Здравствуй катаракта, новый год...

Здравствуй катаракта, новый год...
(продолжение повествования про Фёдора Бумажкина, начало "Слесарь гинеколог блин..")

В сердечных объятиях Фёдора Жанна быстро отогрелась и расцвела, являя собой фейерверк радости, желания и женской прелести. Улыбка как приклеенная, не сходила с лица, кожа приобрела восхитительный
матовый оттенок, правда округлости заметно увеличились, но до кустодиевской Венеры было пока далековато.
Дела на "врачебном" поприще были не такими гладкими, как кожа прекрасной Жанны; после нескольких скандальных историй ему пригрозили судом, если не прикроет свою "шарашку". Взвесив все  pro и  contra он решил закруглиться, с тяжёлым сердцем, потому как результаты были и материально он не бедствовал,
пока принимал клиентов.
Рынок труда пестрил объявлениями, но увы, не для него. Требовались уборщицы, программисты, продавцы, агенты энергосбыта, повара, воспитатели, учителя, электромонтёры, конечно, но только до тридцати пяти. Взяли агентом в Энергосбыт, Бердский участок, Искитимское отделение. Очень удивило, что почти поголовно, начальники в первую очередь, ругаются матом. Начальник сектора с красноречивой фамилией : Гогльмоглева, обладающая голосом предназначенным объявлять по радио штормовые предупреждения и сигналы воздушной тревоги, широкая (телом) как Волга - матушка, с насурьмлёнными бровями ругалась грязным матом, особенно свирепствовала с утра.
К такому обращению Бумажкин не привык, да и не собирался привыкать.Ради интереса он обнаружил, что эта "дама" в словарном запасе матерном имела "шедевры" почти на все буквы алфавита, кроме: знаков твёрдый и мягкий и букв: "ы" и "й". Полтора месяца он носился по Бердску, снимая показания счётчиков, беседовал с должниками, рискуя попасть под шквал ругани и угроз, разбрасывал по ящикам извещения о задолженности и высчитывал киловатты, за которые нужно было платить абонентам. Когда за полтора месяца ему заплатили семнадцать тысяч он сильно загрустил, ещё сильнее загрустила Жанна, можно сказать : " она погрузилась в глубокую, глубочайшую печаль".
Она дула губки, хмурила бровки и всё больше молчала. По мере уменьшения денег в доме, снижался градус отношений, от романтики осталось лишь воспоминание, в доме стало мрачно и неуютно находиться.
Вернувшись домой усталылый и мокрый то ли от дождя, то ли от слёз, Федя застал свою гражданскую жену (забавно звучит) за компьютером, заглянул через плечо и увидел... Нет, нет, не любовную переписку, и не страницу порносайта, а гораздо хуже, он увидел счёт с тремя нулями из интернет магазина Wildberries,  Жаннет накидала в свою виртуальную корзину кучу прелестных вещей: комбинезон летний, туфли, балетки, пиджак, кроссовки, сапожки и ещё несколько замечательных вещей "первой" необходимости.
- А, явился, добытчик, - зло процедила она, не оборачиваясь.
- Убил мамонта, или карликового бизона?
- А разве такие бывают? - грустно, почти прошептал "добытчик".
- Вот, это всё, - добавил он и протянул семнадцать тысяч.
Лицо Жанны побагровело, пошло пятнами, стало некрасивым и совершенно чужим.
- Что здесь делает эта женщина, зачем она здесь, - подумал Бумажкин, ощущая внутри пустоту и холод. Она что-то ещё говорила, гневно тыча пальцем в монитор, в то место, где высвечивалась шестизначная цифра, но он уже не слышал, вернее не слушал.
На следующее утро птица счастья упорхнула, оставив    пустой кормушку, не побрезговав прихватить золотые часы "милого козлика".
День для него начинался одинаково: строчил резюме, заполнял анкеты, ходил на собеседования, долгие, изматывающие поиски работы. Холодильник громко и протяжно стонал, легко покачивая поджарыми боками. Уже закончились " лапы орла" - так он называл куриные ноги, суп из них получался вполне себе ничего, нашинковав морковь и лук, слегка припустив их на подсолнечном масле, для вкуса добавив ложечку сливочного, он это богатство отправлял в кипящий бульон, прибавив пару картофелин и всё, - шикарный суп, хватало на три обеда.
Салат из редьки - полезнее трудно придумать, а стоит сущие копейки. В доме всегда оставался стратегический запас: сухари и сгущёнка. Но настал день, когда был съеден последний сухарь( ком подступает к горлу).
Просить взаймы он не умел, зря между прочим, но спасибо маме, благодаря которой у него была догадливая сестра, способная по голосу понять так много, чего не расскажешь словами. Спасительный перевод позволил, этому скромному человеку не умереть, в буквальном смысле : от скромности.
Работа нашлась неожиданно и случайно, так как все наиболее яркие моменты в жизни и происходят: ненавязчиво возникая из ниоткуда, словно послание свыше.
В "Навигаторе" прочитал объявление: " Требуется электромонтёр, с IV группой допуска, звонить..."
Оказалось, что в объявлении допустили ошибку, на самом деле требовался лаборант.
- Какой я лаборант, да ещё ускорительных установок? Где ядерная физика, а где я, валенок сибирский. - смутился Фёдор.
- Ничего, справитесь, - успокаивал его Григорий Иванович, - ответственный за электрохозяйство. Внимательно изучив документы потенциального сотрудника, посмотрев даже выписку оценок из диплома.(чего раньше вообще не было)
- Вы нам подходите, - был заключительный ответ Григория Ивановича. Стоит заметить человека очень приятного, доброжелательного и скромного, - сочетания редко встречающиеся, особенно у начальников.
Группу по электробезопасности подтвердил быстро, сложность была в ознакомлении с оборудованием, с которым прежде не приходилось работать: вакуумная система, система термостабилизации и так далее. От одних названий становилось не по себе: клистроны, синхротроны,  позитроны... Вспомнилась давно забытая песня Пугачёвой : " занимаюсь на труде синхрофазатроном... то ли ещё будет, ой-ё-ей!"
Первые самостоятельные смены чувствовал напряжение, как говорится : " мне бы день простоять, да ночь продержаться." Но, как говорила его тётя Соня: " Будь смелей, быстрей повесят."
По мере того, как отрывочные впечатления и знания укладывались в голове в определённом порядке, картина постепенно прояснялась и становилось интересно, а это уже немало. Ещё интереснее стало, когда Бумажкин поймал однажды взгляд научной сотрудницы, примерно его ровесницы, может чуть моложе?
" О, эти чёрные глаза, меня пленили, о них забыть никак нельзя, они горят из темноты", - слова старинного романса всплыли из кладовой памяти, как только он имел неосторожность окунуться в эту огненную лаву, способную растопить вечную мерзлоту. Невысокая, с широкими бёдрами, но не полная, смоляные волосы собраны в тугой узел. Во всём облике этой женщины царил библейский, восточный колорит, навевающий странное настроение, а в памяти всплывали притчи Соломона и его же "Песни".
"Положи меня как печать, на сердце своё" - вспомнились слова из "Песни Песней", ещё что-то такое: " ибо люта как смерть любовь",
- Надо сегодня вечером заглянуть в Библию, перечитать " бешеную" любовную лирику соломоновскую, - взял на заметку Фёдор.
Имя этой интересной особы очень ей подходило : Сара, а вот в сочетании с фамилией, вернее сказать : с полным  несочетанием невозможно было смириться, интересно, сама она задумывалась ли об этом? Ле-бе-де-ва Сара...
- М...да, видимо отец русский, у них же родство ведётся от матери, ну и взяла бы материнскую фамилию, странно как-то, впрочем, какое моё собачье дело, чушь всякая в голову лезет, - пожурил себя мысленно влюбчивый чудак.
" Лебедь - птица гордая", - отныне именно этот эпитет ассоциировался у него в голове с образом восточной красавицы.
Она часто шутила, не всегда уместно, но Бумажкин добросовестно смеялся, причём искренне, ибо он рад был каждому её знаку внимания, просто тому, что она иногда стояла рядом, воспринимая её появление как награду. Она приходила всякий раз красивая и элегантная, любая блузка, платье или юбка прекрасно облегали фигуру, словно пошитые у самого лучшего мастера, по индивидуальному заказу, а может она шила сама, вполне возможно, такая женщина наверняка обладала множеством талантов, - так казалось новоиспечённому лаборанту.
Длинная мраморная шея,нежные руки, пальцы музыканта, конечно же, не трудно догадаться, что в детстве она училась играть на скрипочке. На безымянном пальце левой руки она носила перстень с изумрудом в карата три( очень приличный), иногда, от нечего делать она любовалась мистическим сиянием смарагда(изумруда), получая от этого только ей понятное удовольствие.Как высококвалифицированный инженер радиоэлектронщик Сара ценилась очень, она отвечала за работу системы термостабилизации, часто заходила на пульт, где находилось рабочее место Фёдора, подходила к компьютерам, внимательно смотрела на монитор, изучая графики, затем спускалась вниз, в саму стабилизаторную.  Слушать её, стоять  рядом, - было так приятно, но  он старался, приличия ради, не сильно на неё пялиться, при людях.
- Лебедь-птица гордая", - " с именем этим ложился, с именем этим вставал", в мечтах он представлял себя и её, как по утрам, на уютной кухоньке они пьют ароматный кофе с молоком, или с лимоном, она такая румяная, свежая, в мягкой розовой пижаме,  в белых слониках, он непременно в сером махровом халате, без рисунков, конечно. Мечты не зная преград несли его в светлую даль, полную радостных, счастливых переживаний и событий.Однако,  как сказал один мудрец: "Любуйтесь звёздами, но не забывайте смотреть под ноги".
С начала марта сотрудники института начали проходить профосмотр, Бумажкина тоже это не миновало. В кабинете терапевта он чувствовал себя молодым и счастливым. доктор наговорила ему кучу комплиментов.
- Вы удивительно здоровый человек, - подвела она итог,
- Хорошая генетика, видимо.
Тем горше и страшнее было услышать от  офтальмолога: " подозрение на катаракту обоих глаз".
К чему это ведёт Бумажкин знал, вспомнилась классика: " Слепой музыкант", Короленко, рассказ про слепую лошадь, автора он забыл. Сердце больно захлестнула волна отчаяния и надвигающегося горя. Что он пережил за одну ночь, - труднопередаваемо, но место для надежды всё же предусмотрел в сердце своём, хотя на утро чувствовал себя ёжиком в тумане.
Включив ( под настроение) "Пассакалию", Генделя, он полностью отдался на волю охватившей его стихии магического водоворота музыкальной гармонии. Подсознание несло его через длинные паузы и всплески, по ухабам, волнам, обрушиваясь  водопадом, постепенно затихая, как и в жизни, трудно, мучительно, но упрямо преодолевая препятствия,  несло к победе, не желая сдаваться.
- Почему обязательно для того, чтобы что-то оценить нужно это потерять? - спрашивал он себя.
- Какое счастье видеть окружающий мир во всём спектре красок, может быть кому-то моя мысль показалась бы пафосной,  но ведь это правда. Вот идёт малыш, с матерью, светловолосый, улыбающийся, чудный. В жёлтой курточке, в зелёную полоску, глаза у него синие-синие, весь его облик напоминает сказочного Иванушку из сказки " Гуси-лебеди"( чёрт, опять лебеди), иллюстрации Васнецова к этой сказке были восхитительны, и, навсегда останутся неподражаемым образцом, впервые художественные иллюстрации были возвышены до искусства.
Как на полинявшей от времени, занавеске будут размываться и блекнуть краски окружающего мира. Вспомнился старый бабушкин коврик, когда-то было модно украшать более чем скромное деревенское жилище ковриками, на которых изображался пруд с лебедями или русалки, у старой мельницы.(тьфу опять, наваждение какое-то, ох уж эта птица гордая). "Как больно, милая, как странно..."
Сара вздрогнула от неожиданности, заметив на себе взгляд    дяди Фёдора, как она его в шутку называла. Всего лишь на краткий миг лицо её сделалось простым и открытым, и, по нему можно было читать всё, что таилось в душе, но словно спохватившись, как бы испугавшись, она встряхнула головой и волшебство пропало, она вновь стала прежней, строгой и недоступной. Бумажкин смутился, огорчившись тому, что позволил себе слишком долго и откровенно смотреть на женщину, да ещё в присутствии столь многих людей. 
- Don't lose control, - сказал он себе мысленно, едва заметно улыбнувшись при этом.
- В термостабилизаторной не работает IV секция, скорее всего причина в расходомере, пойду спущусь в первый зал, и, попробую исправить.
 Лебедева в знак согласия мотнула головой и удалилась к себе на стенд.
- Какие странные у него сегодня глаза, - подумала Сара.
- Глаза грустной коровы, как у Марты, когда та распорола вымя, задев им о колючую  проволоку. Чудесная бабушкина кормилица, она плакала от боли, огромные слёзы лились из коровьих глаз, а рядом, в два голоса плакали мы с бабушкой.
Сара не хотела тратить время на телячьи нежности, она слишком любила себя, откровенно страдая нарцисcизмом, вернее не столько она, сколько её близкие люди, те, кому она была дорога, просто по факту существования. Холодность сердца аннигилировалась яркой эмоциональностью, почти показной, театральной. Её характер являл собой сплошной оксюморон, причудливым образом переплетая и сочетая несочетаемое: нарочитое и естественное, искренность и деланное равнодушие, отзывчивость и холодность. Она существовала на грани раздвоения личности, опытному психологу наверняка бы померещились шизофренические предпосылки в её поведении. Её откровенный поклонник, тоже сотрудник института, Игорь Скоробогатов в очередной раз принёс билеты в театр, на этот раз давали " Евгения Онегина", в роли Ленского замечательный актёр, прекрасный тенор - Комов, красавец мужчина, статный, фрак на нём сидит так, словно он истинный дворянин, и одевается не иначе, как при помощи лакея.
Игоря подзадоривала холодность Сары, то ли истинная, то ли... Сара нравилась ему своей оригинальностью. С улыбкой он наблюдал немногословные, но очень красноречивые диалоги Сары и Бумажкина, его это забавляло. Более нелепого дуэта он не встречал. С Лебедевой  его роднило желание "играть" с людьми, причём, навязывая свои правила, их натуры роднились благодаря той доли цинизма и практичности, которыми они оба обладали, несомненно. Внешность Игорь имел счастливую, высок, строен, правильные черты лица, пожалуй, слишком уж правильные, оттого и неинтересные, к такому лицу быстро привыкаешь, и оно теряет привлекательность, глаз как бы замыливается, а от бедности движений души, что способны иногда и некрасивое лицо преображать удивительным образом, его лицо как бы блекло, не способное привлекать чьи-то взгляды. Впрочем, жених он всё-таки был завидный, тем более как говорится:
" На безрыбье и рак - рыба."
Постучавшись в кабинет Скоробогатов наигранно вежливо поклонился и протянул билеты. Бедный Федя как раз проходил мимо, в  сердце неприятно  зашевелилась змея, доселе дремавшая. За дверью кабинета слышался приятный баритон Игоря: " Я люблю вас, я люблю вас, Ольга."
- Пой, пой, светик, недолго уж тебе осталось, - зло прошипел Бумажкин, думая о Скоробогатове-Ленском.

Записавшись по интернету, в клинику Фёдорова, Бумажкин ждал пятнадцатого марта и конечно, на душе скребли не только кошки, но и  сами черти. Человек мнительный и суеверный. он во всём видел знаки. Пятнадцатое марта - день рождения его бабушки, а значит - счастливый, так ему хотелось в это верить.
Добрался на тридать пятой маршрутке до "Речного", поднялся по лестнице, дошёл до остановки "Восход", там сел на восемнадцатую маршрутку, и, прямиком до клиники Фёдорова, на Колхидскую 10. Клиника поразила своим размером и ослепительной, сияющей чистотой. Сдал куртку в гардероб, получив взамен номерок : 189.
- Один плюс восемь, плюс девять, получается: девять, хорошая цифра, благоприятная, для начинания дел, сулит успех, - подбадривал себя Фёдор, вспоминая толкования значений цифр. В вестибюле, на первом этаже висел портрет Святослава Фёдорова. Умное, доброе лицо, испещрённое мелкими морщинами, светлый, приветливый взгляд, словно подбадривающий всех, сюда входящих. Народу было много, всех возрастов, от младенцев, до глубоких стариков, коих приводили под руки или привозили на колясках. Пока ждал своей очереди, наслушался всяких ужастиков, хоть вставай и уходи. Оказывается, младенцы иногда появляются на свет с врождённой катарактой, возможной причиной считается половая инфекция, если беременная  является носительницей.
Разглядывая больных Фёдор заметил, что их объединяет одно общее: их лица выглядели потухшими, словно свет глаз, здоровых глаз, имеет свойство освещать лицо, лица плохо видящих как бы покрывала тень.
Диагностику проводили очень тщательно, на множестве аппаратов,заключительный диагноз поставили: " правый глаз здоров, левый глаз - невус глазного дна, миопия приобретённая слабой степени."
Рекомендации:
1. Не принимать витаминные препараты.
2. Не посещать сауны, бани, физиопроцедуры.
3. исключить санаторно-курортное лечение.
4. Повторный осмотр через три месяца.
Если снимок (повторный) покажет. что роста пятна не наблюдается, можно будет спокойно жить, являясь на профилактические осмотры.
На радостях позвонил сестре, успокоил её чуткое сердце.
На работе огорошили новостью: Лебедева не прошла психиатра,и, оскорбившись, решила эмигрировать в Израиль, к родственникам.
Проходить психиатра, в принципе, всегда нужно осторожно, он только того и ждёт, чтобы за что-нибудь зацепиться, а уж если дать малейший повод...
Бумажкин хорошо помнил, что дверь в кабинет психиатра открывалась и закрывалась весьма проблематично, нужно было немного   повозиться с замком, возникло впечатление, что доктор нарочно не сообщает завхозу, чтобы тестировать больных, наблюдая за их реакцией, очень внимательно, с едва скрываемым удовольствием. На этом то Лебедева и прокололась, психанула, а на замечание психиатра огрызнулась.Слово за слово, и как по маслу...
Теперь Сара из окна своей квартиры любуется холмами Назарета, а, гуляя по узким,очень узким улочкам, вспоминает необъятные проспекты Новосибирска,  по выходным совершенствует иврит с опытным педагогом.
-Над землёй летели лебеди, солнечным днё-о-о-о-м, - надрывно, с чувством, выводила Сара Блюмштейн, помешивая пельмени, пока в стенку не постучали.
- Психи! - зло и с обидой крикнула она в ответ на стук, выкладывая на тарелку не кошерную пищу.
А как же дядя Фёдор? А что с ним сделается, вполне себе счастлив, радуется каждому новому дню, гуляет в ботсаду, ходит в литературный клуб, пишет, когда муза посещает, честно выполняет свою работу, как говорится : " Жив-здоров, чего и нам желает."
В феврале планирует  полететь в Назарет, на международный фестиваль культуры и искусств, " Арфа Давида", который там проходит ежегодно, вот уже шестой раз подряд. Кто знает может встретит там Сару, мир то тесен, это я вам точно говорю.


 
 
   
 


Рецензии