Девиз моей души. Часть 1. Глава 10

Несмотря на то, что собеседование было назначено на десять часов утра, сестры подняли меня уже в семь под предлогом сделать прическу и макияж. Я покорно села в кресло и отдала себя в руки Инны и Нины, которые торопливо начали накручивать на волосы бигуди и рисовать что-то на моем лице. Я решительно не понимала, кому и какое дело будет до всего этого на собеседовании, но смирилась с мыслью, что все именно так и должно быть.
 
В восемь часов они закончили и позволили мне одеться. Все было приготовлено еще с вечера, кроме колготок. Вчера я решила, что не стану надевать их, если будет солнечная погода. Однако мои ожидания не оправдались: темно-серые тучи со всех сторон обложили небо.

- Инна, где колготки, которые мы вчера купили? – спросила я, застегивая блузку, которая мне по-прежнему очень не нравилась своим чересчур открытым вырезом на груди.

- Ты же вроде не собиралась их надевать?

- Посмотри, какая погода на улице, – вздохнула я, застегивая последнюю пуговицу и принимаясь за юбку. – Будет дождь!

- В ящике комода должны быть.

- А-а-а! – заорала я на всю квартиру, когда все-таки нашла колготки. – Что это такое?

- Ты сказала, выбрать на мой вкус, – улыбнулась Инна, довольная произведенным эффектом.

В комнату зашла Нина и, давясь смехом, посмотрела на черные колготки с телесными вставками вверху. – Что тебе не нравится? Имитация чулок!

- Я такое не надену, даже не просите!

- У тебя все равно нет выбора! – засмеялась Инна. – Будет дождь!

Выбора действительно не было. Вздохнув, я принялась натягивать колготки. Нечего скрывать, они были просто кошмарные! Когда я закончила, сестры стали подавать мне аксессуары. Наконец, в половине девятого я была полностью готова и взглянула на себя в настенное зеркало.

Взглянула и ужаснулась. Оттуда на меня смотрел совершенно незнакомый человек. Я была одета в короткую черную юбку, белую блузку с короткими рукавами, блестящими пуговицами и тонким красным ремешком на талии. Из-под юбки были видны телесные вставки колготок, словно ноги и в самом деле были в черных ажурных чулках. На шее поблескивало безвкусное металлическое колье с крупными оранжевыми камнями. Длинные тяжелые серьги оттягивали мочки ушей, свисая до самых плеч. На одну руку был надет тонкий  браслет с красными камешками, на другую – браслет-талисман, подаренный мне сестрами на день рождение, а завершали образ ужасные ярко-красные лаковые туфли на шпильке. Мои длинные белые волосы были распущены по плечам и спускались жесткими, почти искусственными локонами до самой талии. На моей голове было столько лака, что я казалась сама себе гламурной фарфоровой куклой с кудряшками, как у барашка. Макияж тоже был весьма яркий и вызывающий. Синие глаза были ярко подведены черной подводкой, ресницы густо накрашены тушью, а губы были вымазаны ярко-красной помадой. Все лицо, замазанное тональным кремом, смешанным с румянами и еще чем-то таким, представляло собой лицо холодной неживой статуи и вместе с тем русской народной матрешки. Одним словом, я была одета, накрашена и завита так, что даже ничего не понимающий в моде человек согласился бы с тем, что я выгляжу раза в два старше своих лет.

- Ну, как тебе? – спросила Инна с довольной улыбкой на лице.

Я ничего не ответила и, вздохнув, отошла от зеркала. Еще полчаса я складывала в сумку различные документы, необходимые для поступления: паспорт, аттестат, портфолио с грамотами и дипломами, медицинскую справку, фотографии. В пакет я осторожно и очень бережно положила свой роман, пока еще находящийся в формате трехсот тридцати шести разрозненных страниц, но уже вполне готовый к изданию.

Когда все приготовления были окончены, я присела на край дивана, собираясь с мыслями. Наконец, сказав последнее «с Богом!», я направилась в прихожую, где меня уже ждали тетя и сестры.

- Тебе пора идти, Риточка, - напомнила мне тетя то, что я и так знала. – Удачи!

- Спасибо, – ответила я и, счастливая, подняла на нее глаза, вмиг забыв про ту дурацкую историю с дурацким конвертом.

Все-таки ничто так не придает уверенности и сил, как поддержка близких людей.

- Ни пуха ни пера! – хором сказали сестры-близняшки и хитро мне подмигнули.

- Порви их всех! – добавила Нина, хлопнув меня по плечу.

- К черту! – ответила я и, больше ни секунды не задерживаясь, перешагнула порог, за которым была неизвестность, хотя на самом деле – дверь в прекрасное будущее!

Я, спокойная и веселая, вышла на улицу. Эти тучи, нависшие так некстати над головой, и этот неудачный наряд, который мне совершенно не шел, уже не казались такой трагедией.

«Все это мелочи, – думала я, сворачивая в очередной переулок, за которым, как и за предыдущим, я  никого не встретила. – Главное – пройти собеседование!»

Здание ПГУ было совсем недалеко от дома тети Маши, и я уже через пятнадцать минут вошла в знакомую аллею. В ней, как и на улицах города, было пусто и очень тихо. Сегодня даже птицы не пели, наверное, чувствовали приближение грозы. Но меня это не пугало! Я была решительна как никогда и уже воображала, какой буду счастливой, когда все закончится. Было душно. Я уверенно шла по аллее все вперед и вперед, пока не заметила столь желанное здание университета, которое уже очень скоро могло стать для меня вторым домом. Я прибавила шагу, но тут же его замедлила. Перед самым выходом из аллеи я увидела пять человек, которые, казалось, кого-то ждали, и отчего-то мне стало казаться, что этот кто-то – я. Попытавшись успокоиться, хотя это и было излишним, я медленно стала приближаться к фигурам, маячившим впереди. Изо всех сил напрягая зрение, я пыталась разглядеть тех, кто без сомнения смотрел на меня. Еще через несколько шагов меня парализовал ужас: я узнала одну из фигур.  Это была Марго.

Да это была она! Ошибиться было невозможно! Она стояла в самом центре перекрестка, между двумя дорожками, ведущими одна - к университету, а другая - в парк, с гордо поднятой головой и пронзительным взглядом карих глаз. На ней был белоснежный комбинезон с черным лаковым поясом и такого же цвета туфли на высоких каблуках. Темные прямые волосы были аккуратно разложены по плечам, и даже издалека можно было разглядеть какие они блестящие и ухоженные.  Весь образ Марго был каким-то странно-торжественным, как будто с минуты на минуту должно было произойти что-то важное.

Рядом с ней стояли две девушки. Обе были очень красивы. Одна – невысокая миниатюрная блондинка с короткими волосами, смешно собранными в маленький хвостик. Она была одета в ярко-синие джинсы и розовый топ. Маленькие детские ножки в милых балетках с бантиками стояли одна возле другой и быстро меняли положение, как в балете. Другая – высокая крепкая брюнетка с длинными волосами, заплетенными в толстую косу, и длинной челкой, закрывающей половину лица и один глаз. На ней был черный спортивный костюм с блестящими золотыми вставками и такие же кроссовки на ногах. Она прямо и твердо стояла, гордо расправив красивые плечи, как ведут себя только настоящие спортсменки, уверенные в своей победе.

Рядом с девушками стояли двое парней, тоже не похожие друг на друга. Невысокий светло-русый парень, с тонкими, изящными чертами лица и весьма симпатичный внешне держал за руку миниатюрную блондинку, которая прекрасно смотрелась на его фоне. Он был одет в нежно-голубую рубашку с коротким рукавом и синие джинсы. Такая внешность и одежда делали его не менее хрупким, чем его подружка и от этого он казался еще более интеллигентным, почти женственным. Другой парень, обнимавший за талию брюнетку-спортсменку, был высокий, плечистый, крепкого телосложения. Его глаза, также как и у подружки, были завешены густой челкой, а вьющиеся темно-русые волосы касались плеч. По серым спортивным штанам, черной футболке и такого же цвета кроссовкам можно было догадаться, что он тоже спортсмен. Парень стоял с такой непоколебимой уверенностью, что трудно было назвать его просто мужественным. Он был грозным.

Я продолжала приближаться к этой устрашающей пятерки. Когда до места встречи оставалось несколько шагов, я уже точно знала, кого они ждут. Я, стараясь казаться беспечной и невозмутимой, хотела пройти мимо компании, как вдруг Марго резким движением руки остановила меня, сделав знак задержаться. Пять пар глаз тут же уставились на меня, насквозь прожигая своими пристальными, презрительными взглядами. Не в силах выдержать этой пытки, я собралась уходить, но Марго снова загородила мне дорогу.

- Задержись, пожалуйста, –  два этих слова были произнесены таким холодным, бесстрастным тоном, что я испуганно остановилась, повинуясь силе этого равнодушного голоса.

- Ты же сказала, она из деревни приехала, – обратилась к Марго миниатюрная блондинка капризным, полудетским тоном, еще крепче сжимая руку женственного парня. – Судя по наряду, она только что с панели!

Раздался жестокий, резкий, короткий смех, который тут же подхватили остальные. Я растерянно молчала, не зная, что ответить на это оскорбление.

- Зато профессия в кармане, – зло усмехнулась брюнетка, недобро сверкнув серо-голубыми глазами в мою сторону.

- Что вам нужно? – спросила я. Мне порядком надоели эти беспричинные оскорбления, тем более, у меня не было ни времени, ни желания их выслушивать. – Я очень спешу, пропустите меня!

- А мы тебя надолго не задержим, – пообещала Марго тем же тоном.

- Что же вам нужно?

- А ты не догадываешься? – спросил высокий брюнет грубым, почти хамским тоном.

- Нет, – просто ответила я, действительно не понимая, чего от меня хотят эти ребята.

Вновь раздался страшный, бесчеловечный смех, который я никак не могла объяснить.

- У тебя есть то, что мне нужно, – сказала Марго, прекратив смеяться.

- Не понимаю, о чем ты, – честно ответила я, пожимая плечами. – У меня ничего нет.

- Мне нужен браслет, – Марго выразительно щелкнула пальцами около своего запястья. – Мой браслет!

- Причем тут я?

- После того, что ты сделала, у тебя еще хватает наглости задавать Марго подобные вопросы? -  твердым голосом сказал женственный парень. – У тебя совесть есть хоть немного?

Мне казалось, что я говорю с этими ребятами на разных языках. Во всяком случае, друг друга мы не понимали, и эта ситуация с легкостью могла перерасти в грандиозный скандал, на который у меня, к счастью, не было времени.

- Что вы от меня хотите! – я пронзительно закричала, но все еще пыталась казаться спокойной. – У меня ничего нет, и я вам ничего не должна. Четверо из вас я вообще вижу в первый и, надеюсь, в последний раз в жизни. У меня собеседование через двадцать минут начнется, я ухожу.

- Нет проблем! – спокойно сказала Марго, не реагируя на мой крик. - Пойдешь на все четыре стороны, как только вернешь мне браслет.
 
- Но у меня его нет!

- Да? – Марго удивленно вскинула брови и указала на мое запястье. – А это, позволь узнать, что?

Я проследила за ее взглядом и поняла, что он остановился на браслете-талисмане, подаренном мне сестрами и тетей на день рождение буквально неделю назад.
- Это какая-то ошибка, – испуганно пролепетала я. – Этот браслет мой. Мне подарили его на день рождения близкие люди.

- Какие такие люди? – ехидно спросила Марго.

- Это к делу не относится.

- Можешь не отвечать, я и так знаю. Сестры и тетя, верно?

- Откуда ты знаешь?

- Это к делу не относится, – усмехнулась Марго. – Мне говорили, что ты постоянно врешь, но чтобы настолько…

- Кто тебе мог такое сказать? Я ни с кем, кроме тебя, тети и сестер, пока еще не знакома.

- Они мне и сказали.

- Кто?

- Инна с Ниной, – выпалила Марго на одном дыхании. – Я потеряла браслет – подарок папы на день рождение. Твои сестры – мои давние подруги. Они и рассказали мне, что видели похожей у тебя на руке. Я вспомнила, что мы ехали вместе в автобусе, вероятно, когда я заснула, ты стащила его у меня. Инна и Нина подтвердили это: они сказали, что ты уже не раз пыталась обчистить их, но они ввиду того, что ты их родственница, не стали заявлять на тебя в полицию. Я пока тоже не собираюсь, но если ты не вернешь мне браслет, то клянусь, ты отправишься за решетку до конца своих дней!

- Что ты врешь? Нет, это не может быть правдой, – произнесла я сдавленным голосом. Все, что я только что услышала, не укладывалось у меня в голове. – Я не воровка!

- Твои сестры предупреждали, что ты прекрасно умеешь бить на жалость и строить из себя невинную овечку. Учти, со мной этот номер не пройдет. Ты решила пошутить, – Марго страшно улыбнулась и принялась на меня наступать. – У меня есть чувство юмора, но шутка не удалась. Отдай мне браслет сию же секунду, иначе комедия, которую ты здесь так упорно ломаешь, превратится в  трагедию, а ты – в главную жертву!

- Ты лжешь! – заорала я как ненормальная. – Тебе не удастся заставить меня поверить в твою гадкую ложь. Каждое твое слово – клевета! Мои сестры очень любят меня, они не могли такое сказать! Я не воровка! Я даже сахару у них без спросу никогда не брала! Я не отдам тебе браслет, он мой! Мне его подарили сестры, а если ты не веришь, посмотри на инициалы М и Л. Маргарита Лебедева – это я!

- Маргарита Ласточкина, – поправила меня Марго. – Это мои инициалы. Твои сестры в принципе не могли подарить тебе такой браслет, он им не по карману.

- Еще как по карману! – возразила я. – Металл не золото, а камни -  стекляшки.

- Правда? – Марго расхохоталась. - Для  тебя, воровки из захолустья, может, и стекляшки. Этот браслет был сделан на заказ в Париже. Металл – золото высшей пробы, а так называемые стекляшки – бриллианты чистой воды! Он стоит больше, чем твоя жалкая жизнь!

- Не может быть… - прошептала я. – Не может быть.

- Понимаю. Обидно узнать, что украла такое сокровище и не успела сбыть его с рук.

- Ты лжешь, – повторила я уже негромко. – Я не отдам тебе браслет.

- Мы никуда не спешим, – пропищала блондинка, сверля меня карими глазами. – Верно, Марго?

- Точно, – ответила та и обратилась ко мне. – Я подожду. До полуночи еще далеко.

У меня, напротив, совсем не было времени. Через десять минут должен начаться экзамен, от которого зависит вся моя жизнь. Я рванула вперед, но Марго, ожидавшая такого поворота событий, быстро схватила меня за ворот блузки и оттащила назад.

- А ты шустрая! – сказала она, отпуская меня. – Только тебе все равно не уйти. Нас пятеро, а ты одна. Представляешь, что мы можем с тобой сделать?

Я понимала, куда она клонит, но сдаваться не собиралась. Я снова рванула с места, но Марго снова меня поймала. Я начала вырываться и кричать, как дикий зверь, но против целой пятерки была беспомощна. Брюнетка хотела ударить меня, но Марго ее остановила.

- Подожди, Вика, - сказала она по-прежнему равнодушным тоном. – Это всегда успеем. Дадим ей еще один шанс, – она развернула мое лицо к себе и сжала его с такой силой, что я вскрикнула от боли. – Ага, больно? – спросила она, откровенно смеясь мне в лицо. – А было приятно воровать?

- Я не воровка, – сдавленным голосом прохрипела я. – Отпусти меня!

Марго выпустила мое лицо из своих рук и, состроив мне страшные глаза, сказала:

- Браслет!

- Я никогда тебе его не отдам! – отчаянно прокричала я, хотя уже не была в этом так уверена.

- Никогда не говори никогда! Впрочем, - Марго быстро изменила тон на дружелюбный, – может, я действительно ошиблась, и это не мой браслет?

- Скорее всего, – я немного успокоилась. – Возможно, просто похож.

- Возможно, – Марго пристально посмотрела мне в глаза и, не отрывая взгляда от моего лица, медленно подошла ко мне. – Знаешь, что? Дай-ка мне посмотреть на него.

- Пожалуйста.

Я протянула ей руку, и она, покрутив браслет, стала внимательно его рассматривать. Марго медленно опустила мою руку, и быстрым движением выхватила у меня пакет, несильно толкнув меня назад. Мне с трудом удалось удержаться на ногах, но я быстро пришла в себя и ошарашено уставилась на эту ненормальную дуру.

- Что ты делаешь? Ты ненормальная! – заорала я. – Отдай мне пакет!

- Сначала верни браслет, – Марго поставила условие. – Я посмотрела на него вблизи, и знаешь что? Это точно мой браслет!

- Браслет мой! – заорала я. -  Мне его подарили, я не могу его отдать.

- Раз так, тогда этот пакет вместе с содержимым мне тоже подарили, и я тоже не могу его отдать. Интересно, что в нем? – Марго быстро открыла пакет и достала оттуда триста тридцать шесть страниц моей книги. – Листочки какие-то… - она начала читать вслух и усмехнулась. – Ясно. Ты еще и чью-то книгу сперла?

- Это моя книга, – прорычала я. – Отдай!

- Нет, я, пожалуй, оставлю ее себе, – Марго стала читать дальше, но потом остановилась, и на ее бледных от злобы губах блеснула коварная улыбка. – Хотя ты знаешь, очень скучная книга! Я бы даже сказала отвратительная, мерзкая, заурядная, бездарная! Зачем ее беречь?

Марго быстро оторвала первый листочек и на моих глазах разорвала его на мелкие кусочки, подбросила их вверх, а когда они опустились на землю, втоптала их в грязь своими черными лаковыми туфельками. Это было уже выше моих сил!

- Тварь! – заорала я как бешеная и бросилась к Марго, чтобы отобрать у нее книгу. – Что ты наделала?

Но только я замахнулась, намереваясь вырвать странички у нее из рук, как Марго ловко бросила их блондинке со словами:

- Юлька! Лови!

Я подбежала к Юльке, но та, противно смеясь, передала их женственному парню, которого звали Ваня, а он, в свою очередь, бросил рукопись брюнету по имени Миша. Тот, с наглой улыбкой на красивом лице, отдал пас Вике, а она - Марго. Так я и металась от одного к другому с унизительным бессилием, чувствуя себя маленькой мышкой, загнанной в ловушку четырьмя жирными кошками. Когда я совсем выбилась из сил, странички вновь оказались в руках Марго, которая, подразнив меня, собиралась уже бросить их дальше по кругу, но не успела. Я, измученная, злая, зареванная, стащила с ног ненавистные мне туфли и, размахнувшись, швырнула их в лицо Марго. Она, испугавшись, успела отклониться назад, но уронила странички на асфальт. Я молниеносным движением, не обращая внимания на боль в ступнях, подскочила к Марго и толкнула ее со всей злости, накопившейся во мне, и она, не удержавшись на шпильках и смешно замахав руками, упала на спину и, кажется, ударилась головой об асфальт. Пострадавшую тут же окружили Юля, Вика, Ваня и Миша, а я, не обращая никакого внимания на происходящее, принялась собирать разбросанные странички.

Когда я уже почти закончила и собралась бежать, мне на глаза попалось лицо Марго. За эти несколько секунд оно невероятно преобразилось. На нем не осталось даже тени от равнодушия, холода и спокойствия, оно было страшно искривленно ненавистью и злобой. Я так и застыла на месте. Оттолкнув столпившихся около нее друзей, Марго медленно и величественно поднялась на ноги, прижимая руку к голове и не сводя с меня убийственного взгляда. Она выглядела ужасно! Ее белоснежный комбинезон, лицо, руки – все было испачкано грязью, на локтях красовались ссадины от падения на асфальт, а идеально расчесанные волосы превратились в жалкий комок черной соломы. Но самым страшным был все-таки ее взгляд, пронзительно-устрашающий, как у раненной тигрицы, которая уж точно не пощадит своего врага. Сейчас ее врагом номер один была я. Теперь я точно знала: назад дорога отрезана.

- Тебе конец, – прошептала она ледяным тоном, который никак не сочетался с ее ужасно красноречивым взглядом. – Этот комбинезон стоит больше, чем две твоих паршивых почки, которых сейчас станет на одну меньше. Ребята, хватайте ее!

Не успела я опомниться, как эта четверка схватила меня, больно заломила руки за спину и, несмотря на мои сопротивления, подвела к Марго. Увидев ее перекошенное от бешенства лицо, я перестала сопротивляться и самым жалобным взглядом посмотрела на нее. Марго или не поняла этого взгляда, или не хотела его понимать, но, когда в следующую секунду она ударила меня по лицу, я уже точно знала, что она меня не простит. Внутри у меня что-то треснуло от боли. Я с трудом подняла голову и заглянула в глаза Марго, надеясь найти в них хоть что-нибудь, кроме тупой ярости. Но в них была одна пустота. Ни капли сострадания, ни капли раскаяния. Ничего. Она ударила меня еще раз, потом еще. С каждым новым ударом сознание на секунду покидало меня, но всякий раз возвращалось. Я пыталась что-то сказать и не могла, звала на помощь – никто не приходил, пыталась вырваться – не получалось. После очередного удара, счет которым я потеряла после десятого, я с трудом прошептала:

- Пожалуйста, отпустите меня.

Я даже не надеялась, что Марго услышит мои слова, однако она удивленно взглянула на меня и небрежным тоном произнесла свое требование:

- Я понимаю, тебе больно! Все это может закончиться прямо сейчас, если ты отдашь мне браслет и, встав на колени, при всех попросишь у меня прощение.

Эти дерзкие слова заставили меня очнуться. Я вновь подняла голову, взглянула в эти бесчеловечные глаза и как можно беспечнее произнесла:

- Ты же знаешь, что я никогда этого не сделаю, – мне вдруг вспомнилась Иннина фраза, которую она произнесла, пытаясь удержать меня от извинений перед Марго. Тогда я злилась на нее за это, но теперь была ей благодарна. Сейчас я радовалась, что не сделала этого, ведь я бы унизилась перед чудовищем. Вспомнив эту фразу, я тут же ею воспользовалась, насмешливо сказав:– Гордость должна быть какая-то!

- Как хочешь! 

- Может, сдадим ее в полицию? – предложил Ваня, который, видимо, еще был способен более-менее трезво рассуждать.

- Нет, – твердо произнесла Марго и покосилась в мою сторону. – Она украла мой браслет, испортила мне прическу и  комбинезон. Сдать ее в полицию - значит оказать ей величайшую услугу. Так легко она не отделается, пусть помучается!

Она сделала знак, и неукротимая четверка бросилась на меня с кулаками. Парни несколько раз пнули меня в живот, отчего я согнулась пополам и, упав на асфальт, была уже не в силах подняться на ноги. Вика и Юля, подобно фуриям, вцепились в мои волосы и протащили меня на спине по асфальту прямо к ногам Марго, заставив встать перед ней на колени.

- Ну, что, повелительница навоза, будешь просить прощение? – спросила она.  – Или тебе мало?

Я практически ничего не соображала, не слышала и не видела. Острая боль пронзила все мое тело. Я провела ладонью по лицу, на руке остался влажный, кровавый след. У меня не было сил что-то сказать, я лишь отрицательно покачала головой. Марго пнула меня каблуком в грудь, и я упала назад себя, ударившись виском об асфальт. Я решили притвориться, что потеряла сознание, думала, они оставят меня. Но нет! Они с еще большей жестокостью набросились на меня в десять рук и ног. Под их ударами я уже не чувствовала ни жгучей боли, ни стыда, ни ненависти, я ничего не чувствовала, только глухо стонала. Слезы тонкими струйками бежали по моим разбитым, наверное, уже в кровь щекам. Я ничего не желала, кроме одного: закрыть глаза и больше никогда в жизни их не открывать. Не получилось. Марго с силой мне их открыла, чтобы я могла видеть, что будет дальше. Она подняла с земли, разбросанные во время драки странички моей книги, отшвырнула половину из них носком туфли в сторону урны для мусора и растоптала, а другую половину разорвала вместе со своими дружками на мелкие кусочки, после чего бросила мне их в лицо. Я громко и отрывисто зарыдала, закрывая лицо руками. Пятерка продолжала меня избивать, хотя на мне уже не осталось живого места, должно быть, они решили забить меня до смерти. Наверное, они убили бы меня, если бы где-то над их головами не прокатился бы раскат грома. Только услышав этот страшный призыв возмездия, юные палачи остановились и задрожали.

- Уходим, – быстро скомандовала Марго, поднимая голову к небу. – Сейчас начнется гроза.

- А эта? – кивнул в мою сторону Миша. – Что с ней делать?

- Ничего. С нее достаточно, я полагаю. В следующий раз будет думать своими ванильными мозгами, прежде чем что-то делать. Если, разумеется, этот следующий раз для нее будет!

Вся компания засмеялась. Я лежала неподвижно. Марго подошла ко мне и, носком туфли развернув к себе мое лицо, спросила:

- Ты до сих пор думаешь, девочка, что жизнь такая, какой мы хотим ее видеть?

Я ничего не ответила и отвернулась от нее. Она взяла мою окровавленную, полумертвую руку, сняла с нее браслет и, ударив меня еще раз по лицу, сказала:

- Это принадлежит мне!

Хотя это был всего лишь еще один удар, мне он показался смертельным. Его нанесла сильная, уверенная, неравнодушная рука. А ее хозяйка, несомненно, воображала себя десницей Господня.

Они ушли, оставив меня умирать. Я этого хотела. Сверкнула молния. По небу прокатился еще один раскат грома. Почти сразу же начался дождь, который плавно перешел в ливень. Я лежала на спине, устремив неподвижный взгляд в небо, которое периодически разрывали раскаты грома и озаряли вспышки молний. По лицу бежали крупные капли дождя. Одежда напрочь промокла. Но мне было все равно. Я смотрела в небо и мысленно молилась Богу. Нет, не для того, чтобы он спас меня. Я молилась, чтобы гроза не кончалась. Молилась, чтобы меня убил гром. Молилась, чтобы меня убила молния. Я молилась, чтобы следующий раскат, чтобы следующая вспышка стали для меня последними. Но я жила. Продолжала жить. Дождь не облегчил мои страдания, а, наоборот, усугубил их. Я на животе подползла к луже и взглянула на свое отражение.

В самом страшном сне мне не могло присниться такое. Волосы, еще час назад завитые в красивые локоны, превратились в жалкую мочалку, висевшую мокрыми обрубками. Тушь, смешанная с дождевой водой и кровью, растеклась кроваво-черным месивом по лицу. Под глазами красовались темно-лиловые синяки. Из носа бежала кровь, которая, падая крупными каплями  на гладкую поверхность лужи, окрашивала воду в ней в красноватый цвет. Губа была разбита, из нее тоненькой струйкой сочилась кровь, которая стекая по подбородку, капала на разорванную и грязную блузку. От одежды остались жалкие лохмотья. Колготки разорвались полностью, особенно на коленках, разбитых об асфальт. Туфли я потеряла еще в начале драки и сейчас даже не пыталась их найти.

Все мое тело была одна сплошная рана, которая, если я выживу, заживет, конечно, но оставит свои следы. С душой сложнее. Эта боль уже никогда не остудится. Никогда. Дождь усилился. Я села на разбитые в кровь колени и, закрыв руками лицо, истерически зарыдала от боли, стыда и беспомощности. Я не пыталась подняться и идти. Я знала, что не смогу. Сознание медленно оставляло меня. Ждать оставалось недолго. Я улеглась в лужу и, подставив лицо холодным потокам дождя, закрыла глаза, надеясь больше никогда в жизни их не открыть.


Рецензии
По сюжету очень интересно, что будет дальше.

Написано отлично, эмоционально; неизбежно заставляет сопереживать.

Ананасов Борис   20.01.2017 14:59     Заявить о нарушении
Спасибо!
Эмоциональный отклик читателя самый важный.

Элина13   20.01.2017 15:40   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.