Оразование России и Белор. -педагогич. Чернобыль

                МАРТЫНОВ И.И.













СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ И БЕЛОРУССИИ  - ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ЧЕРНОБЫЛЬ

















                МОГИЛЕВ
                2006
 







                ОГЛАВЛЕНИЕ
1. Предисловие . . . . . . . . . . . . .                3.
2.   Педагогический Чернобыль  . . . . . ……………                4
3.   Не отрываться от родной почвы   . . . .                13              4.   Страдания системы образования русские, музыка западная   18
5.   Старый русский валенок надежнее новых лаптей
заморского покроя  …………………………………                32
6. Классическая педагогика запрещает . . . . . . .            40
Приложение № 1  . . . . . . . . . . . . .. ..                48
 

 


                ПРЕДИСЛОВИЕ

Во второй половине двадцатого столетия самому разрушительному воздействию подверглись два важнейших социальных института – семейные отношения и система образования, изменения в которых сказались отрицательно на воспитании и обучении подрастающего поколения.   

Удивительное дело. Передовые страны мира позаимствовали советскую систему организации образования, советские учебники по математике, созданные на лучших традициях национальной педагогики. Мы же стали внедрять худшие западные образцы, основанные на чуждой на культуре, чтобы «догнать» отставший
Запад.



В брошюре исследуются последствия проводимых на протяжении последнего полстолетия всевозможных реформ и их последствия. Показывается национальный опыт, от которого мы отказались.

Данная брошюра рекомендуется учителям, руководителям образования, студентам педагогических заведений.

SOS. Уважаемые будущие читатели данной брошюры! Сделайте всё от вас зависящее, чтобы с ней познакомились как можно большее число учителей родителей школьников, депутатов всех уровней. Когда накопится достаточная критическая масса, тогда, может быть, и руководство наших стран от пустых разговоров перейдёт к реальным шагам по оздоровлению не только системы образования. Изложенные в     брошюре идеи не пустая утопия, они были  воплощение в учебном комплексе «Школа радости», созданная на базе СШ № 1 г. Чаусы и Кадинской школы – её опыт и описан в «Учительской газете» (см. предисловие к статье «Семья играет человека»).  За опытом приезжали делегации со всего  уголков  Советского Союза (См. «Приложение» № 1). Но силам, разрушившим Советский,  не нужна была сильная система образования, в которой здоровье детей не ухудшалась от класса к классу. Дети с радостью бежали в школу, в которой даже дети, которых ранее хотели отправить во вспомогательную школу, в пятом классе к концу года по математике получали оценку хорошо.  Коллектив единомышленников был уволен с «вольчим билетом». С большим трудом мне удалось прекратить шельмование Потемкиной Валентины Ивановны со стороны чиновников от образования. Да и я сам лишился карьеры по этой причине. В школу не пришли учебники математики с моими дополнениями, хотя и было специальное постановление трёх министерств.

              ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ЧЕРНОБЫЛЬ

В ухудшении здоровья нации, в первую очередь детей и подростков, мы вину, в основном, возлагаем на экологию и чернобыльский фактор. С этим можно было б безоговорочно согласиться, если бы  только не ряд факторов. А именно. Почему в регионах с экологически чистой водой, воздухом и пищей ситуация со здоровьем детей столь же печальна?  Такая ситуация начала складываться не вчера и не сегодня, а сначала шестидесятых годов, когда был взят курс на повышение научности школьных предметов и формирование абстрактного мышления, начиная с первого класса, а медицина, уверовав в безграничные возможности химии, приняла химико-фармоцевтический уклон. К чему это привело? Например, в Ялте, в этой всемирной здравнице, у каждой третей женщины отягощена беременность и роды. Здесь среди первоклассников уже 205 с анемией. А за период с 1989 по 1996 год задержка в половом развитии    мальчиков увеличилась в 6 раз, нервно-психических расстройств у детей стало больше в 5 раз. Даже в самые экономически и политически стабильные годы, согласно официальным публикациям бывшего главного психиатра Министерства обороны СССР профессора В.Смирнова, количество нервно-психических отклонений среди призывников возросло в 12 раз, достигнув уже  к 1989 году до предельного уровня – 45%. Еще более обескураживающие факты: в голодном Ленинграде жизнеспособность новорожденных была выше, чем в 80-ые годы в СССР (Воспитание школьников, № 1, 1999 г., с. 8).
Зацикленность, лоскутное мышление, (о нем речь ниже) не дают возможности видеть другие факторы, которые уже становятся не менее опасны, чем Чернобыльская трагедия. Среди них – педагогический и духовный Чернобыль.
В своей статье мы рассмотрим только два фактора, отрицательно влияющие на здоровье нации – медицинский (кратко, на сколько нужно для статьи) и педагогический. Начнем с медицины.
Научно-технический прогресс породил иллюзию всемогущества человека над Природой, но не привел к прогрессу душевному. Скорее породил обратное. А еще Аристотель говорил, что если мы идем в знаниях вперед, а в нравственности назад, то идем не вперед, а назад. Противоречии между “одичанием”  человека  и высотой  современных технологий достигла опасных масштабов. Произошло то, о чем предупреждали в самом начале столетия русские религиозные философы: культурные механизмы сдерживания оказались много слабее возросшего технологического потенциала человечества. Такая разбалансировка поставила   под  угрозу самое существование цивилизации. Не подумав о последствиях, в 60-ые годы начали практиковать стимуляцию родов, проводить регулируемые роды. Роженицы поступают, как правило, ночью, персоналу спать хочется, применяют химию, или дают стимуляторы. Директор российского Института адаптации человека нарколог Е.А.Брюн на большом статистическом материале показал, что применение    любых химических препаратов до родов, особенно при родах, сказывается на психическом состоянии ребенка.  Ново нарождающийся человек беззащитен перед химической атакой. По мнению Е.А.Брюна, это явилось одной из основных причин вспышки наркомании  среди молодежи уже в  70-ые годы. (Семья и школа, № 5, 1997 г., с 22-23).
Практической медицине этого недостаточно и она берет новую “высоту” в пропасть – газеты начинают пестреть заголовками “Роды перестают быть кошмаром”. Оказывается, закупаются в достаточном количестве медикаменты по обезболиванию при родах. (Это типичный пример лоскутного, а не целостного мышления). Да, роды, возможно, будут без болевые, но кошмары  начнутся  для общества, когда подрастут рожденные в таких условиях дети. Если бы Природа посчитала необходимым сделать роды мене трудными, она это бы сделала без помощи химической диверсии. Болевой синдром при родах является необходимым элементом симбиоза между матерью и ребенком. И нанося по нему химическую атаку, мы тем самым разрываем “магическую” связь между матерью и ребенком, наносим удар по семье.
Теперь же по требованию медицинских кругов выделены значительные валютные средства  для закупки оборудования по выхаживанию недоношенных (менее семи месяцев беременности) детей.  Кто-нибудь объяснит основания для вмешательства , как говорят в народе, в Божий Промысел? Для постановки такого вопроса имеются все основания. Приведу пример. В Америке за последние 16 лет спасено 250000 детей до истечения 27 недель беременности. Какова их судьба? Почти две трети спасенных сегодня страдают параличом, расстройством зрения и слуха, поражением дыхательных путей, умственной неполноценности и т.д. (Семья и школа, 3 6, 1998 г., с.13).
 Пойдем дальше. школа работает в таких условиях, что здоровье ухудшается от класса классу. Обратимся к исследованиям Центра охраны здоровья  детей и подростков АМН РФ. Только  6 процентов выпускниц элитарных школ здоровы. И исследования показывают, что школа изменяет психологический профиль  детей и выпускает из своих стен не юношей и девушек, а особей неопределенного пола. Так в первый класс поступили девочки и мальчики, которые отличались по 11 психологическим признакам характера. У мальчиков отмечались черты характера, как склонность к риску, к лидерству, умение убедить. Девочки характеризовались большей чувствительностью, открытостью, ответственностью, большей доверчивостью к авторитетам.    К 9-ому классу характерные  для пола признаки  сохранились только по двум показателям (!).  Остальные – у мальчиков нивелировались, сгладились   чисто мужские черты характера, а у девочек, наоборот. Эти показатели нарастали. Уже в 13 лет  у девочек показатель склонности к риску был выше, чем у мальчиков сверстников. А в 16 лет у девушек был самый большой показатель  индивидуализма – “мне все должны”, “все для меня”.
Такова плата нашей бесполой педагогике и единых программ по всем предметам, в том числе и по физкультуре для школьников младшего и среднего школьного возраста (решением Правительства Москвы с 1-го сентября 2000 года в школах города введены раздельные уроки  физкультуры для мальчиков и девочек по  специальным программам. С отменой раздельного обучения наша педагогика стала бесполой.  Но, как известно, мальчики  и девочки по-разному воспринимают материал. Даже программа по литературе не должна быть единой.  Не должно быть единым  даже ландшафтное оформление детского сада.
Приоритеты здоровья детей должны быть выше приоритетов образования. Больному человеку образование не нужно. В 5-7 классах происходит усиление  учебной нагрузки, переходят на предметное обучение, разные учителя, разные требования, но у девочек в этот период снижена восприимчивость к учебной  деятельности. Учебная деятельность девочек школьного возраста должна соответствовать возрастно-половым особенностям их умственной деятельности. Бесполой педагогике до таких проблем дела нет, как, в прочем, и до многих других. 
Настала необходимость обсудить вопрос раздельного обучения. Его надо обсудить и с медицинской, и с психологической, и социальной точек зрения. Есть много доводов за, но есть и возражения.
Школьные программы по физкультуре не готовят девочек к детородным функциям. (По результатам исследования доктора медицинских наук В.Ф.Базарного, у 85% девочек наблюдается  неразвитость тазобедренного сустава). Обществу нужны женщины, способные без химии рожать, и мужчины – защитники.
По       данным лаборатории физиолого-здраво-охранительных проблем НИИ г. Москвы, если ребенок сидит шесть и  более уроков за несколько мене затратным  горизонтальным столом, который почти повсеместно вытеснил природосообразную ростомерную парту с наклонной поверхностью , он видит не всю поверхность тетради, рисунка, книги, взгляд его скользит по поверхности. Школьник невольно меняет угол зрения, чтобы видеть весь лист, и принимает неудобную позу, от чего возникает целый букет болезней, от глаз и опорно-двигательной системы до патологии внутренних органов.  Когда в школе двух-или трехсменка, то за один и тот же стол приходится усаживать учеников разных габаритов. Вредное экономичное люминисцентное  мигающее освещение вместо физиологически оправданного электролампового только усугубляет болезни.
Далее. Перегрузка учащихся  и школьных учебников стала уже притчей во языцех. После каждой кампании по разгрузке учащихся положение не меняется в лучшую сторону.  Возможно, данное состояние является следствием наших  абстрактных  утверждений без конкретизации причин, которые бы показывали пути решения указанной проблемы. Попытаемся проследить перегрузку на примере Букварей. (Исследования проведены в 2000 году). В своих исследованиях будем придерживаться методики  Л.Н.Засориной (“Частотный словарь русского языка”, М., 1977г.), только не будем еще учитывать служебные части речи – предлоги,  союзы, частицы, междометия. Будем оценивать буквари по  двум показателям – общему количеству слов в учебнике и объему частотного словаря, который показывает общее количество слов, которые должен знать ученик, чтобы понимать тексты учебника. Данные приведены в таблице.
 Р !  название          ! год     !общее коли- !объём час-   !количество
   !   и  автор         ! издания !чество слов !тот. словаря !страниц
 У !     ! Букварь, колл.     ! 1959    !  2549      !   886       !    95
 С ! авторов            !         !            !             !
               
 С !Букварь, колл.      !  1980   !   2823     !   962       !    103
   !авторов             !         !            !             !
 К    !Букварь, Горецкий   !  1982   !   2689     !  1162       !    128
 И ! и другие           !         !            !             !
   Е !Православный букварь!  1998   !   2449     !  1195       !    96
   !Давыдова Н.В.       !         !            !             !
 Бе! Букварь            !  1999   !  4548      !  1699       !    200
 ло! Клышко А.К.        !         !            !             ! 
ские!  Букварь          !  1999   !  4133      !  1790       !    223
   ! Сторожевой Н.А.    !         !            !             !
   

Прежде чем комментировать таблицу, заметим, что в белорусских букварях не учитывался еще дополнительный материал и тексты для чтения с опережением.

Сразу бросается в глаза разбухание белорусских букварей. Трудно понять  логику авторов и дать этому научное обоснование. когда 85% слов частотного словаря в букваре Сторожевой Н.А. и 80,4% в букваре Клышко А.К. встречаются 1-3 раза, причем среди указанных слов очень много устаревших и редко встречаемых, труднопонимаемых детьми (ввиду аналогичности недостатков обоих белорусских букварей примеры в дальнейшем будем приводить из букваря Клышко). Например, “ветах, крысо, мацакi. цюцька, машастовы” и многие другие. В букваре нет ни одного слова на  букву “э”, за исключением междометия эх. Нарушена традиционная последовательность изучения детьми букв алфавита, которая выдержала испытания веками.

Имеется в букваре много имен, каждое из которых, как известно, несет сакральный смысл.    Но “Мiкалая“ и  “Ганну  днем с огнем не сыщешь, а “Iвана “ и ”Таццяну” можно только со свечкой отыскать. Отдается предпочтение  неславянским  именам   “ Жора”, “Данута”, “Фаня”, “Феня” и другим.

От тех условий, в которых воспитываются и обучаются наши дети, им становится до “фени” и школа, и собственная жизнь. Написала же девятилетняя витебская школьница:

Этот мир существует напрасно!

Не будь его, не страдала б так я.

                Все говорят: жизнь

                так прекрасна!         

                Только не здесь –

                и не для меня.

Сколько школьников могли бы подписаться под данными строками?

Дети мыслят образами и обучение в начальной школе должно идти от образа к слову, но не наоборот, как в современной школе, в том числе и в начальных классах. Если нет образа, который соответствует данному слову, то они не могут воспринять эмоциональную окраску этого слова. Так, на одном уроке городские школьники, которые из четвероногих знают только стул да стол, должны представить себе “парася, кураня, качаня, кацяня, гусяня, ягня, казляня, асляня, жарабя, цяля, льва. лiсу”. Значительную помощь в формировании образного мышления детей должны играть рисунки, многие из которых в букваре аляповаты, схематичны и не точны, нагромождены один на один и ребенку трудно выделить конкретный рисунок. Например, говорится о паровозе, а нарисован тепловоз. Даже взрослому человеку, знающему породы деревьев и виды животных, трудно идентифицировать их с приведенными рисунками.

Когда дети осваивают технику чтения, на формирование навыка чтения тратятся все их духовные и физические силы. И вводить малопонятные слова, или слова, которые требуют абстрактного мышления, усугублять и без того трудный процесс обучения. Как можно объяснить ребенку 6-7 лет “незалежнасць”, дзяржава” и т.д.
Белорусско-язычные школы действуют в русско-язычной среде, отрезанной от народной и национальной культуры, поэтому не приходится удивляться, что как только исчезло принуждение, родители ногами проголосовали против белорусских школ и классов, и никакие апелляции к Президенту не помогут исправить положение, пока качественное содержание белорусских учебников не изменится.

Вот это стремление напичкать школьные учебники недоступными для понимания детьми абстрактными терминами словами стало распространенной болезнью. Школьные учебники пишутся большей частью языком авторов, в лучшем случае, языком науки, но не языком образования, не на языке школьника. Когда в предложении ребенок встречает хотя бы одно непонятное слово, образ которого он не может представить или отождествить его с другим образом, у него возникает психологический ступор. По утверждению заведующего кафедрой педагогики и медицинской психологии Московской медицинской академии им. И.М.Сеченова доктора психологических наук Ю.М.Орлова, в ситуации неопределенности, когда ребенок не может определиться, контролировать ситуацию, владеть ею, испытывает чувство беспомощности и по своим биохимическим сдвигам его состояние близко к депрессии. Как бы он не казался активным внешне ум его бездействует. И такое состояние от урока к уроку на протяжении всего периода обучения.  Революционным наскоком отвергнуты лучшие наработки русских и советских ученых педагогов, психологов. Оказывается, все устарело. Вот и все наработки. Но, например, знаменитые опыты Пиаже, повторенные в 80-ые годы  прошлого столетияпо инициативе советских психологов А.В.Запорожца и П.Я.Гальперина, показали, что временного сдвига в сторону уменьшения в формировании ступеней мышления не произошло.  (Дусовицкий, “2 х 2 = ИКС”, М., 1985г., с.21).  По-прежнему у детей до 12-14 лет конкретно-образное мышление и надо в этот период развивать душу и сердце ребенка, а не стараться напичкать его голову трудно воспринимаемыми сведениями, превратить его в “малолетнего старичка”.

По отмеченной выше причине у нынешних школьников плохо сформированы     важнейшие функции – память и воображение. Мы увлеклись чрезмерно методиками “интеллектуального развития” в ущерб чувственному, эмоционально-образному.  Раннее, начиная с детского сада обучение детей, когда реальный образно-чувственный мир заменяется искусственно созданным (виртуальным), приводит к “расщеплению сознания, к расщеплению в человеке чувственного и интеллектуального и распаду важнейшей – воображения.

 Сегодня симптомы скрытой шизофрении наблюдаются у большинства детей по окончании начальной школы. Вторая (логическая) сигнальная система может успешно развиваться только на базе хорошо развитой первой (чувственной) сигнальной системы. Не так опасно для здоровья личности задержаться с формированием второй сигнальной системы, чем ее преждевременность. А ведь проводятся научные конференции, издаются многочисленные труды, в которых доказывается необходимость развивать логическое мышление даже у детей детсадовского возраста.

Образная память и как можно больше органов чувств должно принимать участие в каждом восприятии. Это является основой творческой одаренности, буйной фантазии, интуитивного мышления, целостного восприятия мира. Любой подлинный гений познает мир, окружающую действительность чувственно, целостно, одномоментно, во многом интуитивно, но ведь интуиция – основа озарения, прорыва в неведомое, прорыва в будущее. И то, что Д.И.Менделееву периодическая таблица элементов приснилась, не является исключительным случаем.  Просто мы работу мысли на подсознательном уровне не ощущаем, и вообще не контролируем. Как хорошо сказал об этом выдающийся советский ученый-энциклопедист естественник, а не гуманитарий, В.И.Вернадский: “Разве можно узнать и понять, когда спит чувство, когда не волнуется сердце, когда нет каких-то чудных, каких-то неуловимых обширных фантазий. Говорят, одним разумом можно все постигнуть. Не верьте, не верьте! Те, которые говорят так, не знают, что такое разум…” (В.И.Вернадский. “Страницы автобиографии”, М.,1981г., с. 93). Низкая повторяемость слов, обилие слов однодневок, которые создают фоновой шум, не позволяет выработать их зрительный образ у школьников, их правильное написание, не зная еще грамматических правил. Имеющийся зрительный образ контролирует правильное написание слов, и все это происходит на подсознании, а не знание правил, которое контролируется сознанием, “головой”. Поэтому не приходится удивляться, что мы имеем то, что имеем – растущую безграмотность школьников и всего общества (наличие вузовского диплома не спасает), что и показывают вступительные экзамены, безграмотность многих СМИ.

Неразвитость воображения сказывается на освоении математики, физики, и других предметов. Когда урезан, свернут этап конкретно-образного мышления, школьник не может перевести содержание задачи на язык модели, образно видеть развитие процесса, содержание задачи.
В этой связи приведем характерное сообщение. В 70-ые годы прошлого столетия газеты пестрели сообщениями об акселератах, которые в 11-12 лет становились студентами вузов. Сейчас сообщения такого типа приутихли.  На мехмате и физфаке МГУ им. Ломоносова о вундеркиндах
вспоминают с неохотой. Последнего студента-ребенка отчислили несколько лет назад.
Выражаясь спортивным языком, спурт на старте не принес этим детям лавров в дальнейшем. Профессор психологического института РАН А.Матюшкин видит причину в следующем, что, как правило, эти дети специализируются в узкой области физической или математической науки. Мир их интересов и круг общения сужен, и поэтому развитие полноценной личности зачастую не происходит. Интеллектуальное же развитие, которое необходимо для учебы в университете, по-настоящему только начинается с 12 лет (АИФ, № 18, 1996г.). Прискорбно, что в  начале 21 века вновь шарлатаны от педагогики за родительские деньги обещают растить вундеркиндов. Подключилось к данной авантюре и телевидение со своей передачей «Лучше всех.» 

Формирование  любого умственного действия должно проходить ряд обязательных этапов. Школьная, да уже и вузовская реальность такова, что  мы ограничиваемся из-за не достатка времени примитивным уровнем – этапом “предметного действия”. В конце концов, можно научить выполнять умственное действие на простейших примерах правильно, но прочный навык не образуется, при несущественном изменении задачи, иным обозначением данных действие дезорганизуется.  и, кроме того, оно почти не переносится на новые знания.  Такие знания носят лоскутный характер, а бессмысленная зубрежка становится единственным способом усвоения материала. И даже одаренных детей надо развивать в первую очередь по горизонтали в рамках того этапа мышления, на котором они находятся (чем и была сильна русская и советские школа, этим же занимается любой квалифицированный репетитор), а не по вертикали. Великий русский педагог философ-богослов П.Ф.Каптеров рекомендовал: “Чтобы сохранить упругость и самобытную энергию детей, необходимо, прежде всего, дать детям возможность вполне выживать каждый свой возраст. Всякому овощу свое время, каждый имеет свою прелесть, и отрекаться от его переживания, - значит, калечить себя без всякой нужды.”

Поэтому никак нельзя считать нормальным, что в букваре Клышко все тексты после изучения учениками азбуки рассчитаны на развитие интеллекта, ума, а не души и сердца.

В возникших принципиальных трудностях в обучении учащихся по некачественным учебникам обвинили математику и тем самым подрубили сук, на котором держалось русское и советское образование. А чтобы дело было надежней, сократили время на математику и литературу в начальной школе почти в полтора раза. Навыки, которыми должен владеть ученик по окончании начальной школы, остались и останутся как и полстолетия назад.
В родном языке и литературе закодирована генетическая память народа.  Например, сказка
с ее поэтическим волшебным языком сильна не только текстом, но и подтекстом, который хорошо понимают дети, усваивая на понятном им языке  многие этические и моральные нормы. Не послушался Иванушка старшей сестрички Аленушки и стал козленочком.  А взять сказку “Репка”, которая для взрослых с научной точки зрения является полнейшим абсурдом, но  только не для детей.  Им становится понятной и наша славянская соборность. и значение посильного труда каждого.
В настоящее время дети фактически не проживают столь важного для их  становления этапа сказок. Сократив учебное время на изучение литературы и математики уже с первого класса, и обеднив их содержание, мы вынуждены вводить разнообразные курсы – от валеологии и  ОБЖ до ЕБЖ (если буду жив).

Нам же неоднократно приходилось выступать в печати с разъяснением значения математики в гармоническом развитии детей (например: “Реформация,  или Очередная кастрация системы образования”, Бел. думка, № 1,1997г., с. 95-103) и чтоб не повторяться ограничусь историческими фактами.

Известно, что во второй половине 19 столетия из богословской среды вышло много известных ученых, профессоров университетов, государственных деятелей. Такое явление не было случайным, а явилось результатом успешной реформы церковного образования, проведенной выдающимся деятелем М.М.Сперанским. в духовных семинариях стали изучать математику (включая алгебру и геометрию), теоретическую и прикладную физику. В академии в состав образовательных дисциплин входила высшая математика (теоретическая и прикладная), углубленные курсы теоретической и прикладной физики. Нашлись в богословской среде реформаторы, которые сочли необходимым потеснить математику в учебных планах. Обосновывали такой шаг как и в современной школе. Дескать, в практической работе богословам математика не требуется. Предложили усилить  “гуманитаризацию” духовных учебных заведений. Такая идея была реализована в 1984 году. И с обучением возникли трудности, на одном курсе  занимались уже по два-три года, пришлось разделять на патоки по “способностям”. В результате учебные заведения стали готовить не только богословов, но и большом количестве революционеров разных мастей: от Иосифа Джугашвили до Нестора Махно и Симона Петлюры. Да и костяк партии эсеров- партии террористов -– составляли семинаристы. Стоит задуматься над данным фактом.

Лозунг - “школа должна готовить к жизни”, - Блонский считал дилетантским с научной точки зрения, называл его “великой педагогической ложью”. Каково будущее ребенка? Это никому не известно. Он указывал, что школа должна развивать природные силы ребенка, давать ему все необходимое для развития в данный момент, организовать нормальную жизнь в настоящем, не втискивать душу ребенка с малых лет в социальные шаблоны, держа ребенка в постоянном напряжении. Чрезмерное истощение физических сил, чрезмерное напряжение нервной системы в ранние годы  оказывается губительным для дальнейшего развития ребенка.

  Большие надежды в реформировании школы возлагаются на 12-летнюю школу. Несомненно одно, удлинение сроков обучения отодвинет на более поздний срок начало трудовой деятельности. Но браки молодеют, и период активного деторождения придется на годы учебы. Даже если молодая мама не подбросит ребенка своим родителям, экзамены, зачеты и другие контрольные мероприятия являются для нее сильнейшим стрессом. А любой стресс матери становится невольно для ребенка стрессом в квадрате. Матери в указанный период некогда передать свою любовь ребенку, и прежде всего на уровне тактильных прикосновений. петь ему колыбельные песни, рассказывать сказки.

Наблюдения и исследования показывают, к каким тяжелым последствиям в развитии ребенка приводит недостаток любви в семье. Если ребенку не достает материнской любви, его душа, подобно растению в темноте, чахнет и увядает. Возникает так называемые “психические отклонения”, трудности характера и дефекты личности, вплоть до душевных заболеваний (Воспитание школьников, № 2, 1999г., с 28-32).

Сейчас все чаще врачи регистрируют заболевание грудных детей и даже их смерть, казалось бы, без всяких на то причин. Медицинским работникам трудно поверить, что не получение ребенком на понятном ему языке чувств взрослых, в первую очередь матери, является опаснейшим заболеванием, которое не поддается медикометозному лечению.

Не уменьшится при двенадцатилетнем сроке обучения и перегрузка школьников, так как она большей частью порождена организацией учебного процесса. В этом легко убедиться.

Проведенные в 39 странах международные исследования показали, что в среднем, например, восьмиклассники имели за весь учебный год 1140 учебных часов, т.е. в школе они работали 6-7 астрономических часов (не уроков).

У наших восьмиклассников 950 часов и проводят они в школе не более 5,5 часов, примерно по шесть часов. Важно отметить, что такие же восьмиклассники имеют в течение года в Австрии – 1300 учебных часов, Таиланде 1520, Франции - 1290 , Швейцарии –1700, США – 1080 учебных часов.

Приведенные цифры показывают, что временная нагрузка на ученика в Беларуси ниже средней нагрузки на ученика в развитых странах. Но обилие, начиная с первого класса, учебных предметов, на изучение которых отводится один час в неделю (в ряде школ он продолжается всего 40 минут при 5-минутном перерыве между уроками, за который учащиеся не успевают восстановить физические и духовные силы и фактически работают без перерыва), является сильнейшим источником перегрузки детей. (Даже 10-ти минутная перемена при кабинетной системе уходит у детей на переходы по узким лестницам). Например, в американских школах в каждом классе не более 7 учебных предметов, но на каждый отводится не менее  5 часов (как рекомендовал К.Д.Ушинский) в неделю.

Для сравнения, в 2000-2001 учебном году в Беларуси в восьмом классе на базовом уровне из 19 предметов на каждый из 9 предметов отводится по 1-ому уроку в неделю, а это такие предметы как “история Беларуси”,  “всемирная история”, “биология”, “химия”, черчение и другие. В выпускном – одиннадцатом - классе  на базовом уровне таких предметов 7 из 16. (Сборник Нормативных документов Мин. обр.РБ, №, 2000г., с. 12-13) Эти же исследования показали, что если в 1991 году, несмотря на развал СССР, школьники массовой школы по своим результатам входили в первую четверку, то уже в 1997 году учащиеся массовых школ в постсоветских республик оказались на третьем месте снизу. Но теперь этот факт пытаются использовать для дискредитации вузов.

В каких только грехах не обвиняют преподавателей, которые не знают, как читать лекции и проводить практические занятия с первокурсниками, которые превращаются в простую диктовку. Нарушения на стадии “от живого созерцания к абстрактному мышлению” приводят еще к большим нарушениям “от теории к практике”. Не происходит ускорения умственного действия и совмещения операций. Если раньше студент мог одновременно слушать лектора, анализировать лекцию и писать конспект, то теперь он может делать только какую-то одну операцию.  И уже болезни школьного процесса перекочевали в вузы.  С появлением платного обучения, когда знания и диплом, мягко говоря, можно купить, только обострили проблемы.

Общий вывод. Проводимые в последние десятилетия реформы образования оторвались от национальной почвы, богатейшего исторического прошлого, а поэтому неизбежно обречены на неудачу.

Дополнение. Статья была опубликована в российском журнале “Начальная школа”, № 7, 2003г. с комментариями.

“Поскольку И.И. Мартынов поднимает в своей статье весьма актуальные и серьезные вопросы образования и здоровья наших школьников, мы попросили наших коллег высказать свое мнение по обсуждаемым проблемам.

Ю.М. Колягин, академик РАО, заслуженный учитель РФ.
 Статья интересная и чрезвычайно актуальна. Она проникнута острой заботой о телесном и духовном здоровье наших детей и вскрывает немало причин того, почему здоровье детей находится в неудовлетворительном состоянии. Как правило, многие из этих причин устранимы, если только захотеть их осознать.  Экскурсы И.И. Мартынова в историю отечественного образования и описания современного состояния проблемы  в Беларуси значительно усиливают авторские позиции. Педагогическая общественность должна серьезно задуматься над проблемой здоровья  молодого поколения.

Е.И. Сермяжко, член-корреспондент Белорусской академии образования, профессор МГУ им. А.А. Кулешова

И.И. Мартынов поднимает одну из самых важных проблем – проблему здоровья детей. Приведенные им данные убедительно свидетельствуют о том, что здоровье подрастающего поколения – это не только проблеме социальная, медицинская, но и педагогическая, Может быть в первую очередь педагогическая.

Социальное, духовное, нравственное и физическое развитие детей школьного возраста зависит, прежде всего, от качества учебников. И автор справедливо подверг критике это качество. Приведенный им анализ букварей заслуживает высокой похвалы.

Не так уж безобидны для здоровья и различные теории обучения. С этой критикой, видимо, многие не согласятся.  С нашей точки зрения. автор совершенно прав. Мы действительно “увлеклись чрезмерно методиками “интеллектуального развития” в ущерб чувственному, эмоционально-образному. Все выдающиеся педагоги придавали важное значение чувственному восприятию действительности, чувственным формам познания. Так, А. Дистервег предупреждал, что раннее введение человека в область абстрактного мышления, отстранение его от чувственного восприятия действительности может нанести большой вред его развитию и образованию. “В этом случае, - писал он, - человеку предлагают вместо пищи природосообразной, обильной, питательной и поддерживающих бодрость духа пищу искусственную, неудобоваримую, тяжелую. Последняя претит здоровому детскому уму и в состоянии внушить ему отвращение и страх к школьной учебе и всем школьным мучениям” (Дистервег А. Избр. пед. соч. М. 1956. С. 274-275).

Классики для отдельных “новаторов” в области педагогики устарели. К счастью, находятся люди, которые понимают, что есть педагогические истины, не зависящие от изменяющихся конъюнктурных условий, и эти истины они защищают не корысти ради, а в интересах детей.  К таким людям следует отнести и И.И. Мартынова.”

      


               
               НЕ ОТРЫВАТЬСЯ ОТ РОДНОЙ ПОЧВЫ

Широкая общественность давно обеспокоена состоянием системы образования. К сожалению, ни педагогическая наука (при высоком уровне педагогических исследований), ни педагогическая практика не смогли выработать образовательную доктрину, которую принял бы сердцем учитель. И те отдельные островки  кажущегося благополучия, которые держатся исключительно на энтузиазме, авторитете руководителей, их личностных качествах или на эксплуатации природных данных детей, что ведёт к ухудшению здоровья школьников, не улучшают ситуацию.
Забвение дидактического подхода при анализе сложных явлений не позволяет всесторонне проанализировать систему образования, предвидеть отдалённые последствия,  не позволяет посмотреть на «бури в стакане», как, например, на  страсти вокруг  шариковой ручки, которая всё-таки  гигиеничнее чернильной, с иных, более общих позиций – развития ребёнка. Тем более, что плохая каллиграфия у школьников обусловлена слабой разработкой мелкой мускулатуры кисти руки. При письме шариковой ручкой  нагрузка, в отличие от письма гусиным пером, - статическая, и рука быстро устаёт. При переходе на письмо стальным пером для учащихся было сконструировано специальное  перо. Возможно, должна быть для учащихся и особая шариковая ручка.

Но усиленно раздаются голоса, что распространение компьютеров, множительной техники позволяет не обращать внимания на отработку навыков письма. Поэтому вначале надо разобраться с вопросом: «Следует ли разрабатывать мелкую мускулатуру кисти руки?» Ответ однозначный.

Техника и технология стремятся к миниатюризации и на границе техника – человек больше всего сейчас наблюдается  нестыковок. Это, во-первых. Во-вторых, когда работает кисть руки, активизируются центры умственной деятельности  головного мозга, вот почему дети стремятся инстинктивно всё потрогать руками. Не случайно В.А. Сухомлинский в письмах сыну-студенту настоятельно советовал развивать кисть руки: «Тренируй, упражняй руку. Добивайся, чтобы твоя рука была важнейшим инструментом, орудием мастерства… Наукой  доказано, что человеческая рука может находиться в тысяче миллиардов «рабочих положений», связанных с творческим трудом, и каждому из этих положений соответствует своя мысль. Вот в чём секрет красоты труда, творчества, подлинного призвания – в мастерстве руки. Если хочешь быть настоящим инженером – сделай руку творцом, поэтом».

Слабая разработка мелкой мускулатуры кисти руки ведёт к нарушению зрительно-моторной координации, и, как показывают статистические данные, дети с подобными нарушениями чаще получают травмы. Наше стремление в повседневной жизни «облегчить» жизнь детей  не всегда оправдана. Например, отказ от детской обуви со шнуровкой, одежды на пуговицах не способствует тренировке кисти руки, а по большому счёту – вносит свою лепту в замедление развития детей.

Далее. Для успешного функционирования народного хозяйства с каждым годом требуется всё более высокий уровень знаний; требования к обслуживающему персоналу возрастают. Решать указанную задачу можно двумя путями:

1. Удлинить сроки обучения, но этот путь себя исторически исчерпал, хотя мы и пытаемся ему следовать.

2. Интенсифицировать процесс обучения, не увеличивая нагрузку учащихся, совершенствуя технологию обучения.

Первый путь даёт кратковременный эффект и не устраняет перегрузку учащихся. Второй путь оказался крепким орешком, и все попытки реализовать его в течение последних 40 лет закончились  провалом, так как мы, начиная с Колмогоровской реформы 60-х годов, основательно подрубили и продолжаем рубить «хребтовые сучья», на которых зиждилось российское и советское образование:

а).  Принижена роль и значение памяти в учебном процессе, она фактически у учащихся не развивается;

б). Проигнорирована роль первой сигнальной системы, конкретного мышления;
в). Искажено значение математических знаний, математических навыков в
развитии школьников.

Колмогоровская школьная реформа, как и все последующие, оторвалась от родной
почвы и базировалась на чужой культуре (эта тенденция в последнее десятилетие приняла невиданный размах) и прошла под  девизом – разгрузим память школьников (в действительности память школьников не перегружена, а не развита).  И  до того память разгрузили, что наступила своеобразная «гиподинамия ума». Был длительный период, когда в программах начальной школы не указывалось ни одного произведения для заучивания наизусть.

Учителям начальных классов внушалось: «Так  возникла пословица, которая и
сейчас для некоторых учителей служит непогрешимым символом их веры:
«Повторение – мать учения». Однако эта пословица безнадёжно устарела».

Также безнадёжно устаревшим был признан навык устного счёта под тем предлогом, что «в настоящее время  изменились требования к вычислительной культуре современного человека. Всё большая  автоматизация вычислений привела к снижению роли арифметических  расчётов, производимых в уме, на бумаге,  на счётах (знакомый мотив в требовании не обращать внимания на культуру письма. – И.М.). Тенденция механизации различного рода расчётов растёт с каждым годом. Это отразилось и на школьном курсе математики. Прежде всего, это выразилось в снижении уровня сложности выполняемых учащимися вычислений и выдвижении на первый план практически важных с этой точки зрения вопросов».

Устный счёт, развивающий пространственные представления и образное мышление, является гимнастикой ума, как для музыканта гаммы.

С 60-х годов и вплоть до 1979/80 учебного года в программах по математике указывалось, что «во многих случаях заучивание формул (по алгебре – И.М.) должно быть заменено выработкой навыков пользования справочником». На подобных идеях подготовлено уже не одно поколение учителей и не приходится удивляться, что многие школьники не знают формул ни алгебраических, ни геометрических и не могут выполнить простейших вычислений ни устно, ни письменно.
Да разве только школьники? Как-то предложил студентам-заочникам, которые
закончили педучилище только на «хорошо» и «отлично» и преподают в школе математику по российским программам, выполнить устно без ограничения времени 37•26;  73• 99;  67•125;  78:2•5.  Каждый  из 52 студентов допустил ошибки, в среднем на каждого приходилось две ошибки. Указанные примеры я предлагаю студентам каждый год и, к большому сожалению, количество ошибок с каждым годом увеличивается.

Снижение математической культуры учителей начальных классов (основные причины проанализированы в статьях П.Эрдниева, Б.Эрдниева «О недостатках математической подготовки в педучилищах» // Начальная школа. – 1997. -№ 4) сказалось на формировании математических навыков учащихся.

У того, кто  владеет устным счётом, развивается память, возникает интуитивное мышление, формируется особый навык – возрастает скорость переработки информации, когда удаётся выполнить совмещённо несколько операций. Увы, сегодняшний среднестатистический студент, не говоря о школьниках, может выполнить только одну операцию. Он не может одновременно слушать лектора, писать конспект, воспринимать информацию и т.д.

Безусловно, в начальной школе недостаток развития памяти у детей можно компенсировать увеличением времени на выполнение заданий, но уже к IV классу этот резерв времени полностью исчерпывается. Вот и появляется проблема отличников начальной школы в V –VI классах.

Начиная с I  класса, объём частотного словаря школьника превышает его физиологические и психические возможности. Снижается средняя частота повторяемости слов при увеличении толщины учебников и множества малоупотребляемых слов. Память школьника не развивается, активный словарь не пополняется, в его речи очень много слов-однодневок. Параметры объёма частотного словаря комплектов школьных учебников даже не контролируются. А жаль.

Проведенные исследования среди учащихся старших классов и студентов вузов показали, что их успехи по естественным предметам напрямую зависят от уровня развития памяти.

  Очередным мифом оказалась идея – формировать логическое, абстрактное мышление, вторую сигнальную систему в ущерб развитию чувств, первой  сигнальной системы, конкретного мышления. Вместо  предполагаемого более высокого уровня знаний получили противоположное. Такой  результат можно было спрогнозировать заранее.

Диалектическое  мышление не возникает сразу в готовом виде, а проходит определённые ступени развития в определённые возрастные периоды. Отметим эти ступени.

1. Отождествление –              до 6-7 лет.
2. Аналоговое мышление –   до 11-12 лет.
3. Дедуктивное мышление -  до 14-15 лет.
4. Индуктивное мышление – до 18-19 лет.
5. Диалектическое мышление.

Ограниченность размеров статьи не позволяет охарактеризовать каждую ступень мышления подробнее.

Забегание вперёд, необдуманные попытки перескочить, проигнорировать некоторые ступени формирования мышления оборачиваются тяжёлыми потерями не только в обучении детей, но и в их здоровьи.

Подробный анализ школьных учебников показывает, что их содержание требует от учащихся уровня мышления на одну-две ступени выше, чем оно в действительности у них имеется.

Самые серьёзные издержки педагогика имеет при стремлении обучать детей уже в начальных классах сразу высшему уровню мышления. Такая методика только тормозит умственное развитие ребёнка, так как она мешает осуществлению естественного, поступательного развития логики мышления. По этой причине надуманы предложения по линейному изучению истории и литературы. 

Реальность такова, что выпускник средней школы в лучшем случае  обладает зачатками дедуктивного мышления, умеет работать только по образцам.

Далее.  Формирование умственного действия также должно пройти несколько этапов, причём каждый этап имеет несколько уровней. Из-за несформированности качеств личности, необходимых для успешного обучения, овладение умственным действием ограничивается простейшим уровнем – уровнем «предметных действий». В конце концов можно научиться выполнять умственное действие на простейших примерах правильно, но прочный навык не образуется;  при несущественном изменении условий задачи действие дезорганизуется и,  кроме того, оно почти не переносится на новые задачи.  Приобретённые таким образом знания носят лоскутный характер, а бессмысленная зубрёжка становится едва ли не единственным методом усвоения материала.

А по меткому замечанию философа Э.В.Ильенкова, «зазубренная» без понимания «абсолютная истина» становится для мысли чем-то вроде рельс для поезда, чем-то вроде шор для лошади. Мысль привыкает двигаться только по проторённым путям. Всё, что вправо или влево от них, уже не интересует – это «не существенно», «неинтересно» (Хрестоматия по педагогической психологии. – М.,1995).

В то же время за последние сорок лет степень абстракции изложения материала в вузах (по крайней мере,  по естественным дисциплинам) возросла на несколько порядков. Вот и увеличивается разрыв между школой и вузами, для ликвидации которого вузы вынуждены заниматься довузовской подготовкой абитуриентов, а точнее – ликбезом, который был оправдан в 20-е годы, но не сейчас.

Просчёты в овладении умственным действием, нарушение логики формирования диалектического мышления мешают детям успешно учиться, но если проследить и проанализировать критические выступления, то, оказывается, во всём виновата математика. Кажется, убери математику из школьного расписания, - и у детей исчезнут проблемы, трудности с учёбой. На практике уже работают многие учебные заведения, в которых математику изучают поверхностно, но что-то особых успехов не видно. И неудивительно.

Как образно выразился английский методист  Дж. Юнг: «Вы намерены быть юристом? Как предполагаете разобрать сложный юридический случай, раз вы не в состоянии проанализировать простое геометрическое  предложение? Вы изучаете историю? Но как определите влияние Наполеона на мировое развитие, если вы не в состоянии определить  влияние коэффициентов в простом алгебраическом соотношении? Вы филолог? Но как переведёте вы художественное произведение с его  мириадою оттенков, значений, выражений, если вы не в состоянии перевести пустячной задачи на язык математических символов! Вы предполагаете быть врачом? Но как поставите диагноз, как выделите болезнь среди сложных, сбивчивых и тёмных её симптомов, если у вас нет способностей, необходимых для диагноза или для исключения названной величины из алгебраического уравнения?»

Математика не только ум в порядок приводит, но и прививает полезные волевые качества, помогающие успешно учиться детям в школе. Вызывает озабоченность ухудшение языкового образования и речевого развития выпускников школы и вузов, что во многом обусловлено снижением математической культуры. Исследования показывают, что между успехами в овладении математикой и родным языком существует самая прочная корреляционная связь (Мартынов И. О школьных учебниках // Советская педагогика. – 1982.-№2. – С.138-139).

 Возникает вопрос Что делать? Очевидно, следует поучиться у американцев умению практически решать поставленные задачи, которые, приняв в ближайшие годы обеспечить всеобщее образование на уровне одно-двух курсов университета, выделили огромные средства на подготовку 100 тысяч учителей высшей квалификации, способных воплотить в жизнь поставленную задачу.

Так и нам надо начинать с подготовки кадров, и в первую очередь для начальной школы. В начальной школе закладываются, формируются многие беды средней школы. Несомненно также и другое. Математика должна занять подобающее ей место в школьном учебном плане, какое отводили ей русские дореволюционные мыслители-педагоги. Их богатейший опыт и наработки оказались  невостребованными. Сегодня мы гордимся достижениями советской школы, забывая отметить, что она стояла на плечах учёных мирового масштаба, не узких специалистов, а учёных широкого профиля, энциклопедически образованных: К.Д. Ушинского, П.Ф. Каптерова, В.П. Вахтерова, И.А. Сикорского, строивших русскую образовательную систему на основе русской культуры.


                СТРАДАНИЯ СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ БЕЛОРУССКИЕ,
                МУЗЫКА ЗАПАДНАЯ

Кризис  семьи, системы  образования, поразивший большинство стран мира, глобализация всего и вся, в том числе и духовной сферы, повлекли рост подростковой и молодежной агрессивности. Также увеличивающийся разрыв между сложностью техники и подготовленностью обслуживающего персонала, потребовавший обеспечение высокого уровня образованности  каждого члена общества, а не отдельных групп населения, побуждает прогрессивных зарубежных мыслителей основательно изучать опыт лучших русских и советских ученых-педагогов. С этой целью большими тиражами издаются их труды. Так, в Японии из сорокатомной хрестоматии по педагогике  половина посвящена русским педагогам. В Германии существует НИИ творчества А.С.Макаренко, там же издано 15-томное собрание его сочинений (на Родине только 8-томное). А.С.Макаренко является в иностранной педагогической печати едва ли не самым цитируемым ученым. Его уникальный опыт перевоспитания  малолетних нарушителей является предметом тщательного изучения.

А как же в России распорядились национальным достоянием? К сожалению, приходится констатировать, что мы по  многим позициям оказались “Иванами, родства не помнящими”, и большей частью по субъективным причинам. Об этом подробнее ниже.

Развал Советского Союза начался не с морального и духовного разложения и деградации  высшего руководства страны, не со времен внедрения нового мышления, “когда процесс уже пошел”, а значительно раньше – с разрушения советской системы образования, впитавшей лучшие традиции русской, дореволюционной школы.

Запуск искусственного спутника земли поверг США в шоковое состояния. Срочно созданная конгрессом комиссия для расследования обстоятельств  случившегося пришла к выводу: превосходство Советского Союза было в организации системы образования, высоком уровне математической подготовки школьников. Принимая во внимание, что образование является одним из основных элементов безопасности государства (роль данного фактора с каждым годом возрастает), в зарубежных центрах была разработана программа разрушения сложившейся системы образования  изнутри. Система образования Советского Союза была очень устойчивой   и в силу ее консервативности о внешнем разрушении не могло быть и речи. Нам навязали всевозможные реформы, которые оторвались от национальной почвы. Вначале волевым решением Хрущева срок обучения в школе был увеличен на один год, с целью якобы приближения ее к жизни (в результате школа от жизни оторвалась). Затем с 1968 года под заманчивую идею повышения научного уровня подготовки школьников вузовские и школьные учебники, в том числе и для начальной школы, стали создаваться  на единых методологических и научных основах. Но это то же самое, что отказаться от грудного вскармливания, мотивируя это тем, что следует, как можно раньше ребенка кормить взрослой пищей – жареными котлетами.  В итоге научный уровень  подготовки вначале школьников, а затем и студентов снизился. Научность и доступность для ученика начальной школы и для студента вуза вещи разного порядка. Были полностью проигнорированы данные психологии и физиологии развития ребенка.

Преждевременное, насильственное развитие детей, которое приняло характер эпидемии, не только сказывается на здоровье детей, но   создает нежелательные последствия в морально-нравственном воспитании. “Не должно насильственно и преждевременно развертывать никакого чувства в детях, если мы не хотим, чтобы это чувство походило на цветок, насильственно  развернутый детскими руками. Чувство, развернутое в нас под влиянием фактов жизни, может и выразиться фактами. Чувства, развернутые словами, и выразятся только словами. А довольно уже с нас пустых болтунов!” [1, c.17-18].

 Русская культура (в самом широком смысле этого слова, а не только то, что проходит по линии Министерства культуры) базируется на мощном фундаменте национальных традиций, обладает огромным запасом прочности, всегда открыта и творчески воспринимает  достижения мировой культуры, но она не терпит насилия. Реформы школы, насаждаемые сверху по западному образцу, встретили решительный протест широкой общественности. В редакции газет и журналов, в советские и партийные органы огромным потоком шли возмущенные письма учителей, родителей, ученых, общественных деятелей. Принципиальную позицию    заняло Министерство просвещения РСФСР во главе с министром А.И.Даниловым и Отделение математики АН СССР. Последствия американизации математического образования академик В.И.Арнольд считает страшнее татаро-монгольского ига. Опытные учителя математики в знак протеста против изъятия из набора школьных учебников Киселева  стали досрочно выходить по выслуге лет на пенсию. (В России в 1980 году по прямому указанию  А.И.Данилова  были переизданы учебник “геометрии” Киселева). К слову, в Китае, образование которого занимает высокий международный рейтинг, пользуются до сих пор, как и во многих других странах, учебниками Киселева.  От такой волны цунами стали колебаться работники ЦК КПСС. Секретарь М.В.Зимянин уже готовил записку для Политбюро, но был остановлен в своих действиях. И тогда была приведена в действие широкая программа по дискредитации науки, культуры, и их представителей. В первую очередь наносился удар по патриотическому воспитанию, которое являлось традиционно стержнем  всей системы воспитания. Началось искаженное изображение подвига советского народа в Великой Отечественной войне, негативное изображение национальных героев. На роль “разоблачителей” были привлечены с посулом званий, наград, должностей, в первую очередь, представители национальных культур. В Белоруссии ими оказались В.Быков, А.Адамович, И.Чигринов, на Украине В.Коротич. Литераторы Средней Азии и Закавказья стали через “лупу” рассматривать каждое произведение русских писателей. Какие страсти-мордасти разгорались на пленумах и съездах писателей Советского Союза. В искаженном виде подавалась роль русского народа, русской культуры в становлении и развитии национальных культур.

Вслед за школами и в вузах была открыта дорога процентомании. В каждом вузе на видном месте висел стенд с изложением инструктивного письма министерства: “Как правило, оценка “неудовлетворительно” ставится студентам, которые не могут продолжить обучение или приступить к профессиональной деятельности по окончании вуза без дополнительных занятий по соответствующей дисциплине” [2]. В таких условиях невозможно было доказать, что незнание студентом “Войны и мира” Л.Толстого может повлиять на его профессиональную подготовку. Принципиальным, честным преподавателям  пришлось писать объяснительные, а некоторым и оставить работу не по собственному желанию. Вузы стали соревноваться за стопроцентную успеваемость.

Как это отличалось от уровня требований того периода, когда страна ощущала острейшую потребность в кадрах высокой квалификации: “Чтобы никаких дутых цифр успеваемости студентов, цифр для показа вузы не приводили, чтобы студенты, слабо подготовленные, ни при каких условиях на следующие курсы  не переводились. Пусть это внешним образом означает снижение процента переведенных с курса на курс. Фактически  это означает рост успеваемости  студентов, укрепление работы высшей  школы, повышение требовательности ее к самой себе” [3].

В медицине на арену были выпущены А.Кашпировский и А.Чумак. Оказывается, не надо корпеть над учебниками, грызя гранит науки, “умирать” вместе с больным, достаточно научиться махать руками и с помощью высоких покровителей и телевизионного пиара можно излечить ото всех болезней, больному достаточно   находиться перед телевизором.

Успех шарлатанов нашел широкую поддержку в массах, поскольку уже длительное время пренебрегалась мировоззренческая компонента образования. Философия, как царица наук, была потеснена в учебном плане в вузах, ее студенты стали не изучать, а “проходить” на младших курсах, когда у них еще не сформировалось диалектическое мышление, по многим специальностям был отменен государственный экзамен по философии. В результате общество науке и научному знанию предпочло и предпочитает в настоящее время общение с шаманами, колдунами, астрологами и экстрасенсами. Кумирами общества стали извращенцы всех мастей. Возмущение академиков, среди которых был и нынешний лауреат Нобелевской премии В.Гинзбург, было “гласом вопиющих в пустыне”.

Нашлись свои “махальщики руками” и в педагогике в лице “учителей-новаторов”, многие из которых даже и не догадывались о той роли, которая им отводилась. Были среди них и интересные, колоритные личности, как, например, учитель труда из Реутова И.П.Волков.
Особой напористостью отличался один из них, который в отличие от Архимеда нашел “точку опоры”, с помощью которой обещал совершить переворот в педагогике, в преподавании математики, литературы, истории, короче, по всем школьным предметам. За две недели он обещал любого ученика научить математике. Какой невосполнимый удар по авторитету учительства был нанесен (вот они предшественники МММ). На усомнившихся в гениальных способностях владетеля “опорой” начались гонения. Доктор педагогических наук О.Ф.Кабардин (его поддерживал вице-президент академии педнаук Ю.К.Бабанский), отвечавший в академии педнаук за проведение экспериментальной работы, выезжавший на месте для определения прочности “точки опоры”, дал научный анализ деятельности “новатора”. Отправленная в Политбюро записка с предложением провести в установленном порядке экспериментальную проверку “новаторства”,  имела неожиданные последствия… О.Ф.Кабардин, до этого готовивший на международные соревнования команду школьников по физике, занимавшей всегда первые места, вынужден был временно уехать на Кубу и там найти применение своим способностям.   Ряд международных научных обществ и организаций исключили академика Л.С.Понтрягина из своих рядов за принципиальные статьи в защиту советского математического образования и за сопротивление диктату международного союза математиков. Это говорит о многом, кто был заинтересован в развале системы образования в СССР.
Лавры “новаторства” с тех пор охватили широкие педагогические круги. По числу новаторов мы “впереди планеты всей”. Но реальность такова, что подлинное творчество с созданием новых знаний способны проявлять не более 5 процентов учителей. Они должны заполнять нишу, быть связующим звеном между наукой и практикой. К.Д.Ушинский подчеркивал, что научное и педагогическое изложение теории – это две вещи разные, и что педагоги трудятся над переработкой научных систем в педагогические. Задача остальных учителей хотя бы освоить созданное другими.  В противном случае творчество осуществляется по схеме, указанной Э.Кротким: “Внести свое в таблицу умножения можно только переврав ее”. 

Вполне естественно, что, изучая изданные труды новаторов, практически невозможно найти в них признание и благодарность корифеям  педагогической науки.

Провалы в реформировании системы образования пытались замаскировать новыми реформами. В известной шутке указаны реальные этапы, которое проходит внедрение нового: первый этап - шумиха, второй -  неразбериха, третий – поиски виновных, четвертый - наказание невиновных, пятый – поощрение непричастных. Теперь же предлагаемые реформы столь скоротечны и многочисленны, что успевают пройти только два этапа - этапы шумихи и неразберихи как накатывается новая волна очередной реформы. И хотя их теперь называют “модернизацией системы образования” суть от этого не меняется. От обилия реформ учителя устали и потеряли ориентировку в своей деятельности. Это привело к тому, что наступило массовое разочарование в выборе своей профессии.

   Широкое рекламирование деятельности “новаторов” привело к отрицанию роли и значения  педагогической науки, опыта прошлого. Негативные последствия очевидны. Нами проведен сравнительный анализ частоты появления имени ряда ученых-педагогов при цитирования или ссылке на использованную литературу в некоторых педагогических журналах за первые шесть месяцев текущего года и за аналогичный период 20 лет назад. Данные приведены в таблице (в скобках показатели за 1983 год).

    Начальная школа Воспитание школьника Педагогика Семья и школа
Тираж 74850(495320) 40000(414370)         4330(73130) 4800 46970)
Ушинский   9(14)    1 (5)            37 (10) 0 (1)
Макаренко 2 (2)        17 (119)                44 (77)         0 (9)
Сухомлинский 6(19) 14(26)          9(8)          0 (11)
Всего 17 (35) 32 (150)         90(95    ) 0 (21)


Раньше каждый учитель выписывал несколько методических и научных  журналов, что позволяло ему знакомиться с содержанием и основными положениями творчества основоположников русской и советской педагогической науки. Сейчас же, как видно из таблицы, это является уделом, в основном,  узкого круга академических работников. Исторический опыт показывает, что ослабление национальной почвы образования, увлечение иностранными инновациями неизбежно приводило к упадку духовной силы России. Добровольное навязывание в настоящее время высшей школе Болонских соглашений неизбежно подорвет творческие силы вузов. Для Европы Болонские соглашения -–это синоним их национальных идей, для осуществления которых не требуется даже “косметического ремонта”. Для России, как и для Белоруссии, – это отказ от национальных путей образования. Не углубляясь  в подробный анализ Болонских соглашений, - что должно являться предметом особых статей, - заметим, что они направлены на решение задачи, поставленный ведущими странами Запада: привлечь из России и бывших союзных республик наиболее способную молодежь.

Возникает известный русский вопрос – что делать? Не надо открывать Америку. Нам следует начинать основательную подготовку педагогических кадров на национальной почве.

Как видно из таблицы, больше всех замалчивается Ушинский,  которого постоянно в чем-то обвиняли: до революции в атеизме и материализме, в советское время, что он, дескать, религиозный педагог,   а в настоящее время, очевидно, за идею народности образования. Что характерно, в атеизме его обвиняли педагоги-завистники.  Самым решительным образом защищали Ушинского от обвинений в атеизме священники, доказывая, что “только полное незнакомство с сочинениями Ушинского или заведомая ложь и злонамеренность могли быть причиною обвинений его в безрелигиозности, материализме и прочее”. Следует напомнить и о такой традиции: все собрания, посвященные памяти великого педагога, в дореволюционной России открывали священники  [4, c.72]. Провожая в последний путь Ушинского, они говорили: “Ты первый осушил детские слезы, ручьями лившимися в прежних рутинных школах; ты заставил детей полюбить и школу, и грамоту”.

Ушинский – создатель научной русской национальной педагогики и его забвение увеличивает страдание нынешних детей.

Учителя чаще всего пишут не в журналы, а газеты. Но в проверенных нами январских номерах “Учительской газеты” только артист М.Светин один раз вспомнил Макаренко  лишь потому, что приверженцем его системы была мать. Даже в дискуссии “Нужна ли нам русская школа” (УГ, № 3, 2003г.)  имя Ушинского не вспомнили. А ведь он много писал по этой проблеме в одноименной статье. “Прежде всего необходимо сделать в русской школе, хоть из подражания иностранцам, главными предметами – русский язык, русскую географию, русскую историю, возле которых группировались бы все остальные, словом – обратить нашу школу к народности” [5,с.323-324]. Ушинский сетует, что некоторые учебники отечественной истории могли бы принять за учебники всеобщей истории.

Он писал: “Мы положительно убеждены, что плохое состояние наших финансов, частый неуспех наших  больших промышленных предприятий, неудачи наших многих административных мер, перевозка тяжестей гужем, рядом с железными дорогами, наши непроходимые проезжие пути, наши лопающиеся акции, пребывание громадных дел в руках безграмотных невежд и пребывание ученых-техников без всякого дела, нелепые фантазии нашей молодежи и не менее нелепые страхи, которыми так ловко пользуются люди, ловящие рыбу в мутной воде, -  все эти болезни, съедающие нас, гораздо более зависят от незнания нами нашего отечества, чем от незнания древних языков. Мы убеждены, что все эти болезни и многие другие сильно поуменьшились бы, если бы в России вообще поднялся уровень знаний о  России, если бы мы добились хоть того, чтоб наш юноша, оканчивая курс учения, знал о полусветской России столько положительных фактов, сколько знает о  своей маленькой Швейцарии 10-летний швейцарец, оканчивающий курс первоначальной школы” [5, c.360-361].

Злободневно  рассуждение К.Д.Ушинского о школах, “новаторство” которых выражается лишь в раннем изучении нескольких иностранных языков.  “Преподавание и одного иностранного языка детям 10 и 11 лет, когда они еще плохо владеют своим отечественным, не совсем сообразно с требованиями правильного органического развития, но преподавание двух иностранных языков разом есть такая  очевидная педагогическая ошибка, что можно только удивляться, как она держится до сих пор во всех наших учебных заведениях, несмотря на противоречащие примеры педагогической теории и практики”. [6, c.383-384].

 В другой статье он пишет: “Изучение иностранных языков не должно никогда начинаться слишком рано и никак не прежде того, как будет заметно, что родной язык пустил глубокие корни в духовную природу дитяти… Иностранные языки должны изучаться один за другим, а никогда двух одновременно… К изучению второго иностранного языка должно приступать уже тогда, когда в первом дитя приобретает значительную свободу.

…Назначения, встречающиеся очень часто у нас, двух часов в неделю  на немецкий и двух – на французский язык показывает только совершенное отсутствие педагогических знаний в том, кто делает такие назначения. Не два и даже не четыре, а шесть, семь, восемь уроков в неделю должно быть назначено на первоначальное изучение иностранного языка, если мы хотим этим изучением достичь  каких-нибудь положительных результатов, а не отнять бесполезно время у дитяти.” [5, c.119-121].

Как видно из таблицы чаще всего цитируют А.С.Макаренко, но только благодаря тому, что живы еще люди, которые встречались с ним или испытали на себе плодотворное влияние его воздействия, а также редакции журнала “Народное образование”, которая многое делает по пропаганде его наследия.  К большому сожалению, по нашему мнению, редакция журнала недооценивает значение педагогического наследия К.Д.Ушинского, В.А.Сухомлинского.

При жизни Макаренко   называли тираном, а сейчас его деятельность пытаются представить как оправдание им “тоталитарного режима”. Так могут рассуждать только знающие труды и жизнь Макаренко поверхностно или понаслышке. Что это за диктатор, которого совет командиров мог лишить слова? Что это за диктатор, в воспитательной колонии которого не было сторожевых вышек и колючей проволоки, а вновь прибывшие правонарушители уже через неделю становились активными участниками коллектива колонистов. Макаренко был противником внешних атрибутов принуждения, для него главным было выработка у воспитанников нравственных внутренних самоограничений. В одном из своих выступлений Макаренко говорил: “Мне пришлось принять колонию, находившуюся до того под руководством педологов. Она была разделена на три части: первая часть – под решеткой, вторая без решетки, но у дверей стояла стража, третья часть –свободная. Дети в зависимости от дисциплинированности, переходили из одного отделения в другое (и это называлось “свободное воспитание”).  Я первым долгом выпустил воспитанников на свободу и сказал педологам: “Бегите отсюда, пока не поздно, а то я не ручаюсь за ребят”. Что незамедлительно они и выполнили” [7, c.84].

 Педологов выгнали в двери, а они пробрались в школу через “заколоченную дверь”. Уже “учителя-новаторы” защищают диссертации, в которых обосновывают, как величайшее достижение педагогической мысли, разделение учеников класса с рассадкой по разным рядам “отличников”, “хорошистов”, и всех остальных. Когда же я нами на одном из  семинаров было  предложено провести тестирование и рассадить по такому принципу учителей – встретили решительное сопротивление.  Такому повороту событий не стоит удивляться.

Психологами давно доказано действие установок при обучении в школе. Канадские психологи совершенно произвольно разделили всех учащихся на три потока. В отношении первого потока преподавателям колледжа была дана фиктивная информация, что он состоит сплошь из высокоинтеллектуальных молодых людей. Второй поток был охарактеризован как показавший самые низкие результаты. Третий – был подан как средний по умственным одаренностям. Затем все учащиеся были распределены по разным учебным группам, но соответствующими ярлыками они уже были снабжены, и те, кому предстояло их обучать,  хорошо знали и помнили ее. К концу года успехи потоков соответствовали данной им характеристике. Первый поток радовал преподавателей своими успехами, учащиеся второго потока учились из рук вон плохо (некоторые были даже отчислены за неуспеваемость). Третий поток имел средние показатели и ничем особым не выделялся. Такова цена предварительной установки, которая действует хотя и на уровне бессознательного, но формируем мы ее во многом вполне сознательно. [8, c.33-34].

Самое тревожное и печальное, что из школы улетучивается дух теплоты, гуманизма, духовности, которым она была сильна со времен седой давнины. Учебные заведения вместо храма превращаются в торговые ряды. В обычной школе уже многие учителя не стремятся повозиться с учеником, сославшись, что здесь не гимназия и в оправдание прочтут    вам популярную лекция по генетике, упомянут и Ломброзо. А в гимназии родители слышат: “У нас насыщенные программы, вашему ребенку лучше заниматься в обычной школе”. Снижается средний уровень педагогического мастерства педагогов, что является одной из основных причин роста числа конфликтов в треугольнике “школа-ученик-родители”. В настоящее время главным является не ученик, а школа, которая воздвигает различные баррикады на его пути. Преодолеть их можно  чаще всего только с  помощью денежного мешка. Даже в название Министерства образования убрали слово “народное”, которое оно носило в течение более двух веков. Но если образование не является народным, то каким целям оно служит? Да и подмена слова “просвещение” в названии “образованием” несет в себе глубокий смысл. Обратимся к четырехтомному академическому словарю русского языка. “Просвещение” – система воспитательно-образовательных (выделено нами – И.М.) мероприятий и учреждений; “образование” предполагает передачу знаний.

Раньше школа славилась конкретными учителями, мастерами внутренней дифференциации, а теперь модными вывесками.

В.А.Сухомлинский считал, что воспитание отстающих, неуспевающих, “неспособных”, “бездарных” – это пробный камень педагогики, ее мастерства, искусства, человечности”. Нынешняя практическая педагогика данный экзамен провалила. Грубая селекция детей не способствует повышению уровня образованности населения. Международная организация по экономическому сотрудничеству и развитию проводила в 32 развитых промышленных странах проверку умения школьников читать, что является одним из главных факторов успешного обучения школьников. Лучше всех читают школьники Норвегии и Финляндии (в этих странах нет разделения детей на потоки), хуже всех навыки чтения у школьников России, Латвии, Люксембурга Мексики, Бразилии. Исследование, проведенные под эгидой ЮНЕСКО, показало, что образование, построенное по принципу селекции учащихся по “способностям”, или по социальному признаку, работают не на высокий академический результат, а прямо в противоположном направлении.       Данные исследования показали, что учащиеся из беднейших слоев населения имели наиболее слабые показатели грамотности именно в тех странах, где образование резко разделено по социально-экономическому уровню. [9, c.30].

 Система образования в России и Белоруссии до последнего времени строилась по университетскому типу, начиная с первого класса, которое характеризовалось энциклопедическим подходом. Это позволяло давать целостное, завершенное  системное знание, а не кусочно-отрывочные сведения. Как из произвольного набора деталей невозможно собрать целостную  надежно действующую конструкцию, так из калейдоскопа зачетных единиц, предполагаемых Болонским соглашением,  к которому присоединилась Белоруссия и Россия, трудно подготовить истинно образованного специалиста.

Ушинский, Макаренко, Сухомлинский не допускали разделение детей по какому-либо признаку. На вопрос  иностранных делегаций, посещавших детскую колонию,- как вы допускаете, что нормальные хорошие дети воспитываются вместе с бывшими воришками и маленькими бродягами, Макаренко отвечал: “А в жизни как – хорошие люди живут рядом с плохими?...

Готовить детей, чтобы они могли жить только в обществе идеальных людей, мы не можем. Такого мальчика воспитаете, он скиснет, как только попадет в общество. Ваш мальчик должен приучиться к обществу самых различных людей.” [10, c.108].

 Беспочвенны обвинения, что Макаренко приносил в жертву коллективному индивидуальное. Как опытный дирижер  в звучании оркестра слышит каждую скрипку, так и А.С.Макаренко, творчески развивая учения К.Д.Ушинского, всесторонне изучал каждого поступившего воспитанника. Высокая духовность, широта взглядов, глубокая профессиональная подготовка, а связанная с ними яркая интуиция позволяли ему выстраивать для каждого воспитанника систему перспективных линий, что способствовало раскрытию талантов, которые подспудно  заложены Природой в каждом ребенке. Коллектив же, живший по законам соборности, являлся только средством развития, а не подавления индивидуальности.

Печально, что “пироги печет сапожник”, особенно если он распределяет финансы.  В уменьшении числа учащихся финансисты увидели еще одну возможность экономии бюджетных средств, вместо того, чтобы направить высвобождающие средства на улучшение работы школ, приведение наполняемости классов до оптимального размера. Макаренко предупреждал, что даже два ученика сверх нормы взорвут первичный коллектив. “Первичный коллектив, то есть коллектив, который уже не должен делиться дальше на более мелкие коллективы образования, не может быть меньше 7 и больше 15 человек. Я не знаю, почему это так, я этого не учитывал. Я только знаю что, если первичный коллектив меньше 7 человек, он начинает обращаться в дружеский коллектив, замкнутую группу друзей и приятелей.

Первичный коллектив больше 15 человек всегда стремится к разделению на два коллектива, всегда есть линия раздела.” [11, c.77-78].
 В коллективе, в котором менее 7 членов (как это имеет место в сверхэлитных учебных заведениях), человек не проходит требуемой социализации и он подвергается риску нравственной деградации, о чем говорил К.Д.Ушинский:             “Неужели в быстром передвижении на паровозах и пароходах, в мгновенной передаче известий о погоде или о цене товара через электрический телеграф, в износке возможно большего количества тончайших бархатов и толстейших трико, в истреблении благовонных сигар и смердящих сыров откроет человек, наконец, назначение своей земной жизни? Конечно нет. Окружите человека всеми этими благами, и вы увидите, что он не только сделается лучше, но даже не будет счастливее, и что-нибудь одно из двух: или  будет тяготиться самой жизнью, или быстро пойдет понижаться до степени животного. Это нравственная аксиома, из которой не вывернуться человеку. [5, c.21].

 Сказанное выше не относится к сельской школе, в которой социализация личности происходит большей частью вне школы, в силу специфики сельской жизни и близости ребенка к природе. И закрывая малочисленные сельские школы, мы наносим непоправимый урон воспитанию человека, ставя знаниевую компоненту на первое место. И Ушинский, и Макаренко, и Сухомлинский утверждали о единстве воспитания и обучения при ведущей роли воспитания. По их мнению, обучение само по себе, вне воспитания, есть бессмыслица, ничего, кроме вреда, не приносящая. Поэтому обучение должно служить не только передаче знаний и развитию рассудка, но и духовному, нравственному развитию чувств и воли человека.

В письме к сыну еще в 70-ые годы прошлого столетия Сухомлинский с горечью писал: “В институтах и техникумах, за немногим исключением, воспитательная работа по существу не ведется. А необходимость в этой работе очень велика.  Я располагаю совершенно точными данными, кричащими о том, что число тягчайших преступлений среди молодежи (убийство, разбой, ограбления, насилия) во многих местах угрожающее растет. Мы не имеем права молчать об этом. Если не будет улучшено воспитание, мы наплачемся с математикой, электроникой и космосом. Мы не имеем права умалчивать о том, что вырастают  тысячи и тысячи молодых детей, для которых убить человека – все равно, что задавить муху”. [12, c.31].

 Казалось бы, Сухомлинский наш современник, но и он забыт. Его творческое наследие не издано полностью и не востребовано. Возможно потому, что своей подвижнической деятельностью показал большие возможности воспитательной работы, если учебно-воспитательный процесс построен природосообразно, когда в нем главной фигурой является ребенок.  Сухомлинский постоянно подчеркивал, что трудности, которые переживает школа, связаны с порочными идеями, снижением педагогического мастерства учителей.

Часто приходится задумываться над вопросом: почему опыт работы А.С.Макаренко так и не находит широкого применения? Почему после смерти В.А.Сухомлинского его Павлышская школа сдала позиции, а  новые директора Н.И.Кодак, а затем Г.К.Настасьев не продолжили традиции Сухомлинского? Коллектив же учителей остался прежним, опыт школы создавался на их глазах.

Дело не только в магии личностей Макаренко и Сухомлинского, в их индивидуальных качествах, которые не тиражируется.  И Макаренко, и Сухомлинский отдавали всего себя, без остатка, все 24 часа в сутки детям. Своими поступками, образом жизни, который протекал на  глазах детей, они оказывали на них огромное влияние. Для Сухомлинского не было отпусков (в отличие от учителей), он возился с детьми и летом на бахчевых, и в лагере труда и отдыха; Макаренко проживал на территории колонии и говорил, что 16 лет не был в отпуске, работал без перерыва, без бюллетеней, без выходных дней, много отдал здоровья и жизни коммунарам, из-за них не женился до сорока лет.

Эту же мысль высказывал и Ушинский: “…Если же воспитатель находится во временных, официальных отношениях к детям, и притом к такому числу детей, что о личном влиянии на каждого здесь и речи быть не может (чем крупнее школа, которая экономичнее, тем труднее говорить о личном  влиянии директора на конкретного воспитанника – И.М.), то не удивительно, что все воспитательное влияние такого воспитателя выражается только в ограничениях, стеснениях, запрещениях и  внешней дисциплине, облегчающих его труд. Но вместе с тем и вся детская жизнь в таком заведении принимает какой-то форменный, казарменный, осторожный характер, конечно не имеющий ничего общего с делом нравственного воспитания.”. [5, c.92].

По-прежнему актуален вопрос, который поставил Ушинский в статье “Что нам делать со своими детьми?”. По его мнению: “…Чтоб повести народное образование прямым и верным путем, надобно смотреть не на то, ч то нужно для Германии, Франции, Англии и т.д. или что там делалась и делается, а на том, что нужно России в ее современном состоянии, что согласно с ходом ее истории с  духом и потребностями ее народа, не одного круга ученых, не одного сословия, не одной литературной или какой-нибудь другой партии, а всего народа, от мала до велика. Это не может быть решено мнением того или другого доверенного лица, хотя бы это лицо был сам Гумбольдт, или мнение одной какой-нибудь газеты. В таком деле мнение и решение должно сложиться из подробного, свободного от всяких чужих влияний исследования предмета и прямого применения его к нам, России в настоящее время. [5, c.365].

Еще сложнее обстоят дела в бывших союзных республиках. Несчастен народ, когда его элита величайшим достижением считает, что на улицах отсутствуют рекламные щиты на русском языке (а на английском?), что в аптеках продаются исключительно национальные лекарства (а сама “элита” где отдыхает и поправляет свое здоровье?). При такой “широкой” узости мышления не до образования и воспитания молодежи.

Но даже в Белоруссии, в которой определенные интернациональные силы  не смогли создать русофобскую волну, в которой не теряются связи с братским русским народом, доступна российская педагогическая печать, система образования переживает труднейшие времена. Цитирование Ушинского, Макаренко, Сухомлинского почти что отсутствует. В республике уже нет специалистов по данному направлению педагогической науки и как следствие – за годы независимости    не защищено ни одной диссертации по данной теме (при обилии диссертаций по “величайшему” вкладу шляхты в становлении и развитии  белорусской нации). В школах уже не встретишь лозунгов с высказываниями великих педагогов. В проверенных нами школьных библиотеках имеются только отдельные книги Ушинского, Макаренко, Сухомлинского, да и те изданы  еще при советской власти (не думаю, судя по таблице, что в российских провинциальных школах положение лучше). Студентам не читаются спецкурсы по творчеству указанных педагогов, с каждым годом урезается курс истории педагогики, и даже  по программе кандидатского экзамена по педагогике не выделена особо роль столпов русской и советской педагогической мысли – Ушинского, Макаренко, Сухомлинского.

В России издаются отдельные труды указанных ученых, но столь мизерными
тиражами, что они почти полностью оседают в столице. Фактически в школах уже работают учителя, малознакомые с классическими  трудами  отечественных педагогов.

Представляется целесообразным.

1. Издать (на сколько это возможно в настоящее время) полное собрание сочинений К.Д.Ушинского, А.С.Макаренко, В.А.Сухомлинского и целевым направлением обеспечить ими все школы России и Беларуси. Эта проблему должно решить Союзное государство. Тематику последипломного образования сконцентрировать на изучение наследия указанных педагогов. Пропаганда творчества указанных ученых должна стать ведущей темой всех педагогических газет и журналов.

2. На должность руководителя педагогического заведения интернатского типа (как бы не обижались феминистки) назначать мужчину и проживать он должен в одном здании с детьми, его жизнь должна протекать на виду у детей. В настоящее время дети почти не встречают мужского влияния ни в семье, ни в школе, ни в обществе. Исправить перекосы в воспитании детей, большинство из которых из неблагополучных семей, без сильного мужского влияния невозможно. Да и в коллективе данного заведения должны преобладать мужчины, как это принято в Японии.

3. Школа теряет детей уже в первом классе, так как каждая семья  столь разнообразна, что собрать детей класса в один коллектив очень трудно, требуется индивидуальная работа.  Поэтому в первом классе с наполняемостью  свыше 10 детей должен быть учитель и его помощник. Демографическая ситуация позволяет осуществлению данного мероприятия.

4. Здоровье подрастающего поколения вызывает большую тревогу. Но учитель, ведущий нездоровый образ жизни, не может воспитать здорового ученика. Учителя должны быть примером для подражания учениками.

Следует ввести в практику, что на педагогические специальности не принимать курящих студентов (сейчас в погоне за модой курящие студентки опередили юношей). Не место в учебных заведениях работникам с вредными привычками (пионерами в этой области мы не будем являться).

Масштабы подростковой нравственной деградации поражают. Сошлемся на крупные исследования в России. [13].  Проведенные в 2001 году исследования в России показали, что современный школьник начинает курить в среднем в 13 лет, в том числе юноши – в 12,3 года, а девушки –в 13,9 лет, хотя с каждым годом становится все больше и “смолящих” четырехклассников  10-летнего возраста.

В составе учащейся молодежи курят в среднем 55%, в том числе среди учащихся школ –45,5%, учащихся ПТУ-79,3%, техникумов –69%, студентов вузов –61,2%. Так, если в 1991 году средний возраст начинавших курить составлял 15,2 года, то к 2001 году он “омолодился” до 10,1 года (данные Центра социологических исследований при министерстве образования РФ).

За последние 10 лет средний возраст первого приобщения молодого поколения россиян к алкогольным напиткам уменьшился на 4,5 лет: если в 1991 году он составлял 15,5, то в 2001 году – 11 лет. В составе ПТУ почти каждый второй потребляет водку, более 40% шестиклассников -12-летнего возраста потребляют пиво, а уже в девятом классе каждый четвертый пьет водку. 

Рекламой через СМИ удалось уже сформировать “пивное поколение” с рано разбуженной плотью.

P.S.  Два события последнего времени не дают авторам покоя.
Событие первое. 20 - октября 2003 года в телевизионном ток-шоу “Выбор” по белорусскому телевидению обсуждался вопрос – можно ли гордиться нашей Армией?  Более половины принявших участие в интерактивном голосовании (а это, как правило, молодые люди) дали отрицательный ответ.  В связи с этим вспоминаются события: железный канцлер Германии  Бисмарк поздравил своего короля с блестящей победой над Францией и услышал в ответ: “Поздравьте школьного учителя, который сумел воспитать патриотов страны”. А нашим учителям навязали программу воспитания “человека мира”, патриотические чувства которому чужды.

Событие второе. 1- го ноября 2003 года в телепередаче “Кто хочет стать миллионером” ни игрок, ни зал, к помощи которого он обратился, не смогли из четырех предложенных ответов выбрать правильное значение sin30 .

Куда плыть далее?

В России уже забили тревогу по поводу катастрофического состояния системы образования не только директора крупных промышленных предприятий, нобелевские лауреаты Ж.Алферов, В.Гинзбург, широкая родительская общественность, но и частный бизнес. Позволю себе привести обширную цитату российского издания (В.Рубаев. Потерянное поколение менеджеров и брокеров. “Математика”, ПС, 2003, №30. С.31-310.), в котором рельефно высвечены болевые точки и значение хорошего образования.

Автор этой статьи окончил МФТИ в 1984 году и был распределен  в один из НИИ, находящийся в том ведомстве, которое   ныне  называется Министерством атомной энергетики. Как и многие представители его поколения, он, можно сказать, загремел под перестройку. В настоящее время возглавляет фирму, количество сотрудников которой перевалило за 300, и все равно не хватает.  Поэтому процесс набора новых сотрудников в этой фирме не прекращается никогда.

“Я, признаться, люблю лично беседовать с желающими устроиться к нам на работу. Это полезно во многих отношениях.  И работу кадровой службы проверяешь, и с людьми, которых принимаешь к себе, знакомишься.  И общий уровень подготовки нынешнего трудоспособного населения к ждущим его экономическим свершениям для себя уясняешь.

А уровень этот, между прочим, с каждым годом все хуже и хуже становится. Мы это замечаем  где-то с 1998 года. То есть, может быть этот уровень  и до этого ухудшался, скорее всего ухудшался, да только незаметно  это было для нас. Потому что фирмой мы в те годы были еще относительно не большой, с одной стороны, а с другой стороны – существовал значительный переток кадров из развалившихся НИИ и КБ в коммерческий сектор. Поэтому не представляло особого труда  найти человека с высшим образованием на должность не только продавца, но даже и  грузчика.  Бывшие инженера в те годы просто за счастье считали устроиться к нам на склад. А вот после 1998 года страна начала постепенно выходить из кризиса и в ней стало образовываться все больше рабочих мест, причем, по-видимому, не только для грузчиков и продавцов. И мы от страны не отставали, и количество рабочих мест у нас росло. Да только найти на них кого-нибудь достойного  становится все труднее и труднее. Нынешний контингент – он не только интегралы брать не умеет, он  в последнее время, бывает, и таблицу умножения не знает. Спросишь у иного, например: “Семью восемь?”, а он, подумав немного, отвечает: “Сорок восемь!” Честное слово, не шучу! Он потом удивляется еще, спрашивает: “А зачем это надо? Ведь калькулятор есть…”

А действительно, зачем      это надо? Ведь, калькулятор, действительно есть… Да, кстати, спросите вы, а чем у вас фирма занимается? Производит ракеты? Разрабатывает ядерные реакторы? Может быть, на худой конец, паяет телефоны с определителем номера? Ведь судя по обороту, вы в этой фирме скорее всего просто торгаши. Вам не математики нужны, а специалисты по этому, как его… маркетингу и менеджменту.

Угадали, мы торгаши. Тут, правда на ум, приходит ныне забытый дедушка Ленин с его   призывом стать “культурным торгашом”. Что-то вроде “работай аккуратно, веди счет деньгам, не воруй…” По-моему, “Очередные задачи Советской власти”, 1918 где-то год. И ведь правильно излагает! Не только к раннему социализму это применимо, но так же и к капитализму, который вся наша страна и весь наш народ, засучив рукава, строят на современном этапе. Потому как если у тебя нет возможности воровать, то тебе не остается ничего иного, кроме как аккуратно работать и вести счет денег.

 Вот и нам в нашей фирме, поскольку в тендерах (конкурсах на участие в крупных поставках, обычно государственных - Ред.) мы не участвуем, а работаем на рынок, остается только аккуратно работать и вести счет денег. Позвольте, скажете вы, а как же менеджмент и маркетинг? Надо таких специалистов нанять и дела у вас пойдут, как по маслу?

Отвечаю. Менеджмент, между прочим, переводится с английского  как “управление”, а управление подразумевает аккуратную работу, а аккуратная работа, в свою очередь подразумевает не только аккуратно завязанный галстук, но и расчет. В самом деле, вы же помните, какие они должны быть капиталисты – расчетливые. То есть зарабатывать деньги не только повторением заклинаний типа “брокер, клиринг, реинжиниринг, факторинг, монетарный агрегат М2”, но еще и подсчитывать прибыли и убытки.  И желательно хотя бы в грубом приближении это делать в уме, потому что бизнес  - он очень быстротечен и может не дождаться, пока вы дотянетесь до микрокалькулятора. Например, вам бы быстренько сообразить, что больше – 30000 долларов, или три миллиона  рублей. Почему в уме? Потому, например, что у вас перед глазами может быть целая колонка таких цифр, а вам надо ее очень быстро  проверить и сказать – врет создатель этой колонки, или нет. Менеджмент, между прочим, подразумевает контроль.  А контроль должен быть оперативным. Более того, возьму на себя смелость сказать: занимаясь бизнесом, вы должны любую попавшуюся в ваше поле зрения информацию, к бизнесу относящуюся, автоматически проверять на правильность арифметики. Если вы разучились без калькулятора считать, то автоматически у вас не получится. А знаете к чему это может привести? Ведь в последнее время столько развелось специалистов по менеджменту и маркетингу, которые вам под видом информации могут “впарить” такое… Вот пример моей беседы с одной специалисткой по маркетингу.  Я спрашиваю: “Сколько будет стоить, чтобы 1%  населения Москвы узнавал название нашей фирмы?” Девушка отвечает: “Десять тысяч долларов.” Как она, однако, думаю, быстро умеет считать в уме и спрашиваю: “А каково население в городе Москве?” Небольшая заминка. Потом: “По-моему, несколько миллиардов.” Вот так. Девушка, между прочим, имела диплом какого-то маркетингового института. А на вопрос, что  больше, 30000 долларов или три миллиона рублей  в последнее время не отвечает 30% кандидатов на работу. Причем, как правило, кто хочет устроиться менеджером, тот в первую очередь и ошибается. Наверно, потому что к доллару  у них доверие все еще большее, чем к рублю.  Что же нам делать? Использовать аналогичные приемы менеджмента и маркетинга? Извините, хочется и пожить еще, и притом – на свободе.

Мне могут возразить, что в эпоху всеобщей компьютеризации устный счет, все-таки утратил свое значение, и гораздо важнее стала компьютерная грамотность. Могу, скрепя сердце, попробовать с этим согласиться. И компьютерно-грамотных людей нам ох как не хватает!  У нас же в базах данных миллионы записей образуются. Их даже на калькуляторе не обработаешь. Нам же программисты нужны! Однако плоды работы нашей системы  образования в этом направлении также с каждым годом нас радуют все меньше и меньше. Люди, которые говорят, что “программируют на Word’e” уже прочно вошли в наш обиход. А жаль. Наша средняя и высшая школа, вместо того, чтобы учить человека работе с пакетом Microsoft Office в среде Word 2000, могла бы его учить математическим принципам работы на компьютере. Версии Windows приходят и уходят, а математические принципы почему-то не меняются. Несмотря на могучее развитие высоких технологий.

Кстати, видя все то внимание и заботу, которые наше правительство  уделяет развитию высоких технологий в стране, я не могу понять: кто, собственно говоря,  будет эти технологии развивать?  Наштампованные за перестроечные годы менеджеры и эти, как их… брокеры? Извините, исторический опыт человечества свидетельствует, что для того, чтобы появился один Курчатов или Королев нужно где-то тысяч сто человек, которые должны быть обучены не маркетингу и безопасному сексу. Эти сто тысяч человек должны быть более-менее хорошо обучены физико-математическим наукам, но, по своим способностям, к сожалению, в курчатовы или королевы не попадут. А будут всю жизнь простыми инженерами  (которых, кстати, в стране уже стало не хватать). Или может быть наше правительство знает способ вырастить курчатовых-королевых из любого наперед заданного выпускника коммерческого колледжа?  Послать его там в Европу поучиться, за большие деньги… Я понимаю. Америка (которую мы по степени тупости пока не догнали, но стремительно догоняем) может себе позволить выписывать специалистов из Индии и Китая. Но у нас-то таких денег нет. А ведь нам не то что высокие технологии развивать надо, а хотя бы   в ближайшие десять лет надо обеспечить, чтобы наши ракеты, какие еще остались, не повыходили из строя окончательно. Это что, то же специалисты по маркетингу будут делать?  Мы тут в нашей фирме всего-навсего только какие-то коробки в одном месте покупаем, а в другом – продаем, и уже почувствовали нехватку подготовки  приходящих  к нам кадров. То есть, конечно, если этот специалист оканчивал школу до1985-1990 года, то все хорошо, а если позже, то – совсем плохо, как правило. Нет, в грузчики мы пока людей, не знающих таблицу умножения не берем. То ли из принципа, то ли чтобы товар в фургоне умели пересчитать  не только методом “один, два, три, четыре…”  Но если бы мы занимались чем-нибудь посложнее, например, ракетами, то даже не знаю, как бы и справились…

А еще, мне кажется, что самое главное, математическое образование прививает людям чувство ответственности за результат. Потому что  человек, который только на калькуляторе/компьютере умеет считать, при любых обстоятельствах может сказать: “Вот, я на калькуляторе-компьютере строго по инструкции нажимал на кнопки. Разве же я виноват, что так получилось…” Сила-то, она не в компьютерах…”

Трудно что-либо возразить  сермяжной правде.

На местах, не надеясь на Министерство, которое допустило, что стало возможным преподавание математики ограничить тремя часами или вовсе исключить ее из старших классов, ищут самостоятельно выход из катастрофического   состояния математической подготовки школьников. Так,   коллегия областного управления народным образованием Орловской области приняло решение утвердить в учебных планах всех школ города 5 недельных часов на преподавание математики. Разрешено добавить еще и шестой час по усмотрению школы. Все классы школ занимаются по 6 дней в неделю, а с девятого класса принята 36-часовая учебная неделя.

Могущество Беларуси должно прирастать повышением “качества личности”, основу которой составляют ее образованность и физическое и духовно-нравственное здоровье,  которое также, во многом, зависит от состояния системы образования.
                ЛИТЕРАТУРА
1. Ушинский К.Д., пед.сочинения в 6 т. М.: Педагогика, 1988. О первоначальном  преподавании  русского языка, т.4, с.8-22.
2. Инструктивное письмо №31 Минвуза СССР от 26 сентября 1981г.
3. Директивы Наркомпроса “Какого инженера должны готовить наши вузы”,               
      1928г.
4. “К.Д.Ушинский и русская школа” /Под ред.Е.П.Белозерцева, М.: Роман
       -газета,1994 .
5. Ушинский К.Д. Отчет командированного для осмотра заграничных женских
   учебных заведений коллежского советника К.Д.Ушинского. т.2, с. 283-347.
6. Ушинский К.Д. Объяснительная записка к проектам программ учебного
                курса, т.1, с.382-386.
7. Полосин В. Встреча с А.С.Макаренко //Народное образование. 1988.№3.
   С.84-85.
8. Петровский А.В. Что мы знаем и что не знаем о себе, М.: Педагогика, 1988.
9.  Дмитриева О. Грамотность предпочитает всеобщее равенство/, УГ.2003.№3.
10. Макаренко А.С. Изб. пед.соч. в 2томах. М.:Педагогика. 1977  //Семья и
     воспитание детей, т.2, с95-116.
11. Макаренко А.С./О моем опыте.,т,1,с.73-95.
12. Сухомлинский В.А. Письма к сыну. М.:Просвещение, 1978.
13. А.Арефьев. Девиантные явления в сфере учащейся молодежи // 
     Народное образование. 2003. №7

     СТАРЫЙ РУССКИЙ ВАЛЕНОК НАДЕЖНЕЕ НОВЫХ ЛАПТЕЙ ЗАМОРСКОГО ПОКРОЯ

Восхищаясь экономическим бумом, который переживают  Япония, Южная  Корея и другие страны, мы как-то упускаем из виду, что ему предшествовали удачно проведенные реформы национальных систем образования.  В экономическом соревновании вперед выйдут не страны   богатые природными ресурсами (многие африканские страны прозябают в нищете, обладая богатейшими природными ископаемыми), не страны с большим количеством населения (Индия и Пакистан тому доказательство), а те государства, которые сумеют обеспечить высокий уровень образования не отдельных категорий населения, а каждого члена общества в целом.

Поэтому неудивительно, что во многих развитых странах, в том числе и США, вопросы повышения качества образования стали приоритетными. Так, продолжая образовательную политику Клинтона, президент США Д.Буш-младший  первым декретом издал декрет о реформировании системы образования. Внимательное  изучение этого документа показывает, что в его основу положена советская модель среднего образования, от которой мы бездумно отказались в своем реформировании. В той же Южной Корее по математике используют, созданные еще в позапрошлом веке, русские учебники А.П.Киселева и не считают их устаревшими.

Безопасность государства, в самом широком смысле, сегодня решается за школьной партой. Роль и значение образования в укреплении могущества и процветания России,  понимают и словесно декларируют на самом высоком государственном уровне. Разброд и шатание,   (когда едва ли не каждый субъект Федерации проводил свою образовательную политику, создавал собственный комплект школьных учебников, а Министерство образования присваивало им гриф учебников), удивил даже Правительство России, которое на своем специальном заседании рассматривало школьные учебники истории. Теперь поставлена задача - иметь по каждому школьному предмету не более трех вариативных учебников. Повышены требования  и к  получению министерского грифа “Учебник”. К примеру, для начальной школы проходят экспериментальную проверку пять комплектов учебников, в результате которой должны определиться лучшие из них. Но победит ли сила разума, когда разум силы подпитывается всевозможными иностранными фондами? Одолевают большие сомнения. Вызывает опасение появление статей, в которых пытаются дискредитировать пользующиеся большой поддержкой учителей учебники, созданные с использованием богатейшего опыта национальной педагогики, лучших традиций создания учебников русской и советской школ. Типичный пример – статья “Гастроном – это что-то связанное со звездами” (Первое сентября, № 6, 2004).

В отмеченной статье для камуфляжа анонимными авторами – экспертами Высшей экономической школы, - проанализированы вышедшие из употребления несколько учебников, изданных еще в прошлом веке, а основное внимание уделено учебнику для первого класса под редакцией  В.Г.Горецкого “Русская Азбука”. По мнению “экспертов”, в Азбуке много устаревших слов, что даже взрослым для объяснения этих слов нужно залезть в словарь Даля, что юные горожане с недоумением взирают на сельские пейзажи, которые присутствуют в букваре на каждой странице – поле, нивы, гуси, подводы с сеном, что от такого букваря скучно и сельским школьникам. По мнению авторов статьи (наверное, наслушавшихся баек асфальтного специалиста по сельскому  хозяйству) в деревенском доме сельская идиллия – реальностью стали  газ, водопровод, центральное отопление, стиральные машины, музыкальные центры,   компьютеры, а на картинках букваря – все коровы, да гуси, что в букваре нет стихов и сказок современных авторов (и слава Богу – И.М.).

Общий вывод: в  век глобализации (знает кошка - чьим мясом подкармливается) дети начинают свое обучение на реалиях вчерашнего дня.

На авторский коллектив “Русской Азбуки”, лучшей среди изданных в России букварей, вылито столько грязи, прикрываясь заботой о здоровье детей, что в первый момент  поддаешься гипнотическому влиянию, -     хочется поскорее отыскать “злополучный” учебник и сжечь его. Только вот трижды посещая в текущем году Москву, так и не смог  приобрести не только “Русскую Азбуку”, но и другие учебники образовательной системы “Школа России”, под руководством Л.А.Плешакова, в то же время книжные полки завалены учебниками образовательной системы “Школа-2100”. Случайно ли это?

Сравним первые книжки школьников 2003 года издания, “Русскую Азбуку” В.Г.Горецкого и “Мою любимую книжку” Р.Н.Бунеева и др. авторов образовательной системы “Школа – 2100”,  которые в дальнейшем для краткости будем называть соответственно “Русская Азбука” и “Букварь” Бунеева. Сравнивать их будем с букварем 1959 года издания, по которому учились поколения, обеспечившие Победу советского народа над коричневой чумой, прорыв в космическое пространство, создание ядерного щита и многое другое. В своих исследованиях будем придерживаться методики Л.Н.Засориной [1], только дополнительно еще будем учитывать название государств, городов, рек и опустим односложные предлоги, частицы, междометия.

Будем оценивать учебники по следующим показателям: общее количество слов в учебнике, среднее количество букв в слове, объем частотного словаря, который показывает количество слов, которые должен знать ученик, чтобы понимать текст, среднее количество букв в словах частотного словаря, количества в нем иностранных слов. Полученные данные сведены в таблицу.
       Всего  Средне   Ч а с т о  т н н ы й    с л о в а р ь       Кол-во
       слов   кол-во  Всего  Средняя  Среднее Кол-во Слов  В нача- пословиц,
              букв в  слов   повторя-  кол-во иннос- с 10 и слов   загадок,
      слове          мость    букв   транных более 3 и 4   поговорок
                слов    в слове  слов   букв соглас-
                ных
Русская
азбука   5952   5,70    2108    2,82    6,54   103   87      36       91

Букварь
Бунеева 7455 6,31 2987 2,50 6,94   241   166     53       0

Бук-
варь-59  2724 5,09 898 3,03 5,69 32   7       9      13

Принимая во внимание, что дети занимаются теперь по пятидневной рабочей неделе и с шести лет, то нагрузка на первоклассника в системе “Школа-2100” возросла в несколько раз (!). Обучение на высоком уровне трудности, изучение программного материала быстрыми темпами, ведущая роль теоретических знаний, перенос материала старших классов в начальную школу, отрицательно сказались на здоровье детей. Проведенные исследования показывают, что после 7-10 минут интенсивной работы ребенок должен расслабиться,  ему должна  быть устроена физкультпауза, или предоставлена возможность походить по классу.   Однако интенсивность учебного процесса не позволяет этого сделать. Системы развивающего обучения предусматривают обязательную помощь со стороны родителей. [2]

Как следствие, у 50% детей занимающихся по системе Занкова замечена сильная утомляемость к концу каждого урока, а по развивающей  системе Эльконина-Давыдова дети устают в 1,5 раза больше, нежели дети из обычных классов, занимающиеся по традиционным учебникам. Такие же тревожные показатели и при модульной технологии [3].

 Создается впечатление, что авторы системы “Школа-2100” проигнорировали простейшие азы педагогической науки, детской психологии и физиологии. Как можно было превращать первую книжку школьника в набор сведений из  энциклопедии, которые не каждый взрослый сможет переварить!? И это  не преувеличение. Обилие двухкоренных слов - новое слово в буквареведении как, например, слова “фотокорреспондент”, “фоторобот”, “церковнославянский” и др., обилие слов длиною 15-18 букв,  и даже 19 –фотокорреспондентом, которые ученик если и осилит до конца, то забудет начало и не сможет связать в единое целое, слова со сбегом четырех  согласных – “бортпроводник”, “единственный”, “лекарственный”, “приветствовать”, “государство” и др..

У детей до 12 лет мышление конкретно-образное, поэтому основной принцип построения учебника для младших школьников - природосообразный. В нормальных букварях описывается все, что окружает ребенка в обычной жизни и словами, смысл которых он уже знает. По этим соображениям тексты раньше группировались по темам “Осень”, “Зима”, “Весна”, “Лето” с выделением отмечаемых в каждую пору праздников. Учителя, в отличие от “ученых-новаторов”, прекрасно знают, что вначале следует создать в детском мозгу “образ” слова, его картинку, а затем только вводить новое слово. При такой методике работы каждое новое слово дети запоминают в образах, размерах, красках, ощущениях и т.д. И образ этого слова затем с фотографической точностью запечатляется в детском мозгу и контролирует его правильное написание на интуитивном уровне без знания еще правил. Когда такое слово встречается,  мозг, как самая быстродействующая ЭВМ, отыскивает в его в памяти и “выдает” в область сознания (чего мы не замечаем). Вот основа ускоренного чтения текста со знакомыми словами. Если  же образа слова  ученик не может “создать”, или отождествить с уже известным, то его состояние близко к депрессивному.  Это наглядно показал завкафедрой педагогики и медицинской психологии Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова доктор психологических наук Ю.М.Орлов. Еще более опасно, когда ученик слово зазубрил, а его реального физического образа нет. Трагический опыт уже имеется. В конце 50-ых годов создание широкой группы антибиотиков позволило вернуть взрослым зрение, которого они были лишены с детства. Такие люди как-то социально приспособились, но когда им вернули зрение, то не  могли им воспользоваться – оно стало им даже мешать. Закрыв глаза, хорошо различали предметы  “стол” от “стула”, “корову” от “петуха”. Связать зрительный образ с уже с имеющимся у них в мозгу не могли и многие из них впадали в такую депрессию, что кончали жизнь самоубийством. 

Состояние школьников, когда им приходится учиться по учебникам, содержание которых опережает возраст детей на много лет, когда абстрактное мышление пытаются формировать едва ли не с пеленок, автор хорошо прочувствовал на собственной шкуре.

Учиться мне пришлось в глубинной сельской школе. Я хорошо усвоил, что имеется “трамваи” и “троллейбусы”, но конкретного образа в моей голове за этими словами не было. Пединститут окончил в областном центре, когда в нем кроме автобусов другого вида городского общественного транспорта не было. И вот уже в зрелом городе стал учиться в аспирантуре в град-столице.  Перед моими глазами, как сейчас, оживает картина, когда я впадал в непонятное мне в ту пору  состояние при появлении трамвая или троллейбуса. Долго я их не мог различать, пока на ум не пришла строка то ли песни, то ли стихотворения: “Шинами шуршит троллейбус”. А ведь в подобном состоянии нынешние школьники находятся на протяжении всего периода обучения.

 Не в этом ли одна из причин возросшего числа самоубийств среди школьников и молодежи? Значительно сокращая этап конкретно-образного развития детей, что уже имеет место во многих школьных учебниках, мы, взрослые,  совершаем преступление не только против детей. Мы совершаем преступление против будущего нации. Когда дети осваивают технику чтения, на формирование навыка чтения тратятся все их духовные и физические силы. И вводить, как это осуществлено   в “Букваре” Бунеева,  малопонятные слова, или слова, которые требуют абстрактного мышления, значит усугублять и без того трудный процесс обучения. Как можно объяснить ребенку 6-7 лет понятия “галактика”, “черная дыра (космическая)”, “капициум”, “планета Венера”, “планета Марс”, “вигвам”, “Золотая Орда” и т.п.?

Ситуация с букварями не нова. Когда  К.Д.Ушинский попал в опалу, были запрещены его учебники для начальной школы. На смену им была рекомендована “Книга для первоначального чтения”, которую составили А.Филонов и А.Радонежский. В печати появились клеветнические статьи, в которых К.Д.Ушинскому ставили в упрек те же  “погрешности”, что и в разбираемой статье коллективу авторов “Русской Азбуки”. В своих ответах Ушинский показал дилетантизм и графоманство претендентов на новое слово в русской педагогике. Будь эксперты Высшей экономической школы знакомы с этими статьями, может быть, меньше у них было бы апломба и псевдонаучных претензий [4,5]. Безусловно, “Русская Азбука” далека от совершенства, но ее недостатки не носят концептуального характера в отличие от “Букваря” Бунеева, который оторвался от национальной почвы, как и все учебники системы “Школа-2100”. Чтобы убедится в этом, не обязательно проводить экспериментальную проверку.  Я не обладаю информацией по всей России, но в Арзамасе и Арзамасском районе из 167 учителей начальных классов 12 работают по системе Занкова, 11 – по комплекту Виноградовой, 3 по системе Эльконина-Давыдова, 2 по программе “Школа-2100” и 4 по американской системе сообщества, а 80,9% по традиционной системе. Следует также учитывать, что “Русской Азбуке” ставят всевозможные искусственные препятствия на пути в школу. Так, на Дальнем Востоке ее продажная цена превышала более чем в три раза издательскую стоимость. Но и этих трудных условиях более 60% школьников России занимаются по “Русской Азбуке” В.Горецого.

А ведь предупреждали многие ученые педагоги, в частности, П.Ф.Каптеров: “Чтобы сохранить упругость и самобытную энергию детей, необходимо, прежде всего, дать детям возможность вполне выживать каждый свой возраст, не стремясь поспешно перевести их в другой, старший возраст. Всякому овощу свое время, каждый имеет свою прелесть, и отрекаться от его переживания, – значит, калечить себя без всякой нужды.” [6].  К.Д.Ушинский рекомендовал учителям, если за окном расцвела яблоня, то соответствующий текст читать с детьми  следует сейчас, а не через две недели, когда следует материал о яблоне по плану.  Наличие предмета за окном или, в крайнем случае, на картинке помогает детям полноценно освоить слово, означающее данный предмет или  явление.
В “Букваре” Бунеева, глумливо названного авторами “Моя любимая азбука”,
иллюстрации сведены к минимуму, а те, которые имеются, аляповаты, карикатурны, однообразной палитры. Складывается впечатление, что  персонажи  перекочевали с американских мультфильмов, а тексты малоизвестных авторов - примитивны, воспитательная компонента отсутствует. В “Русской Азбуке” же рисунки реалистичны, многоцветные и даны почти к каждому новому слову. Неужели авторам “Букваря” Бунеева неизвестно, что  содержание образования не сводится к набору сведений, подлежащих заучиванию и воспроизведению?
К сожалению, увеличивается разрыв между правильным литературным языком,
воплощенным в лучших произведениях классической литературы, и живым языком СМИ, который превращается в жаргонный, блатной.  Язык народа отражает его душу. Явный упадок и вырождения когда-то “великого и могучего” является индикатором  нравственного неблагополучия  народа. К чему это может привести  - можно проследить на примере латинского языка Римской империи, который умер не потому, что на нем перестали разговаривать. Причина в другом, по утверждению специалистов: “В деградирующей, нравственно разлагающейся, разваливающейся Римской империи, погрязшей в пьянстве и мздоимстве, на языковую поверхность вынырнул и буйно расцвел латинский мат. Аристократическая культура Рима растаяла под воздействием полублатных “бацилл” римских городов. Возобладавшая весьма непритязательная и откровенно пошлая масскультура сделала мат неотъемлемой частью повседневной речи.  В конце концов, мат стал даже языком любви: стало принятым обращаться к любимой или любимому, изъяснять свои чувства  исключительно посредством бывших нецензурных слов. Впрочем, настоящая любовь, воспетая классическими римскими поэтами, мало кого интересовала, да и поэтов этих уже не читали. Молодежь с упоением занималась сексом, интересуясь лишь конкурсами красавиц, демонстрировавших самые срамные части тела. Ветер времени сдул с лица земли общество, переставшее быть народом. [7].

Не так уж безобидны, как пытаются представить,  попытки бывшего министра культуры (точнее – министр от бескультуры) Швыдкого узаконить матерщину нормой литературного языка. И чьим интересам служат депутаты, блокирующие принятие законодательных предложений по защите русского языка? Неслучайно китайский философ Конфуций рекомендовал, обратившемуся  к нему за советом, своему ученику, которого привлекли к управлению государством, - начать работу с исправления языка.
Школьные уроки литературы пока еще являются тем небольшим островком, на котором учащиеся еще могут услышать истинную русскую речь.  Классика сильна не только текстом, но и подтекстом, вторым планом, который дети хорошо чувствуют интуитивно. Каждое слово классического произведения  для детей обладает множеством  оттенков и пробуждает душевные струны ребенка, развивает в нем лучшие нравственные качества. В них минимум слов, но богатство мыслей. Для иллюстрации приведем по одному произведению из сравниваемых учебников.

В “Русской Азбуке” приведен рассказ Л.Н.Толстого (с.143).

Дед стал стар. Раз он лез на печку и не мог. Внук был в избе. Ему стало смешно. Стыдно, внук. Не то дурно, что дед стар и слаб, а то, что внук млад и глуп.

В “Букваре” Бунеева  приведен в сокращении   рассказ Виктора Драгунского “Заколдованная буква”.

Недавно мы гуляли во дворе: Аленка, Мишка и я. Вдруг во двор въехал грузовик.  А на нем лежит елка. Шофер с нашим дворником стали елку выгружать.

...Она лежала на большая, мохнатая и так вкусно пахла морозом. что мы стояли и улыбались. Потом Аленка взялась за одну веточку:

-Смотрите, а на елке сыски висят.

“Сыски!” Это она неправильно сказала! Мы с Мишкой так и покатились. Мишка держался руками за живот, как будто ему очень больно, и кричал:

- Ой, умру от смеха! Сыски!

У Аленки нижняя губа скривилась.

- Я правильно сказала! Это у меня зуб вывалился и свистит.

Мишка сказал:

- Эка невидаль! У меня целых три вывалилось, а я все равно говорю правильно! Вот слушай: хыхки! Правда, здорово -  хыхх-ки!

Но Аленка как закричит. Одна громче нас двоих:

-Неправильно! Ура! Ты говоришь хыхки, а надо сыски!

Глядя на них, я так хохотал, что даже проголодался. Я шел домой и все время думал: чего они так спорили, раз оба не правы? Ведь это очень простое слово. Я остановился на лестнице и внятно сказал:

-Никакие не сыски. Никакие не хыхки, а коротко и ясно: фыфки! Вот и все!

Какую мораль усвоят дети, ознакомившись с данным рассказом?      
Но под лозунгом – “классика устарела”, в “Букваре” Бунеева (как и во всех книгах по чтению для начальной школы этих же авторов)  приведена их собственная градация писателей. Оказывается, Эмма Мошковская  и Эдуард Успенский –“известные детские писатели” (с. 148), К.Чуковский, Е.Чарушин, С.Черный –“известные русские писатели” (с136), Юнна Мориц и Даниил Хармс “пишут умные и веселые стихи для детей и взрослых”  (с. 130,152). Вот только  Пушкин, Ершов, нобелевсий лауреат Бунин, надо полагать, не столь талантливы, поскольку  их фамилии просто упомянуты. И на том спасибо.
Приведем таблицу авторов, произведения которых чаще всего встречаются в “Русской  Азбуке” или “Букваре Бунеева»



         А        В       Т             О         Р      Ы
        _____________________________________________________      
учебник Тол-  Ушин- Пуш-  Юнна  Ген. Михал-  Мар  Олег  Дан  Ген     Ник.
 ник   стой  ский  кин  Мориц  Цифе-  ков   шак   Гри-  Хармс Сап-  Сладков
                ров               горьев       фир
Рус.    9      3    7     0    0     3     6      0     0     0      0
Азбука

Букварь 1      1    0     5    5     0     1      4     3     4      5
Бунеева

Комментарии, как говорится, излишни.

Создатели “Букваря” Бунеева  вопреки педагогической науке и богатейшему национальному опыту считают достоинством их книг для чтения то, что они далеки от идеологии и политики. Как положительный факт считают,  что  их книги для чтения это не набор текстов по темам, а попытка дать целостную картину единого духовного мирового пространства, в которое русская литература и фольклор входят как органическая составная часть. Не хватает только еще одного лозунга – сформировать уже у первоклассника “диалектическое мышление”.

Но как можно формировать государственную идеологию без национальной системы образования, без национальной литературы? Как воспитать патриота страны, когда в “Букваре” Бунеева и во всех книгах этих  авторов для начальной школы нет ни одного произведения о Великой Отечественной войне?

Чтобы образование формировало целостную личность, необходимо, как отмечал известный философ И.Ильин, отразить в его структурах основные ситуации жизнедеятельности человека, ценности общества, в котором он живет, а не ценности  мирового пространства. 

“Букварь” Бунеева не формирует основные свойства личности, необходимые для ее успешного обучения в старших классах. В первую очередь,  “Букварь” Бунеева не развивает память (в букваре 84,9% слов частотного словаря встречаются всего 1-3 раза), воображение и связанное с ним эмоционально-образное развитие (основная часть слов абстрактного характера, а тексты - знаниевой компоненты). 

В последнее время очень много говорится об различных методиках ускоренного развития детей. Ссылаются на научно-технические достижения конца 20 века, на появления в речи детей многих научных терминов, которыми бессознательно правильно оперируют дети. Но от того, что в репертуаре попугая нашего времени появились слова “интернет”, “компьютер” и другие, нельзя сделать вывод, -  он стал умнее своих  предков.

Еще в 30-ые годы прошлого столетия швейцарский ученый –психолог Ж.Пиаже показал, что формирование мышления ребенка проходит определенные стадии, которые определяются не  состоянием  обучения, а возрастными рамками. Повторенные по инициативе известных советских психологов А.П.Запоржца и П.А.Гальперина через 50 лет эти опыты, показали, что изменения в сторону уменьшения временных рамок формирования определенных стадий мышления не произошло, хотя в речи детей и появились некоторые современные слова. Изменить законы развития мышления никакое обучение не в состоянии.

Но наибольшее неприятие у экспертов вызвало произведение К.Д.Ушинского “Наше отечество” (это же произведение имеется и в “Букваре” Бунеева), которое процитируем целиком из “Русской Азбуки”.

Наше отечество, наша родина – матушка Россия. Отечеством мы зовем Россию потому, что в ней жили испокон веку отцы и деды наши. Родиной мы ее зовем потому, что в ней мы родились, в ней говорят родным языком, и все в ней для нас родное; а матерью – потому, что она вскормила нас своим хлебом, вспоила своими водами, выучила своему языку, как мать она защищает и бережет нас от всяких врагов.

Много есть на свете, и кроме России, всяких хороших государств и земель, но одна у человека родная мать – одна у него и родина.

Что же читаем в статье “Гастроном –это что-то связанное со звездами”: “Какое отчаяние звучит в цитате из Ушинского, приведенной в “Русской азбуке”:  “Отечеством мы зовем Россию потому, что в ней жили испокон веку отцы и деды наши. Родиной мы зовем ее потому, что в ней мы родились.” Курсив слов “Россия” и “Родина” кажется криком души. Каким еще образом объяснить шестилетним детям, им просто необходимо полюбить родину? Понятно: такую родину, как в “Русской азбуке” любить не хочется”.

Так оценить  произведение К.Д.Ушинского и “Русскую Азбуку”, в которой “русский дух и Русью пахнет”, могли только люди, для которых Россия так и не стала Отечеством, которые не любят Россию, или давно имеют двойное гражданство.

И последнее. Велико доверие простых людей бывших союзных республик к русскому народу, к русской педагогической печати. К сожалению, попытки в бывших  республиках создать национальные учебники по всем предметам в большинстве случаев закончились провалом. Лучшие опытные учителя, особенно в Белоруссии, по-прежнему национальный учебник   держат на парте, а аналогичный русский под партой. Учитывая данное обстоятельство, определенные круги пытаются распространять худшие образцы русских учебников. Учителям, руководству школ, решивших использовать “Букварь” Бунеева, в Белоруссии платили повышенную зарплату. И только принципиальная позиция депутатов парламента позволила избавить белорусскую школу от такого рода учебников. Но нет оснований полагать, что они не появятся вновь в республике в рамках какой-нибудь другой программы.

Бюджетом России выделяются значительные средства на реализацию программы “Поддержка интеграционных процессов в области образования и русского языка в государствах СНГ”. В республики СНГ передаются безвозмездно множество книг, (к примеру, только в Белоруссию в 2003 году передано свыше ста тысяч книг), качество которых должно быть поставлено под контроль, чтобы “Букварю Бунеева”  и подобным ему школьным  учебникам был поставлен надежный заслон.


              ИСПОЛЬЗОВАНАЯ ЛИТЕРАТУРА

1. Частотный словарь русского языка/ Под ред.Л.Н.Засориной .М.,1977.
2. Безруких М.М. Отменим оплеуху// УГ. 2003. №22.
3. В чьих руках здоровье? //УГ.2003. №21.
4.Ушинский К.Д. Ответ на рецензию г-на Толля. Пед.соч.: В 6т. Т. 3, с. 458-
                473.
5.  Ушинский К.Д. Цветы московской педагогики на петербургской почве.
                Пед.соч.: В 6т. Т. 3, с.474- 496).
6. Каптеров П.Ф. Дети конца ХIХ века// Воспитание и обучение. 1884г.,
                №4,с. 171 – 182.
7. Рогалев Александр. Языковое бытие Беларуси //Неман. 2004. №9.

               
                КЛАССИЧЕСКАЯ ПЕДАГОГИКА ЗАПРЕЩАЕТ, НО…

Пожалуй, не легко найти ребенка, к которому родители не применяли бы силу физического воздействия. И это вовсе не потому, как писал А.И.Герцен, что детей воспитывать трудно, а сечь легко. Случаются обстоятельства, которые вынуждают прибегать к антипедагогическим методам воспитания. Речь не о родителях-садистах, которых расплодилось – пруд пруди. Да и любой учитель, искренно любящий детей, может привести множество аналогичных примеров из личной практики, хотя это считается великой тайной, которую разглашать не принято. Как же, это ведь отклонение от стерильной классической педагогики. Такие ситуации возникают и у людей других профессий. Ограничимся достаточно красноречивым примером. Приехавший молодой врач «неотложки» не знал - кому оказывать помощь – мамаше или младенцу. Истинным больным был младенец, но мешала мать. Оценив обстановку, врач, на глазах мужа, решительно надавав матери ребенка легких пощечин, приказал ей удалиться в ванную комнату, а сам без помех начал спасать ребенка («Крестьянка», № 7, 2000г., с. –11). Пожилой врач так бы не поступил бы. Он хорошо знает уголовный кодекс. Только молодость способна на такие поступки. Такие случаи, отклоняющие от общих правил, надолго врезаются в память. Воспоминания тягостные, но к ним обращаешься  вновь и вновь, в который раз анализируешь обстановку и приходишь к выводу: поступил правильно, ибо другого выхода не было.

Автор никогда не бил чужих детей, но вынужден был неоднократно применять физическую силу, что, конечно, не  вписывается в каноны классической педагогики.

…Сдана последняя сессия. Впереди трехмесячная преддипломная практика и – прощай педагогический институт. Но вместо педпрактики нас направляют работать в сельские школы, где нет учителей математики и физики (в ответ на хрущевские псевдопедагогические реформы многие опытные учителя-естественники в знак протеста покинули школу). С трудом к ночи добираюсь до отдаленной школы, а назавтра уже первый урок физики в седьмом классе. Не имею представления о знаниях детей, степени усвоения ими программного материала. Не знаю и самих детей. Появились тысячи вопросов, на которые не сразу нахожу ответы. Больше всего волновало то, что в классе пять второгодников, есть и третьегодники.  Сейчас в это трудно поверить, но это было, было весной 1963 года.

Вошел в класс и сразу почувствовал неладное, – дети что-то затевают.
Беспроволочный сельский телефон сработал. Вижу, - ребята настроены
решительно.  В томительном ожидании проходят минуты. Начал урок по
общеустановленному плану, а в памяти прокручиваю разные варианты и пытаюсь
отыскать хоть какие педагогические приемы поведения, которые могли бы стать отправной точкой для принятия решений. Тщетные усилия. Стерильная педагогика таких случаев не предусматривает. Глазами, как рентгеном, просвечиваю класс. Выделяется троица мальчишек, сидящих на последних партах. На первый вид, представляются неплохими ребятами, в глазах светятся огоньки.  Борьбу взглядов выдерживают спокойно и всем поведением, с оттенком нахальства, дают понять, что будут  «сражаться» до конца. С класса не удалишь – силенок виновато. При росте 175см и весе в 57 килограммов на фоне послевоенных акселератов, не знавших, что такое пухнуть от голода, выгляжу отнюдь не Гераклом, что придает мальчишкам лишнюю уверенность. Мешают вести урок. Кажется, надо их как-то нейтрализовать. Решил пока тянуть время, не предпринимая никаких действий, пытаясь разгадать замысел ребят. Урок пытаюсь вести по намеченному плану. Усиленно работает мысль. На лицах нарушителей вижу торжество и намерение вывести учителя из себя. Явно ждут словесной перепалки, к которой приготовились. Лихорадочно повторяю подобно Семену Давыдову: «Позор всему «рабочему классу». Провалится на первом самостоятельном уроке – грош цена твоему предполагаемому диплому с отличием.»  И здесь приходить в голову решение – поступить самым неожиданным образом, которого не ожидают ребята,  внести смятения в их ряды. При очередном монологе хватаю главного оратора правой рукой за шиворот, левой за штаны – и в мгновение ока он оказывается в коридоре. И откуда взялись силы. Очевидно, сказалось  умение усилием воли умножать силы.

Возвращаюсь к учительскому столу, стараюсь не обращать внимание на установившуюся абсолютную тишину в классе. Но кожей, боковым зрением почувствовал, что это только увертюра. Придется исполнять всю оперу, не зная либретто. Финал за другими. Какой? Когда?

Действительно, начал «качать» права другой ученик и проводить со мною ликбез по педагогике. Помирать – так с музыкой. И… таким же манером отправляются за двери второй, а затем и третий ученики. В общей сложности пять учеников удалены с урока (двое последних покинули класс почти что «добровольно» с комментарием: «Родителей вызывать не буду, не рассчитывайте, сам справлюсь.»)
Я могу вспомнить многие свои уроки, лекции, а от первого самостоятельного урока в памяти полный провал, не знаю даже, как его закончил, давал ли домашнее задание (очевидно, сказалось внутренне напряжение). Только в памяти, словно лучом прожектора, высвечивается большой коридор перед классом, приспособленный под спортзал, и парты, за которыми сидели удаленные ученики.

По окончанию урока плетусь докладывать по инстанции сначала завучу, а затем и директору школы. Завуч, учитель литературы, хорошо владеющий пером, сентиментальный как вся пишущая братия, на этот раз был краток: «Мог бы еще столько выгнать». С уже лучшим настроением захожу к директору, который, выслушав меня, сказал, как отрезал: «Выгнал, так выгнал.»

Только значительно позже я узнал, что скрывалось за их внешним спокойствием. Срочно созданный штаб из педагогических аксакалов мучительно решал задачу: кого спасать? Учеников или учителя? Что происходит в классе?

Спасибо  за то, что в тот момент у них хватило ума такта и выдержки не вмешиваться в ход событий. Да и ученики, удаленные с класса им порядком портили нервы. И теперь, выступая перед руководителями школ, рассказывая этот случай, прошу их не тревожить учителя, после того как он зашел в класс, если только не случилось стихийное бедствие.

А как же ученики?

Со следующего дня началась нормальная работа, как будто и не было инцидента (не хочу сказать, что они стали ангелами, дети есть дети). С ними подружился и в их лице нашел верных помощников. Помогли мне навести порядок в физической лаборантской,  оборудовать класс, чтобы было возможным в нем проводить любые физические эксперименты. Играя с ними в послеобеденное время в волейбол или футбол, ощущал, что «лед тронулся», стремились как-то даже и подыграть учителю.

Помнят ли они об этом? Наверное, помнят, как и я. Такое потрясение не забывается

                *            *

                *
Прошли годы, я остепенился- стал кандидатом физико-математических наук.
Присутствую на уроке, который ведет хорошо подготовленная студентка. Урок
мешает вести один из учеников. У сидящей рядом со мной учительницы выясняю
обстановку: сын ответственного работника (я не хочу бросать комья грязи, как теперь принято, в «партократов», такие дети есть у всех категорий населения), которого хорошо знаю. Он уважаемый человек. Очевидно, ученик - маменькин сынок, да и боязнь учителей испортили дитя.

Предстоит разбор урока. Что я могу ответить на следующий законный вопрос
практикантки: «Как бы вы поступили в данной ситуации?» Посоветовать использовать положительные эмоции, или провести «душещипательную беседу в условиях женского воспитания? Да у него на подобные беседы уже аллергия. Мучительно размышляю, ищу ответ.

Прозвенел звонок. «Герой» нагло, торжествующе нагло смотрит на меня и с бравадой беседует с друзьями. Пройти мимо я уже не мог, чтобы зараза не поразила и других учеников. Не наказанное зло рождает еще большое зло. Пропадай моя телега все четыре колеса. Левой рукой беру ученика за шиворот и, приподнимая, немножко потряхиваю. По реакции чувствую – маменькин сынок, способный на мелкие пакости. Появляется брезгливость, но для достижения педагогического эффекта, продолжая потряхивать, правой рукой рублю воздух под носом ученика, приговаривая… В общем, провел с ним профилактическую беседу, в результате в глазах друзей он  «голым».

В дальнейшем у моих практиканток проблем с дисциплиной учащихся не было.

Не будем пока торопиться с оценкой поступков учителя. Одни их называют шоковой терапией, другие – педагогикой взрыва. Действительно, это поступок камикадзе. Ибо в любую минуту тебя самого «ударная волна» может разнести в клочья. И не так со стороны учеников, которые так просто поражения не потерпят. «Подрывник» ты хороший, но покажи свои способности, каков ты профессионал в своем деле. Выдержишь их испытание – станешь кумиром. Обнаружат Ахиллесову пятку, - жизни не будет, оставишь школу, в лучшем случае, добровольно.
..В девятом нашем классе появилась молодая учительница русского языка и
литературы, жена зампредседателя крупного колхоза, фигуры в ту пору влиятельной. За что-то она на нас накричала. Наверное, мы были в чем-то виноваты, не помню, но в тот момент мы посчитали ее поведение обидным для себя, и заработала мальчишеская мысль. Вскоре мы обнаружили слабое знание учительницей литературных текстов и неумение разъяснять непонятные слова, встречающиеся в программных произведениях. Что тут началось. С безжалостностью, на которую способно только юность, начали экзаменовать учительницу. Какой бум, «любовь появилась к литературе. Двоечники вспомнили дорогу в библиотеку. Прекратились пропуски занятий. С особой тщательностью просматривалось каждое предложение, каждое слово произведения. На каждом уроке учительницу просили невинным видом разъяснять определенные  слова.  Получался к «удовольствию» учащихся конфуз. Дисциплина с каждым днем в классе ухудшалась. Классы в сельской школе были отгорожены фанерой, срывали уроки литературы и языка в своем классе и еще в двух соседних. Руководство школы начало проводить беседы по одиночке и групповые. Повышенный интерес учеников к литературе они объясняли наличием педагогического мастерства у молодой учительницы, а не его отсутствием. Мы же тайны не раскрыли. Начал репрессии против родителей зампредколхоза. Бесполезно. В школу ходили дети из разных колхозов, даже районов. Пришлось семье учительницы в середине учебного года уехать далеко от данной местности. Но мы не успокоились, войдя в азарт. По эстафете передали информацию ученикам других школ. Началась аттестация учениками учителей филологов. Аттестация похлеще государственной. По информации с мест, не все учителя выдержали испытание.

Как добродушно смеялась добрейшая, умная Екатерина Николаевна, истинный
сельский интеллигент, преподававшая в дальнейшем нам литературу, когда услышала прозаическое объяснение вспыхнувшего в 1957 году у учащихся Чаусского района Могилевской области повышенного интереса к литературе. Она нас не осуждала. Да я и сам с высоты своих зрелых лет и занимаемого положения не одобряю действия учеников, среди которых был и сам, но и не осуждаю. Самый страшный недостаток в профессии педагога – непрофессионализм,  который подобно раковой опухли, плодит себе подобных. Брак токаря, хирурга выделяется сразу, брак же педагога если и обнаруживается, то только с годами.

Но главную опасность для «подрывника» представляют родители. Не отцы, которые в большинстве своем становятся союзниками, когда объяснишь им ситуацию и мотивы своих поступков. А вот некоторые матери одиночки от «любви» к своему чаду готовы собственными руками вырыть ему могилу, но вначале отправят туда учителя. Не отстают от матерей одиночек и некоторые безответственные ответственные работники (для их детей должен быть особый режим). Как мелочно мстил мне до конца своих дней (пухом ему земля) один их них.

Пришлось повозиться мне и со студентами.

… Такую группу трудно было бы подыскать, даже если бы и захотел специально.
Как один на подбор. А староста, ну просто Марфа Посадница, готовая в любой момент возглавить борьбу любого ранга. Заслушаешься от ее «объективных» причин. Группа с каждым днем становилась все более и более неуправляемой. Преподавателям не прощали малейшей ошибки. А сами постоянно балансировали у роковой черты. Административные меры только еще больше разжигали у них азарт. Кураторы больше семестра не выдерживали и под любым предлогом отказывались от группы.

Не без робости (знает кошка, чье мясо съела) руководство факультета руководство факультета предложило мне кураторство. Без раздумий согласился. 
И это была не мальчишеская бравада. Взыграла профессиональная гордость – как
это расписаться в своем бессилии перед группой. Они же интересные ребята,
только надо «взрывом» маленько направить их энергию в другое русло. Я с уважением отношусь к тихому отличнику, но он пресен, нет в его поведении изюминки, каждый его поступок прогнозируем. По душе мне больше бунтари (быть может, оттого, что сам такой). Буйные в жизни, они такие же революционеры и в искусстве, науке и в изобретательстве. Среди них бродит где-то второй Лобачевский. Чтобы его не просмотреть, я иду с ними работать. 

Имелось в виду еще одно обстоятельство. Видя их уязвимость, я не хотел, чтобы они не повторили дважды трагическую судьбу моего поколения. (По этой причине нет плеяды крупных ученых, видных хозяйственных и государственных деятелей среди моих сверстников – прорвались Ельцины, да Горбачевы и им подобные.) В хрущевскую оттепель с чистыми помыслами мы пришли работать на счастье людей и страны. Нас неокрепших подранков войны «расстреливали» на взлете, загоняли опытные интриганы в искусно расставленные капканы. Произошел эволюционный разрыв поколений, имевший трагические последствия для страны. Не многие строптивые «шестидесятники» уцелели, выжили, не сломались.

Отныне я отвечаю за каждый их шаг. Их поступки становятся моими поступками. Времени на раскачку нет, сразу в «карьер»  Первая кураторская тронная речь
была мужской, очень суровой, в чем-то авантюрной, законченная в стиле Остапа Бендера в шахматном клубе. Через три года они станут лучшей группой в институте. Я так им пообещал, зная их потенциальные возможности.

Началась кропотливая работа, порой брало отчаяние, чувство беспомощности. Обошлось без грубой физической силы, но она была наготове, о чем студенты были предупреждены, а мою решимость они знали.

Долго гремела канонада и не зря. Через два года группа стала лучшей в
республике и получила заслуженную награду – прекрасно организованной  недельной бесплатной туристической поездкой в Ленинград по комсомольской линии.

Не был спокойным и последний год их учебы, когда они бросились  защищать мое имя (а грязи на меня было вылито – на десятерых бы хватило), восстанавливать справедливость. (Будучи лучшей группой в республике, я, как куратор, не был
лучшим не только в институте, но даже и на факультете). Вот это в мои планы не входило. Духовного лидера группы Давыдова Николая Ивановича. Студента с обостренным чувством справедливости с большим трудом удержал от рискованных поступков. В прямом смысле держал за руки, пока он не дал мне честное слово, что будет согласовывать со мною предпринимаемые им шаги. Им был не понятен мой поступок, а педагогическая этика не позволяла мне сказать им всю правду, которую А.И.Герцен сформулировал так: «в России готовы простить воровство и взятки, убийство и разбой, чем наглость человеческого достоинства и дерзость независимой речи.

К суровой правде жизни они еще не были готовы. Меняются времена, режимы, но методы же расправы со строптивыми остаются неизменными. Своим ученикам  сознательно давал гомеопатические дозы «яда». Жизнь их не сломит, не отравит. Я их учил искать выход с любой ситуации.

В своих учениках я уверен. И когда читаю в газетах, как пытаются сломить, опорочить того же Давыдова, кажется, история повторяется в худших вариантах.
Знаю, Давыдов выдержит, устоит, он прошел мою суровую школу жизни, но на всякий случай начинаю «разогревать свой паровоз». Чтобы прийти ему на помощь. Там, где Давыдов, идет борьба за справедливость. При встрече со мною мои воспитанники не плачутся на жизнь, не жалуются на учеников и их родителей. Они делятся своими размышлениями, как борются за учеников.

Но сам я лично неоднозначно отношусь к описанным выше событиям. Во мне спорят два человека: один из них автор (А), а второй – директор (Д), лицо реальное, наделенное только дополнительными чертами моих оппонентов. Приведу их беседу.

Д.,  Не послужит ли твоя статья для некоторых родителей и учителей оправданием физических наказаний?
А. Недостаток ума и любви к детям нельзя компенсировать избытком физических
наказаний. Наказание подобно опиуму. Чувствительность быстро притупляется и
дозу с каждым днем приходится увеличивать. Это оружие разового действия, очень опасное. Применять его следует только в исключительных случаях к отдельным личностям. Когда возник обширный опасный гнойник,  его вскрывают хирургическим путем, но лучше не доводит до такого состояния и соблюдать гигиенические нормы.

Д. Классики педагогики категорически против применения физических наказаний детей, против удаления ученика с класса. Я обычно говорю своим учителям, что вы с высшим педагогическим образованием не можете разобраться с учеником, отправляете его к техничке со шваброй.

А. В некоторых случаях, особенно экстремальных, техничка шваброй объяснит
доходчивее, чем мы своим словесно-женским воспитанием. И не следует
передергивать классиков. А.С.Макаренко писал: «Педагогические теории, доказывающие, что хулигана нельзя выгнать в коридор, а вора нельзя выгнать из коллектива (вы должны его исправлять, а не выгонять), это разглагольствование буржуазного индивидуализма, привыкшего к драмами переживаниям личности и не видящего, как из-за этого гибнут коллективов, как будто эти коллективы не состоят из тех же личностей.

 Удаление вора или хулигана из коллектива есть самая большая гуманность, какую можно применить к человеку. Эта проблема решается с арифметической точностью».

В той же самой достопримечательной Англии не так давно повсеместно запретили применять розги в учебных заведениях, но дебаты в прессе не прекращаются до сих пор.

Д (иронично). Мой милый друг! Ты забыл, что под чутким руководством наших бывших республиканских руководителей, забывших прикрыть наготу и, обливая историю и всех славных предков грязью, ползли к дикому капитализму, а Макаренко уже объявлен апологетом тоталитарного режима. Как же не верить родному брату, воспоминания которого опубликованы.

А.  Германия – капиталистическая страна, но какое уважительное отношение к памяти А.С.Макаренко, создан специальный научно-исследовательский институт по изучению и распространению его педагогического наследия. Труды Макаренко по формированию коллектива являются настольными книгами любого зарубежного руководителя. А для меня авторитетнее воспоминания воспитанников Макаренко, а родного брата, мне кажется, одолела черная зависть. Подумай, если следовать его логике, как неуч смог бы окончить до революции педагогический институт с золотой медалью. Это тебе не наше время, когда все покупается и продается.   Мы еще в полном объема Макаренко не проштудировали.

 Далее. Неудачники в жизни обычно не любят людей. В этом можно убедиться на каждом шагу на примере людей, стремящимися любыми средствами дорваться до власти, чтобы этим самым компенсировать свою неполноценность. Макаренко любил детей и умер «красиво» - бросился помогать вынести женщине багаж из вагона, но больное сердце не выдержало.

Д. В.А.Сухомлинский не применял к детям  физических наказаний шоковую терапию, всего добивался любовью к детям.

А. Неуклюжи на протяжении полувека попытки противопоставления друг другу А.С.Макаренко и В.А.Сухомлинского. Последний начал работать в сельской школе, когда имя учителя произносилось еще с пиететом. Не забывай также специфики сельского уклада жизни, где каждый знает друг друга по десятого колена.  Сухомлинский постепенно формировал педагогическую среду, тот культурный слой, который, по Выгодскому, подобен крепкому рассолу: если в него бросить огурец, то, как бы он не сопротивлялся – все равно просолится.
Тебя не посещала иногда мысль: почему с уходом из жизни Сухомлинского, а
смерть его также была красна, его школа захирела, стала обычной школой, хотя, по моему мнению, преемники Сухомлинского на посту директора школы были колоритными личностями. Изучение данного феномена могло бы многое прояснить и подсказать в работе директоров учебных заведений. Ты посмотри, до сих пор не издано полное собрание трудов Сухомлинского. Не торопится восстанавливать справедливость и самостийная Украина. Оказывается, для воспитания подрастающего поколения наследие Петлюры и Бандеры важнее.

Меня же посещает друга, озорная мысль, когда я представляю Сухомлинского на месте Макаренко в колонии. Оба они гроссмейстеры педагогического мастерства, но с разными стилями игры. Макаренко часто применял шоковую педагогику, он мастер комбинационной игры, выстраивая педагогическую перспективную линию для каждого своего воспитанника. Сухомлинский, в силу своего характера, не был способен на такую игру, ему присущ позиционный стиль. Он был духовным пастором своего села, но не был бойцом. Сколько хлебнул лиха от педагогических чиновников, которые делали на этом карьеру, даже академиками стали.
Д. С тобою трудно спорить, но применять  шоковую педагогику к младшим
школьникам, не кажется ли тебе бесчеловечным.

 А. Послушай несколько историй.
Ученик первого класса физически выделялся среди детей, постоянно издевался
над ними. Врачи не находили отклонений в психическом развитии мальчика. Его поступки в какой-то степени объяснимы: растет без отца, мать воспитанием не занимается. Но от этого не легче. Как спасти мальчика. Он же повзрослеет и будет благодарен, что спасли от тюрьмы. Там сейчас нет Макаренко, которого облить грязью легко, использовать же его наработки и опыт труднее.

 Взвесив все за и против, рекомендую учительнице применить шоковую педагогику. Нет, исполнителем должен быть кто-нибудь из отцов. Начинаю  объяснять учительнице, как лучше подготовить взрыв, чтобы получилось максимальный педагогический эффект.  Она ушам своим не верит, что говорит преподаватель, который постоянно призывает учителей любить детей такими, каковы они есть, что мы имеем дефицит люби взрослых к детям, начиная с родителей (у нас почему-то любовь к детям отождествляется с раздачей конфет или гуманитарной помощи).

Учительница предпочла усилить контроль над мальчиком, сама постоянно находясь под напряжением. Выходки ученика становились все более дерзкими и опасными для здоровья других детей, пока один из отцов не поговорил с ним «по-мужски». Лекарство отрезвило мальчика.

Или другая история про взрослых. В деревне, откуда я родом, один дебошир издевался постоянно над женой. Сколько кровушки попил ее  в пьяном угаре. Никакие меры словесного воздействия не помогали. Да и ты сам знаешь свойство славянской души, о котором писал А.П.Чехов, что у нас принято жалеть преступника, а нем жертву. Хмель прошел, жена жива, а что ее немножко порезал или с топором гонялся, так это не смертельно. Вот если бы убил, тогда другое дело.
Подросли сыновья и в один прекрасный момент так скрутили отца, что у тог и
косточки затрещали, предупредили его на будущее. Теперь в каком бы виде не был – пальцем боится тронуть жену. Но для детей такой поступок тоже шок, который бесследно не проходит. Это трагедия современной жизни, когда сыновьям приходится поднимать руку на отца.

У нас много развелось слушающих Васек, а пора бы не тратить слов там по-пустому, где надо власть-то применить.
Д. И применяют силу к детям.

А. Любящий учитель имеет право на гнев. И давай не ставить на одну доску хирурга, оперирующего на сердце, и хулигана, саданувшего в сердце нож. Следует отделить борьбу с учеником от борьбы за ученика. Дети, в отличие от взрослых, это хорошо понимают.
Д. Граница очень зыбкая.

А. Согласен. Каждый случай надо рассматривать всесторонне. Обычно студентам зачитываю отрывок из были Л.Н.Толстого «Прыжок»:

 … Он (отец – И.М.) увидел сына на матче и тотчас же прицелился в сына и
закричал:

- В воду! Прыгай сейчас в воду! Застрелю! Мальчик шатался, но не понимал.

- Прыгай, или застрелю! …Раз. Два…

  И как только отец крикнул: «три» - мальчик размахнулся головой вниз и прыгнул…»

По этому отрывку отец заслуживает самого сурового наказания. Когда же
прочтешь всю быль, целиком, становится понятным, что это был, быть может, единственный шанс спасти ребенка от гибели.

Д. Тебя не настораживает, что многие учителя наказаны в уголовном порядке за рукоприкладство.

А. У приверженцев шоковой педагогики всегда есть риск. Большую роль здесь играет интуиция. Студентам всегда говорю, что двоечник или троечник, не помышляй даже о «взрыве» Ты взрыв проведешь на двойку и сам подорвешься.

Д. Читатели тебя не поймут.

А. Желающих забросать меня камнями предлагаю решить педагогическую задачу, подброшенную мне одной учительницей.
Страшно курит первоклассник. Не надо объяснять, что ждет мальчика в зоне с
повышенной радиацией. Родители, оба заядлые курильщики, не видят никакой проблемы и они не союзники педагога. Решить эту задачу без шоковой педагогики не могу.

У меня болит душа за этого мальчишку. А у тебя, читатель?





ПРИЛОЖЕНИЕ № 1

ЗЦЗЦ 179 П102 911 2
(141 2135З5/1И 0057 0641 01.02)

КИРОВСКИЙ ПРИМОРСКИЙ КРАЙ 1/26 35 1/2 0629
 
УВЕДОМЛЕНИЕ ТЕЛЕГРаФОМ БЕЛОРУССИЯ МОГИЛЕВ КОСМОНАВТОВ 1 ПЕДИНСТИТУТ   МАРТЫНОВУ ИВАНУ ИВАНОВИЧУ»
КИРОВСКИЙ  РАЙОНО ПРОСИТ ВАШЕГО СОГЛАСИЯ ПРИЕЗД ДВУХ УЧИТЕЛЕЙ ДЛЯ ИЗУЧЕНИЯ ОПЫТА РАБОТЫ НАЧАЛЬНЫХ КЛАССАХ И МАТЕМАТИКЕ 1ЧК   СООБЩИТЕ КАКИЕ СРОКИ МОЖНО ПРИЕХАТЬ»  ЗАВЕДУЮЩАЯ F0H0 МУХАМЕДИеВА-     О6ЧЧ НННН



Мартынов И.И., член Центрального совета Международной Ассоциации малолетних узников фашистской неволи, курирующий вопросы патриотического воспитания в странах СНГ.
 Адрес: 212017 Могилёв, Днепровский б-р, 10, кв. 2,
 т.д.(8-10375 222) 78-14-51,   Velcom: +375 44 729 24 61


Рецензии
Ивана, прошу прощения, это прочитать и понять не возможно.
Пишите ясно и кратко. Что же вы собираетесь сказать людям. Удалите все лишние и ненужные слова.

Владимир Иноземцев   24.09.2018 14:58     Заявить о нарушении