Охранник и на этот раз не нашелся, что мне ответить. Впрочем, я его и не торопила. Собравшись с духом, я не спеша стала подниматься по ступенькам, отдыхая на каждом лестничном пролете. Подъем дался мне гораздо легче, но времени ушло очень много. Ровно в двенадцать часов я распахнула дверь редакции и... Так и остановилась у дверей. В приемной волосу негде было упасть. Люди сидели на диванах, стояли возле стола секретарши, ходили взад-вперед, но большинство растянулось в длинную-предлинную очередь. Я терпеливо стала ждать, но по иронии судьбы табличка: «Перерыв на обед» была повешена прямо перед моим носом. Та же противная секретарша покосилась на меня недобрым взглядом и не очень-то вежливо сказала:

- Что вы здесь встали, девушка? Не видите, у нас обед! Сегодня приема не будет!

- Как это так? – возмутилась я. – Вы мне сами вчера сказали с девяти до двух подойти! Я в двенадцать уже здесь была!

- Значит, надо было еще раньше прийти! Что вы как маленькая ей-Богу! У нас каждый день по минутам расписан, к нам люди за месяц на прием записываются, а вы приходите за десять минут до обеда и еще какие-то претензии предъявляете!

- За два часа, – уточнила я. – Неужели нельзя было все это вчера сказать?

- У меня одна голова, а не десять! Я не обязана все помнить! Каждый день, такие как вы, ходят взад-вперед, не успевают, а потом еще и возмущаться начинают!  – пропищала в ответ секретарша, злобно сверля меня глазами. – Что-то не устраивает, ищите другое место работы! Нам такие экземпляры не нужны!

Я хотела что-нибудь съязвить по этому поводу, но потом передумала. Какая разница? Все равно не пустили! А секретарша чего доброго еще и охрану позовет, вот тогда точно все пропало!

Я медленно брела по улицам. Сегодня, на удивление, стояла прекрасная погода. Ласковое солнце разбрасывало золотые лучи, деревья приятно шелестели листвой, зеленела трава, пестрели цветы точно в мае. Но на душе у меня была черная ночь. «Всего три дня осталось, – грустно подумала я, присаживаясь на ближайшую скамейку. – Ираклий прав, найти работу сложнее, чем я думала. Неужели я проиграла? Нет! Ни за что! Нельзя сдаваться! Три дня дороже трех жизней, если их правильно использовать!»

На пятый день спора меня было уже не остановить. В шесть утра я вышла из дома в полном боевом вооружении и, не обращая внимания на легкую боль в ступнях, влезла в автобус на каблуках и поехала в горе-редакцию. В семь я уже со словами «на приступ!» начала двадцатипятиэтажный подъем. В девять открыла злополучные двери и шагнула в приемную. Там уже сидело несколько человек, я была седьмой. Секретарша сверкнула на меня глазами, и, когда подошла моя очередь, демонстративно раздраженно бросила:

- Девушка, я к вам обращаюсь! Вы задерживаете очередь, быстрее, пожалуйста. Проходите в кабинет, Марина Александровна уже ждет вас.

Я пропустила мимо ушей ее придирчивые слова и, тихонько постучавшись, вошла в кабинет. Наконец-то мне удалось попасть в эпицентр «Путеводной звезды»! Редакция находится в шикарном здании, на входе строгий дресс-код, приемная всегда полна людей, а директор не принимает после обеда – трудно даже представить какой может быть кабинет у этой Марины Александровны! Должно быть, не хуже, чем у английской королевы!

Увы, меня ожидало горькое разочарование! Кабинет был серенький, ничем неприметный. У окна стоял самый обычный, а не золотой стол, на котором пылились разные безделушки. Шкаф, вряд ли сделанный из резного дерева, был доверху набит бумагой. Стены, пол и потолок не отличались разнообразием цвета. Окно уже не первой свежести, но, правда, с захватывающим видом на набережную, было никаким не бриллиантовым, а стеклянным.

Хозяйка всего этого «великолепия» оказалась обычным человеком, а не английской королевой, которую в своем воображении я уже успела нарисовать. Это была женщина лет тридцати с хвостиком, обычной, я бы даже сказала заурядной внешности. Во всяком случае, я бы не задержала взгляда на ее лице. Скучные серо-зеленые глаза. Ни зеленые и ни серые, а именно серо-зеленые! Непонятного оттенка кожа. Слишком светлая для смуглой и слишком темная для бледной. Волосы неопределенного цвета, характера и длины. Губы, не имевшие как недостатков, так и достоинств, были плотно сжаты. Очки в строгой черной оправе. Ни одного украшения, кроме маленькой заколки-невидимки в волосах. Пожалуй, самой примечательной чертой Марины Александровны был ее серый, мышиного цвета пиджак, надетый поверх светло-желтой водолазки. Вот как выглядел директор лучшей редакции Перми!

- Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я, застыв от разочарования на пороге кабинета.

- Вы по какому вопросу? – спросила Марина Александровна, ничего не отвечая на мое приветствие и давая понять, что церемониться она не намерена.

- По поводу работы. Я на собеседование пришла.

- А кто вам сказал, юная леди, что я буду проводить собеседование? – продолжала она, перебирая на столе бумажки. – Мои подчиненные пока меня устраивают.

- Я хочу работать журналисткой, – на одном дыхании выпалила я и добавила: – Здесь!

Услышав мой ответ, Марина Александровна прекратила перебирать свои бумажки, и на ее плотно сжатых губах появилось подобие усмешки.

- Моя редакция не страдает от недостатка журналистов.

- Ну, пожалуйста, – я молитвенно сложила руки на груди. – Мне очень нужно!

Марина Александровна усмехнулась. Видимо, ей не приходилось видеть, чтобы хорошо одетая девушка так унижалась.

- Дайте ваш диплом.

- У меня его нет.

- Дома забыли?

- У меня вообще его нет.

- Опыт работы, – начала она.

- Отсутствует, – закончила я.

- До свидания.

- Что? – не поняла я.

- А что вы хотели, юная леди? Диплома у вас нет, опыт работы отсутствует.

- Ну, так что же?

-Вы издевайтесь? – Марина Александровна вскочила с кресла. – Моя редакция – лучшая в городе! Люди с двумя высшими образованиями идут сюда работать, и то я их не беру. У вас нет ни диплома, ни опыта работы, и вы еще претендуете на место журналиста! Назовите хоть одну причину, по которой я не должна сию минуту выставить вас за дверь!

- У меня есть талант, – скромно ответил я, отступая на шаг назад и упираясь спиной в дверь.

- Талант? – Марина Александровна расхохоталась и принялась наступать на меня. – Талант нужен актрисе или певички какой-нибудь! Это редакция, а не эстрада, если вы еще не заметили! Талант! Что такое этот талант без письменного подтверждения? Кто даст мне гарантию, что он у вас есть? Кому, наконец, он нужен, ваш талант? Знаете ли вы, что талант – это всего лишь десять процентов успеха! Остальное где? «Путеводная звезда» - журнал о современной моде в России, о ее влиянии на молодежь, о новых тенденциях в городской моде! Что вы можете написать на эту тему? Ничего! Тогда о каком таланте может идти речь? Грош – цена такому таланту!

- Я напишу, – испуганно пролепетала я. – Завтра принесу вам готовую статью.

- Вон, – прошипела Марина Александровна. – Молитесь, чтобы я завтра была в хорошем настроении и соизволила прочитать вашу писанину, а не разорвать ее в клочья! А сейчас вон отсюда я вам сказала! Вон!

Она буквально вытолкнула меня за дверь и со всей силы хлопнула ей перед моим носом. Толпа людей, уже собравшихся в приемной, как по команде уставилась на меня, а я, в свою очередь, поспешила как можно скорее сделать ноги.

- Пятая попытка и та провалилась! – вздохнула я обреченно. – Завтра последний шанс. Если этой Марине Александровне не понравится статья, то на мне можно смело ставить крест. Да, чувствую, ночка будет веселенькая! Современная мода! Я ничего в этом не понимаю!

Шестой день начался точно так же, как и пятый. Я все-таки пошла в редакцию не с пустыми руками! Как же мне удалось написать эту статью? Все просто. Когда не работают знания, приходится подключать логику! Журналист, прежде всего, должен уметь находить нестандартные пути решения. Если я ничего не знаю о современной моде, то нужно, чтобы кто-то другой мне про нее рассказал. А лучший способ что-то узнать – спросить! В общем, я взяла блокнот, ручку, вышла на улицу и, как настоящая журналистка, начала задавать прохожим вопросы о современной моде. Людям, в отличие от меня, было, что сказать на эту тему, и очень скоро я собрала достаточно информации для будущей статьи. Обобщить полученные сведения ярким и интересным языком не составило для меня труда. Таким образом, статья была готова, и я, очень довольная собой, спокойно уснула, представив перед сном вытянутое от удивления лицо Марины Александровны.
 
С сияющим видом я протянула директору «Путеводной звезды» свою статью, которую она брезгливо выхватила из моих рук, словно что-то недостойное ее внимания. Марина Александровна быстро начала водить глазами по строкам, но потом темп ее чтения замедлился, она стала читать внимательнее, а под конец статьи даже, как мне показалось, задумалась. Наконец, она отодвинула от себя лист бумаги, привстала с кресла и многозначительно на меня посмотрела.

- Великолепно! – сказала она после минутного молчания. – Отличная статья, поздравляю! Признаться, я не думала, что у вас получится.

- Это значит, что вы меня берете? Я буду работать у вас журналисткой?

- Это значит просто отличная статья без приема на работу.

- Почему, если статья вам понравилась?

- Да, ваша статья мне понравилась, даже очень. Такой свежий взгляд на моду, интересный, живой язык, своеобразный стиль написания, пожалуй, это заслуживает обложки! Бесспорно, талант у вас есть, с индивидуальностью проблема. В вашей статье есть все, что должно быть в статье настоящего журналиста, но мало того, что заставило бы меня назвать вас современным человеком. Здесь нет вашего собственного мнения. Я не верю, что девушке со вкусом одетой, накрашенной и причесанной нечего сказать о современной моде! Здесь, – Марина Александровна ткнула пальцем в бумагу, – мысли, которые вы очень красиво оформили. Но это мысли других людей, не ваши! О журналисте судят по его статьям, но к вам, видимо, это не относится. Кто вы такая и какой точки зрения придерживаетесь, я так и не узнала.

- Дайте мне еще один шанс, – жалобным голосом попросила я. – Пожалуйста!

- Давать людям второй шанс глупо. Да и зачем он вам? Вы вновь принесете мне блестящую статью, в которую так элегантно поместите чужие мысли. Вы обычная! Чем вы отличаетесь от сотен таких же, как вы? Талантом? Но тот ли это талант, которым можно гордиться? Скучно! В вас нет ни капли оригинальности! Вы – миллионный раз прочитанная книга, тысячу раз просмотренный фильм, десять раз пройденный путь, приевшаяся еда! Вы жалкое подобие гениальности! И после этого вы еще будете просить у меня второй шанс? 

Я не стала ждать продолжения этого монолога и поскорее покинула кабинет омерзительной женщины, чтобы не дай Бог не расплакаться на ее глазах. На двадцать четвертом этаже я уже дала волю слезам. Но странно! Это не были слезы грусти или боли, это были слезы обиды и злости. Я плакала не оттого, что меня не взяли на работу, мне уже давно расхотелось работать в этой псевдо редакции, а оттого, что потратила столько сил, времени и нервов, чтобы услышать категоричное «нет». И от кого? От серой мыши в пиджаке цвета своей жизни? «Господи, на что я только потратила шесть дней? – продолжала я возмущаться в своих мыслях. – Похоже, чем больше стараешься, тем меньше получается. Ну, так я вообще ничего делать не буду! Все. Надоело! Я и так слишком долго молчала... Завтра я этой ведьме все выскажу!»

На седьмой день мне наконец-то удалось выспаться. Сегодня я могла уже никуда не идти и целый день просидеть дома, но у меня были планы грандиознее: я собиралась доказать Марине Александровне, как далеко она заблуждалась в оценке моей индивидуальности.

В двенадцать часов дня я стояла возле двадцатишестиэтажного здания и рассматривала свое отражение в его стеклах. Мой наряд – одно сплошное недоразумение, гора лоскутов и лохмотьев. Лицо я нарочно вымазала уличной пылью, волосы даже расчесывать не стала, просто запрятала их под шапку, а одежду выбрала самую грязную и уродливую, которую только смогла найти! Зубы я нарочно чистить не стала. М-да… Бомжи по сравнению со мной просто люди из высшего общества! 

Мой план был очень простой: нарушить все правила, а дальше импровизировать!

Пинком ноги я распахнула дверь и шатающейся походкой вошла в здание. Охранник, увидев меня, скорчил кретиническое лицо, почесал затылок и открыл было рот, но я его опередила:

- Папаша, – прошамкала я хриплым, полупьяным голосом. – Там это... На улице разборки.

Охранник еще раз взглянул на меня, прищурился и, сердито проворчав:

- Опять бомжи шприц не поделили, - направился к выходу.

Я поняла, что он меня не узнал! Времени было в обрез. Каждую минуту охранник мог вернуться, и тогда мне уже точно не поздоровится! Я так быстро, как только могла, понеслась к лестнице. Эти двадцать пять этажей показались мне целой вечностью! Я перешагивала через четыре ступеньки, спотыкалась, падала, поднималась на ноги и бежала еще быстрее. Страх подгонял меня! Сердце бешено колотилось, словно за мной гналась толпа  с вилами и топорами. Наконец, я достигла цели и резким движением ноги распахнула дверь в приемную.

Мое появление было эффектным. Все, кто находился в приемной, как по команде впились в меня испуганными и любопытными глазами. Несколько человек начали шептаться, с неприязнью косясь на меня, а миловидная секретарша едва не упала в обморок. Но меня это не смутило. Я с внешней развязностью, но с затаенным достоинством прошла мимо очереди, которая уступчиво посторонилась, давая мне дорогу.

- Стойте! – пронзительно крикнула секретарша. – Вы не имеете права! Туда нельзя в таком виде! Что вы претесь без очереди как в свой дом! Я сейчас охрану позову, если не уйдете!

- Ради Бога, – беспечно ответила я. – Охрана уже на подходе.

Когда я подошла к двери кабинета, кто-то из толпы осмелился загородить мне дорогу, но я взглянула на этого человека такими злыми глазами, что он тут же посторонился, благоразумно решив не связываться со мной.

Я вошла в кабинет и по привычке остановилась на пороге. Две пары глаз немедленно впились в меня недовольным и вопросительным взглядом. Марина Александровна была не одна. Молодая девушка в строгом брючном костюме и белоснежной блузке сидела спиной ко мне. Перед ней стояла маленькая чашечка кофе, который она от неожиданности пролила на стол, когда встретилась глазами с моим полусумасшедшим взглядом.

- Вышвырните это убожество за дверь! – гневным тоном проговорила Марина Александровна, подскочив на стуле. – Охрана! – громко закричала она в раскрытую дверь.

- Что это вы, Марина Александровна, старых знакомых не узнаете? – насмешливо сказала я, шире открывая дверь в коридор, чтобы все могли  меня слышать. – А еще очки носите!

- Вы? – она скорчила наиглупейшую гримасу, когда я сняла шапку и слегка отерла лицо. – Что вам нужно? Как вы смеете появляться здесь в таком виде?!

- Вы не дали мне второй шанс, вот я и пришла за третьим.
 
- М-м-Марина А-а-Александровна, – заикаясь, проговорила сотрудница. – Я ко-ко-кофе пролила.

- Ничего страшного, высохнет! – отрывисто бросила начальница, при этом смешно закатив глаза.

- А я смотрю, ваши подчиненные не отличаются членораздельной речью, – съязвила я, усмехнувшись. – Вот, значит, чем человек отличается от животного!

- Я не знаю, зачем вы сюда пришли и чего хотите добиться, но чтобы вы не сказали, я не возьму вас на работу и точка. Увольте, но даже если вы придете ко мне за десятым шансом, я все равно скажу вам: «нет!»

- У меня достаточно гордости, чтобы знать, когда остановиться, – я пожала плечами. – Я пришла сюда не за этим. Вы сказали, что я обычная, скучная, жалкая, такая же, как все. Да, может быть, но... Ха-ха, - я расхохоталась, глядя ей в лицо. – Кто, по вашему мнению, обычный человек? И кто дал вам право судить обо мне, как об обычном человеке, я вас спрашиваю? Может, я обычная оттого, что родилась в деревни, а не в городе? Знаете, этакая дурнушка из провинции! А, может, оттого, что у меня нет денег на красивую, модную одежду, которую носят сотрудницы вашей редакции? Да, да у меня нет денег! Посмотрите, как я одеваюсь! – я ткнула пальцем в грязные лоскутки. - Ну, и как вам это нравится!? Прелестно, не правда ли?! А что вы хотели, я же обычная! Нет, я поняла! Я обычная, наверное, оттого, что не разбираюсь в моде? Ну, конечно! Я же понятия не имею, чем  различаются слова «мода» и «стиль»! Не знаю, какой цвет сейчас актуален и какой длины должна быть юбка! Да, вы меня раскусили! Я притворялась! Вчера я притворялась, что все это знаю. Но! Я написала отличную статью, вы сами это сказали, за язык вас никто не тянул! Может быть, я и не отразила в ней своего мнения, однако я нашла выход из ситуации! Креативный подход к решению проблемы! Если это для вас не индивидуальность, то я не знаю, какой смысл вы вкладываете в это слово! А что это у вас? – я подошла к столу, на котором заметила свою статью. – Вы ее не выбросили? Какой позор! Ее же написал обычный человек! Еще и собираетесь вставить ее в новый выпуск «Путеводной звезды»? Нет, я не позволю вам обесчестить лучший журнал города! Это выше моих сил! – с этими словами я схватила лист бумаги и с тупым бешенством начала рвать его на мелкие кусочки. – Вот ваша статья! – я швырнула обрывки бумаги в лицо Марине Александровне. – Теперь в вашей редакции нет ничего обычного! Я пришла за тем, чтобы исправить эту чудовищную ошибку! Простите, что прервала производственный процесс. Честь имею кланяться! До свидания! 

Я, шутя, поклонилась этим женщинам, вышла из кабинета и была уже в приемной, когда услышала позади себя:

- Браво! Браво! Браво! – Марина Александровна вышла вслед за мной из кабинета и, хлопая в ладоши, остановилась в нескольких шагах от меня. – Я недооценила вашу наглость. Вы приняты на работу, завтра можете выходить.

- Правда что ли? – я внимательно посмотрела ей в глаза и нашла, что они не лгали. Тогда я горько усмехнулась: – А не пошли-ка бы вы со своей работой куда подальше?

- Что вы сейчас сказали? – недоуменно спросила она.

- Я говорю, идите со своей редакцией далеко и надолго! – повторила я в два раза громче. – Я думала вы только слепая, а вы оказывается еще и глухая. А, может, просто тупая? Мне кажется, только тупая не заметила бы, как я семь дней подряд вокруг вас на задних лапках хожу! Господи, как же я сразу-то не поняла, это же не редакция – это дурдом! В первые два дня меня не пустили из-за одежды. Я оббегала все магазины, чтобы выглядеть лучше всех. Пришла вся из себя звезда и что? Лифт не работает! Вы понимаете, что я на двадцать пятый этаж поднималась на каблуках?

- Вообще-то, у нас работает лифт, – вмешалась секретарша. – У нас их два.

- Да какая разница! При всем желании успеть, я бы все равно опоздала, потому что у вашего драгоценного директора куча привилегий! Что, Марина Александровна, не так? В приемной очередь как в магазине за хлебом, а вы работаете до обеда! Человек жизнь должен простоять, чтобы к вам в кабинет попасть! А попадешь в кабинет, тебя там так грязью обольют, что лучше бы не приходил. Нужно, по-моему, простому человеку из кожи вон вылезти, чтобы вам понравиться! А на работу, Марина Александровна, вы похоже берете дегенератов вроде себя! В здание не зайдешь, охранник кретин, одежда не подходит, лифт сломан, секретарша стерва, директор не работает, очередь до дверей, на работу не устроишься, еще и нагрубят как сапожники! И это – лучшая редакция города! Да я лучше официанткой в клуб устроюсь, чем буду работать у вас журналисткой, туда попасть проще! Тоже мне «Путеводная звезда»! Да это скорее «Черная дыра». Как вообще журнал о современной моде может возглавлять серая мышь! Да, Марина Александровна, я к вам обращаюсь, и поверьте, я сейчас очень сильно преуменьшаю! Как вы можете издавать журнал о моде, когда сами одеваетесь как настоящая мымра! Лучше вызывать ненависть и провоцировать скандалы, чем быть серым пятном, присутствие или отсутствие которого никто не заметит. Подумайте об этом.

- Вон! – заорала мне вслед Марина Александровна. – Убирайтесь отсюда немедленно!

Я в последний раз оглянулась, эта женщина напоминала разъяренную тигрицу. Казалось, еще чуть-чуть и она набросится на меня, но, к счастью, охрана подоспела вовремя, и два здоровенных мужика подхватили меня под руки и потащили к дверям.

- Вон! Чтобы ноги вашей здесь больше не было никогда! – истерично вопила Марина Александровна, когда охранники тащили меня по лестнице.

- Не беспокойтесь, больше не увидимся! – во все горло крикнула я и услышала в ответ поток нецензурных слов и всевозможные проклятия в свой адрес.

Охрана выкинула меня на улицу как котенка, пригрозив не появляться здесь больше. Впрочем, я и не собиралась.

Вечером я подошла к Ираклию и, ни капли не смущаясь, спросила его:

- У тебя в клубе еще свободно место официантки?

- Ты проспорила, – улыбнулся мой друг. – Я так и знал.

- Признаюсь, это оказалось сложнее, чем я думала, – мне с трудом удалось сдержать улыбку.

- А как же: «Я никогда не опущусь до этого?» - передразнил Ираклий.

– Официантка – это, конечно, не то, о чем я мечтала всю жизнь, но для начала сойдет. Тем более, мне же нужно как-то вернуть тебе деньги, которые я потратила.

- Ты взяла у меня без спроса деньги? – расхохотался Ираклий. – Тебе срочно нужна работа!

На сей раз я не возражала.

«Официантка – это временно, – думала я, вглядываясь в беззвездное небо. – Все равно я когда-нибудь стану журналисткой!»

А что касается остального…

«Путеводная звезда» была закрыта для меня навсегда. Проще говоря, она привела меня совсем не туда, куда нужно. Но это был первый раз в жизни, когда мне было легко и даже приятно терять желаемое.


Рецензии
>на улицу как котенка, пригрозив не появляться здесь больше.
>пригрозив не появляться здесь больше.

Странно выглядит предложение

Ананасов Борис   30.01.2017 17:47     Заявить о нарушении
К сожалению, плохо помню, к чему оно относится.

Элина13   30.01.2017 22:29   Заявить о нарушении
( Поиск по тексту - Ctrl-F ;) )
>Охрана выкинула меня на улицу как котенка, пригрозив не появляться здесь больше. Впрочем, я и не собиралась.

Ананасов Борис   30.01.2017 22:34   Заявить о нарушении
Да уж, как-то коряво звучит.

Элина13   02.02.2017 14:55   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.