О спичечных коробках

фантастический рассказ.

Фраза "солнце садилось" стала ключевой. Она дала доступ к системе ценностей, в которой главным был свободный полёт. Из файлов, заполненных традиционными запретами, посыпались цитаты о ведьмах и запугивание костром инквизиции. Голос жреца разрывал пространство и требовал прекратить летать. Но страха уже не было, лишь понимание – жалкая программа машины не терпит полёта, не выносит неподконтрольного ей поведения. Тем временем тело обретало удивительную гибкость и скорость. Если раньше оно с трудом дотягивало до проводов или верхушек деревьев, сейчас тело было свободным от собственной тяжести и установленных жрецами законов передвижения. Сейчас бездна сознания, где царила инквизиция, была залита багряным светом солнца, садившегося на свой трон…

 …Солнце садилось, когда они поймали кого-то. Вытащили на берег, поволокли по грязному песку, а жители города, собравшиеся поглазеть, хлопали в ладоши и танцевали. Дети топали от радости, как козлята, прыжками сопровождая обмякшее тело. Люди в чёрных спецодеждах и масках без церемоний бросили его в большой серебристый рефрижератор. Машина укатила, увозя того, кого называли врагом человечества.
Кийя стояла на обочине дороги, провожая машину взглядом, вспоминая его глаза – печальные, наполненные слезами. Разве могут быть такие глаза у врага? С необъятной жалостью посмотрел он на неё, сканируя душу, словно узнал её судьбу с самого рождения, увидев и будущие страдания.
Кийя погладила свой сильно округлившийся живот. Всего месяц оставался до рождения малыша, но она до сих пор не могла поверить в своё счастье. Чтобы отвлечься от волнений и дурных предчувствий, молодая женщина направилась в Дом Больших Надежд. Старший Жрец встретил её, почтительно поклонившись. По его лицу было видно, насколько ему льстит присутствие жены Главного Политика Империи.
– Хотите исповедаться? – полушёпотом осведомился он.
Сегодня Кийе не хотелось обнажать душу, но нельзя отказывать духовному посреднику.
– Да, – смиренно ответила она, направляясь в исповедальню.
Не успела женщина войти туда, как на пороге Дома Больших Надежд появился секретарь её мужа и сообщил о беспорядках в стране, которые начались после поимки врага человечества.
– Кремник окружён! Сброд с факелами. Перед ними должен выступить духовный лидер, отправить их по домам.
Старший Жрец посмотрел на высокопоставленную гостью с извинительной улыбкой и зычным голосом затребовал праздничные одежды, но передумал, ограничившись ежедневным облачением. Кийя с плохо скрываемым раздражением наблюдала за тем, как он выходил из Дома Больших Надежд, примеряя разные выражения лица, и прочищал горло примитивными скороговорками – любимыми "говорилками" видеохроникёров.
– Я буду здесь. Так и передайте мужу, – резко, почти грубо ответила она на предложение секретаря поехать вместе с ними.
Оставшись одна, Кийя села на скамью неподалёку от алтаря, рассматривая деревянную фигуру с поднятыми к небу руками. Ей хотелось помолиться в тишине, но вдруг лицо страдальца показалось ей знакомым. Неожиданно фигура увеличилась и ожила. Ещё мгновение и перед ней стоял тот, кого называли врагом человечества. Он улыбался и его глаза излучали любовь и благодать.
– Ты – это Он? Почему? – оправившись от шока, спросила она. – Они ошибались?
Он улыбнулся уголками губ и пожал плечами.
– Они сознательно. Ничего не изменилось. Жёсткая программа, – ответил Он.
– Компьютерная? – не поняла Кийя.
– Земная.
– Но почему они объявили тебя врагом, если ты это… Он?
– Так проще обманывать, иначе потеряют власть и деньги. Но я лишь борец с программой БОСС, – ответил Он, но заметив непонимание на лице собеседницы, пояснил: – болезни общественной силы сознания.
– Что теперь будет? – с тревогой спросила молодая женщина, инстинктивно прикрывая свой живот.
– Ничего. Меня снова убьют. Скоро. И моих последователей тоже. Всё повторяется.
 Ребёночек в животе забился, будто испуганная птица в силках, передавая своей матери импульс сострадания.
– Чем я могу помочь? – неожиданно для самой себя, произнесла Кийя.
Он помолчал, внимательно рассматривая её, и тихо произнес:
– У моего отца было два спичечных коробка. Он брал спички по очереди – сначала из одного коробка, потом из другого. Поэтому казалось, что в каждом из них ещё достаточно спичек. Однажды я пошёл гулять и взял с собой один коробок. Мы с друзьями задумали разжечь костёр. Почти все спички из моего коробка ушли на это. Когда я вернулся домой, отец открыл коробок, в котором было ещё много спичек, и пересыпал какую-то их часть в мой коробок. Я удивился. Правильней взять те несколько спичек, что остались у меня, и положить в наполненный коробок, а пустой выбросить. Отец рассмеялся, сказав, что очень важно уметь уравнивать возможности, даже если это кажется нецелесообразным.
– Но разве в борьбе возможностей не побеждает более целесообразная, которая потом становится действительностью? – уточнила Кийя. Ей казалось, она вот-вот сойдёт с ума от ощущения чего-то, что призывало её к действию.
– А кто знает, какая более целесообразная? – улыбнулся Он. Внезапно его лицо исказилось, будто от сильной боли, и Он исчез так же быстро, как появился…
Звук вертолёта заставил Кийю выйти из Дома Больших Надежд. По ступенькам поднимался Старший Жрец, его лицо было в крови, глаза светились безумной ненавистью.
– Началось! Чернь не хочет слушать. Я проклял безумцев и отлучил от Дома. Надеюсь, Главный услышал меня правильно и сделает с ними то, что должен.
– Ваш муж требует, чтобы вы немедленно прибыли в нулевую резиденцию, – сообщил Кийе секретарь. Его лицо было белым от страха.
Она слишком хорошо знала предназначение нулевой резиденции. Значит, дело совсем плохо и будет массовое истребление бунтарей.
– А Он, то есть… враг человечества… Что с ним? – её голос задрожал от волнения.
– Он уничтожен. Его тело висит на Дереве Покаяния. Чтобы другим было неповадно, – ответил секретарь.
– Сколько времени до начала истребления бунтарей? – уточнила Кийя.
Секретарь посмотрел на часы:
– Пятьдесят три минуты…
Пока они летели к месту назначения, жена Главного Политика Империи думала о муже и о их будущем ребёнке. Они долго планировали беременность, выбирали характер, таланты, внешность малыша. И, наконец, смогли смоделировать такого, который устраивал их обоих. Лицо их ещё не рождённого сына было им знакомо в малейших деталях. Они уже любили своё чадо и ждали, когда смогут обнять его. Но теперь мужу придётся заблокировать большую часть эмоций, связанных с состраданием и любовью. Чтобы гнев Главного Политика Империи был праведным, часть его мозга, отвечающую за распознавание лиц, облучат высокоточным генератором. Такая процедура происходит в нулевой резиденции, после этого глава страны будет видеть лица всех бунтарей похожими на одно лицо – лицо главного врага человечества. Кийя вспомнила лицо Старшего Жреца. Его безразличие к простым людям и наглую ложь "во благо" не могли скрыть ни жреческие одеяния, ни дежурная улыбка. Она вспомнила окружение мужа – скопище льстецов и подонков, прикрывающихся высокими идеями и мнимой заботой о стране. На самом деле их не интересовало ничего, кроме денег и власти. Она вспомнила всё и теперь знала, как ей действовать дальше. Спичечные коробки! Надо уравнять возможности. Но сделать это можно лишь во время процедуры облучения, заменив фотографию врага человеческого на фото их будущего сына. И может тогда, увидев в каждом из бунтарей лицо собственного ребёнка, муж не сможет дать приказ об их уничтожении, и начнётся другая эпоха, другая действительность…

 …Это ноябрьское утро было слишком тёплым, хоть и ветреным. Солнце изливало сияние на всё вокруг, и свободный полёт длился почти вечность, запечатанную в новой программе. Тело давно стало частью целого, а душа обнимала жизнь, проникая в каждую её клетку. Душа видела детей, они строили из камней защиту для нежных цветов, пробившихся сквозь почти сухую землю. Старое, пыльное колесо прежней программы валялось на земле, и ребятишки прыгали на нём, или раскладывали по кругу спички из нового коробка. А вечером они жгли костёр из опавших листьев, наблюдая за тем, как в бездну земного сознания медленно садится солнце.


Рецензии