Тропинка желания

Тропинка желания — дорога, созданная естественным путем, просто потому, что она самая короткая или удобная.

На горбатой, покрытой снегом крыше железного гаража каталась ворона. Она уныло забралась на конёк и немного потопталась там, искоса, неодобрительно поглядывая на лежащий на крыше снег. Наконец, она неуверенно выбрала наиболее безопасный с её точки зрения маршрут, сложила крылья, села на попу и обречённо съехала вниз. Буквально перед самым краем крыши ворона успела расправить крылья и взлетела, издав громкое и победное — Кар! Часть снега, словно лавина с шумом съехала вслед за вороной.
Из гаража тотчас высунулся полный мужчина с голыми ногами в пляжных тапках. Был он, то ли перепоясанный шерстяным пледом в широкую клетку, то ли одетый в традиционный шотландский килт. В общем выглядел он пикантно. Мужчина прицелился и, застонав от усердия, запустил в ворону обломком швабры. Обломок закрутился в воздухе словно тот бумеранг... Не попал.
Судя по следам схода лавин на крыше было похоже, что эту пантомиму они разыгрывают уже не в первый раз. Из гаража раздался «мефистофелевский» хохот. Бормоча что-то себе под нос, мужчина, подобрал вернувшуюся к его ногам швабру, и опять скрылся в гараже. Ворона, довольная, что и на сей раз всё обошлось, сделала ещё один круг. Опасливо поглядывая на приоткрытую дверцу гаража она вновь уселась на конёк крыши.
Проходящий мимо случайный прохожий заметил надпись, сделанную фломастером на двери: «Отв. за пожарную без. г.майор КАР». Прохожий весело крикнул:
- Майор Кар? А ещё говорят, что у животных нету чувства юмора.
В гараже невнятно зарычало, наружу вылетел уже знакомый обломок швабры и сильно ударился в приоткрытую дверь. От удара дверь загудела; Прохожий поспешно ретировался. А, зря.
По поводу происходящего, он мог бы подробно расспросить, хохочущего от души Григория Ефимовича из пятнадцатой, а тот с удовольствием разъяснил бы ему, что сие значит. Дядя Гриша рассказал бы, как он научил ворону кататься с крыши гаража и кричать — «Кар». Почему это вызывает такую буйную реакцию майора Кара, Василия Алексеевича и насколько это связано с тем, что тот проигрался в пух и прах накануне вечером.
Дело в том, что эти два замечательных человека являются давнишними друзьями и по совместительству непримиримыми оппонентами по игре в Малайзийский Маджонг. Упрощённый его вариант на три персоны, в котором используется набор из 84 костей, в том числе и Джокер. Третьим игроком обычно приходил неконфликтный Вацлав Нежинский. Забегая вперёд следует сказать, что робкий Вацлав Фомич никогда не проигрывал, но это обстоятельство, почему-то, вовсе не раздражало вечных соперников. Отнюдь; они азартно разбирались друг с другом.

Нашим давно уже известно, что по случаю выигрыша, а если ещё и с разгромным счётом, дядя Гриша не только ворон заставит на попе кататься. Нет! Он сам, бывает, с удовольствием присоединится к ним. Особенно, когда удастся загнать генерал-майора кукарекать под стол, тут-то и начинается настоящее веселье. Горе-усмиритель Пугачёвского бунта, отставник Кар, одетый в килт по причине взыгравших в нём шотландских кровей, бывает, так гоняет вокруг гаража старца Григория Ефимовича — залюбуешься. Распутин, в свою очередь, обыкновенно одетый лишь в голубые кальсоны, дабы подчеркнуть русскую эпатажность, весело уворачивается от неповоротливого шотландца. Потом он ловко залезает на гараж и уже оттуда дразнит Кара. При этом полный Василий Алексеевич очень смешно подпрыгивает внизу в попытках ухватить обидчика за ногу.
Вот смеху то!
Вацлав Нежинский лишь застенчиво улыбается.
Тут же появится сожительница дяди Гришы — Акилина Никитична Лаптинская или просто Никитишна. Вздорная женщина, за глаза у нас её все дразнят — тётка Акулина, вечно ругает его за протёртые штаны. Прозорливец Распутин молчит и лишь загадочно улыбается про себя. На вопросы "сердешнаго дружка", чего он, мол, слушает эту вредную бабу, а не применит к ней свою "магизму", дядя Гриша бывало только отшучивается, мол, — отдыхать и ему иногда надо. Нечего по пустякам зыркать.
Вообще, всегда очень интересно представлять, как в обычной жизни вели себя наши люди. Вот как дядя Гриша например. Сейчас то он "магнетическим взглядом" за один сеанс вылечивает от любой напасти. Включая любовные пристрастия и сыроедение. А, ведь наверняка когда-то, поругивая общественный транспорт, подолгу ждал трамвай на остановке. И никто не обращал на него внимания. Подумаешь, — топчется себе мужик на морозе и пусть топчется. Вот что значит держать себя соответственно обстоятельствам. Чинно и благородно, как шпион.
Правда, таких тут у нас много.
Возьмём к примеру Васильева, с первого этажа. Хотя, нет. Васильева брать не будем. Сколько раз уже, со своими талантами, мог сделать что-нибудь весёлое, так нет же. Сидит как сыч, даже гулять толком не выходит. Бывает по полгода его не видишь. Лёва Нарышкин утверждал, что он бросил семью, троих детей, гонит втихаря самогон, да сам его и пьёт втихую. Даром, что монах. Возможно и так, но мне что-то не верится. Скучный он для таких подвигов. Хотя, мне Василий Васильев давно уже неинтересен стал. С тех пор как рассказал он нам, "Отчаянных домохозяек», наперёд и из вредности. Все четырнадцать серий нового сезон за один час как вжарил, вот это был номер! Его что, за язык кто-то тянул? Нет. Подумаешь, ему ночью спать помешали! Мужики обсуждали сериал. Было такое. Выпили... чаю, понятное дело, вот и обсуждали перипетии сюжета. А этот, Авель, как высунулся мохнатая башка, да как заскрипит голосом Бабы Яги в исполнении артиста Георгия Милляра:
- Ааааа! Хотите узнать чем всё дееело кооончится? Ну так, слуууушайте!
И всё нам рассказал.
А, главное ведь так затейливо рассказывал, что и не оторваться было, ни встать и не уйти. Как те бандерлоги в мультфильме Маугли, что на удава смотрели, так и мы, — сидим покорно, уши развесили; так за час все четырнадцать серий и прослушали.
А потом, что нам с этим делать? Хоть и не смотри теперь вовсе. В общем, испортил монах всё впечатление. Не зря буддисты говорят, живёшь себе тихо, так и живи. Нечего бестолку в будущее заглядывать!
Нет, иногда конечно можно. Когда просят. Это когда счёт футбольный узнать нужно. Например сходить, сотенку на тотализатор поставить на победу. Это пожалуйста. Так он, ведь, щучье вымя, не всегда и говорит. Артачится бывало. Попадёт вожжа под хвост и давай кричать:
- А, вы как все — попробуйте сами угадать! Нечего ко мне по пустякам бегать. Ишь повадились, результаты им подавай!
Мужики начинают роптать, недоумевают:
- Можно подумать от него убудет. Свои он, что ли нам платить собирается? Тебе многое дано, вот и будь любезен отрабатывать! Монах, с пропеллером в штанах! Перед людьми не совестно? Мы же не просто так обращаемся в конце-концов. Может человеку деньги срочно понадобились. Может ко мне тётя из этого… Еревана приехала.
А он, знай себе:
- Бросайте чудить, ибо многие знания умножают печали.
Мракобес! Нет, Васильев он, совсем неинтересный стал. Так ему и скажу: Пропал в тебе, монах Авель, дух авантюризма. Когда ты последний раз пророчествовал или обличал хоть какого завалящего самодержца публично? Взять хотя бы Нерона, за его жуткое караоке! И репертуар-то какой мерзкий подбирает: всё сплошь военные марши времён Пятой Когорты или семейные городские романсы: «по случаю именин любезной Кристиночки от её сердечной подруженьки Софочки. Писано совместно с Леончиком 16 Июня 1912 года в Мариуполе». Авель, вот где нужно жечь сердца глаголом и затыкать рот.
Об этом подумай!
Хотя нет, не буду ничего говорить. Скоро матч за Суперкубок, надо будет результат выдурить, а пока не буду про него вообще думать.

Лучше про бабку Шаманиху подумаю. Вот у кого судьба, так судьба! Она, говорят, ещё до турецкой войны в леса ушла. То ли Брянские, то ли Муромские. Обиделась на родню, да и ушла. Они вроде ей козни всякие чинили, чтоб она замуж за итальянца не вышла. Так она упрямая и в молодости была, что твой осёл. Что в голову втемяшит — обухом не вышибить. Вот и взяла она своего милого Джузеппе Осипа Петровича, да в лесу и спряталась. Джузеппе был рукастым, даром что у самого Доменико Трезини в помощниках ходил. Когда тот в 1734 году свои дела в Петербурге закончил, так Джузеппе решил в России остаться.
В те времена при Калинкином доме была учреждена комиссия, которая боролась с «непотребством блудным». Вот в эту-то комиссию и был учинён донос, что «мастер Осип Трезин» держит у себя в доме любовницу Шарлотту Гарп, "крашенную стерву", как было написано в доносе; ещё было приписано — «кривоногую», и пользуется ею как наложницей. Власти, знамо-дело, попытались взять их под стражу.
Джузеппе оказался мужчиной отчаянным и комиссия получила со стороны хозяина дома вооружённый отпор кочергой и мушкетом, после чего вынуждена была отступить неся урон в виде здоровенного фингала под глазом и простреленной треуголки. По прошествии времени несчастная иноземка была всё же выслана из России на корабле, который в пути взял, да и затонул. Такая вот грустная история приключилась.
Сам Джузеппе, в знак протеста, ушел в отставку, где и влюбился без памяти в Шаманиху. Она видная была, да статная. Тут как тут. С высокой грудью, глазастая, да большущий косой. Про неё охальники тогда говаривали — такими сиськами, ненароком, в рубашке дырки провертеть можно.
То ли Джузеппе от гулянок своих подустал, то ли Шаманиха оказалась бабой хваткой, но, зажили они славно. Говорят, они там в лесу избу поставили, водяную мельницу. Всё чин-чинарём. Постройки всякие. Никто им не мешал. К ним только детишки крестьянские из соседних деревень путь ведали. Приходили играть. А вот как подрастали, тут же и забудут всё, как и не было ничего. Это Шаманиха так придумала, чтоб своим детям скучно не было, а возрастное ограничение  ввела для безопастности. Это потом уже она от людей хуторок свой полностью скрыла. Началось всё с комиссаров с продразвёрсткой.
Как уж и у кого они про хутор Шаманихин пытали, нам лучше и не знать. Но только прознали про хозяйство справное, душегубы, взяли детей деревенских в провожатые и пошли раскулачивать. В тот раз очень она на них осерчала. Вначале вообще хотела всех извести. В болото загнала. Потом сжалилась и подчистую всех иродов памяти лишила. А, чтоб мучались сильнее, каждому оставила крохи воспоминаний, тоску о чём то утерянном.
Да и поделом им.
В общем, после той напасти жили они замкнуто, но просто. Детишек нарожали, да потом они все по Швейцариям, да Италиям и разъехались. Так сказать, на исторические родины. Здесь один только убогонький остался. Младший. Томка - лифтёр. Лифтёр, потому как работает лифтёром, а Томка, потому как — Томас. В честь Томмазо Кампанеллы. Хорошо работает, ничего не скажешь. Лифты ходят. Только вот в честь полоумного итальянского узника, ребёночка, всё-одно, не стоило называть. Томка на чердаке, возле самой лифтовой шахты, пользуясь служебным положением, себе что-то вроде кабинетика соорудил. Да и пропадает там целыми днями. Чертежи какие-то рисует, макеты клеит. Говорит — Город Солнца!
Одно слово — убогонький.
Пришла Шаманиха к нам относительно недавно. Когда беспокойный Джузеппе наконец-то помер. Это что-то вроде, когда наши в Олимпиаду-80 играли. Разрешила она Джузеппе в телевизоре Олимпиаду посмотреть. Тот, отроду такого чуда не видывал, а тут ещё и футбол сразу. В полуфинале сборная СССР проиграла сборной ГДР. В общем, 29 Июля 1980 года сердце любезного Джузеппе не выдержало таких переживаний. Шаманиха себя до сих пор за это корит. Схоронила она его возле Везувия, как он просил её когда-то. Больно ему нравилась картина "Последний день Помпеи" Брюллова, Карла Павловича, с которым он был дружен. Особенно Джузеппе нравились полуобнажённые женские образы посреди горящих руин. Очень они его будоражили.
Между нами говоря, ходят слухи, что Джузеппе не умер вовсе, а сбежал наш любвеобильный Осип Петрович, с какой-то аферисткой, Гертрудой Зелле, по кличке Мата Хари. Вроде была она исполнительница экзотических танцев, куртизанка и шпионка. Ну да разве теперь это проверишь.
Как бы то ни было, после похорон Шаманиха погоревала годик среди оливковых зарослей, посмотрела на море синее, пора и честь знать. Ну, не её всё это! Во первых жарко, а во вторых жадные они какие-то: как утешать вдову, так это тебе пожалуйста, а как колечко или серёжки купить, так — Che strano! Как странно! Davvero? Неужели? Sul serio? Это серьезно? Incred;bile! Невероятно! Non ; possibile! Это невозможно!
Плюнула в сердцах Шаманиха, да к сыночку и подалась. Все наши спрашивают обычно, а как же так, — Италия?! Там у неё уже наверное целая деревенька родственников на Сицилии народилась? Говорит, — звали её. Сами приезжали неоднократно. Говорят ей — Омерта, да Омерта, — а она, ни в какую. Говорю же упрямая.
Теперь живёт у Томаса. То за трубами отопления паутинкой зимует, то листочком сухим в гербарии детском. А так, в радиоточке, за динамиком облюбовала она себе местечко. Свила там гнездо. Лежит и новости слушает. Иногда песням подпевает, если нравятся, а те, что не нравятся скрежетом и шумом заглушает. Если кто не знает, гость какой или просто случайный человек, тот обязательно подойдёт к древней радиоточке «Горизонт», что на стене у нас висит, обязательно попробует пластмассовую ручку покрутить. Настроить попытается, а Шаманихе только того и надо. Она там сидит, тихонько хихикает, да только пуще прежнего скрежетать начинает. Развлекается Шаманиха. Незнакомец покрутит ручку, покрутит, да и оставит эту затею.
Зато, однажды ночью, когда в коридоре старая проводка искрить начала, Шаманиха спросонья разбудила всю нашу коммуналку позывными «Пионерской Зорьки» и объявлением о распродаже калош в ДЛТ. Да громко так у неё получилось. В общем спасла всех от пожара.
О ней много ещё чего интересного рассказать можно. Одна история, как она на Памир к родственникам ездила в составе экспедиции академии наук СССР. В качестве бородатого астрофизика открыла там неизвестное небесное тело, одна эта история чего стоит. Потом как-нибудь расскажу. Если ничего этого про неё не знать, так и вопросов к ней никаких не возникает. Живёт себе тихая старушка.
Вот, что значит — человек знает своё место!

Дом у нас в общем-то дружный, со всеми обо всём договориться можно. Строили наш дом пленные немцы, сразу после войны. Их тогда много прибыло. Строили дотошно, основательно. По своим чертежам и со своими представлениями о жизни. Может быть именно поэтому тут много нашего брата проживает?
- Мрачный порядок, корнями своими ещё из готического средневековья. Немецкая основательность скрепляет кирпичи наших домов, — так говорил парикмахер Аарон ровняя бакенбарды и видимо желая польстить бывшему узнику Дахау, плотнику Эльзеру. Потом Аарон обычно добавлял задумчиво, — Тихо у нас тут, Георгий. Пока.
А уж он то, прошедший великий исход в пустыне, все сорок лет от звонка до звонка, знает как и о чём говорить. Имеет Аарон Амрамович нюх на стабильность и безопасность. «Особый заключённый фюрера Эллер» лишь грустно улыбался ему в ответ. Он вообще не разговорчивый стал после неудачного покушения в тридцать девятом, может новый часовой механизм придумывает?

Действительно район у нас тихий, зелёный, а по причине отдалённости от метро, ещё и уютный. Наши стараются внимание к себе не привлекать, а новые люди тут большая редкость. Только иногда бывает случаются сторонние раздражители такие, как не в меру любопытные. Мы их зовём — журналисты. Что-то они чувствуют, щелкопёры, профессиональным чутьём своим. Что-то их беспокоит вечно. Стоит им только по двору нашему зелёному пройтись, да с людьми нашими парой-тройкой слов перекинуться, так их прямо корёжить от любопытства начинает. И что им неймётся? Непонятно. Люди, здесь живут, как люди, — всё как у всех, — руки, ноги. Нет, есть конечно маленькие мадьярки — Хелен и Джудит из седьмого корпуса, сиамские близняшки, ну так это пройдёт наверное. Подумаешь срослись, никто на это внимания уже не обращает. Зато как они хорошо поют по вечерам на два голоса "Yesterday". Возьмут бывало терцию — заслушаешься. Могут не только на венгерском, но ещё на пяти языках. Совсем выросли девочки.
Может быть, журналистов привлекает особое спокойствие наших? Так у нас просто новости мало кто по телевизору смотрит, а как известно, что все расстройства от ненужных новостей.         
Не бывает года, чтоб не появлялся очередной, с бегающими глазками, с блокнотом и ручкой наготове. Ходят, пытаются говорить безразличным голосом, а самые бестолковые ещё и вопросы дурацкие задают. Ну, с теми то проще-простого разобраться. Для этого им нужно наврать что-то с три короба, они и рады. Пишут такое, что хоть святых вон выноси. Один, помню, всё удивлялся: А, правда, говорит, что вы тот самый, что песню "Шумел камыш" написали? Правда — говорю, левой рукой, по французски, все восемь куплетов за одну ночь. Эти дураки охают. Ну а что ещё сказать, если у меня тогда правая рука отбита была. Не то, чтоб писать, ложку ко рту поднести не мог.
Мы давно уже поняли, что чем больше им подкинешь, так даже и лучше. Они радуются как дети, авторучками по бумаге шуршат, фотоаппаратами щёлкают. Им, что правда, что не правда — всё едино. Нормальный человек начнёт такое читать да и плюнет. А, ненормальный, так тот пусть хоть учитается до посинения. С него не убудет.
Наши давно уже смекнули, что для этого дела лучше Омара Ибрагимовича никого не придумать. Во первых он безотказный. Как человек восточный, повидавший на своём веку предостаточно, он им такую Шахерезаду может загнуть, что только диву даёшься, — и откуда у него чего берётся? Во вторых у него есть медаль «За оборону Севастополя». Дело прошлое, но говорят, что вместе с Пироговым на поприще военно-полевой хирургии он славно отметился.
Журналисты его любят.
Особенно им нравится слушать про большой камень, который Омар Ибрагимович над Сибирью гонял, как назойливую муху, а тот возьми да и окажись не камнем вовсе, а чёрной дырой к соседям. Про соседей он конечно молчит, а вот про то как метеор иноземный видел, когда с друзьями на Байкале рыбачил, так вот про это, он с превеликим удовольствием. Те, конечно, радостно пишут чего-то, рты от усердия пораскрывали: всё инопланетный корабль ищут. А, чего его искать-то? Вон он в соседнем дворе стоит, почти целый. Детишки его зимой под горку приспособили. Журналисты недоверчиво улыбаются, косятся по сторонам. Не поймут верить или нет. Вот дурачьё.
А дело с метеоритом, на самом деле тогда серьёзное выдалось. Пока Ибрагимович её латал, дыру эту чёрную, да пока убаюкал, там столько деревьев повалилось, что ужас. Всё никак справится с окаянной не мог. Я, по молодости сам не очень-то  ему верил. Только когда увидел фотографии с Подкаменной Тунгуски, да прочитал статью в журнале «Техника Молодёжи» №1 за 1984 год, так и ахнул. Зауважал я его сильно. Дядя Омар как-то рассказывал, что ничего сделать было невозможно. Вот он и маялся — долго, штопал дыру проклятую. Вспомнил отцовские уроки кройки и шитья. Говорит, несколько лет маковой росинки во рту не было, а он суровой ниткой, знай себе штопает. И заштопал! А, вот не смог бы, в ту дыру всё бы и провалилось. И тайга Сибирская, и дядя Хайям, и всё сущее на земле вместе с Землёй-матушкой. Кто знает насколько ненасытная та дыра могла быть? Монах Авель предсказывал тогда вероятность 50 на 50: или Омар Ибрагимович — дыру законопатит, или дыра эта — всех нас. Такие вот страсти. Так вот бывает, совершил человек геройство, да и не кичится этим.
Вот что значит настоящий человек!

Но вот, что ещё хуже журналистов бывает, так это учёные. Которые интерес вдруг проявят. Да, ещё не дай Бог, серьёзный учёный попадётся. Такие случаи у нас конечно редко случаются, но чем черт не шутит. Да и как не проявить интереса, когда в нашем микрорайоне свой, особый микроклимат организовался. Прямо во дворе между первым, третьим и седьмым, независимо от времени года у нас стоит что-то типа ранней весны: всегда примерно +12 — +15. Не жарко, но и не холодно. Говорят это потому, как здесь много наших живёт; да почитай, что все.
Может быть и такое.
Ещё, говорят, что под нашими двором проходит секретная ветка метро. Ещё в войну, для правительства проложена, а с ней и теплотрассы какие-то. Говорят ещё, если в душевой приложить ухо к стене, то можно услышать как проезжает личный бронепоезд Льва Давидовича с охраной, песнями и вагоном рестораном. Да, что там Троцкий. Если прислушаться, то чуть позже можно услышать знаменитое выступление Иосифа Виссарионовича на XVII съезде ВКП(б), "Съезде победителей" или "Съезде расстрелянных", это уж кому как угодно. Аплодисменты нескончаемые и продолжительные. Здравицы в честь Сталина. Всё чин-чинарём. Врут наверное, я лично ничего такого не слышал. Один раз только, стоя под душем, я упёрся лбом в кафель и вдруг услышал сквозь шум воды женский голос; торопливое: За вами уже выехали... и короткие гудки.
У нас это бывает.
А, вот почему летом у нас жары не бывает, так этого никто объяснить не может. Местные-то ко всему попривыкли, а вот новеньким или чужакам это бывает удивительно.
Вот, как сейчас. Появился очередной и задаёт вопросы.
Как водится, первым его почувствовал монах Авель, Василий Васильев. Вернее он высунулся из-под одеяла, поводил носом и вдруг заговорил человеческим  голосом:
- Похоже этим летом будет жарко, парни. Подогнали нам черти академика. Бегите-как вы к Омару. Он, даром, что нехристь, но тоже человек учёный, это по его части.       
Мы и побежали…

Мотоциклист.

Время здесь течёт не так как положено. В основном медленно и какими-то урывками. Дискретно. Вот кажется, что только что... прибыл, только познакомился со всеми, а оказывается всё о всех уже знаешь. И когда только успел. Некоторые даже надоели.
Хорошо помню, как первыми встретили меня здесь двое; седой старик, восточного типа и ещё один, молодой. По виду почти мальчик. Долго гнали какую-то пургу, объясняли про "правила общежития", это так выразился молодой. Он вообще частенько говорил какими-то замшелыми оборотами, которые, как мне кажется, вышли из обращения уже в прошлом веке. Я даже пошутил, мол, — парень, ты откуда, из восемнадцатого века что ли? Это что за — "давеча" и "соблаговолите"? Начни тогда уж лучше: Ох ты гой еси, добрый молодец!
Я сначала подумал, что он шутки не понял. Так серьёзно посмотрел на меня и  отвечает тихо так, — Вам удобней на старославянском? А потом вдруг как выдал, — Только имейте ввиду, — говорит, — слово «гойный» означает «изобильный». «Гоити» — «живить», отсюда «изгой» — исключённый из жизни, а «Гоило» буквально переводится как «живитель» или проще говоря фаллос, поэтому «гой еси, добрый молодец» можете и сами перевести.
Вот уел, так уел! Я даже рот раскрыл от удивления. Классный парень оказался, с юмором. Мы теперь подружились. Оказалось, что парень ходил на тигра, когда в Европе ещё в пещерах жили. Или как там они жили, когда на Мамонтов охотились? Звали его тогда как-то мудрёно, то ли «Хррэйо», то ли «Гхреё», а сейчас он просит звать его Фёдором. Он из старожилов здесь. Говорят он "Визионер". Не знаю, что это значит, но парень классный. Старше него, пожалуй только весёлый дворник, его все зовут Каином, но он совсем не разговаривает, а только улыбается. Я спросил, это тот Каин, что брата убил? Фёдор замахал руками, — нет, что ты, наш мухи не обидит. Ну, не знаю. Рожа у дворника определённо бандитская, хотя и улыбается всем постоянно. Может быть так кажется из-за того, что он зарос весь рыжей щетиной? Даже шея торчащая из рубахи и та вся заросла. Дальше не знаю, в бане я с ним не был, но думаю там то же самое. Фёдор, про это говорить тоже стесняется, говорит, что это его, Каина, личное дело. Вообще он, оказывается, кого здесь только не видел пока ждёт вызова. Но понты не заколачивает. Скромничает. Если спросить, то говорит, что очень интересные люди попадались, а он у них учился. Очень жалеет, что не со всеми удалось поговорить, как бы ему хотелось. Обстоятельно, размеренно. Так ему очень понравился Никола Тесла, да только тот недолго здесь оставался. Пошел куда-то, искать выход. Это так Фёдор сказал. Тесла был уверен, если есть вход, то обязательно должен быть и выход. Больше его никто не встречал. Может вызвали уже. Понятно, говорю, — "One Way Ticket", — песня такая была — Билет в один конец называлась. Федя сказал, что не слышал, но с удовольствием послушает, если я её спою. Петь мне не хотелось, а Федя начал объяснять что-то про замкнутую систему: Используя законы Ньютона можно решить практически любые механические задачи. Однако применить эти законы будет гораздо легче, если ввести понятие импульса тела, которым называют произведение массы тела на его скорость...
К чему он всё это? Я отвлёкся. Как-то, с физикой у меня не очень. О своём я задумался и пропустил половину. Похоже, что у него целая теория, которая объясняет как здесь оказались и чего мы все ждём.
Чего ждём не знаю, дождёмся — увижу, а вот как оказались? Да — просто! Я на Мотике ехал, а это урод подрезал, вот и всё.
Когда встречу его здесь — прибью гада.

Фёдор.

Дело в том, что наш мир так устроен: чтобы ты не делал, всё это, рано или поздно вернётся к тебе. И хорошее и плохое. Ну, это если совсем грубо. Бывает это происходит сразу же, иногда с задержкой, но как правило сразу же, а главное — адекватно. Хотя опыт подсказывает, что разницу между «хорошим» и «плохим» заметить очень непросто, тем более, что наказание и за то и за другое порой мало чем отличаются друг от друга. Это долго объяснять, проще один раз почувствовать. Тот, у кого появляется даже мысль причинить вред или просто унизить человека, тот начинает испытывать такую лютую тоску, что самые жуткие депрессии не идут ни в какое сравнение. Бывалые наркоманы говорят, что это похоже на чудовищные ломки, только происходят они не с телом, а с душой.
Сколько теорий у наших выдвигалось на этот счёт. Религиозных, философских. Про долины предков, про ад, рай, ещё про какое-то пограничное состояние. Все они стоят одна другой. В том смысле, что ничего не объясняют. Твоё понимание добра и зла настолько далеко от истины, что… Когда начинаешь это понимать, то остаётся лишь одно — ждать.
Слушать друг-друга и рассказывать. Если учесть, что здесь всё одно нечего делать, только как вспоминать. Кто бы знал, сколько раз я говорил это новичкам. Журналистам, академикам, воинам. Наши считают, что у меня это хорошо получается, вот и поручили мне встречать. Я не против, мне это даже нравится.
Как только появляется очередной бунтарь или учёный, он своими действиями начинает, как бы раскачивать всё вокруг, колыхать пространство. Любое его действие расходится во все стороны словно круги по воде. Наши стараются как могут — гасят эти волны. Если рядом есть такие же новички, то они сопротивляются. Усиливают эти волны, так, что иногда случаются натуральные шторма в нашем тихом Мире. Но всё, рано или поздно заканчивается. Волны поднятые бунтарями стихают и все успокаиваются. Даже самые непримиримые. Постепенно все приходят к тому, что чем лучше ты умеешь слушать, тем спокойнее тебе будет здесь жить. Тем быстрее ты найдёшь свой микрорайон. Мне здесь нравится.

Тут надо понять главное. Мы не против гостей. Да и кто нас спрашивает. Гости появляются сами. Или Чужаки. Хотим мы этого или не хотим. Некоторые остаются, если они конечно не назойливые и глупых вопросов не задают. У нас тут народ разный. Со своими переживаниями, много повидавший, нужно бы к ним поаккуратней. Встретить новичка дело нехитрое, важно понять надолго он к нам или так, — ищущий, дальше путь держать будет.
Это "академик" скорее был "воином". Не жилец он здесь. Сразу было видно, что любопытство его дальше толкать будет и на месте Мотоциклист не остановится. Ну, да Бог, как говорится, ему в помощь. Микрорайонов у нас много, выбирай на любой вкус, да и городов, говорят, хватает. Хочешь заброшенный, хочешь — мегаполис, так что не протолкнуться. Или как у нас, городок словно из средней полосы, что-то вроде семидесятых годов двадцатого века в России. Кто и когда их понастроил — неизвестно. Был один парень, от него я подцепил это словечко — микрорайон. Говорил, что в Мире идёт Война. Большая. А здесь, как бы нейтральная полоса между землёй и небом. Между Добром и Злом. Здесь не срабатывают никакие человеческие законы, а поскольку любое действие наказывается, здесь всё как бы и замерло. Никому ничего не нужно. Он говорил, что каждому здесь даётся шанс... Определиться — с кем ты. Он Ушел. Я сам по началу тоже было двинулся в путь, уж больно горячо он говорил. Разбередил он что-то во мне. Да только скоро я понял, что всё везде одно и тоже. Каждый раз когда появляется такой как он — беспокойный или герой, я начинаю волноваться. Тысячи раз уже это было, герои приходили и уходили, а я всё волнуюсь. Знаю, всё наперёд, а всё одно волнуюсь. Знаю, что здесь самое главное, это кто с тобой рядом окажется. Комфортно тебе с ними или нет. А, главное, что совершенно неважно, как и где он жил раньше и что делал. Тут, нужных навыков из прошлой жизни немного остаётся. Говорить, да слушать. Слушать даже предпочтительней. Чем быстрее ты это поймёшь, тем будет лучше. Тем быстрее ты найдёшь свой микрорайон.

Здесь у нас был один человек. Эрш Хенрик Гольдшмит. Здесь он тоже читал детям сказки, чтобы им не было страшно.
Как-то он мне сказал:
Фёдор, нас здесь держат не за то, что мы сделали, а за то, что мы позволяли себе не делать. Возможно мы очень ленились, боялись или просто не хотели. У меня такое ощущение. Чем больше тебе есть о чем вспомнить, тем больше вероятность, что это начнёт тебя двигать дальше. Этот человек рассказывал сказки в газовой камере. Здесь его звали Януш Корчак. Он тоже ушел. А я остался.

Кто-то же должен встречать.

На горбатой, покрытой снегом крыше железного гаража опять каталась ворона. Она уныло забралась на конёк, немного потопталась там, искоса, неодобрительно поглядывая на лежащий на крыше снег. Наконец, неуверенно выбрала наиболее безопасный с её точки зрения маршрут, сложила крылья, села на попу и обречённо съехала вниз. Буквально перед самым краем крыши ворона успела расправить крылья и взлетела, издав громкое и победное — Кар! Часть снега, словно лавина с шумом съехала вслед за вороной.

Любознательный. Он очень хотел понять что, да как тут у нас устроено. Всё выспрашивал да высматривал. Далай-лама, не помню какой он там был по счёту, на что уж деликатный человек, так и тот не выдержал, да так и сказал ему как-то — я, говорит, человек деликатный, но будешь приставать, я тебе карму то подпорчу. И то верно, чего им неймется? Хорошо хоть вспомнился Далай-лама. Надо бы пойти к нему в музыкальный магазин, да послушать что-нибудь новенькое от Шульмана.
Заходите, глядишь и вам понравится.

P.S. Видения относятся к жанру средневековой (древнееврейской, гностической, мусульманской, древнерусской и др.) литературы. В центре повествования обычно находится «ясновидец», а содержание пропитано потусторонними, загробными зрительными образами, которые являются ясновидцу. Сюжет излагается визионером – человеком, которому он открылся в...
В общем открылся и открылся.


Рецензии