Практическая педагогика. Глава 50

                Классный руководитель года

Последняя четверть была очень насыщенной. Я могла совершенно справедливо назвать данный период, как «тяжелые дни». Вова считал их, вычеркивая из своей жизни, как лишние, никчёмные и пустые. Но он пообещал мне учиться, поэтому  учился. Даже больше – записался на курсы при туристическом институте, и все выходные пропадал там. Он так сам решил, я инициативу не сбивала. Просто просила других учителей, ссылаясь на свою занятость, и те занимались с Вовкой: кто так, кто за деньги. Географию вызвалась Вовке помочь осилить Жанна Григорьевна, а грамотность  подтягивала  Танечка Журавлева. Если Жанна Григорьевна вообще не жаловалась ( у них с Вовой  шикарный тандем образовался), то Танечка Журавлева при каждом удобном случае говорила:

- Соня, я бессильна. Он лепит эти запятые, где ему нравится. А потом доказывает, что все, что он наставил, там нужно. Вова не видит структуры предложения. Если длинное предложение – значит сложное, короткое – простое. Его нереально научить.

- Тань, он неглупый. Зрительная память у него очень хорошая. Попробуй через схемы и рисунки. Как-нибудь объясни ему те правила. Хотя бы  некоторые, - просила я. И Таня мужественно рисовала.

- Сонь, она со мной, как с дибилом разговаривает, рисунки какие-то рисует, по пятьдесят раз одно и то же рассказывает, - жаловался Вова на Танечку.

- Это такие методы. Они действенны. Главное, чтобы ты научился писать грамотно. Сколько ошибок было в последнем диктанте? 20 или 30? – Вову я, конечно, люблю, но учительская солидарность должна присутствовать. Платон мне друг, но истина дороже.

- Тридцать две! – гордо сообщал Вова.

- И напомни мне, какая это оценка? – вообще сбивала спесь на нуль.

- Два это два, Соня. Понял, пошел учиться, - так мило обижался и разочаровывался. Большой дядька, но как повесит нос  - не знаешь, то ли плакать, то ли  смеяться.

Меня часто подмывало самой взяться за его безграмотность, но я не могла оставаться с ним наедине в пустом классе, а еще хуже у меня дома. Вовка приходил несколько раз с другими учениками класса, но то были не занятия, а кара небесная. Как-то мы встретились взглядами и так  просмотрели  друг на дружку минут пять, пока Вика не дернула меня за руку и не спросила, не плохо ли мне случайно.  Почти все в классе уже давно догадались о причине наших с Вовкой взглядов, но оставалось несколько невинных душ, которые были не посвящены в наши амурные дела. Нужно отдать должное детям, они с пониманием и высокой долей толерантности относились к такому явлению.

Мы ходили с Вовкой по школе мимо друг дружки, как тени, как привидения – бестелесные и бесчувственные.  Только несколько раз я  была вынуждена бросить ему мимоходом:

- Не смотри на меня ТАК!

Но он смотрел. Потому что это было единственной позволительной роскошью, которая  ему оставалась.  Он должен был учиться, расти и ждать.  Все было тихо, мирно, благопристойно. Даже директор заценил мою позицию и не имел поводов для укоров относительно неэтичного поведения. Хотя, я так догадываюсь, ему плешь проели на голове наши школьные кумушки своими дикими сплетнями.

А мне никто не запрещал гордиться Вовкой. Какой он красивый, какой преданный, какой хороший! Он незаметно повзрослел еще больше. Я смотрела на него  и видела, что он не пополнит  ряды самовлюбленных мужиков, запрудивших  собой окружающую среду. Мой Вовка был не из их числа.  Какой счастливой должна была стать та неизвестная девушка, которой достанется такое счастье, как Титаренко Вова… Неужели, я?

Я старалась не искать его взглядом по классу, когда проходили уроки в моем 11-Б. Только звенел звонок, как я убегала почти первой из класса. Когда были творческие работы, особенно контрольные, Вовка старался выполнять роль сборщика тетрадей, тогда у него была возможность, передавая пачку тетрадей мне, коснуться как бы невзначай моей руки. А когда я выставляла оценки в дневники, кожей чувствовала, что Вовка стоит сзади, изучает каждую линию моего тела. А потом он подходил к столу, брал пачку тетрадей и мило спрашивал:

- В подсобку перенести или куда?

- В 312 кабинет, пожалуйста. Спасибо, Вова.

-Всегда рад помочь, София Константиновна. Если что, зовите. Ваш личный раб всегда рядом.

- Уйди с глаз моих, еще кто услышит, - ругалась я. Он улыбался и убегал от греха подальше.

 Аккуратным почерком я вывела число на доске, классная работа и тему, когда на пороге кабинета появилась Елена Дмитриевна.

- София Константиновна, после урока зайдите к директору, пожалуйста.

- Хорошо, зайду, - сердце дернулось и почему-то подумалось, что речь пойдет о нас с Вовкой. Но, как говорится, на этот раз Бог миловал, просто очередной конкурс для талантливой молодежи «Классный руководитель года».

- Я ведь и руководителем –то всего два неполных года. Разве нет лучше? – пыталась отвязаться от не очень понравившейся мне идеи.

- Коллектив единогласно выбрал вас, София Константиновна, - талантливо (как и подобает директору) врал Петр Иванович. Я –то знала, что  ситуация подходила под категорию «мы посовещались и я решил».

- И что там нужно делать? – сердито спросила я. Директора обязали кого-то послать, вот я и должна теперь была отдуваться. В школе столько классных руководителей с огроменным стажем. Нет, нашли козу отпущения. Вот так всегда, дедовщина в самом ее неприглядном виде. Ты молодая – на тебе, покрутись в последней четверти, как белка в колесе, потому как работы у тебя, видимо, мало.

- Необходим номер, в котором должны участвовать и классный руководитель, и ученики. Придумайте что-нибудь со своим классом. Пусть постараются. Вы для них столько всего сделали и делаете, пусть и от них какая –нибудь отдача  будет, - мотивировал директор.

Вовка стоял возле кабинета. Только я  вышла, как он вырос, как гриб после дождя:

- Опять ругали? Из-за меня? Я ничего плохого не делал, честно!

- Нет. Ты здесь ни при чем, расслабься. Меня посылают на конкурс классных руководителей. Нужен номер от класса. Творческий, - я уже прокручивала все возможные варианты выступления: инсценировать осовремененную басню, поставить сценку из интересного актуального произведения, в конце –концов можно было инсценировать анекдоты на школьную тему. Вовка, просияв от счастья, что меня не ругали, выдал:

- А ты спой… спойте, София Константиновна, - демонстративно исправился, заметив, что мимо проходит учитель труда Орест Петрович. – Вы же классно поете. А мы подтанцовочку соорудим. Гопака. Вот будет номер! Там у всех челюсти до пола отпадут. Ага?

- Спасибо, Вова. Еще чего, балаган устраивать. Что –нибудь другое придумай.

Но Вова и не собирался  придумывать другое. Он под конец дня убедил весь класс, что лучшего никто ничего не предложит, а  мальчишек почти всех уверил, что выучить пару движений гопака – это интересно, познавательно, круто и вообще жутко патриотично. Мне повезло услышать, как он говорил с  Ромой Маркиным:

- Ты вальс умеешь танцевать? Быстро научился? А это  бабский танец. По балах его танцевали раньше. А гопак – это настоящий пацанячий, - мотивация супер.  Рома даже не пытался возмущаться.

- Че ты хочешь? Чтобы я гопак станцевал? Где?  - начинал вникать Рома. Очень медлительный парень по части понимания сути.

- На сцене. Концерт. Мама Соня поет, мы сзади танцуем для красоты и эффекта, - живописал Вова.

- Так бы сразу и сказал, что  для мамы Сони. Для нее и чечетку можно сбацать. А кто учить будет? – резонный вопрос.

- Да есть у меня один  кент. Корову танцевать научит.

В итоге Вова подобрал шестерых  желающих составить мне подтанцовку.

- Согласилось больше, но костюмов на всех нет. И я так по высоте и комплекции подобрал, - обсуждал свои  продюсерские действия Вова.

Мне оставалось подобрать какую –нибудь песенку, как можно более энергичную, и подыскать  эффектный наряд.

Песенку с горем пополам мы с учительницей пения Дарьей Анатольевной  откопали. Это был  стопроцентный хит «Хуторянка» из репертуара Софии Ротару. Ее мог кто угодно хорошо спеть ( вряд ли лучше самой Софии Ротару). Сложнее было с одеянием. Но я покопалась в своих институтских  шмотках и отыскала длинную черную юбку и  блестящую с висюльками  блузку.

На генеральной репетиции как надела, так дети и начали шушукаться. И только Вовка смог мне сказать и то после уроков:

- А  чего –то более отстойного ты не могла отыскать в своем гардеробе, София Константиновна?

- А чем это тебе не нравится такой наряд? – немного обиделась ( еще чего, не заценили мой вкус), спросила я.

- Коров гонять в селе в таком. Поедем завтра к одному моему знакомому. Он в театре костюмер, подберем интересненькое.

Несмотря на то, что была суббота, и я страшно хотела отоспаться, Вовка разбудил в семь утра  и поволок совсем в другой конец города, где  какой-то непонятной ориентации  мужчина раскритиковал меня в пух и прах и выдал на недельку шикарное вышитое бисером платье с венком, украшенным многочисленными  лентами. Сапоги на меня не подошли, поэтому мы с Вовкой в срочном порядке поехали на рынок подыскивать красные сапоги с высокими халявами.  Мы оббежали рынок два раза, но красных  на мою ногу не нашли.  Зато нашли желтые.

- Давай купим желтые. На платье есть желтый цвет, поэтому гармонируют, - убеждала я.

- Нужны красные. Поехали на Троещину, - предложил Вовка.

- А если и там не будет? Тогда и эти не купим, и  там облом, - суетилась я.

- Если не купим, вернемся сюда. Но на Троещине есть все. Только меня пока нет. Сейчас приедем, буду, - шутил Вовка. У меня так гудели ноги, но противостоять его нахрапу было невыносимо. Я уже потом поняла, что дело было не в цвете сапог, Вовка просто хотел подольше побыть рядом со мной. На Троещине мы нашли то, что искали, причем быстро.

Я не помню свое выступление. Все проходило, словно в полусне. Спасибо моим деткам, я  заняла второе место. Сразу же после награждения решила поблагодарить мальчишек и затащила всю эту братию ( шестерых парней, выше меня ростом почти на голову) в уютное кафе. Мы весело посидели, обговаривая мелочи своего и особенности  других выступлений.

- Как по мне, так первое место зажали, - кипишевал Эдик Соколов. Как он старался выплясывать, это словами не передать.

- Все нормально, Эдик. Я считаю, что честно. Ты видел, какой спектакль та учительница отгрохала? Сценарий полностью ее. Выступление на полчаса. А мы? Отгоцали  за 5 минут и все. Радуемся тихонько, что второе, - успокаивала я.

- Вы не лидер, Соня Константиновна, - решил подытожить  Эдик.

- И не скрываю, - согласилась.

Я то пела и была повернута  лицом к залу, поэтому не видела, что творится на заднем плане, то есть что вытворяет моя  подтанцовка. Нет, танец они отрепетировали  гладко, но без проблем не обошлось. У Зайца Андрюши развязался пояс, который выполнял функцию удерживания широких казацких штанов.  И те штаны начали сползать. Поэтому когда другие парни танцевали, поставив руки в боки, Андрюша дотанцовывал, придерживая штаны, чтобы не слетели. И именно  это теперь мне рассказывали мальчики. Насмеялись от души.

- Ага, вам хихоньки,  а я тогда чуть не навалял в те штаны, - жаловался Андрей. Увидев упрек в моих глазах, он извинился.

- И тебе приятного аппетита, Андрюша, - иронично сделала акцент на «интересной» теме во время еды.

- Вот если открою свой ресторан, я вас приглашу петь, - полушутя сказал Костя, наслаждаясь клубничным мороженым.

- Облезешь, - грозно рявкнул Вовка. – Не будет Соня Константиновна петь в твоем зачуханном ресторане.

- Почему это зачуханном? – обиделся Костя.

- Мальчики, ша, давайте не будем ругаться и делить шкуру неубитого быка, - пришлось гасить назревающую ссору. – Может, еще и соглашусь петь. Что я буду делать – решать мне, и только мне, понял? – поставила на место Вовку, который уже кипел. И, как я ему не пыталась объяснить, что перегнул палку, все равно обиделся и ушел.

- А  в звездном семействе шкандаль, - прокомментировал Эдик и добавил.- Показится  и отойдет. Он быстро отходит.

- Знаю, - ответила я, но эйфория от данного дня была испорчена.

Сначала у меня была мысль первой с ним заговорить и помириться, но Вовка опередил меня. После третьего урока ворвался в класс и, закрыв  дверь на защелку, подошел к моему столу:

- Я понимаю, что ты учительница, но так будет не всегда. Я твой будущий муж, поэтому мы либо все решения принимаем вместе, либо… - он запнулся, увидев мои  удивленные глаза.

- Какой муж? Что ты мелешь? – я только что выставила пять двоек за самостоятельную восьмому классу, а тут Вовка со своими далеко идущими планами.

- Ты меня унизила при всех пацанах вчера. Помнишь? – напомнил Вова инцидент.

- Ах да, извините пан Титаренко, как я могла? Это ж надо… Вы там решали интересный вопрос моего трудоустройства, а я должна была сидеть и ждать, когда мне вынесут вердикт? Мы не в Эмиратах. Я сама буду всегда все решать. Даже если ты будешь мужем…

Вова просиял, чмокнул меня в щечку и нарисовал на доске « I live your, Sonia!». Я  быстро за ним стерла все это художество.

- Чего ты лыбишься? – не понимала его  веселости.

- Значит, ты не исключаешь возможность того, что я буду твоим мужем.

- Ты школу закончи сначала. А то, как в том мультике «Не хочу учиться, а хочу жениться».

- Учусь, учусь. Пошел учиться, - он открыл двери и разогнал толпу восьмиклассников, которые  скопились возле кабинета. Один из мальчишек  попробовал «наехать» на Вовку:

- Блин. Не успеем из-за этого к уроку подготовиться… Сидел там.

- Не гуди, малой, а то двойку получишь, - пошутил Вова и умчался. 

- Ну, ты нашел на кого наехать, Витек, это ж Вовка Титаренко из одиннадцатого.  Повезло, что в лоб тебе не съездил, видать настроение хорошее, - услышала я голос другого ученика, Кости Пилипенко. Улыбнулась. Не тому, что Вова так знаменит в школе, а потому что не влепил восьмикласснику в лоб. Счастье делает человека добрее.

Продолжение http://www.proza.ru/2016/03/17/282


Рецензии
Хорошая глава, веселая, позитивная. Даже не верится, что это те школьники, которые были два года назад.
С теплом,

Любовь Голосуева   10.02.2020 14:57     Заявить о нарушении
Добрый вечер, Люба!
Дети меняются. Даже камень вода точит)

Ксения Демиденко   11.02.2020 22:24   Заявить о нарушении
На это произведение написано 15 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.