Судьба-злодейка

        Ехал я как-то по делам с одного конца города в другой на трамвае. Это тоже самое, что едешь на поезде. Единственное отличие, нет полки, на которую можно забраться и поспать сколько душе угодно. На одной из остановок ко мне подсел мой знакомый Денис Силуянов. В руках он держал раскрытую книгу, видимо, читал на остановке, дожидаясь трамвая.
       - Жуков, привет, - обратился он ко мне.
       - Привет, Денис, а ты что читаешь?
       - Да вот.
         
        «Я до сих пор не могу забыть двух старичков прошедшего века, которых, увы! теперь уже нет, но душа моя полна ещё до сих пор жалости, и чувства мои странно сжимаются, когда воображу себе, что приеду со временем  опять на их прежнее, ныне опустелое жилище и увижу кучу развалившихся хат, захлохший пруд, заросший ров на том месте, где стоял низенький домик, - и ничего более. Грустно! Мне заранее грустно! …», - прочитал я знакомые с детства знаменитые строчки их «Старосветских помещиков» Николая Гоголя.
      
           Спрятав книгу, Денис обратился ко мне:
      - Сколько раз перечитываю эту историю, Макар, а всё удивляюсь, как изменились люди за прошедшие десятилетия, которые уж трудно и сосчитать. Гоголь жил в первой половине девятнадцатого века, мы с тобой живём в начале двадцать первого. Но даже во второй половине  «благополучного» двадцатого века я не встречал, чтобы старики  наши жили так же счастливо.
      - Нет, Денис, ты не совсем прав, - перебил я попутчика,- не знаю, за нынешний век, но в прошлом веке таких стариков мне встречать довелось. Как и Николаю Васильевичу, мне часто приходилось бывать у них. Их дом стоял на окраине села, и куда бы я не ехал, проехать мимо не мог. А познакомились случайно.
      
          … Проехав уже село Красноармейское, мне пришлось остановиться: на моём «Москвиче» передние колеса стали, как юный барабанщик, упорно стучать диском по асфальту. Надвигался вечер, постепенно темнело вокруг. Что произошло, я тогда не знал. В то  время  бескамерных шин на отечественных автомобилях не было, иначе я, накачивая их, смог бы доехать до города, где мне пришли бы на помощь. Развернув автомобиль, я покатил его обратно к селу, которое только что проехал. Подкатил к ближайшему дому, одиноко стоящему на окраину некогда большого села.
       
         Сторожевой пёс моментально залаял, объясняя на своем собачьем языке своему хозяину о появлении на «горизонте» чужака. Через минуту входная дверь домика открылась и на пороге появился сам хозяин. На вид   лет шестьдесят: голова покрыта сединой. Не очень высокого роста, он с больной ногой медленно направился к калитке.
       - Кто тут под вечер беспокоит моего Шурика? - улыбаясь, спросил его хозяин.
       - Мил человек, беда у меня неожиданно случилась, - отвечал я,- передние колёса сразу же за вашим селом отказались меня везти дальше.
       
         Услышав это, старик разразился смехом, на который, не выдержав, вышла из дома его жена.
       - Смотри, Акулина, опять шутки ребятишек, я же говорил  родителям: пороть их надо каждый вечер перед сном, - уже более-менее серьёзно произнёс старик.
       Я, честно говоря, сделал глаза удивлёнными и не мог понять, за что сельских ребятишек надо пороть, да ещё и перед сном. Однако разгадка наступила быстро: по вечерам, от нечего делать ребятишки развлекаются, подбрасывая на дорогу, едва заметные дощечки с гвоздиками.
    
       - Загоняй свой автомобиль во двор, снимай колеса, будем клеить камеры, - предложил добродушный хозяин. – Я тебе помогу.
     - Помощник с тебя не ахти какой, - решила вмешаться в наш разговор Акулина.
     - Ты, старуха, так не говори, - повернувшись ко мне отвечал «помощник».- Я в армии водителем служил. А в колхозе сколько километров исколесил? Кто считал?
      Никто из нас ему не возразил.
      Справившись с колёсами в сарае, мы вошли в дом, где нас ждал прекрасный ужин.
   
        - Спасибо вам за всё, дорогие мои хозяева, век вас не забуду, - обратился я к старикам.- А я пожалуй поеду дальше.
        - Поедешь, - заулыбался  Афанасий, - если твой автомобиль как конь перепрыгнет мои ворота? Их-то я уже закрыл наглухо на ночь. Ночевать будешь у нас. Я вижу ты, Макар, хороший человек. Отпустить тебя на ночь глядя не могу. Уж прости. В соседнем селе имеются такие же ребята-шутники. Что тогда делать будешь?Я остался до утра. Остался в чужом доме среди незнакомых мне людей. И никогда об этом не жалел. …
      
      - И что же это  за необыкновенные старики, что ты, Макар, ни разу не пожалел о случайной встрече с ними? – спросил меня Денис.
      - Необыкновенные своей вначале счастливой, а в конце печальной судьбой.
    
         Поженились Евстигнеевы по любви. Афанасий  старше Акулины на пять лет. Жили по соседству на одной сельской улице. Познакомились весьма интересно. Четырёхклассник  Афанасий  пришёл со школы как обычно сразу же после обеденного времени. Сделал уроки, погулял немножко с ребятами, а когда под вечер заявился домой, мама попросила сходить в детский садик и забрать шестилетнего братика. Услышав это, мамина соседка, тётя Даша, попросила Афанасия забрать от туда заодно и её дочку Акулину. Что тот и сделал.
     - Мама, а можно я сегодня снова схожу в садик за братиком?- спрашивал на следующий день маму сын.
      
        Получив разрешение, Афанасий заодно забрал и соседку Акулину, чему его мама, сильно занятая в хозяйстве,  несказанно обрадовалась. Она воспитывала дочь одна. Так мальчишка  по доброй воле стал «нянькой» для двух воспитанников детского садика. Его мама догадывалась, что произошло это не из-за младшего сына, которого старший ежедневно забирал из садика. Но вида не подавала. «Дети есть дети»- рассуждала она. Хотя не могла  предвидеть, что  её сын не забудет шестилетнюю красавицу Акулину. Он не забыл.
   
         Афанасий в школе, вступив в комсомол, не любил выполнять комсомольские задания. Но одно он выполнял с огромным удовольствием. Если остальные комсомольцы его класса «спустя рукава» занимались с подшефными пионерами и в своих закреплённых классах появлялись как ясное солнышко после грозы, то Денис вывел класс, в котором училась Акулина, по «пионерским» показателям на первое место не только в своей родной школе, но и по району.
      
         Когда Дениса провожали в армию, то на проводах его тринадцатилетняя Акулина присутствовала не как будущая невеста, чего очень хотел бы призывник, а просто как хорошая соседка по дому. Но соседка, по всей видимости, хотела того же и прежде чем потом выучить уроки, она писала «детское», по словам мамы, письмо в армию своему соседу Евстигнееву. Мама писем не читала,  их содержания не знала.
    
        Через три года ( служили тогда три года) шестнадцатилетняя Акулина должна была встречать  сержанта Евстигнеева  как невеста. Невеста в шестнадцать лет?  Однако Афанасий на то и являлся старшим, чтобы найти выход из положения. Он его нашёл: Акулина встретила с армии через пять лет двадцати трёхлетнего прапорщика .  Он после срочной службы, чтобы выиграть время, поступил на сверхсрочную на два года. Встречала его, понятно, уже восемнадцатилетняя невеста. Через три месяца они поженились.
      
         Оба поступили в местный колхоз, не захотев выезжать с родного села. Муж работал водителем, а Акулина - дояркой. Коллеги-водители удивлялись, как это Евстигнеев умудрялся быть лучшим водителем в хозяйстве, выполнять своевременно и качественно все задания бригадира и одновременно доставлять жену на ферму и с фермы по три раза в день. Тогда доярок на работу на автобусах не развозили, они туда и обратно «топали своими ножками». Если те же коллеги Афанасия, как и доярки брали путевки на отдых на Юг для себя, то Евстигнеевы ездили только вместе. Ни на свадьбы, ни на дни рождения они по одному не ходили, только вместе. Жили очень дружно. Акулина не могла по просьбе соседей вспомнить хоть одно утро, чтобы, просыпаясь, муж её не поцеловал, как  впрочем, и вечером, перед сном.
      
           Когда родилась дочь, муж освободил жену от других обязанностей по дому, возложив на нее одну главную: заниматься воспитанием ребёнка. К тому времени не стало ни мамы Акулины, ни мамы Афанасия.  Подруги Акулины, половина из которых разведенные, завидовали пусть и не «чёрной», но всё же завистью, наблюдая как муж подруги лихо справляется и с мытьём посуды, и со стиркой, и с  субботней уборкой в доме, с животными, имеющимися на семейном колхозном дворе, и с огородом, и с садом. А ведь никто его не освобождал и от работы водителем в колхозе. Правда, наверное, благодаря такой профессии он всё и успевал. Пешком бы этого он не сделал чисто физически, при всём желании. После рождения сына Афанасий чуть ли не «носил» жену на руках, жалея её ещё больше.
      
        Со временем дети выросли, покинули родительское "гнёздышко", появились внуки. Всё было прекрасно в  семье Евстигнеевых. Дети с внуками дедушку с бабушкой навещали очень часто. Заезжал я к ним и в последующие годы, где они меня встречали как самого дорого гостя.
     - Одним словом, - прервал мой рассказ Денис, - семья являлась советской образцовой, показательной.
     - Да, пока руководили Советы, - отвечал я.-  С распадом Советского Союза «судьба-злодейка» начала играть с ними постепенно  злую шутку. Да, разве только с ними?
      
       С годами я стал по работе ездить меньше и бывать у знакомых супругов соответственно тоже меньше. Но каждый мой приезд оставлял в моей душе какую-то несказанную грусть.
      
       Остановившись в очередной раз у ворот их дома, я увидел сидящих на крыльце моих старых знакомых. Чёрные волосы на головах исчезли, её покрывала седина, на голове Акулины  повязан чёрный траурный платок. Стало понятно: у них случилось какое-то горе. Когда Афанасий открыл мне калитку и я зашёл, его жена кинулась ко мне со слезами, приговаривая при этом : «Ой, Макар, какое у нас горе, ой, какое у нас горе, какое горе». Оказалось, неделю назад они похоронили своего зятя. В подробности я вникать не стал, но понял одно: его-бизнесмена расстреляли на глазах тестя из-за не возврата долга. Дочь  осталась одна  с несовершеннолетними детьми.
    
        Через год заехав по пути к ним, я снова узнал печальную новость: умерла их дочь. Сама ли? Или помогли те, кто убрал её мужа, установить не удалось. Вскоре супруги потеряли и сына. Нет, он не умер, но находился в местах лишения свободы. Доказать, что взятку  не брал, что ему её подсунули «недоброжелатели»,  не смог. Служил он в милиции старшим участковым инспектором.
   
       "Судьба-злодейка" на этом не успокоилась. В автомобильной катастрофе погибла сноха и её дочь. Не выдержав очередного удара судьбы,  ночью в своей постели умер хозяин дома. Когда Акулина утром проснулась и стала  как обычно будить мужа, Афанасий признаков жизни не подавал. Через полгода не стало и её.
   
       О смерти дедушки и бабушки я узнал  от их внука. Он меня повёл на кладбище и показал две свежие могилы. Я молча поклонился, поблагодарил внука и уехал с грустью на душе.
   
       В последующие годы, проезжая мимо дома Евстигнеевых, я включал сигнал, как дань памяти хорошим людям, случайно встретившимся на моём жизненном пути. Услышав его, мне махали ручками дети – правнуки моих дорогих стариков.
      
      Жизнь продолжалась.

15.12.2015 г.

Фото из Интернета
   


Рецензии
Грустная история, но написана очень красиво, искренне, читается легко, хотя такой печальный конец ...

Мария Гриднева   21.02.2017 23:04     Заявить о нарушении
Так получилось.

Петр Панасейко   22.02.2017 07:49   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.