Спасение утопающих -дело рук самих утопающих

Сергей Козин
Помню, как еще в начале нулевых меня, идущего жарким летним днем с книжной ярмарки в Олимпийском, недалеко от станции метро проспект Мира  – радиальная в тихом переулочке около церкви зажала съемочная группа какого-то телеканала, приняв за типичного пролетария, и предложила высказать свое мнение об очередном прожекте ведомства недоброй памяти Починка. Я спрятал бутылку пива за спину, лучезарно улыбнулся, и выдал под запись все, что думаю о российском правительстве и его родственниках вплоть до 7го колена, что считаю новую реформу очередной аферой и попыткой ограбления православных, попыткой решить проблемы госбюджета за счет трудового народа. Переменившееся лицо бодрячка-корреспондента подсказало мне, что мой спич вряд ли дойдет до эфира, но я был полностью морально удовлетворен тем, с каким чувством пожали мне руку оператор и звуковик.

Не секрет, что ныне государство имеет большие проблемы с гарантированным им социальным обеспечением, несмотря на многократно предпринимаемые им попытки реформ, судорожно ища источники пополнения находящегося на грани банкротства давно дефицитного Пенсионного фонда. Впрочем, никакого энтузиазма не вызывали во мне и все предыдущие телодвижения в этой сфере, включая и абсурдный в нашей инфляционной экономике прожект накопительной пенсии, не говоря уж про частные ПФ, превратившиеся в кормушки для зажравшихся жуликов, которые ныне нельзя прикрыть просто потому, что там уже реально ничего нет. Подтверждением краха внедрявшейся накопительной системы стало очередное замораживание взносов, перечислявшихся в частные и негосударственные пенсионные фонды. В итоге сейчас не работают ни страховая, ни накопительная, ни солидарная схемы.

Нынешний ПФ наполовину финансируется из госбюджета, но при этом  20% тратится содержание его многолюдного аппарата и автопарка, на строительство шикарных офисов. Так не разумнее было бы вместо столь непроизводительных затрат, всю сумму дотаций пустить на повышение зарплат других, более необходимых бюджетников, в образование, культуру, здравохранение, науку, а не чиновников, с тем, что бы те имели возможность наконец жить по-людски, покупать жилье, рожать и воспитывать детей, помогать своим родителям? Все это в равной степени относится и к остальным госпосредникам-паразитам в образе управляющих компаний в ЖКХ или страховых – в медицине. Получая эти деньги в виде зарплаты, нищие бюджетники могли бы тратить их, напрямую оценивая труд электриков, учителей и медиков. Ведь народ потихоньку привык сам платить за лекарства и проезд после монетизации льгот.

Государство, назначая пенсии, исходит сейчас из того заработка, который человек имел ранее. Кажется, что это справедливо, однако не все так просто. Дело в том, что у нас сейчас пока реально действует лишь страховая и солидарная, но не накопительная пенсионная система. Это означает минимальную пенсию по старости или инвалидности и выплаты в соответствии с тем доходом, с которого человек платил налоги. Однако ныне ПФ выплачивает отнюдь не те деньги, которые получал ранее, поскольку раздавал их предыдущим поколениям пенсионеров, а те, которые собирает с ныне работающих. Но их больше не становится, скорее наоборот, россияне потихоньку вымирают, уступая свое жизненное пространство мигрантам и гастарбайтерам. Много ли они вносят в ПФ - вопрос не ко мне, но натурализовавшись у нас, они станут вскоре претендовать на свою часть общего социального пирога.

Если бы люди видели реальную и наглядную перспективу обеспеченной и не зависящей от перипетий госполитики и экономических кризисов старости, то они бы бережнее относились бы к себе, начиная с ранней молодости, не гнались бы за длинным рублем в Заполярных рудниках, не рисковали бы жизнью, отдавая очередной интернациональный долг. Но для этого они должны были бы сами заботиться  о своем будущем, не полагаясь на государство. А разве ему это надо? Нет, ему нужны люди, не дорожащие своей жизнью и здоровьем, ставящие свои личные интересы ниже государственных и полностью от него зависящие, то есть позволяющие ими беспрекословно манипулировать в своих целях, как бюджетникам на выборах. Поэтому не стоит ожидать от Правительства каких-либо радикальных изменений, пока дело не дойдет уже вопроса о его жизни и смерти.

А теперь предлагаю рассмотреть вопрос на конкретных примерах. Допустим, есть пресловутый депутат или чиновник, с зарплатой в сотни тысяч, его жена, никогда реально не работающая, но числящаяся главой компаний с доходом в миллионы или миллиарды, с дочкой, выучившейся и оставшейся за границей. По нашим законам, эти труженики, очень неплохо жившие в свое удовольствие в трудоспособном возрасте, вряд ли будут в чем-то себе отказывать и после, получая при этом максимальную пенсию. Вопрос в том, из каких денег им будут ее выплачивать? А станут им пенсии платить из денег, которые в ПФ будут перечислять 2-3 детей школьной учительницы, которая на свою нищенскую зарплату вырастила, воспитала и выучила их, но сейчас получает минимальную пенсию. Действующая система стимулирует людей не думать о будущем и рожать детей, а жить для себя, здесь и сейчас, надеясь на помощь государства.

Увы, солидарная пенсионная система, основанная на сборе денег в течении всего трудового стажа с последующим распределением оставшимся в живых, более всего напоминает финансовую пирамиду, поскольку для полноценного обеспечения одного пенсионера, нужно получать отчисления от 2-3 работников. Требуется не просто воспроизводство население, а его постоянный геометрический рост, что невозможно при нынешнем уровне рождаемости менее 2 детей на одну женщину. Поэтому база для сбора пенсионных взносов постоянно сокращается, а дефицит ПФ растет, что требует новых дотаций от уже трещащего по швам без жирных нефтедолларов бюджета. Разорвать порочный круг можно лишь вернувшись к проверенной веками схеме семейных отношений, когда родители растят детей, а те потом содержат престарелых, не рассчитывая на государство.