Сыр и его Президент. Да чтоб я так жил!

Сергей Лановой
Неважно, кому и когда пришла в голову идея называть какой-либо благородный продукт соответствующим по рангу словом, но если несоответствие некоторых названий и не сбивает с толку своей несозвучностью, то уж точно наотмашь бьёт по ноздрям. Дать президентские полномочия одноимённому сыру было, на мой взгляд, легкомысленно, поскольку с тех пор, как этот сыр лежит у меня в холодильнике, я почти не открываю его дверь. Но если я всё-таки делаю это, к моим ногам вываливается тяжелый президентский смрад, который настолько же ассоциируется у меня с едой, насколько я в состоянии засунуть в рот задницу престарелого шимпанзе. И теперь этот запах и связанная с ним вонючая действительность сразу напоминают мне о плохо пахнущем президентстве, уверяя меня, что хорошего человека Президентом не назовут. Однажды, чтобы лучше узнать предмет, мне удалось разжевать кусочек этой оконной замазки с истёкшим сроком годности, и сказать, что я после этого чувствовал себя величественно, значит не наслаждаться вкусом шимпанзе даже в самый голодный год.

Теперь я не могу скормить этот редкий продукт моим редким гостям, поскольку я больше никого не приглашаю в гости. Сыр просто лежит в своей деревянной упаковочке и время от времени я приподнимаю крышечку всего на один сантиметр, чтобы вдохнуть действительно своеобразный аромат, созданный трудолюбивыми человеческими руками, и понять, что жизнь моя до этого момента была не так уж и тяжела. А ещё я думаю, что, возможно, сам благородный продукт не вызывал бы у меня таких противоречий, если бы не его провоцирующее название, пробуждающее к революции мой, и прежде не слишком созвучный социуму, бунтарский дух.

А вы всё-таки заходите. Приносите вино, свечки и красивые истории. Я предложу вам тапочки, кривым ножом грубо порежу скромно пованивающий сыр, обеспечу ощущение уюта, защиты, расслабленности и даже на первый раз безболезненно почешу вашу спинку. Но как только настанет ночь, я войду в ваши сны словами и запахами, воспоминаниями и хорошей печалью, так и не научившись оставлять в покое тех, кто уже лишил покоя меня.



GC