Оседлать Дракона. Глава 2. Пришествие Дракона ч2

Огромная благодарность за помощь, правку  военных моментов и за сценарий боя
замечательному баталисту, автору Прозы Руслану Верному. http://www.proza.ru/avtor/brustver


В допросной  было  мрачно,  горела только одна лампа. Вторая была оружием в руке шахида. Дверь стала медленно, очень медленно открываться. Свет, который пропустила щель приоткрытой двери  из коридора, разрезал комнату надвое.
Джамаль напрягся, сейчас войдут эти двое кафиров, нечистым душам которых уготовано сегодня удариться о дно Бархута.
Но вместо двух людей в зелено - серой военной форме в комнату медленно вползли два огромных дэва во всем черном, закрытые щитами, да поразит их Аллах своим гневом! Джамаль не испугался уродливых созданий, он уже не боялся ничего, пусть хоть все слуги Иблиса соберутся здесь, чтобы помешать ему, они не могут остановить карающую руку Творца.
Мальчишка молнией,  за мгновение перестроил  свое нападение.  Кинувшись «рыбкой» под щиты, он через миг уже был на полу позади солдат, и вонзил обоим иглы в болевые точки икр. Те мгновенно упали на колени, еще миг и Джамаль висел на спине одного из них, успев нанести ему несколько ударов разбитой лампой в слабо защищенную сзади шею. Второй едва успел протянуть к нему руку, как в ту же секунду оказался примотанным скотчем к первому.
Два здоровенных, сильных  бойца в  защитных доспехах просто проигрывали в скорости верткому и быстрому, как змея, Джамалю. Их сила и защита оказалась попросту бесполезной.
От верной смерти их спасли Хаджи и Бакрам, успевшие схватить и, прикладывая значительные усилия, удержать  маленького моджахеда от дальнейшей атаки.  Причем Бакраму чувствительно досталось острой, как игла, пяткой под дых и он не выпустил  Джамаля каким-то чудом.
В пылу боя все что-то кричали, Хаджи пытался докричаться до разума Джамаля, раненый орал от боли,  обездвиженный воин орал от ужаса перед маленькой гадюкой, Бакрам  вторил Хаджи, увещевая шахида успокоиться. Только Джамаль молча и яростно сопел, прижатый к полу двумя здоровыми мужчинами, ожидая того благословенного мига,  когда они хоть на чуть-чуть ослабят свою хватку и «Лев Халифата» сможет покончить с ними.

***
-Врача, врача сюда,  срочно! У нас раненый!
-Господин, откуда Вы здесь? Я не верю своим глазам! Как это возможно? - Бакрам все еще удерживал  Джамаля, боясь, что того не до конца покинуло безумие боя.
-Ты, наконец, узнал меня? Хорошо ли ты понял, кто я?
-Да, Шейх, я узнаю  Вас. Господин Хаджи, как получилось, что Вы здесь? Я не понимаю…
-Все закончилось, Джамаль, это было испытание, ниспосланное тебе Аллахом. Всевышний увидел, что слово Пророка свято для тебя. Ты моджахед, твердый в своей вере.
-Так это было просто испытание? И эти люди - правоверные муслимы?
-Это так, мюрид, иншалла.
-Аллах, Милосердный, отвел мою руку, я чуть не совершил грех, лишив их жизни.
-Успокойся, все кончилось для тебя. Пойдем, вставай.
Усталость навалилась на плечи Джамаля так, что встав, он пошатнулся.  Бакрам поддержал его и тот виновато улыбнулся.
-Я плохой воин, ноги совсем не держат меня, словно я дряхлый старец. Простите, господин.
-Ты отличный воин, Джамаль. Самый лучший, хвала Аллаху, Всемогущему.
Уже в дороге, сидя в машине, которую вел Бакрам, под убаюкивающее покачивание, Джамаль, засыпая, еле шевеля огромными разбитыми губами, задал шейху вопрос:
-Если это было испытание, то как его выдержали остальные? И где они?
-Ты их больше не увидишь, - кратко ответил Хаджи, и, чуть подумав, добавил - С ними все в порядке.
О том, что он единственный выдержал испытание, как нужно, Джамалю знать ни к чему. Остальные, с навешанными на них поясами шахидов в самом ближайшем времени, выпив настойку опиума, расцветут алыми маками среди толп кафиров. Они принесут славу Халифату  и посеют ужас со  смутой в души неверных  в разных  странах, а так же пресекут куфр Аш-Шама.


***
Две недели организму Джамаля вполне хватило, чтобы восстановиться после  испытания, которому его подвергли.  Отеки прошли, и синяки стали желтеть. Особое неудобство доставляли слазящие одновременно с рук и ног ногти, но это можно было легко  перетерпеть. Однако совсем отдыхать и расслабляться ему не пришлось. Все время, пока Джамаль восстанавливал силы в одной из частных закрытых клиник, он, по наказу Хаджи, занимался общефизической подготовкой, бегал, качался.  Ему очень хотелось позаниматься стрельбой, но ни Хаджи, ни Бакрам, ставший на все время его наставником, ничего про это не говорили, а моджахед все никак не мог поймать удобный момент, чтобы попросить  их позволить ему тренироваться на стрельбище.
Через пятнадцать дней, когда уже ничего в облике мальчишки не напоминало о том жестоком допросе, Бакрам заехал к нему и передал приказ Хаджи.
-Салям алейкум!
-Ва-ааляйкум Салям, муршид! Как Вы поживаете, удачны ли Ваши дела?
-Слава Аллаху, Высокому.  Все хорошо.  Собирайся, мы покидаем эту страну.
-Могу я спросить?
-Да, иншалла.
-Куда мы направляемся?
-В Халифат, к правоверным братьям. Поторопись. Кое-что произошло и здесь неспокойно, нам необходимо покинуть Израиль как можно скорее. Шейх Хаджи встретит нас уже в Эр-Ракке. Вот твои документы, ты - мой сын, имя осталось то же. 
Джамаль взглянул на пластиковую карту.  Джамаль Абд-Эль Салех, сириец. Он усмехнулся. Документы - что надо. На сирийца он как раз похож, как две капли воды, они выглядят почти как европейцы.
Два огромных  белых «Лэнд Круизера» ждали у ворот клиники. Предстояла  долгая дорога через Египет, Красное Море  и пустыни Аравии, путь в Правоверный Халифат не был простым.
В машине Бакрам протянул Джамалю книгу в синей обложке, мальчишка открыл её. «Русский язык», учебник  для 9 класса. 
-Дорога займет много времени, -  Бакрам улыбнулся, - займись, чтобы не скучать.
-Я бы лучше почитал Коран,  хвала Аллаху, создателю Миров, - По лицу Джамаля было трудно понять, что он об этом думает, но интонации  выдали его. Заниматься русским мальчишке не хотелось. Пару дней назад Бакрам дал ему новейший Айфон, и Джамаль стремительно осваивал гаджет, почти не отрываясь от него. Раньше у него были только простые модели телефонов, после них Айфон вызывал изумление.  Воистину велик Аллах, подаривший неверным разум, чтобы они смогли создать такую интересную вещь!
-Изучением этой книги ты сделаешь  дело,  угодное Аллаху. Занимайся, если что-то будет непонятно – спрашивай. Вот тебе еще ручка и тетрадь, выполнишь несколько заданий.

***
Они благополучно выбрались из  Сиона, путь лежал через жаркие пески Синая и Аравии.  Джамаль удобно развалился на задних сидениях один, Бакрам сидел впереди, время от времени менялся с водителем, чтобы развеять скуку дальней дороги. В машине было комфортно, работал кондиционер. Мальчишка честно читал тупой учебник русаков  и возмущался про себя их непонятными правилами и сложной грамматикой, похожей на запутанные следы ящерицы.
-Спаси Аллах, зачем же у них так все сложно!
Он бросил книгу вниз, на коврик, разулся, почесал нос, залез на сиденье с ногами, и стал смотреть на проплывающую мимо них удивительную красоту аравийской пустыни.
-Джама-аль! – Окликнул его Бакрам, он резко схватил с пола книжку и сделал вид, что внимательно её читает. Бакрам, заметив это, лишь едва заметно усмехнулся.
-Да, муршид!
-Иди, сядь за руль. – Бакрам сделал знак водителю, тот остановил внедорожник, вышел и сел сзади, а Джамаль, ликуя и светясь от удовольствия, кинулся на его место.
-Муршид, поедем по навигатору?
-Есть путь лучше. Вот здесь дорога делает петлю. А мы поедем вот так, через пески. В этом месте как раз хорошие барханы, мы славно попрыгаем, иншалла.  Я поеду в той машине, догоняй! Если отстанешь, то всю пыль соберешь.
-О-о, господин! Спаси - ибо Вам! Не-ет, я не отстану, я еще догоню Вас,– и мальчишка, быстро настроил себе сидение.
Бакрам, пересевший в другой «ЛэндКруизер» высунув руку из приоткрытого окна, махнул платком;
- Поехали, бисмилля-хи!
-Ялла! – крикнул Джамаль, потерев вспотевшие от восторга ладошки, с горящими от нереального восторга глазами в предвкушении удивительного по драйву приключения, направил мощную машину с асфальта в самое сердце песков.
Два ослепительно белых джипа, неслись по пустыне, как благородные кохейлан-сиглави, вздымая горы песка из-под своих мощных копыт. Наездники, не снижая скорости, направляли своих скакунов прямо через высоченные барханы, и машины то почти по капот зарывались в тучи песка, то, взлетев до вершины бархана, с разбега ныряли с вершин, проводя несколько восхитительных мгновений в свободном парении, отчего просто захватывало дух. Сидевшие в каждой машине охранники болели за своих наездников, дружным ревом и криками встречая каждый глубокий прыжок и удачный обгон. Движки пели хором звенящую песню,  машины шли ноздря в ноздрю, похожие на самум, поднимая за собой фейерверки плотных клубов пыли, танцуя древний танец соперничества.
-Ялла – орали участники этого сумасшедшего ралли под оглушающую музыку, несущуюся из динамиков машин.
Напрыгавшись и ворвавшись на асфальт, джипы встали. Джамаль, выскочив из машины, высоко прыгал, как сумасшедший и орал что-то несвязное, воздев ладошки к небу. Ему хоть и не удалось догнать Бакрама, но восторгу его не было предела.
Бакрам сдержанно прятал улыбку в густой бороде.
-Маленький шайтан, - произнес он про себя, но в этом слове не было и тени  неприязни.
Сауди Аравию  и Ирак проехали без происшествий, и  на второй день путешественники были у границы Сирии.
До владений Правоверного Халифата оставалось совсем немного пути, но неожиданно в пустынной местности дорогу им преградил передвижной пост. Рядом с дорогой стоял остов какого - то небольшого здания, почти разрушенного войной.
Тойота «Хайлакс» стояла поперек шоссе, пулемет в её кузове был направлен на подъезжающий кортеж. Пост не имел опознавательных знаков Халифата, и мог принадлежать какой угодно группировке.
-Что за … Кто такие? – озадаченно как бы про себя с досадой проворчал Бакрам.
Из «Хайлакса» вышел человек в полевой форме без знаков различия. На шее попрек груди висел «Калаш». Человек махал рукой, останавливая кортеж.

Еще подъезжая к границе Ирака с Сирией, Бакрам и охранники надели бронежилеты, эта предосторожность теперь была совсем не лишней.
Конечно, можно было бы ходом обойти преграду, в кортеже было достаточно метких стрелков, способных на ходу перебить всех, кто был в «Хайлаксе». Но, во-первых, пулемет, установленный на постовой машине, мог пробить броню джипа и наделать непоправимого, а в кювете и руинах могли засесть еще человек пятнадцать с непонятно каким вооружением. К тому - же, дорога за постом абсолютно точно заминирована фугасами на автономном подрыве.
Да, в конце концов, это мог оказаться и пост Халифата с недавно призванными и не обученными как следует раздолбаями. Поскольку машина была одна, Бакрам принял решение остановиться. Он притормозил, не доехав до поста метров сто, и скомандовал:
-Джамаль! Быстро и незаметно, из машины, выйди сзади. Залечь в кювет и там лежать, не высовываться, пока все не кончится! Жди. Я скажу, когда. Снайпер – на позицию. Цель – пулеметчик. Огонь - по команде.
-Я могу помочь, муршид! Я хочу быть с братьями! – Джамаль искренне не понимал, почему Бакрам не хочет использовать его. Неужели не уверен в нем?!
-Из машины - вон! Лежать!
Джамаль и снайпер выскочили из джипа.
Машина сопровождения, высадив троих, поехала вперед и встала на дороге чуть поперёк, прикрывая собой основной транспорт от огня из пулемета. Из первой машины вышел охранник и направился к остановившему их бойцу. Бакрам слышал разговор охранника через рацию.
-Салам Аляйкум. Велик Аллах.
-Аляйкум Салям. Светел лик Аллаха, Великого. Удачны ли Ваши дела? Кто Вы, почему остановили нас?
-Бригада Ахрар аш-Шама. Мы пост контроля, есть распоряжение проверять все машины, едущие по этой дороге…
-Шайтан! Что этим собакам – муртадам надо здесь?! - В раздражении выругался Бакрам, и, обратившись по радиосвязи к охраннику, - скажи, пусть убираются с дороги, это территория Халифата. 
И, переключившись на общую связь, приказал всем;
-К бою! Первая машина - прикрываете. Надо захватить живым хотя бы одного. Узнаем, кого они тут караулят, есть ли мины на дороге. Все готовы, во имя Аллаха?! 
Тем временем, у постового аш - Шама и бойца из первой машины разговор пошел совсем не мирно.
-Вам непременно нужно покинуть это место. Здесь не территория Ахрар аш-Шама. Уберите пулемёт и пропустите нас, немедленно. Если вы не окажете сопротивления, наш командир согласен пощадить вас.
-Так, та-ак! Я мог бы догадаться. Судя по твоей наглости, мы имеем дело с благородными воинами Халифата. Так вот что я скажу тебе. Бригаде аш-Шама  не нужно ваше позволение и мы сами для себя определяем нашу территорию. Ни вы, ни Шабиха, ни собаки Асада нам не указ! Быстро все из машин и на землю своими обезьяньими мордами вниз!
-Из машин, веером! Марш! – Бакрам скомандовал и, выскочив из машины, кинулся от джипа в сторону развалин  - Снайпер, огонь! Всем, первая цель – пулеметчик. Огонь по готовности! Тому, кто его снимет, дарю свой перстень!
Неожиданно, машина с пулеметчиком на блокпосту тронулась и подползла вперед, под первый джип, который теперь перекрыл снайперу сектор стрельбы. Бакрам, рассчитывавший, что пулеметчика снимут сразу, услышал нервный крик снайпера по рации.
-Раис, нет чистого выстрела! Сектор закрыт! Закрыт! Спаси Аллах!
-Шайтан! В укрытие! Всем – огонь, огонь! Пулеметчик жив!

-Да поразит тебя скверной Аллах, сын тупого ишака, - Боец охраны кортежа выхватил «Кольт» и, схватив постового в охапку, завалился вместе с ним назад, выпуская в постового всю обойму в упор, прямо в его бронежилет. Постовой еще успел крикнуть:
-Огонь, огонь! – сам при этом, стреляя с руки из «Калаша» куда попало, не особо целясь, перед тем, как ударная волна от выстрелов вывернула наружу все внутренности, и его вырвало сверху на бойца Халифата вместе с кровавыми ошметками.
Пулемётчик и сам увидел, что произошло, и дал огнем по своему и по укрывшемуся за ним, как за щитом бойцу, а затем по джипам чуть раньше команды.
Боец халифата, наконец, скинул с себя «щит» - труп постового, из которого на него от пулеметной очереди вывалились почти все зловонные внутренности, и опрометью кинулся к кювету, пытаясь успеть укрыться.  Одна из очередей пулемёта догнала его, рука вдруг брызнула красными кусками  и кисть отлетела в сторону, как окровавленная тряпка.
-Так..Так..Так..Так..Так.. –  мощно и неспешно работал пулемет, еще два бойца выскочили из пикапа и тоже открыли огонь. Из кювета неожиданно прямо в головной джип ударил РПГ, послышались еще несколько трелей очередей.
Бакрам и его люди выскочили из машин в разные стороны, как горох, открыв ответный огонь. Пулеметчик превращал в решето первый джип, и укрыться от него было почти негде. Одного, не успевшего выскочить из джипа бойца, пулеметчик уже превратил в кровавую кучу мяса.
Так..Так..Так,  - поливал он свинцовым дождем первую машину, пытаясь прямо сквозь неё добраться очередью до второго джипа.
Плохо,- подумал Бакрам, - Сейчас пробьет и тогда вторая останется без защиты. Шайтан, их тут не меньше десятка!
- Снайпер, да сними же ты пулеметчика, мактуб!
-Нет выстрела, раис, из-за дыма не вижу! Меняю позицию! Снял один РПГ пока!
-Быстрей, быстрей! Нас сейчас всех перебьют, покарай тебя…
Вдруг пулемет неожиданно умолк. Бакрам на пару секунд подумал, что это ловушка, но пулемёт прочно уснул, и он скомандовал:
-Вперед! Одного оставить!
Его бойцы быстро перебили патрульных, оставшихся без прикрытия.
Бакрам кинулся к пулемету, беспомощно задравшему вверх свое смертельное жало.  Возле него, на трупе пулеметчика, сидел Джамаль и радостно улыбался.
Бакрам лишь показал на него пальцем:
-Сиди тут! Машалла! Я тобой позже займусь!
Он оглядел поле битвы. Раненого перевязывали. Он был бледен, но ободряюще кивнул: «Все в порядке». На то, что осталось в первом джипе от одного из бойцов, смотреть было бесполезно. От человека остались лишь окровавленные ошметки мяса.
Старшего постового оставили живым. С него срезали жилет, сняли обувь и, оставив в одной рубахе, поставили на колени возле пикапа.
Бакрам схватил его за волосы, и волоком оттащил его на обочину. Тот даже пискнуть боялся.
-Сын вонючей свиньи, говори, что вы тут делали? Кого ждали?
-Должна была пройти наша колонна, больше никого. Никого, клянусь Пророком, мы должны были следить за движением по дороге на Аль-Сухна!
-Тупой ишак, это почти на пятьдесят километров южнее!
-Мы просто запутались, сбились с дороги, клянусь! Господин, не убивайте меня! Я Вам все расскажу, все, что Вы хотите знать!
-Где мины на дороге?
-Там, сто и сто пятьдесят метров, два фугаса. Они отмечены красными камнями, большими!
Бакрам кивнул одному из бойцов, тот, прихватив с собой еще одного человека, отправился очищать дорогу.
-Кто прикрывает вас?
-Никто господин! Мы ждали колонну, но она так и не пришла.
-Вот баран! И как только с такими солдатами, как ты, можно воевать.
Бакрам зашел ему за спину, крепко схватил за лоб и быстро отрезал его голову. Голову он поставил на спину бездыханного тела, а нож, размахнувшись, воткнул сверху в плечо трупа.
Совсем рядом прогремели два взрыва. Дорога свободна.
Бакрам подошел к Джамалю, тот по-прежнему сидел возле пулемёта. В кузове пикапа лежала какая-то увесистая палка, Бакрам взял её и неожиданно со всей мочи несколько раз ударил ею Джамаля поперек спины. Мальчишка вскрикнул и, бросив на него удивленно-отчаянный взгляд, резко вскочил и как ящерка нырнул под машину.
-Ну-ка, стоять! Вылазь оттуда, шелудивый щенок!
-Вы будете драться палкой, муршид!
-Еще как буду, мактуб! Я не до конца наградил тебя за доблесть, помет обезьяны! Вылазь!
-Но за что?! Я же помог, снял этого неверного пса! А Вы бьете меня, за что?!
-За то, что ты, покарай тебя Аллах, ослушался моего приказа. Вылазь, сын смрадной гиены!
Джамаль нехотя вылез из-под машины. Бакрам еще несколько раз сильно ударил по его спине, тот лишь вздрагивал и втягивал голову в плечи.
Закончив наказание, Бакрам снял с пальца дорогой, богато украшенный бриллиантами  перстень с инкрустацией герба Правоверного Халифата, и кинул его Джамалю.
-Держи.
Тот ловко поймал драгоценность.
-Что это, господин? Это мне?! За что?
-Я обещал этот перстень тому, кто снимет пулеметчика. Моё слово одинаково для всех. Как ты подобрался сюда?
-Я зацепился за первый джип, а когда он затормозил у поста, укрылся за клубами пыли и сполз в кювет. Там пришлось задержаться - обползти троих муртадов, да пожрут дэвы их черные души, которые тоже укрывались в канаве сразу за «Хайлаксом». Я не стал тратить на них время, иншалла. Главное ведь был пулемёт, господин? Подумал, что займусь ими потом, но Вы успели раньше меня.
Бакрам опять улыбнулся в бороду, уже второй раз за день, прикрыв ладонью лицо.
-И вот, пришлось потерять время. Если бы не эти презренные, я бы снял пулеметчика сразу, и мы бы избежали потерь.
-Ты хороший воин, Джамаль, хвала Аллаху, Великому. Но ты должен слушаться приказов беспрекословно!
-Простите меня, муршид…
Затем Бакрам решил больше не рисковать и позвонил в Эр-Ракку. Получив жесткий выговор от Хаджи, и обещание скорого подкрепления, они продолжили путь, уже на одной машине, не дожидаясь обещанной помощи на месте. Надо было срочно убираться с места боя, кто знает, вдруг помощь к посту Ахрар Ащ-Шама была уже в пути.
Через двадцать километров их встретили выехавшие навстречу бронетранспортер и три пикапа с пулеметами, отмеченные черным знаменем Джихада.

***
Уже без приключений, сопровождаемые братьями, через несколько часов они достигли благословенного города Эр-Ракка, столицы Правоверного  Халифата. Машины повернули  на территорию, огороженную высоченным забором с единственным двухэтажным зданием. Шейх Хаджи встретил их, но с Джамалем  не говорил, лишь коротко кивнул ему и махнул рукой Бакраму, затем они вдвоем ушли вглубь дома.
Джамаль пошел осмотреться, побродил по территории, но на улице было жарко, и он зашел в дом. В просторном холле было прохладно, света почти не было. Он присел в углу и достал телефон.
Через полчаса Бакрам  спустился по лестнице в холл и, увидев Джамаля,  знаком руки подозвал его.
-Тебе предстоит совершить дело во имя Аллаха, моджахед. Аллах облагодетельствовал разведку Халифата, мы захватила шпиона сионистов. Собака представлялся каким-то журналистом, но наши люди умеют заставить шакалов говорить правду. Его надлежит казнить. Шейх решил доверить это тебе.  Мы уверены, что твоя рука не дрогнет, и ты непременно исполнишь волю Творца, покарав кафира за вред, который он причинил Халифату и всем правоверным.
-Хвала Аллаху Великому,  наконец-то! Поблагодарите господина Хаджи за его решение.
-Ты сам поблагодаришь его, после казни, машалла. Он будет смотреть на тебя. Сейчас сходи, тебя переоденут, затем мы едем в пустыню, там уже все готово.
Бакрам подозвал одного из стоявших в полумраке холла  охранников, тот сделал знак  Джамалю следовать за ним.
Вскоре Бакрам  и Джамаль, одетый во все черное -  цвет Джихада, ехали в пустыню.
-Когда приедем на место, закроешь лицо и голову платком.
-Можно мне оставить лицо открытым, муршид, иншалла? Зачем мне его прятать перед неверным?
-Все будут снимать, и показывать потом кафирам для устрашения.
-То есть из этого создадут изображение человека? И моё тоже?!
-Да, но тебе не о чем беспокоиться…
Джамаль отвернулся и всю дорогу ехал молча, о чем-то думая.

***
-Джамаль, в чем дело? Почему ты отказываешься сниматься?
-И ты еще спрашиваешь меня, о презренный создатель изображений живых существ, в чем дело? Да падет на тебя проказа, за твои многочисленные грехи! Мой разум отказывается понять, почему я должен слушать тебя,  а не воззвать к правоверным, чтобы мы побили камнями и тебя  и все эти мерзкие предметы, которыми ты, противно воле Аллаха, Великого создаешь изображения людей. Мы сейчас казним человека за прегрешения несоизмеримо меньше твоих!
-Джамаль, это все уже обсудили, есть фетва, изданная Аятоллой, разрешающая в этом исключительно…
-Ничто не может заставить правоверного нарушать харам. Ибо Пророк сказал: «Те, кто будет наиболее строго наказаны Аллахом в День Воскрешения, будут создателями изображений».
К спорящим подошел Хаджи в сопровождении нескольких человек.
-О шейх, этот человек собрался делать…- Джамаль показал на режиссера, приготовившегося снимать казнь, и хотел что-то сказать, но Хаджи не дал ему договорить.
-Я все знаю, мюрид! Тебе нужно  делать то, что он говорит.  Не спорь и больше ни слова.  Ступай, Салех все тебе рассказал, что и как тебе нужно делать, во имя Аллаха, Справедливого?
-Да, иншалла! Повинуюсь Вам, устоз! – Джамаль направился к месту казни, все ж кинув напоследок испепеляющий взгляд на режиссера.
-А вы, - обратился Хаджи к режиссеру, - должны закончить создание отражения поскорее, у нас еще много дел.

***
На самом деле режиссер до жути боялся своих работодателей. Несмотря на то, что ему неплохо платили, и есть возможность содержать большую семью, он уже несколько раз думал о том, чтобы сбежать из Халифата, к примеру, в Европу.
А что, сейчас там всех принимают и если ты беженец из Сирии, то устроиться где-нибудь в Германии можно без особых проблем.
Но что-то держит. Здесь он востребован, снимает хоть что-то, а там? Кому он будет нужен там?
Хотя, здесь при его презираемой «Братьями Халифата» профессии можно очень быстро оказаться на месте вот этого тупого итальяшки с черным мешком на голове. И хорошо если просто пристрелят или голову отрежут.
Могут ведь и сжечь заживо, как того иорданского пилота, или под танк бросить, чтобы помучился подольше. Они ведь уверены, что оказывают большую услугу, если приговорённый к казни не просто умирает, а перед этим долго мучается. Этим он или она, по их мнению, искупает грехи перед Аллахом. И наоборот, если человек принимает простую смерть, то дорога его только в ад без вариантов. Дикость какая, средневековье! Прогоняя прочь темные мысли, режиссер подумал: «Еще этого маленького шайтана привезли! Дикий, как кошка, камеры боится! Такие, как он – самые страшные. Безжалостные,  жестокие подростки, ничего святого. Эх - эх, надо работать, мактуб. Приступим!»
-Давай еще раз повторим, что нужно сделать.
-Салех говорит обращение, затем ты даешь знак мне, я снимаю с кафира его уродливую голову.
Салех подключился к разговору.
-Ты понял, как надо все это сделать? Джамбия держишь вот так, затем, быстрыми движениями перерезаешь артерии и смотри. Надо непременно наклонить и толкнуть его вперед, чтобы он не забрызгал тебя своей кровью слишком сильно…
На самом деле, Джамаля не надо было ничему учить. В школе он отлично усвоил уроки Шукрата «Носорога» и мог отсечь голову с закрытыми глазами.
-…Держишь его пальцами за глазницы и быстрыми движениями, сильно нажимая, несколько раз проводишь джамбия туда-сюда, до кости, и потом… - Джамаль не слушал Салеха, объяснявшего ему, как он должен все сделать. Он мысленно возносил дуа Великому Аллаху и молил его как можно скорее дать ему возможность служить ему оружием и обрести вечное наслаждение в садах Джанната. Ради этого он и принесет в жертву этого неверного.

***
Салех произнес свою речь о том, что Аллах, Вездесущий, всегда воздает по заслугам и сейчас они казнят этого человека за то, что он шпионил и передавал сведения врагам Халифата. Потом он обратился к президенту Италии. В общем, все было, как всегда и речь его не была долгой.
- …жизнь этого кафира находится в руках «львов Халифата»! Мы убьем его так, как вы убиваете наших людей, убиваете нас.  Мы не чувствуем ни пощады ни жалости, уничтожая неверных в нашей священной борьбе против врагов Ислама. Скоро война придет и в ваши дома, неверные!
Салех положил руку на плечо Джамаля. Тот подошел к стоящему на коленях человеку в оранжевой робе и, крепко взяв его за лоб, высоко занес над ним джамбия, но вдруг резко опустил клинок. Человек, стоящий перед ним, вздрогнул, Джамаль явно это почувствовал.
Мальчишка повернулся к Салеху.
-Дай мне пистолет, Салех.
-Джамаль, тебе надлежит…
-Дай мне свой «Глок», во имя Аллаха!
Секунду поколебавшись, Салех расстегнул кобуру и протянул оружие Джамалю. Тот взял пистолет и, не целясь, послал пулю чуть ниже затылка, подарив кафиру мгновенную смерть. Несчастный с размаха ткнулся лицом в песок, тонкую рубиновую струйку крови, скатившуюся по шее, за мгновение жадно выпила пустыня. Джамаль поднял руку с пистолетом высоко вверх, утверждая решимость юных «Львов Халифата» беспощадно уничтожать врагов Ислама.
-Аллах-у-Акба-ар! – его звонкий голос, славящий Всевышнего, жаворонком взлетел к небесам.
Он стоял, в черной одежде, закутавший черным платком лицо по самые глаза, возвышаясь над желтыми песками, под бесконечно синим небом, с высоко поднятым оружием над  трупом поверженного врага.
-Сколько эпически долбанного пафоса, твою мать! Чем я занимаюсь, даже из смерти делая шоу? Но этим воинам Халифата должно обязательно понравиться! - думал режиссер, профессионально тормоша  оператора:
-Снимай, во имя Аллаха, снимай! О-о, какая сцена!..

Продолжение http://www.proza.ru/2016/01/08/27


Рецензии
Павел, здравствуйте. Продолжил читать Вашу замечательную работу через год.(свои причины). Но из головы первые главы не выходили всё это время. Сразу подтверждаю Ваше замечательное владение словом, мастерство рассказчика- всё то, что Вам писали другие рецензенты. Но меня не покидает какое-то странное ощущение из-за ряда особенностей, что это, как бы вернее, - написано "изнутри" рассказываемой истории. Как у художников одного направления, помещающих себя в середину многомерного полотна. Это жутковато и необычно. На этом - пока- закончу.
Успехов в Новом Году.
Лев

Лев Барбарин   31.12.2016 02:49     Заявить о нарушении
На это произведение написано 38 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.