Махровые Сказки Того Света

Давным-давно, в некоей отдалённой Родине… Версия 2.222

- Мне странно об этом говорить, господа, но у меня опять пропали деньги, — внезапно заявил проснувшийся регистратор третьего разряда Самоядов. Во всяком случае такая фамилия была написана на бейджике пришпиленном вверх ногами к его футболке с изображением Первого Монарха Всея.
На регистратора мало кто обратил внимания и это было абсолютно правомочно: во-первых — деньги пропали Самоядовские, пусть у него голова и болит, а во-вторых — когда это у регистраторов третьего разряда водились деньги?
А меж тем, это были провидческие слова, но об этом чуть позже.

В замечательном поезде «Столица (Город №1) — Окраина (Город №2)», скоростном, скроенном по последнему слову Имперской техники, сидящим по обеим сторонам пассажирам было чем заняться. Они листали залежалые журналы, в наушниках звучали просроченные шлягеры, а на экранах мониторов беспрерывно крутились основательно точеные молью трофейные блокбастеры. От всего этого и лица у пассажиров имелись соответственные — затхлые.
Регистратор, обвёл мутным взглядом окружающее пространство. Было видно, что он делает нечеловеческие усилия в попытке определить, какая из двух реальностей наиболее реальна — та, что он видит вокруг или та, что беспрерывно клубится в его хмельном мозгу. Ну, или хотя бы, какая из этих реальностей не так грустна?
Судя по его тоскливому взгляду, определить он этого не сумел.
Самоядов вздохнул. Потом укоризненно посмотрел на Стоп-кран, на надпись на стекляшке «при пожаре раз...ить» в которой букву "Б" кто-то из пассажиров тщательно стёр. Самоядов сморщился как от кислого.
Он мысленно попытался втиснуть недостающие буквы в слово «раз...ить». Было видно, что его смущает маленькое пространство между слогами. Он даже пошевелил губами пытаясь произнести версию, которая на его взгляд просилась на язык, но ничего не получилось. Нужные буквы влезать не хотели. Самоядов ещё раз вздохнул и не меняя выражения лица, уснул сморщенный.
Один из попутчиков внимательно глянул на Самоядова, потом на Стоп-кран и что-то отметил у себя в ручном электронном гаджете.
Мажордом Леклер. Он же Советник Его Светлости по особым поручениям, нынче выполнял миссию не сказать чтобы очень секретную, но отчасти тайную; Его Светлость путешествовала нынче инкогнито. Для Леклера это было дело новое и поэтому нервы мажордома были напряжены до предела. Плюс ко всему всем было известно, что Его Светлость страдала любвеобильностью и упрямством, а посему любое его передвижение сразу же объявлялось государственной тайной. Все эти качества, конфликтуя, но иногда и дополняя друг-друга, представляли из себя замечательный повод для возникновения всевозможного рода конфузов. Собственно, избегать, а точнее сказать — заглаживать подобные конфузы, это и было профессиональной обязанностью мажордома Леклера.

В Городе номер два было красиво, многолюдно и безнадёжно пахло провинцией. Это сказывалось во всём: в том как эти люди одевались, как они шли, как застенчиво смеялись, как они говорили, а особенно, как они говорили о деньгах; как-то неуверенно и просительно.
Его Светлость не любил бывшую столицу. Он с грустью думал о том, что недельная ссылка в которую его отправила его Высочайшая Мамаша за непотребный дебош в Южном посольстве, грозила превратиться в скучнейшую каторгу. Итак-то чувствовалось приближение запоя, а тут ещё этот Леклер. Глядя на него хотелось... В этот момент ему на глаза попалась вывеска со строками из запрещённой поэмы Минкина:
«Лишь этот день не подлежит обмену и возврату,
Но возможно!
Его незабываемым мы сделать вам поможем…»
И развратным! — мысленно закончил строфу Его Светлость. Вот провинция, главное слово написать постеснялись.
Дальше всё было как обычно: телефон, фото и имя — Лотта.
Его Светлость скомандовал — Стой! Паланкин вздрогнул и замер чуть покачиваясь. За занавеску мгновенно сунулось скучное лицо Леклера вместе с выражением, которое дуэлянт и насмешник Минкин ловко охарактеризовал как-то: «Пришел ко мне, с лицом как неудавшийся оладий…» 
Его Светлость брезгливо указал мизинцем на вывеску. Откуда-то появился уже знакомый электронный гаджет: Позвонить. Спросить сколько стоит неделя. Проверить патент. Отзывы и...
Его Светлость вдруг сообразил, что давать поручение оценить проститутку, для его мажордома это уже слишком.
...Всё.
Леклерово лицо исчезло, паланкин качнулся и снова тронулся в путь. Его Светлость вспомнил как весело проводили они свои дни вместе с Минкиным. Вот кому можно было безбоязненно доверить выбор. Ему наверняка понравилось бы, что его стихи используют проститутки для рекламы своих услуг. Думаю, он потребовал бы скидку за использование и при этом ещё отчаянно торговался, что-то типа — Мадам, один процент за каждую букву! Всего один! Вы не знаете что такое процент? Я вам сейчас всё расскажу! Это так просто, мадам!
А потом они, всю ночь, с девочками, весело высчитывали бы этот самый процент. Как жаль что Мамаша сослала его на Южную войну за то, что он плохо влияет на Его Светлость. И зачем он так плохо на меня влиял? Как же мне его не хватает! Ничего, вот случится с ней удар или заговор, я сразу же верну всех на свои места. Вокруг будут только верные и весёлые, а не то, что этот — «Неудавшийся оладий». От этой мысли Его Светлость даже улыбнулся, так ему сделалось хорошо от этой мысли.

Лотта.

Его Светлость откровенно скучала.
Лотта не оправдала возложенных на неё надежд абсолютно. Вместо длинноногой ласковой кошечки от которой «бурлит кровь», как заверяли мажордома по телефону, приехала, словно сошедшая с полотен Дейнеки доярка, пахнущая туалетным мылом. Всё бы ничего, но это совершенно не соответствовало сегодняшним вкусам Его Светлости. Леклер оправдывался, что на фотографии присланной ему из агентства действительно была Лотта, только на фото она была лет на десять моложе и на столько же килограмм полегче. С наивными, ещё голубыми глазами.
Нынешняя Лотта, абсолютно лишившаяся всех иллюзий, ввалилась в номер с наглыми, на выкате бельмами, грузно ухнула на кожаный диван и тут же потребовала выпить, чтобы отдышаться. Его Светлость в панике выставил перед собой пухлые руки и затряс растопыренными пальцами. Опытный в подобных делах Портье, который собственно и препроводил Лотту в номер, всё понял без слов. Но на всякий случай уточнил, — Не желают ли господа выплатить даме гонорар за час, выдать початую бутылку вина, в которую она всё равно уже успела впиться, и немедля ни секунды выпроводить её за дверь? Его Светлость часто-часто закивал в ответ, всем своим видом подтверждая и то, и другое, и третье. Не успела Лотта грозно переспросить — Ты это чего это? — как Портье мигом исполнил всё вышеперечисленное. Вот что значит человек бывалый.
Его Светлость только восхищённо присвистнул, — Учитесь Леклер!
Вскоре Портье вернулся, чтобы удостовериться всё ли у гостей в порядке. Не желают ли господа ещё чего-нибудь; поменять диван например, после визита дамы? На что Леклер, с важным видом, тут же, предложил ему перейти на службу к Его Светлости с окладом вдвое больше нынешнего, какой бы тот ни был.
Так в этой компании оказался Плут.

Дальше события будут развиваться настолько по заезженному сценарию, что про них и рассказывать то не хочется. Плут оказался мошенником, он объегорил Его Светлость, оставив Мажордома с носом и в благодарность за доставленное удовольствие стал управляющим Императорского Народного Банка с личной подотчётностью перед Его Светлостью и Мамашей.
Так что, лучше послушайте историю про неудачливых махинаторов.

Махинаторы.

Отстранённый от всех своих обязанностей, военный Фирулин, ждал звонка. От кого угодно. С предложением выгодного дела, которое должно было принести ему, теперь уже отставному полковнику фуражно-интендантской службы, несметные дивиденды. В размере не меньше двух полковничьих пенсий! Во всяком случае так ему очень хотелось.
Дело в том, что непосредственно перед увольнением, совершенно случайно, по ошибке писаря, Фирулин ухитрился списать два вагона новых солдатских кальсон. Армейская Комиссия, принимавшая у него дела, этого конфуза попросту не заметила. Вернее они даже и не искали. Да и то, верно — кому в голову могло прийти, что у интенданта Фирулина, чья дотошность порой принимала дикие и параноидальные формы типа учёт использованных подворотничков, что у него могло что-то там не совпасть. Нонсенс, господа! — подумала Комиссия в полном составе и подписала Акт приёмки-передачи не глядя.
Позже, узнав об ошибке, Фирулин ни на шутку разволновался. Он трижды звонил Председателю Комиссии с целью во всём сознаться, но Председатель решил, что звонок Фирулина в три часа ночи это уже слишком и его признаний слушать не стал. В тот момент Фирулин хотел было даже застрелиться, но тут выяснилось, что, во-первых, он уже сдал табельное оружие, а против харакири у него имелось давнее предубеждение. А, во-вторых... В конце-концов, азиат он что ли?
От страха и стыда полковник решился на отчаянный шаг. Ночью, он во всём признался жене, и как ни странно, сразу же успокоился.
Его жена, проворная экс-полковничиха, ухитрилась выгодно пристроить кальсоны на Императорскую фабрику женского белья, где у неё было знакомство. Попросту говоря — любовник, начальник ОТК. Там, под видом тонкой элитной шерсти, сотканной вручную в горных селениях умелицами — жёнами дружественных аборигенов в рамках государственной конверсионной программы, из этих кальсон начали шить модные импортные бюстгальтеры. Естественно, что на полученные от этой аферы деньги, жена, с молодым любовником, тотчас же укатила в Город №1.
Но кое-что она всё-таки оставила Фирулину. Возможно из жалости.
- Годы проведённые вместе, — объясняла она любовнику, при этом лукаво поглядывая и в сторону бывшего мужа, — они, знаешь ли, давят...
Окончательно раздавленный Фирулин смирился, но деньги принял. Потом он крепко задумался.
Эти деньги теперь требовали умного вложения. Как на грех, никаких светлых бизнес идей в голову Фирулина не приходило. Впрочем как и всегда.
Деньги лежали в шкафу без дела, где их словно моль подтачивала ползущая инфляция. Мысли об этом очень беспокоили педантичного Фирулина и в конце-концов начали принимать маниакальный характер. Каждое утро он тревожно вслушивался в биржевые новости и тут-же лихорадочно принимался высчитывать насколько за ночь обесценились деньги в его шкафу.
В какой-то момент ему даже стало казаться, как по ночам похудевшие банкноты собираются в кучку и шелестят слабыми голосами:
«Пусти нас... Пусти нас в дело Фирулин, мы тебе хорошую службу сослужим. Пусти нас Фирулин…»
И трусоватый экс-интендант сдался. Не придумав ничего лучше, он решил, что будет просто давать деньги в рост. Но не абы кому! Нееет! А, самым проверенным людям!
Кто эти проверенные люди Фирулин пока ещё не знал.

Аркаша.

В этот самый момент, его сосед Аркаша (в молодости кличка Орк), инспектор по технике безопасности Имперской Богадельни для ветеранов второй и третьей тайных операций, подслушал у ветеранов разведки план — как разбогатеть. Хитроумный, надо сказать, план.
Суть плана заключалась в том, что богатеть надлежало постепенно, путём изъятия у граждан денег, но так, чтобы они, эти граждане, об этом даже не догадывались, а напротив, совсем даже радовались. То есть делать это следовало открыто-явно, под бой барабанов.
Для этого, прямо сейчас, было организовано Тайное акционерное общество «Наши Корни» с Председателем и Акционером. Закрытого типа.
Уём денег должен был осуществляться под видом патриотической подписки на поддержку песенного наследия Империи, но в рамках национальной гордости. Без всяких там фривольностей. Для этого, любому гражданину Империи достаточно было просто купить у общества некий песенный билет и дивиденды польются к нему рекой. Плюс ко всему, каждый обладатель билета мог привести в общество ещё пятерых новых и тогда ему полностью компенсировался его первый взнос.
Со своей стороны, Тайное Общество гарантировало вкладчикам получение процента с каждого исполнения патриотических песен (список прилагается) как на территории Империи, так и за Великой Стеной, на том основании, что все эти песни по сути являются народным достоянием и посему принадлежат народу и народ за это должен получать. Как показал опрос среди знакомых и соседей, сомнений эта логика ни у кого не вызвала.

Предыдущий план разбогатеть «по-быстрому» не привёл Аркашу ни к чему хорошему. Хотя, идея реализовать списанные за ненадобностью с баланса Имперской Богадельни миллиона чудо-берушей, по своему была гениальной. Аркаша решил, что громкое и прямо скажем, неоднозначное исполнение национального гимна во дворе своего дома с двух до трёх часов ночи, наверняка подтолкнёт его соседей к мысли о необходимости приобретения беруш.
Даже если предположить, что в полицейское управление поступят анонимные жалобы, то и там дураков нет! Никто не рыпнется затыкать рот патриоту нарушающему ночной покой исполнением гимна. Тут важно — не когда, а что горланить! А вот буклеты с предложением приобрести чудо-беруши у скромного Инспектора по техники безопастности с шестого этажа, он заранее раскидал по почтовым ящикам своих соседей.
Соседи держались пять ночей кряду. Аркаша даже успел выучить текст.

Повреждения были нанесены ему ночью, в три часа пять минут группой неизвестных с колготками на головах, которые поджидали Аркашу на его этаже прямо у выхода из лифта. Сломанный нос, выбитый левый клык, множественные ушибы и даже укус искусственной челюстью в область Мускулюс Глютеус, как было отмечено криминальным экспертом в полицейском протоколе, вот и весь навар с той торговой операции.
Беруши до сих пор пылятся у него на антресолях.
Выйдя из больницы Аркаша попытался было избавиться от неликвидного товара. Выкинуть их у него не поднималась рука и он повадился ходить в гости с карманами полными чудо-беруш. Как бы случайно, он стал забывать их в чужих прихожих, на кухнях и в туалетах. Раздавал он беруши и в качестве подарка друзьям, детям друзей, знакомым и даже вовсе незнакомым людям в парке.
Очень скоро Аркаша заметил, что некоторые знакомые перестали с ним здороваться, да и приглашать в гости его стали всё реже и реже. Последний раз это была свадьба, где с невестой приключилась настоящая истерика после того, как она полюбопытствовала, не удержалась и заглянула в красочный пакет похожий на набитую подушку. Чуть особняком она кособоко сидела на столе вместе с остальными подарками.
Бежевые беруши в большом количестве лежащие в пакете, вызвали у невесты странные ассоциации с отрезанными фалангами пальцев. Она так и сказала потом: "Словно японские якудза складировали их здесь в назидание потомкам". Такие вот фантазии бывают у нынешних невест.
На грозный визг невесты, — Это что такое? — недалёкий жених, заглянув внутрь пакета, не нашёл ничего умнее, как ляпнуть — Затычки! И глупо заржать. Глядя на него новоиспечённая тёща ещё больше укоренилась в своих худших подозрениях.
После недолгого расследования Аркашу попросили покинуть ресторан. Вместе с пакетом.
- Что эта дура себе надумала, что ей привиделось? — недоумевал Аркадий, ласково поглядывая на россыпь первоклассных чудо-беруш. Потом он вспомнил визг невесты и добавил, — Между прочим очень нужная и полезная в семейной жизни вещь.

Итак, тайное акционерное общество закрытого типа «Наши Корни».
Позже, сидя на кухне, он неожиданно заговорил голосом сомнамбулы на сеансе тарелковерчения: И вдруг я всё понял. Меня словно кольнуло что-то...
- В... куда? — разливая пиво, заинтересованно уточнил его друг и соратник всяких сомнительных дел, бывший булочник Веня.
- Не в куда, а — что! — строго ответил Аркаша, он же Председатель общества.
- Кольнула меня мысль: одичала наша культура, словно сад заброшенный стоит она горемычная. Не полита она благодарными зрительским слезами, раскинулась невозделанной межой — тщательно выговорил по слогам Аркаша, — Не прополота она от сорных плевел тлетворных...
«И чего это меня на аграрные эпитеты потянуло?» — подумал было Аркаша, но остановиться он уже не мог. Через пять минут его познания в сельском хозяйстве наконец-то стали иссякать, он захотел было перейти к животноводству, но  передумал. Надоело. Поэтому он просто подытожил:
- Денег можно на этом деле срубить, вот чего.
Но для того, что бы провернуть это дельце Аркаше требовался небольшой уставной капитал. Для «нанятия пышногрудой секретарши и аренды классного офиса», как выразился Веня. Аркадий согласно кивнул и они опустили носы в бокалы.
Было о чём задуматься.
В этот самый момент в дверь к Аркаше постучалась судьба.  На пороге стоял мнущийся с ноги-на-ногу Фирулин. После продолжительного, но невнятного предисловия интендант-полковник наконец-то решился:
- Аркадий, у вас нет никого, кому требуются деньги в долг? Под процент разумеется!
Вечер, как говорится, задался.

Приканчивая шестой бокал пива Аркаша терпеливо объяснял соучредителю Вене все тонкости нового бизнес-плана.
Да, он уже и подсчитал всё!
Они берут у Фирулина сумму, которую мы условно обозначим цифрой 100. При этом, годовой процент Аркадия совершенно не интересовал. Он даже говорить об этом не захотел. Что мы, скупердяи какие?!
Половина этой суммы (примерно 50) должна была уйти на содержание секретарши. Любознательный Вениамин сразу же потребовал проведения кастинга претенденток и своего полноправного участия в нём, с правом наложения вето. Иначе он грозился о выходе из состава акционеров. Общим собранием акционеров кастинг решено было провести сегодня же вечером в стрип-баре «Дубравушка».
Ещё 25 — вроде бы должен был съесть офис и регистрация предприятия.
- Ну не больше же платить этим хапугам в Градоуправе?! — возмутился Вениамин.
20 — уходили на презентацию тайного общества и праздничные мероприятия по случаю открытия. Это святое — на рекламе и журналистах решено было не экономить. Для праздника Веня обещал даже договориться с местной достопримечательностью — цирковым клоуном. Тот задолжал ему за бублики, которыми этот гад уже третий год жонглирует на арене местного Шапито.
Оставшиеся 5 (пять) были положены на подкуп местного полицмейстера, который одним своим видом должен был обеспечить порядок и пресечь нарушения, каковые возникнут в очереди из желающих внести свой посильный вклад в дело развития национальной гордости.
Для себя и Вениамина, Аркаша положил оклад ещё по ста условных единиц, но строго объявил, что выплаты акционерам он заморозит ровно до первых поступлений от граждан. - Деньги повалят, вот и выплачу! — заявил Председатель, а по совместительству ещё и Кассир тайного общества, как теперь выяснилось. Собрание признало эти доводы неубедительными и попыталось лоббировать решение о возможном увеличении займа у Фирулина ещё хотя бы на сто единиц (по 50 каждому). Это волюнтаристское предложение было с негодованием отвергнуто Кассиром, а Председателем на него было наложено вето, в виде увесистого кулака прямо перед носом Собрания. С торчащим из него средним пальцем.

У дверей в бывший подростковый клуб «Им Перец», а нынче общества закрытого типа «Наши Корни», уныло бродил долговязый полицейский. Внутри, в помещении наскоро обклеенном плакатами по технике безопастности и портретами Императорской семьи на отдыхе, сидели Председатель и Акционер. Друг напротив друга. Из радио звучала проникновенная, патриотическая музыка.
Пятый день бесцельного сидения понемногу начинал действовать им на нервы. Правда первые три дня после открытия они развлекали себя тем, что по очереди удалялись «не на долго» с пышногрудый секретаршей Климентиной в соседнее помещение служившее раньше гончарной мастерской. Каждый раз они возвращались оттуда довольные, а Климентина с размазанными губами. Это было похоже на весёлое соревнование. Вообще в тот период они много шутили. В конце-концов Климентина потребовала надбавки на тушь и губную помаду, которую ей с лёгкостью пообещали.
За это время в ОЗТ «Наши Корни» дважды приходил клоун требующий оплаты за своё участие в презентации.
- Я что, просто так тут два часа ни емши ни спамши околачивал! Кричал возмущённый клоун. На что ему резонно отвечали, что вот именно, — околачивал. Поскольку обещанного им искромётного шоу перед дверьми общества они так и не увидели. Окурок, который он случайно уронил в декольте ведущей теленовостей, во время прямого эфира на местный телеканал, вряд ли можно посчитать смешным трюком.
- Плохая реклама — тоже реклама! Кричал нетрезвый рыжий, — Об вас весь город говорит! Потом он булькал чем-то спрятанным в газетном кульке и с шумом вгрызался в окаменевшие бублики. Позже он плакал, с набитым ртом говорил, что у него семеро по лавкам и все хотят есть. Хотя бы иногда.
Один раз, когда акционеры вышли в соседний паб обсудить то да сё, сердобольная Климентина не выдержала и удалилась с клоуном «на недолго» в гончарную мастерскую. Всё-таки женское сердце жалостливо. После этого, рыжего сюда стало манить как магнитом, так что полицейскому пришлось строго-настрого запретить пускать его даже на порог.
Трое суток продолжалось такое веселье.
На четвёртый день вся компания дружно побежала к знакомому врачу.
После вердикта доктора Лифшица они с позором изгнали Климентину с формулировкой — «за аморальное поведение», даже не заплатив ей за помаду и тушь. Потом, сгорая от стыда, под пристальным взглядом старой провизорши, они приобрели в Доступной Императорской Аптеке прописанные доктором антибиотики и занялись самолечением. В таком виде они подошли к пятому дню существования ОЗТ «Наши Корни». В этот день, объединённые срамной тайной акционеры, злорадно ждали, когда же объявится коварный клоун и строили на его счёт далеко идущие, мстительные планы. Но его пока не было видно.
- Чувствует стервец! — стиснув зубы прошипел Венечка потирая ужаленное иголкой место.
- Я ему такую рекламу устрою! — стаскивая штаны и готовясь получить ответный укол из рук Венечки, бормотал Аркадий.
Всё было бы ничего, город действительно обсуждал какое-то время скандальную презентацию нового Аркашкиного предприятия, но посетителей, не считая страхового агента и налогового инспектора, пока что не было.
К вечеру пятого дня в офис ввалился мужик. Сказал, что он муж Климентины и потребовал объяснений. Выглядел муж сурово, не сказать грозно. Хотя, как вскоре выяснилось, за сумму равную месячному окладу, он готов был сменить гнев на милость, принять извинения и забыть об инциденте.
Когда силами наряда полиции мужика наконец выдворили с территории, приехавший на служебной машине Полицмейстер, шумно отдуваясь после сытного обеда у Градоначальника, ласково посмотрел на акционеров и тут же потребовал надбавки.
- Сами видите, какое дело беспокойное. Вон сколько уже возни, а то ли ещё будет? — говорил он, загибая пальцы. Аркаша и Веня, как загипнотизированные смотрели на толстые как сардельки пальцы Полицмейстера, которые тот не переставал загибать даже когда замолкал. При этом было совершенно очевидно, что это не просто так, а он действительно продолжает считать. Чтобы остановить неумолимое, Аркаша поторопился пискнуть:
- Хватит! Эээ... Я, в смысле... мы с вами абсолютно согласны, Тирофей Маривоныч! Конечно, дело трудное.
- Мавритоныч. Тимофей Мавритоныч. Благодушно поправил Полицмейстер.
Он по инерции загнул ещё один палец, с сожалением посмотрел на оставшийся, одиноко торчащий большой палец правой руки, вздохнул и сложил руки на животе.

Какой лучистый, какой всё-таки проникновенной доброты взгляд, имеют наши полицейские когда дело касается службы.

Кухля.

Звали его Кюхельшток, Фридрих Паулевич. Естественно с досадной кличкой Кюхля, как у Вильгельма Карловича Кюхельбекера, приятеля Пушкина. Хотя об этой исторической подробности Кюхельшток даже не догадывался, но кличка эта, в детстве, принесла маленькому Фридди немало расстройств и обид. Согласитесь, для хорошего психоаналитика это было бы замечательным ключом к разгадке непростой судьбы Фридриха Паулевича. Попади он конечно, вовремя, в руки к этому хорошему психоаналитику.
Кюхля, авантюрист международник масштаба зоны Евролиги и окрестностей. Отставной диктатор Южной Периферии, бывший каторжник и программист-взломщик по призванию. В общем — славный малый.
Прибыл он из-за границы инкогнито. Без документов, прав и вообще не по своей воле. Произошло это по причине глобального сбоя в системе UTC — Унитарной Проездной Карточки. Сбой этот вызвала неумелая атака хакеров-глобалистов правого толка пытавшихся вытащить своего лидера Исхака Мацу Насредина из страшной Брюссельской тюрьмы. В результате этой атаки по камере Насредина носился неведомо откуда взявшийся перепуганный рыжий кот, а самого Исхака Мацу нашли застрявшим в турникете пешеходного перехода города Леворно. Повизгивая, с глазами полными ужаса он имел вид завсегдатая психиатрической клиники. И поделом ему. Как говорится — не умеешь не берись.   
И надо же так совпасть, что в этот самый момент Кюхельшток на свою голову решил, что он успеет до закрытия супермаркета и набрал адрес любимого «Carrefour», того, что в Савиньи-ле-Тампль.
Хлоп.

Империя.

Оказаться на территории Империи с сомнительными перспективами на возвращение и практически без денег, это, скажу я вам, удовольствие ниже среднего. Но, оказаться ночью вблизи Имперской Городской свалки — это просто безумие.
Телефон службы поддержки мгновенно ответил и бодро отрапортовал: «Мы рады, что вы обратились в «Unitary Transport Company». Ваш звонок очень важен для нас. Дождитесь ответа первого же освободившегося оператора».
И больше ничего. Только издевательский Танец Троллей Грига, который Вильгельм Карлович слушал ровно до тех пор, пока на телефоне не кончились деньги.

Пользуясь тем, что несчастный Кюхельшток пытается дозвониться, следует разъяснить некоторые подробности:
UTC, Унитарная Проездная Карточка, УПК, или просто Карточка — это не просто кусок металла. Это приспособление, позволяющее его обладателю свободно перемещаться в пространстве. Вещь редкая и невероятно дорогая. Досталась она Фридриху Паулевичу в благодарность от одного Английского Шейха за многоходовую операцию по объегориванию, собственно, самого этого Шейха.

Хотя Имперская пресса и уверяла, что в Империи давно уже и абсолютно искоренена всякая преступность, Кюхельшток, оглянувшись, в неверном свете бесполезного теперь уже телефона, увидел перед собой заинтересованные и очень тревожные лица. Кюхля понял, что вступить в контакт с аборигенами всё же придётся.
- Господа! Вас то мне и надо! — радостно воскликнул Кюхельшток — Не желаете ли принять участие в одном выгодном преступлении?
Господа хмуро переглянулись. Начались долгие и конструктивные переговоры, завершившиеся, как говорится, к вящему удовольствию договаривающихся сторон.

Но, пришла беда открывай ворота.
По причине дурацкой полицейской облавы, случившейся в Городе №2, Фридрих Паулевич опять остался совершенно один. Говорил же он, что нет нужды наведываться в это захолустье, так — нет! Его новые компаньоны потребовали «Три дня на осмотр достопримечательностей и пополнение запаса открыток». Видите ли им очень нравится патриархально-патриотическая пастораль местного общества и их непуганые нравы.
Чем всё это кончилось? — Дебош и каталажка. Арест на срок — «до выяснения личностей», как пошутил весёлый полицейский, то есть — до скончания веку.
Хорошо ещё, что сам Фридрих Паулевич с крошкой Флу покинул помещение стриптиз клуба для начинающих, где они тихо обедали ровно за пять минут до начала безобразий. Вот, что значит опыт!
Поскольку сами личности ничего вразумительного ни о себе, ни о цели своего пребывания во втором Городе Империи рассказать не смогли, то срок этот — «до скончания века» — становился для них вполне осязаемой перспективой. Во всяком случае это явно читалось в брезгливом взгляде Имперского судьи Волопасцева.
Раздосадованный Кюхельшток, прямо у здания суда с помощью Ручного Компьютера, сгоряча, даже создал вредоносный вирус и запустил его в компьютерную сеть полицейского управления. Там он из вредности понаставил нулей в зарплатной ведомости всей местной полиции. Это его немного успокоило, но положения дел не спасало. 
Тогда, он решил подыскать подходящих партнёров для нового дела здесь, в Городе №2. Главным качеством кандидатов он назвал доверчивость и абстинентность. Ручной Компьютер ко всем начинаниям Кюхельштока относился критически и поэтому свои функции исполнял своеобразно. Так и на этот раз он подключился к полицейской базе данных и с высокой долей вероятности подобрал ему таких персонажей. Исходя из каких то своих соображений. Ими оказались все нижепоименованные.
Итак.
Компьютер сделал театральную паузу — На данный момент мы имеем: изгнанных из офисного рая банкротов Аркашу и Веню в процессе излечения. Потерявшего свои деньги начинающего ростовщика Филютина. Скучающего Его Светлость с колоритной свитой состоящей из Плута и мажордома Леклера за компанию. Ещё, в запасе есть, затаивший в душе скотство, муж несчастной Климентины. Личность неуравновешенная, но управляемая. Хотя, кому-то, на непросвещённый взгляд, перспективной вполне может показаться фигура Клоуна. Компьютер вызывающе зажужжал.
Кюхельшток призадумался.
Компьютер расценил это как хороший знак и принялся горячо уверять, что это наиболее подходящие кандидатуры для решения благородной задачи — захвата местного банка в этой, как его...
Ну в общем это теперь уже неважно, поскольку пока он пререкался с Кюхельштоком по поводу качеств персонала, у последнего вытащили бумажник со всеми его кредитками. В связи с этим событием, все вышеперечисленные кандидаты в корсары так и не узнали о беспокойной судьбе, которая была им уготована.

Бумажник Кюхельштока, как это обычно бывает, пропал вместе со всем его содержимым.
Но самое главное, вместе с Унитарной Проездной Карточкой!
Осознав это, притих даже обычно развязный ручной Компьютер.
- В связи с подлым воровством... Да пусть отсохнут конечности у этого вора, а левая станет короче правой! — патетически кричал Кюхля, отпугивая прохожих.
«Встречи с кандидатами не произойдёт — меланхолично записал Компьютер в своём Твиттере — жизни их не развернутся на невероятное количество градусов в Декартовой системе координат и не станут они самыми известными баглерами в Истории…»
- И всё из-за одного паршивого ублюдка, который не чтит законов робберского братства! Да пусть покроется плешью весь его род! — грустно продолжал бушевать Кюхельшток. На него начали уже шикать.
«Сама История пойдёт по иному пути — продолжал писать в своём блоге ручной Компьютер — катастрофу такого масштаба можно сравнить разве что с вымиранием динозавров или изобретением антивируса Касперского. Мне остаётся лишь грустить о несбывшемся грядущем. Ухожу на перезагрузку…»
И действительно, дерзкий захват Банка, несбыточная мечта любого интеллигента по обе стороны границы, в данной ситуации становилась всё более несбыточной.
«Интересно, зачем теперь жить?» — так, или примерно так, думал Кюхельшток, Фридрих Паулевич сидя в затрапезной русско-немецкой пивной на привокзальной площади, где он угощался безвкусным «Клецель-семель» с безалкогольным пивом «Родина» в кредит.

В этот самый момент, карманник по кличке Левша пытался открыть красивый портмоне с изображением знака бесконечность на застёжке. Дело в том, что вещи сделанные на заказ, открываются, как написано в инструкции, только при определённой комбинации волн диапазона, который принято называть акустическим; проще говоря — с помощью звуков издаваемых хозяином.
Левша этого не знал и пытался решить проблему традиционным способом, то есть — силой.
Наступив двумя ногами на кошелёк, страдая от недостатка места, согнувшийся в три погибели Левша изо всех сил тянул клапан портмоне на себя. Обычный с виду кошелёк не подавался и это сильно озадачило Левшу. Он уже совсем было хотел бросить эту затею, но в последний момент, может от напряжения, а может звёзды так сошлись, но он ухитрился-таки издать эту самую комбинацию акустических волн. В исполнении Левши она звучала примерно как долгое скрипучее «Иииииии», что на языке Эфиопских карточных шулеров означало — «Валет бубей!». В будущем, даже при всём желании, Левша вряд ли смог бы ещё раз повторить этот звук.
В любом случае портмоне распахнулся. Левша от неожиданности плюхнулся задом на пол кабинки в мужском туалете, где собственно всё это и происходило. Из портмоне выскочили, похожие на фишки казино, пластиковые цветные кружочки и весело заскакали по кафелю. Один из них, синий, подпрыгнул, ударился о фаянсовый край и проскочил в унитаз.
Автоматика благодарно заурчала. Зашумел слив воды.
И это всё? — разочарованно подумал Левша. Он уселся на унитаз, кряхтя от натуги стал собирать кружочки с пола. Кружочки, как кружочки. Никаких цифр на них видно не было. Тогда он с надеждой заглянул внутрь кошелька и обнаружил там ещё один предмет, отдалённо напоминающий стёртую медную монету с неизвестными письменами и белым ободком. Левша взял монетку в руку, задумчиво повертел между пальцев.
И исчез.

Отныне, в мужском туалете Городского Вокзала Города №2, на втором этаже, на кабинке номер пять, как не подойдёшь, всегда горит — «Занято».
По этому поводу официальному каббалисту вокзала даже пришлось выпустить специальное коммюнике с разъяснением сакральности числа «5» в совокупности с двумя двойками обрамляющими его (это Город №2 и второй этаж). Общественность была вполне удовлетворена этим.

Теперь давайте попробуем выяснить, насколько велик запас прочности Разума обыкновенного для сопротивления Хаосу вообще?

Например, небезызвестный Кюхельшток в порыве откровенности говаривал, что во всём должны быть правила. У нас нет повода не доверять словам авантюриста такого масштаба. Вот, что он говорил:  Правила, мать их! Эти маленькие светлячки, которые указывают нам путь к свету! Иначе все мы свалимся обратно, в пещеру дикости к неандертальскому костру и будем там отпихивать друг-друга в поисках тепла. Но вот появляется правило — Прогрелся, дай другим! И всё становится на свои места.
Золотые слова истинного гуманиста.

Империя изнутри.

Впервые попав в Империю Фридрих Паулевич вдруг осознал, что все те блага к которым он привык за Великой Стеной, все те "мелочи жизни" которые он даже не замечал или считал их существование само-собой разумеющимся, оказываются и составляют большую часть его жизни. Больше того, сама его жизнь может быть под угрозой в связи с отсутствием этих самых мелочей.
Хотите пример? Извольте!
Попытка Кюхельштока сдаться властям в качестве беженца или политэмигранта не привела ровным счётом ни к чему. Да, это была не самая лучшая его придумка. Но согласитесь, в тот момент он находился в растерянном, не сказать — испуганном состоянии! Подобный способ добыть себе пропитание и легализоваться на местности в гильдии мошенников считается самым распоследним. Это уже когда тебе совсем лень или болен например. Нормальный мошенник идёт на это, как бы извиняясь. Как бы пряча глаза. В любой нормальной стране, даже видавшие виды клерки иммиграционного бюро в этой ситуации ставят штамп на прошение сочувственно отводя взгляд.
Кюхельштока оправдывает только одно — чужая территория. Он попытался пойти по пути наименьшего сопротивления, как ему казалось до встречи с Имперской Полицией. Неслыханное дело, Его, авантюриста международника подняли на смех вместе с его заявлением и инородным акцентом! Велели идти домой, к "своей старухе"! А когда он начал упорствовать в своём заблуждении и даже требовать встречи с чиновником по делам беженцев — или как он здесь называется — его просто бросили в кутузку. Предварительно наградив обидным пинком в зад! Его, афериста в третьем поколении! Чьи портреты, бывало, украшали все поисковые системы интернета. Слава, как известно, штука скоротечная, но такое с ним действительно было после того самого дельца, собственно, когда у него на руках оказалась бесценная Карточка. И вот сейчас, какие-то полуграмотные фараоны посмели обращаться с ним словно он деревенский пьяница задолжавший в пивной! Вначале обчистили, а теперь пинком под зад! Это было для него уже слишком. Дух Кюхельштока был сломлен и он пошёл по дорогам, в метрополитен работать лирическим певцом. Говорят имел успех у разведённых дам.
Но всё это будет чуть позже.

T-Rex.

Тем временем, на центральный пульт Императорского Заповедника Былинных Животных поступил сигнал о незаконном вторжении. Чужак.
У Имперских Рейнджеров существовало неписаное правило: проникший на территорию должен быть спасён. Это не обсуждается. Но, спасён он будет лишь в том случае если полностью осознает свою вину. Поэтому спасение обычно приходило в последний момент, когда челюсти большого Рекса уже готовы были сомкнуться на шее чужака. В этот момент включалась сирена, Рейнджеры активизировали защитные модули, с помощью «Дрона» усыпляли Рекса и выдёргивали несчастного прямо из пасти Тираннозавра.
После этого, брызжущий адреналином нарушитель попадал в руки полиции того региона откуда он прибыл. Более трогательную встречу трудно себе даже и представить.
Формально, рейнджеры действовали строго по инструкции; кроме сирены конечно, но её включали исключительно для усиления воспитательного эффекта.
Карманнику Левше с местом прибытия не повезло. Первым кого он увидел в джунглях, был тот самый ужасный Тираннозаврус Рекс. До него было рукой подать. Животное восстановленное, геномодифицированное и ужасно прожорливое. Ростом оно было метров пяти в холке и азартно чесало спину о баобаб.
Недолго мучалась старушка — разочарованно протянул старший рейнджер глядя на экраны и приготовился активизировать «Дрон» и защитный модуль — Ты не видел, откуда это здесь взялось?
Он повернул колёсико «зумма» и ткнул пальцем в перепуганное лицо Левши увеличенное на весь монитор. Младший рейнджер только индифферентно пожал плечами.
Левша продолжал сидеть в позе орла, в которой его застало перемещение из кабинки общественного туалета. Видимо от неожиданности, он опять стал издавать тот самый противный звук «Ииииии», но только гораздо громче и прерывистей. Тираннозавру звук не понравился, кажется он даже поморщился. Он замер, повертел башкой в разные стороны в поисках источника. Потом обнаружил нарушителя и уставился на Левшу с явным гастрономическим интересом.
Левша отчаянно икнул напоследок.
Рекс, словно бы нехотя, оторвался от баобаба и по-хулигански, вразвалочку, двинулся в сторону пришельца. От наступающего ужаса Левша зажмурился и швырнул в Ти-Рекса первым попавшимся под руку, а именно медной монетой из краденного портмоне.
Ти-Рекс среагировал словно боксёр в поединке за титул. Надо сказать, здорово среагировал.
Для начала, он, с тяжеловесной грацией дёрнул головой в сторону, словно уходя от удара невидимого соперника, типа апперкот. Потом уже, он в одно мгновение проглотил пролетавшую мимо него монетку. Получилось у него это зловеще-элегантно. После этого он зевнул, как бы демонстрируя презрение к опасности, и страшно щёлкнул зубами.
И исчез.

Ты видел? Чем это он бросил в Рекса? — хором удивились рейнджеры. 
Они ещё не знали, что Карточка в желудке Ти-Рекса самопроизвольно вошла в режим так называемого «рандомного путешествия» со спонтанным перемещением в пространстве с интервалом в десять секунд. Что это значит?
Это значит, что каждые десять секунд в любом месте, куда проложены линии Виртуального Путепровода, может возникнуть раздосадованный голодный Динозавр. Предугадать время и место его последующего появления абсолютно не представляется возможным.

Так с лёгкой руки Левши родился один из самых необычных мифов цивилизованного мира — Миф о голодном Тиранозавре. Который появляется из ниоткуда, наказывает грешника и исчезает.
В никуда.

Миф.

«Был он послан беспрестанно перемещаться по всем мирам. Гонит вперёд его голод чудовищный, который не могут утолить ни рыбы ни звери, а могут только грешники и сомневающиеся. Да и то на время. Нет спасения от страшных зубов и всевидящего ока Святого Рекса. Негде укрыться грешнику, ни на земле ни под землёй, ни во дворце ни в хижине, ни в автомобиле ни в метро. Ни даже в кино на последнем ряду! Никто не спасётся.»
Так, во всяком случае, проповедовали на улицах апологеты новой религии.

Несмотря на заявления палеонтологов и ветеринаров о том, что мы имеем дело с животным, пусть и выведенным из ДНК жабы и страуса, в прессе начали плодиться теологические теории. Они остроумно объясняли практически все известные случаи загадочного исчезновения грешников и очень будоражили фантазии граждан.
Это же Tirannosaurus vulgaris (Тираннозавр обыкновенный), который пишется, кстати, через два «НН» или на худой конец «T-Rex»! — Пытались полемизировать учёные. Он же хищник! — оправдывали они его — Как же ему не жрать?! Это инстинкт охотника гонит его. К тому же у него напрочь отсутствует чувство насыщения, вот и жрёт что ни попадя!
А, как же вы объясните пожирание именно сомневающихся? Грешников? А случаи чудесного спасения невинных? — ехидно вопрошали ортодоксы новой религии. Как вы объясните широко освещённое в прессе свидетельство Майкопского генерал-губернатора? Историю о том, как перед Высочайшей Мамашей прямо в дворцовом саду явился страшный Ти-Рекс. Ни один мускул тогда не дрогнул на лице нашей правительницы, мужественно размышляющей о судьбах Империи! Как пристыженный строгим монаршим взглядом, ужасный ящер сделал что-то типа реверанса, да так и простоял в поклоне все отпущенные ему десять секунд аудиенции, не смея глаз поднять. Он даже рыкнуть не посмел! Хотя перед этим, как известно, сожрал известного диссидента во время стояния того в одиночном пикете вместе с клеветническим плакатом — "Религия, это форточка или лазейка?". Что вы на это скажете, господа учёные?
В ответ злые языки ворчали, что при таком образе жизни T-Rex не протянет и года, и умрёт от несварения желудка или просто сойдёт с ума.
Да и то верно. Можно только себе представить что творится в голове несчастного животного, перед которым закрутился непрерывный калейдоскоп из торговых комплексов, вокзалов, рекламы, грешников и ещё Бог знает кого.
Зелёные забили тревогу.

В общем в умах бродило смятение.
Цивилизация начала уже чётко осознавать произошедший водораздел в своей истории — жизнь до Ти-Рекса и жизнь после.

За Великой Стеной тоже забеспокоились.
Весь мир с интересом ждал, когда сообщения о бесчинствах Рекса начнут поступать из более или менее цивилизованных мест. Сгоряча даже было предложено выключить Всемирную Виртуальную Транспортную Сеть вообще! Этому воспротивилась гильдия доставка пиццы и туристические агенства. Все армии Цивилизованного мира тотчас заговорили об увеличении ассигнований на оборону. Итальянская жандармерия, например, потребовала средства для устройства засад на Ти-Рекса в неожиданных местах, особенно в местах массового скопления женщин. Например в примерочных и переодевалках массажных салонов. Но тут уже воспротивилось общество бывших жён полицейских. 
Тогда, Лига Европы и Азиатский Конклав после непродолжительных консультаций постановили: "Во всех крупных городах, через каждые пятьсот метров, поставить резиновых надувных самок Тиранозавра. В натуральную величину и в привлекательных позах".
Эта идея пришла в голову одному известному Учёному в тот момент, когда он задумчиво прогуливался по магазину для взрослых. Рассматривая товар, Учёный вполне логично предположил: Заметив самку в раскованной позе, Тиранозавр отвлечётся от потенциальной жертвы и та, может быть сможет продержаться десять страшных секунд пока Тиранозавр не отправится дальше.
Имя своё, Учёный пожелал оставить в тайне из скромности.
Как ни странно, но ждать появления Ти-Рекса на сопредельных с Империей территориях пришлось довольно-таки долго. Всё-таки в политике изоляционизма есть свои плюсы.
Лишь Кюхельшток безвинно страдал от этой политики.
Вокруг себя он заметил тревожные перемены. Стоило ему заговорить с кем-то, как люди, услышав его акцент, начинали отвечать односложно или вовсе уходили от разговора. А однажды какой-то маленький гадёныш в лифте противно пропищал, — Мама, это таинственный иностранец? Это он напустил на нас Рекса?
Фридрих Паулевич, конечно слышал в новостях о T-Rex, но поначалу ему и в голову не приходило, что это как-то связано с его Карточкой. Потом уже, когда он увидел развёрнутый сюжет про ополоумевшего Левшу, всё встало на свои места. Он даже восхитился — журналистское расследование было проведено на удивление быстро и грамотно. Модный Журналист бодро выяснял причинно-следственную связь между перемещением Левши из туалетной кабинки номер пять в Императорский заповедник, а также связь с феноменом «прыгающего» Тираннозавра. Результаты его расследования показали, что первопричиной всему стало украденное у таинственного иностранца портмоне. Вот так в обиходе граждан Империи появилось словосочетание «таинственный иностранец».
Значит мало им того, что вредят злопыхатели, так ещё решили натравить на землю нашу многострадальную гадов ползучих? — патетически вопрошал Модный Журналист в телевизоре. Почему это, как во времена былинные, на нашей земле идолище поганое бесчинствует, А?! Ни в Африке несчастной, ни в Австралии пыльной? Ну да ничего, будет и на нашей улице праздник! — внятно пригрозил Журналист в конце передачи, а для вящей убедительности посмотрел в камеру своим «фирменным взглядом» — суровым, но с прищуром.

От этого взгляда Кюхельштоку сделалось совсем худо. Он то уже заметил, что в Империи начался ропот и началось волнение. Ни то, что бы иностранцев стали притеснять. Нет. Но поглядывать на них стали с подозрением. Если не сказать с неприязнью. Появилось даже сообщение о том, что в Туле отказались публично исповедать делегацию студентов из Малой Папуа и те ушли из Общественной Столовой несолоно хлебавши. В Самаре свистели вслед иностранному туристскому автобусу, да так, что от свиста того повылетали все стёкла. Хлипкие автобусы делают у них там, за Великой Стеной. А в посёлке Рыбий даже поколотили азиатского лазутчика, хотя Иосиф Брамштейн, заведующий Овощебазой №1, нисколько на азиата не походил, да и в Азии никогда не бывал. О чём он и пытался сообщить пришедшим к нему за компенсацией грузчикам.
Чтобы предотвратить справедливо зреющее народное возмущение властям даже пришлось выступить с разъяснениями. От Императорского Двора выступил Его Светлость. Он так и сказал верноподданным, что, мол, потерпите граждане, мол, не всяк закордонец враг или шпион. Бывают и хуже. Вот тут давеча... Потом попытался было прочитать строки из запрещённой поэмы —  «Пришел ко мне, с лицом как неудавшийся оладий…», но по телевизору срочно дали рекламу водостойких пиломатериалов.

Наконец-то первое появление Ти-Рекса на территории «свободного мира» произошло, что, естественно, произвело должное ликование среди граждан Империи. Трансляция этого события в прямом эфире велась на всю территорию Империи с учётом часовых поясов. Дело в том, что случилось это прямо во время вручения награды за лучшую женскую роль в фильме второго плана на Берлинском фестивале киноизображений.
Заметно поправившийся Рекс внезапно объявился на сцене знаменитого Театра Кино рядом с австрийской кинозвездой, актрисой Женьжибао Юнь. Самое примечательное, что в зубах у Рекса, к тому времени, уже была одна кинозвезда. Правда звезда фильмов для взрослых, категории ХХХ. Это был порно актёр, известный под кличкой — Жеребец. Где Рекс его подобрал остаётся только догадываться. Одним из своих кожаных ремней Жеребец как-то ухитрился зацепиться за левый клык Рекса и висел на нём в состоянии глубокого обморока. Под мордой Тираннозавра он оказался в недосягаемости для страшных зубов и похоже это обстоятельство очень раздражало Ящера.
Кстати сказать — садомазохистская сбруя, это единственное из одежды, что украшало несчастного Жеребца, не считая болтающегося мужского достоинства внушительных размеров. «Это ведь можно считать украшением?», — игриво вопрошал один из модных интернет журналов.
«С кем Рекс провёл предыдущие десять секунд? Будут ли проблемы с эрекцией у известной порнозвезды?», — позже под такими заголовками выйдут многие газеты из категории жёлтая пресса.
В первый момент в зале решили было, что трюк с появляющимся Тираннозавром является частью шоу и снисходительно зааплодировали. Тем более, что надувная «Мадам Рекс», уже приветливо встречала гостей перед входом в театр с эмблемой фестиваля в лапках.
Ти-Рекс с тоской оглядел зал. Неуверенно рыгнул. Отчего сбруя наконец-то лопнула и голый Жеребец без чувств рухнул на сцену. Прямо к ногам кинодивы. При этом он бесстыдно раскинул ноги в сторону зрителей. Многие до сих пор уверены, что сделал он это нарочно. Аплодисменты неохотно перешли в вялую овацию.
В это время Рекс обратил внимание на госпожу Юнь.
Дело в том, что один Модный Кутюрье специально для церемонии награждения сшил для неё платье. Этот Кутюрье славился тем, что всегда работал только с натуральными материалами. В данном случае платье было сшито из крыльев австралийских летучих мышей и уже немного пованивало.
Рекс покосился на госпожу Юнь и с интересом пошевелил ноздрями.
Рефлекс охотника услужливо распахнул его пасть. Зал заинтересованно затаил дыхание. Вот в этот момент вечно молодая Женьжибао Юнь и описалась. В наступившей гробовой тишине это было очень хорошо слышно. А, как вы думаете? Представьте, рядом с вами сопит туша высотой пять метров в холке. Это вам не шутки!
Неожиданно Рекс, как бы задумался, кокетливо покосился в сторону зала и не закрывая пасть, томно рухнул к ногам мокрой прелестницы. Прямо рядом с порнозвездой.
Зал взорвался аплодисментами.
Скорее всего это совпадение, но в этот момент, возможно  от падения с высоты, но у порноактёра, приключилась серьёзная эрекция.
Именно тогда была сделана знаменитая фотография — «Госпожа Юнь и поверженные». Это фото, — Юнь, Жеребец с недвусмысленно восставшим органом и Ти-Рекс взирающий на это игривым взглядом — мгновенно и на долгие годы стала самым популярным мемом в сети, как иллюстрация к альтернативному объяснению в любви.
Правы оказались зоологи. Несчастное животное умерло-таки от несварения. Позже, в его желудке, помимо всего прочего, было обнаружено восемнадцать фальшивых ролексов, могендовид и один семисвечник.
Вот что бывает, когда отсутствует самоконтроль.

P.S. Алкоголь и бытовая неустроенностью всё-таки доконали и Великого Авантюриста. Кюхельшток умер во время какого-то корпоратива прямо на сцене. Исполнял он при этом весёлую песенку из модного водевиля «Всем врагам назло возьму я ипотеку!». Согласитесь, смерть достойная великого артиста.
Ручной Компьютер некоторое время работал брачным консультантом. Говорят успешно. Но вскорости был обвинён в мошенничестве и от обиды ушел в стан непримиримой оппозиции. Говорят, там он стал модным блогером, пишет злопыхательские эпиграммы на Мамашу и Его Светлость. Смешные. Печатается под псевдонимом «Доброхот».
Его Светлость испросил-таки всемилостивого прощения для поэта Минкина и, к удовольствию господина Леклера, увлёкся филологическими изысканиями в области романтического реализма. В частности его заинтересовали любовные смс, с  выяснением отношений, посланные в промежуток с трёх до пяти утра.
Фирулин и Аркаша совместно издали книгу «Жажда лёгкой наживы это болезнь или приятное времяпрепровождение?». Книга пользуется неизменным успехом.

Да, Империя в очередной раз объявила войну Югу, но кажется южане об этом ещё даже не знают.




.


Рецензии