Практическая педагогика. Глава 39

                Поездка в Карпаты

Путевку на поездку в Карпаты во время осенних каникул нашему классу вручили торжественно на линейке. Но все руководители классов посмотрели на меня, как на корову перед убоем. Я поняла эти взгляды значительно позже. Пока пребывала в эйфории от путешествия, которое вот – вот должно было состояться.


- Куда тебя несет с этими красавцами и красотками? – печально спрашивала Жанна Григорьевна.


- А что? Они большие, сопли подтирать не нужно и шнурки завязывать тоже, - успокаивала я ее. Видно было, женщина не на шутку волновалась.


- Девочка моя, они действительно большие. Сейчас как начнется: дискотеки, перепои и гульки  с залезанием через окна. Я когда со своими во Львов ездила, то закрывала на ночь в номерах. Под ключ, - давала ценные советы Зинаида Кириловна.


- Вы там суровее с ними, София Константиновна! Может, вам в помощники Валерия Семеновича отправить? – лукаво подмигивала Елена Дмитриевна.


- Упаси Боже! Спасибо, я как-то разберусь сама, - убеждала я окружающих и себя саму.


В ходе сборов оказалось, что пятеро учеников моего класса не могут поехать. Я тихо радовалась, что Агеев из-за  соревнований не мог присоединиться к классу, потому что без драк 200% не обошлось бы. Причем, начались бы эти драки  прямо на вокзале. Загорская Настя заболела и лежала в больнице. Лизу Гаврилюк родители завезли в село, чтобы помогала  бабушке.


Как ни странно звучит, но  Вова тоже не ехал. И я этому даже была рада. Он не мог оставить бабушку, потому как она в это время  ложилась в больницу на профилактику. Когда  Новикова Лена узнала, что Вова не едет, тоже отказалась увидеть красоты Карпат.


Таким образом, я должна была везти 19 учеников, а не 24, как планировалось. Я агитировала родителей поехать со мной и помочь в присмотре за детками, но никто не мог  оставить работу на 5 дней.


На вокзале с целью предупредить опоздания, собрались  заранее, за час до отправления поезда. Прочувствовав отсутствие Вовы, Эдик Соколов разошелся не на шутку. Он  взялся мне помогать и быть что-то вроде правой руки: бегал узнавать, на какой путь подадут поезд, консультировал всех в вопросах, где на вокзале что, потому как ездил на соревнования часто – вокзал знал, как свои пять пальцев. Я инициативу и пыл парня не гасила – пусть чувствует себя полезным.

- София Константиновна, хотите чебурек, такой вкусный, - Эдик стоял у меня перед носом и  совал  почти в лицо аппетитный зарумяненный чебурек. – Держите, это вам. Я там, у бабульки купил.

- Я впечатлена, Эдуард, твоей щедростью, но извини, я не ем такого, - отказалась я. – И тебе не советую. Неизвестно, из чего эта еда сделана.

Эдик обиженно отступил и стал кушать купленный чебурек с двойным аппетитом. Я слышала, как он что-то бурчал себе под нос. Разобрала только: «Нормальный чебурек. Наши все почти купили».

Какие те чебуреки «нормальные», я узнала уже ночью. Но сначала была сумасшедшая посадка в поезд. Крики и суета продолжались до тех пор, пока не выдали постель. Появилась интересная работа, требующая умения и сноровки, ведь необходимо было заталкивать  подушки в наволочки по размеру меньше самих подушек. Дальше все постепенно разбились по группам и затихли.

Я на некоторое время забыла, что учитель, и позволила  себе  поиграть с мальчиками в карты ( и это я играла в азартные игры), а  с девочками поболтали о настоящих мужчинах и о косметике. В десять, как и положено, объявила отбой. Удивительно, но легли все. И даже не шумели. Верный признак - весело впереди.

Ночью меня разбудила Маша Яковенко. Она просила поискать  какую –нибудь таблетку от боли в желудке. Я набрала в дорогу «Но шпы» и «Смекты», но когда увидела очередь в туалет, то поняла, что  проморгала эти чертовы чебуреки. Пришлось возиться всю ночь возле  несчастных любителей фаст –фуда. Одних рвало, другие не отходили от туалета, занимая очередь на всякий случай сразу после того, как выходили.  Некоторые бегали в соседние вагоны, но скоро проводники  их закрыли, потому как не очень им хотелось потом вымывать после моих качественно загаженные туалеты.

Маше я сама лично влила половину литровой бутылки минеральной воды и приказала вызвать рвоту, чтобы очистить желудок.

- Как? – перепуганными глазами  смотрела на меня Маша.

- Два пальца  поглубже и над унитазом. Вперед, - рекомендовала я. Помогло.  И в три часа Маша уже спала. Эдик опять бегал, помогал. Несмотря на то, что парень съел два чебурека, ему было (слава Богу) хоть бы хны.

- Мой желудок привыкший, - шутил.  Хорошо, что я не соблазнилась этими чебуреками, иначе с моим деликатным желудком было бы  невесело. Поспать я смогла только 2 часика, и  еще час в автобусе, когда нас перевозили из Черновцов  на турбазу «Эдельвейс». Там  всех осмотрела медсестра и накормила  лекарствами.
Мальчиков разместила на первом этаже, девочек на втором.

- А чего это так? – все  допытывался Вигура.

- Чтобы мы до девок не лазили, - догадался Костя. Великая сила – логика.

- Нет, так серенады петь удобнее, - пошутила я.

Все комнаты были двухместными. Моя тоже. Всех было 19, поэтому  Эдика поселили одного и мне тоже выделили  отдельную комнату.

- А можно,  я с вами буду жить? – улыбаясь, спросил Эдик, когда увидел, что моя комната имеет телевизор. Пока я, шокированная такой наглостью, подыскивала, что бы ему такое ответить, Маркин Рома успел раньше меня:

- Ты хочешь, чтобы Титаренко оторвал тебе то, что мужикам очень нужно?

- Можно подумать, я его боюсь, - огрызнулся Эдик.

- Я люблю сама, Эдуард. Чтобы никому не было обидно, -  наконец нашла нужные слова.

- Хотя бы в гости к вам можно заходить? – никак не мог успокоиться Эдик.

- Ты, Соколов нарвешься. Тебе ведь сказано, отвянь, - на Эдика напирал все тот же Маркин Рома. С Ромой Соколов конфликтовать не хотел.

- Что-то мне подсказывает, что ты очень скоро найдешь себе  компанию куда лучше, чем моя, - вроде и не обидно, и отшила –таки Эдика.

Турбаза «Эдельвейс» раскинулась у подножия  красивой горы  недалеко от  села Рокитное. На следующее утро после завтрака нас повели в горы. И тут началось. Девчата понадевали туфли на каблуках и чуть не скрутили ноги, мальчики влезли в какие-то кущи и Скворцов  ободрался так, что в моей аптечке резко кончился йод. По дикому визгу девочек я поняла, что как минимум что-то кого-то  укусило. Нет, это  Маша увидела змею, которая свернулась калачиком  и спокойно грелась на  солнышке. У кого был больший шок ( у Маши или у змеи) нужно было подумать.

- Дура, че орала, не дала сфоткать, - возмущался Вигура.

-  Кого? Меня? – недоумевала Маша.

- Нафига тебя? Ты не уникальная.  Змею, - разочарованно объяснял Саша.

Когда добрались к вершине горы, открылся обалденный пейзаж: вверху молочные тучи,  внизу зелень лук и синь озера. Село с его аккуратными домиками, казалось  игрушечным. Турбаза тоже умостилась таким себе кукольным макетом у подножия горы. Гид, седовласый мужчина приятной наружности, рассказывал легенды края, объяснял, как себя вести в горах. Но мальчики не были бы мальчиками, если бы не  испугали ( нашли какой-то грязный шнурок) змеей, а девочки оглушительно верещали. Спускаясь назад, зашли к источнику, бившему просто из пня. Благо, я вовремя успела, не дала напиться некоторым жарким товарищам.

- А че это незя? – полез в бутылку  Кондратюк Славик.

- Потому, что холодная. Заболеешь и что с тобой делать? Может, есть  посудина какая, то наберите, в  комнате нагреем, - объяснила. Разочарование читалось на  его кислом лице. Не пили, но умывались, ведь, согласно легенды, кто умоется, тот омолодится.

- Соня Константиновна, а вы чего не умылись? – догнал меня на обратной дороге Эдик.  – Стали бы моложе, как мы. Прикольно!

- Боялась перестараться и в детство впасть, - пошутила. Эдик не понял, но вопросов больше дурацких не задавал.

Я думала, что находились, утомились и будут отдыхать. Не тут –то было. Это я с ног валилась, а они бегали и дурачились еще до 11 часов. Один Эдик не отходил от меня ни на шаг, что, честно говоря, меня сильно  раздражало. Но давал практические советы, которыми приходилось пользоваться, потому, как я очень рано расслабилась.

- Шел бы ты спать, а? – резковато рявкнула я на Соколова, желая остаться наконец-то  наедине.

- А чо, обход делать не будете? – беспардонно спросил парень.

- Хорошо, пойдем проверять, все ли в своих комнатах, - согласилась я. Алентовой Кати в комнате не оказалось.

- Кто ее видел после спуска с гор? – спросила у девочек. Вигура прибежал, как всегда, начал шутить:

- Катьку в горах оставили. Капец, она ж дорогу к базе в жизни не найдет.

- После обеда она познакомилась  с двумя парнями с третьего этажа. С ними все время была, - несмело рассказала Маша. С горем пополам я вытянула с девочек, где та комната, и, взяв с собой Эдика, Рому Маркина и Скворцова Диму наведалась к мальчикам, у которых предположительно могла быть Катя. И нужно сказать вовремя. Ее спаивали трое здоровых парней, а Катя смеялась и даже не предвидела возможного поворота продолжения «гульни».

- Ну и что вам, миледи? – хищно зыркнул на меня один из кавалеров, имеющий на руке наколку «Коля». Катя немного опешила, увидев меня в дверях.

- Катя, я бы хотела, чтобы ты как можно быстро оказалась в своей комнате, - спокойно попросила я.

- Это, наверно, ее подружка. Обиделась, что ее не пригласили, - нагло раскинувшись в кресле, неприятно ухмыляясь, промолвил второй кавалер, у которого Катя сидела на коленях.

- О, моя класуха уже тут как тут. А мы здесь гуляем, - Кате было очень весело.

- Пошли, гулена, - я подошла к девочке и, схватив ее за руку, стянула с колен кавалера.

- Дамочка, э-э-э, а куда вы нашу деваху потянули? Мы ее тут кормили, веселили… А кто заплатит? – недовольно орал мне вдогонку юноша.

- Спешу обрадовать вас, мальчики, она несовершеннолетняя, - начала я. – Мне милицию вызвать или вы неприятностей не хотите?

- Как несовершеннолетняя? А, скажем так, деваха ничего вымахала, - уже не с таким напором сказал юноша, заметив в дверях Скворцова и Соколова.

- Выросла ничего. Дура только, - вставил Скворцов, осматривая троих и прикидывая на глаз, насколько сильные бычки. Диме еще хотелось напустить важности.

- А было так весело, - еле ворочала языком Катя.

- Было бы еще веселее, когда бы они тебя по кругу пустили, - наконец-то вставил и свое словцо Эдик.

- Как это по кругу? – не понимала Катя.

- Я тебе завтра, когда протрезвеешь, объясню, - деликатно ответил Эдик и спросил у меня: «Куда ее?»

- Ко мне в комнату. Лечить буду. Я здесь у вас скоро настоящим врачом стану, - нельзя было оставлять девочку в таком состоянии. И в то же время я понимала, что еще одна бессонная ночь на горизонте. Кате было сначала плохо, потом очень плохо, а затем стыдно. За этот инцидент ей было  стыдно до конца учебного года.  Утром Эдик, как и обещал, провел лекцию « Что такое пустить по кругу». Слушала с интересом не только Катя, но и остальные девочки.  Парень так настращал, что  девочки уже не знакомились с кем попало, и в комнаты к мальчикам не ходили, даже своих одноклассников боялись. Я наконец-то оценила советы моих педагогов, которые они мне давали еще до отъезда, и на ночь закрывала комнаты.

- А если я пи-пи захочу? – протестовал Юра Гагарин.

- Баночки выдам, - нашла, что ответить я. Все дружно начали обговаривать, кому какую баночку нужно. Скворцов прикинул, какая длинная ночь, а он напился лимонада, и выдал:

- Мне трехлитровой может не хватить…

- Для Скворцова ведро попрошу у дежурной. Все?

 На третий день начали мои подопечные проситься в магазин и на экскурсии. Вигура орал:

- В турпоход с палатками. И чтобы костер.

Все активно поддержали эту идею. Сначала решили для начала  съездить в Черновцы на концерт местных творческих коллективов. Всем понравилось, одна Стародубцева Галя возмущалась, что не в кино пошли. Всем не угодишь. После концерта посмотрели город и его достопримечательности. По ходу забежали в несколько магазинов и моя братия накупила конфет, чипсов, Кока-Колы, сухариков и жвачек (куда ж без них). Одним словом, затарились гадостью, которую они  употребляют килограммами. Теперь можно было жить  и к турпоходу были готовы.

И вот едем на автобусе назад. С каждой остановкой народу остается все меньше (наша остановка конечная). На предпоследней остановке детки мои заметили, что мужчина, который вышел, забыл на полке большую коробку с тортом. Тогда в нашей стране о террористах никто не слышал, поэтому в коробке из-под торта  мог быть только торт и ничего другого.  Поэтому все смотрят на полочку, а там спокойненько лежит целый торт. В автобусе, кроме нашей группы, никого нет. Мои естественно понимают, что торт  будет  принадлежать нам и его можно будет поделить. Но в каждом соревнуются противоречивые чувства, ведь кто-то должен решиться  и взять коробку в руки первым. Наконец, автобус останавливается. Приехали… Вдруг с места  подрывается Вигура ( маленький, но быстрый), хватает коробку и со скоростью ветра выскакивает  из автобуса. Секунда оцепенения у всех остальных. Дальше чье-то громкое:

- Держи, заразу!

И с мест подрываются почти все. Только Яковенко Маша и Лабутко Алина на правах уравновешенных отличниц спокойно выходят вместе со мной на остановке и как на цирк смотрят на то, что открывается нашему взору. А картину даже маслом писать страшно. Вся в пыли дорожка, которая тянется вверх. Небольшая тучка пыли, которая исчезает вдалеке – это убегает Вигура. Большая туча пылюги – это табун  11-Б, который догоняет Вигуру. Как мне потом рассказали, Саша быстро усек, что убежать от справедливо возмущенной толпы с большим тортом в руках у него не получится. Поэтому он на бегу распечатал коробку и начал рукою есть торт. Вы видели, как работает ковш экскаватора? Именно так  и запустил Вигура в торт свои пять. Что его и погубило. Не заметив небольшой канавки, он зацепился и упал. Издалека с Машей и Алиной мы видели, как большая туча пылюки  поглотила маленькую и стала увеличиваться в размерах, закрывая вид на горы. Там либо били Вигуру, либо делили добычу.

Прошло некоторое время. Тучка пыли медленно возвращалась. Уже можно было различить некоторых особ, покрытых пылью и кремом. Ученики окружили меня с девочками. Эдик весь в  торте, но счастливый, разжал ладони и протянул мне вывалянный в пылюке  кусок торта:

- Это вам. Еле вырвал!

Я взяла, поблагодарила и засмеялась, увидев Сашу Вигуру, который сидел на камне и слизывал крем.

- Ну что, Саша, наелся? – спросила я, заворачивая  подаренный кусок в салфетку. Однозначно, я его есть не собиралась.

- Ага, - растянулся в улыбке Саша. – Вкусный, зараза, торт.

- А главное – всем досталось, - иронично сделали замечание Маша и Алина.

- Приедем в Киев, купим  торт и накормим Сашу Вигуру, чтобы ему  перехотелось так жадно есть торты, - подытожила  инцидент. – Пошли отмываться.

Послушав общий вой «Хотим с палатками в горы», я пошла на поводу  у своих подопечных. Хотя период для таких вылазок откровенно был холодноватый. Но одна ночь – пусть будет, чтобы  вспомнить было что. Поднялись высоко, разбили лагерь из пяти палаток, взятых напрокат на турбазе вместе со спальными мешками. Мальчики побегали по окрестности, насобирали веток, соорудили костры; девочки пекли картошку, все весело смеялись и  рассказывали интересные истории с анекдотами. Денис пел дворовые песни. Слово «пел» к этим подвываниям плохо подходило, но песни были душещипательными.

Как стемнело, сначала  рассказали парочку страшилок, а потом  разбрелись, хто куда. Большинство залезло в палатки и начало осваивать спальные мешки. Но четверо поперлись гулять. Гоша Задорожный  копался в перегорелом угле, ища остатки картошки( очевидно, парень не наелся),  Даша с Ларисой прессовали Дениса, чтобы продиктовал текст песен. У кого-то нашелся карандаш  и блокнот.

Прошло много времени, а эти четверо, что ушли в темноту, так и не вернулись. Я, боясь последствий таких поздних гуляний, отправилась их искать. Нашла. Как и думала, сидели на пеньках, целовались. Испоганила им всю романтику ( еще чего доброго, увлекутся и перейдут к более серьезным занятиям), загнала в палатки спать: мальчишек  к парням, девочек к девчатам. Сама села на пенек любоваться звездами. Страшно клонило в сон, поэтому пробралась в свой угол, закупорилась в  спальнике и хотела было уснуть. Ан, нет, послышался тракторный храп с соседней палатки, где спали мальчики. Минут десять этот храп  раздражал не только меня, но и всех остальных. Дальше услышала грозное от Димки:

- Кондратюк, дай Задорожному чем –то увесистым по морде, пусть заткнется. Люди спать хотят!

Кто-то ойкнул (видимо, таки Задорожный), потому что храп исчез и я, наконец провалилась в сладкий  сон. А я соня еще та. В последнее время мне мало удавалось поспать, поэтому организм вырубился капитально.  Деткам пришлось меня будить долго. Они мне: «Пора вставать, мама Соня!», а я: « Сейчас, сейчас, минутку, секунду, чуток». А сама дальше сплю, потому что такой сладкий сон снится. Стыдно кому рассказать, но снился Вовка. Мы с ним гуляли по полю. Я рвала васильки. Вовкин голос говорил мне нежные приятные слова. Я слушала, вбирая в себя каждый тон звука. А потом он поцеловал. Я почувствовала, как по телу растекается тепло, которое волнует. Стало жарко, щеки зардели и губы открылись навстречу его губам, которые стали уж очень настойчивыми, а потом и грубыми… Я  открыла глаза и… увидела над собой склонившуюся самодовольную улыбающуюся  физиономию Эдика. Этот  наглец пробрался в палатку и воспользовался тем, что я сплю. Сон улетел, словно его корова языком слизала. Я мгновенно пришла в себя и в следующую секунду, дико завизжав, освободила руки из спальника и уцепилась ногтями в эту улыбающуюся физиономию. К моим крикам прибавился его крик. Я с силой оттолкнула  его от себя и выбежала из палатки. Все мои ученики сидели возле костра, словно ожидая моего появления, и смотрели на меня  удивленными глазами: а что произошло? А типа мы ничего не знаем?

- А что случилось, София Константиновна? – спросил Дима.

- Ничего. Мишку увидела, - соврала я, наблюдая за Эдиком, который выполз из палатки следом за мной. Все перевели взгляды на него. Наивная, я ждала объяснений, но Эдик ухмылялся и хвастался, что ему удалось меня разбудить. Все спрашивали, как? Эдик выдержал паузу и ехидно хвастливо ответил:

-   А это наша с Соней Константиновной тайна.

Пока я испепеляла Эдуарда взглядом, Рома Маркин спокойно сказал:

- Главное, чтобы об этой тайне Вова не узнал. А то, боюсь, хоронить будет нечего. Ты это, шути осторожней.

За день до  нашего отдыха ( вопрос, кто отдыхал), на турбазе появилась компания молодых людей: трое юношей и трое девушек. Я не сразу рассмотрела в этой группе  Славика. Мы с ним учились в одном классе и тогда он откровенно «доставал»  своими приколами, типа намазать что-то клеем, завязать шнурки в кедах перед физкультурой. После 8 класса он ушел учиться в техникум и я его так больше и не видела.

 Соломина, ты? – не веря своим глазам, обозвался Славик. Я внимательно присмотрелась к симпатичному парню и еле узнала  своего одноклассника.

- Лавров? Слава? А ты как здесь? – и радовалась, и волновалась одновременно. С троих девушек за столиком столовой я  быстро вычислила, где его девушка ( испепеляющий смертоносный взгляд «Это мое») и мило улыбнулась проявляя образец миролюбия и толерантности. Славик забрал меня в свою компанию и теперь уже на правах хорошей знакомой мы с ним спокойно говорили. Глаза Славиной девушки Тани просияли добротой и любезностью, поэтому я успокоилась и не сразу заметила, что в противоположном лагере, где собрались мои ученики, кипели страсти, поскольку они ни сном, ни духом не ведали, что это за «качок» забрал их Соню Константиновну и  мило с ней беседы разводит.

Рома Маркин вырос рядом со столиком, как привидение. Ничего не говорил, только сердито  смотрел на  Славика. Нужно отдать должное, Славик быстрее понял проблему:

- Это твой? – спросил бывший одноклассник и я оглянулась. Рома кипел.

- Да, это мой ученик Рома Маркин, - представила я Рому. – Что-то случилось, Ром?

- Мне нужно вам что-то сказать. Важное. Отойдем?

- Давай отойдем. Слава, прости, я сейчас, - я отошла, уводимая Ромой  к лестнице.

- Это ваш кавалер? – спросил бесцеремонно Рома.

- Кто? – не поняла я.

- Славик этот. Где он взялся?

- Это мой одноклассник. Мы вместе учились, за партой одной долго сидели. А чего это тебя так волнует? И что за тон? Я что, должна перед тобой отчитываться? С какого удивления? – психовала я.

- А как же Вовка?

- При чем здесь Вовка?

- Вы думаете, если его здесь  нет, то можно с Эдиком целоваться, с этим за столиком любоваться…

- Подожди, ты что же, за мной присматриваешь по его просьбе? – догадалась я и рассмеялась. А я никак не могла найти объяснения его постоянному изучающему взгляду. – Не волнуйся и Титаренку передашь – Эдик так экстравагантно будил, за что схлопотал, а Славик… встретила одноклассника, поговорили, вспомнили прошлое, у одноклассника была своя девушка. Разошлись каждый в свою комнату. Возле комнаты моей будешь дежурить?

Рома стоял и виновато искал, что бы его сказать. Я решила уйти раньше, чем он придет в себя.

- Ну и ладненько. Я пошла к друзьям и ты не скучай.

Продолжение http://www.proza.ru/2016/03/03/299


Рецензии
Ну, такой отдых без эксцессов никак не мог обойтись.
Можно сказать, что вполне себе неплохо прошла поездка.
Без Вовки скучно, а Эдик и меня раздражал)

Творческого вдохновения!
С теплом,

Рина Филатова   05.12.2018 09:59     Заявить о нарушении
Рома стоял и виновато искал, что бы его сказать - может, не "его", а "еще", или как-то по-другому сформулировать?

Рина Филатова   05.12.2018 10:01   Заявить о нарушении
По итогам поездка даже удалась)))
Привык читатель к Вовке, поэтому без него - не то.
Эдик слишком нахрапист и нагл. И третий лишний, если честно.
Хотя он это позже поймет.
С благодарностью и признательностью за поиск "ляпчиков")
УДАЧИ!

Ксения Демиденко   05.12.2018 21:01   Заявить о нарушении
На это произведение написано 17 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.