Осенняя увертюра к одиночеству

Не жалея красок, солнце прошлось охрой по тополям, окунуло в алый колер рябину. В бордовых тонах заката, гроздья казались сочнее и ярче. Хотелось думать, что ягоды привлекательны не только внешне. Однако стоило попробовать плоды на вкус, как приходило осознание, насколько реальность далека от фантазии.
Стоя у окна, Света наслаждалась палитрой сентября: красивая, но безрадостная пора. Озябшая земля замерла, улетели птицы. Лишь ветер, озорник и повеса, всё так же гладил траву, беззастенчиво срывал листья. Обретя свободу, они взлетали, кружились и, смеясь, уносились прочь.
Ей не было жаль минувшего лета. Возможно, она до сих пор не поняла и не ощутила ход, тот ход, что зовут временем. Думалось, что доживёт до ста, и умрёт не от болезней, а от усталости. Долго жить утомительно и скучно.
Солнце плавно скользнуло за горизонт. Любуясь сумерками, Светлана отодвинула тюль и присела на подоконник. Одинокий фонарь золотил поредевшие макушки клёнов, освещал усыпанную листвой аллею. Вот и закончилось лето.
Пройдёт немного времени и наступит зима. И кто-то вот так же будет любоваться снегом.
Она смотрела на небо, такое знакомо-незнакомое: всё те же звёзды, та же непостижимая для сознания бесконечность, и думала: "Великая Пустота, кто мы, что мы, откуда? Для чего приходим в этот мир? Если для любви, то почему наше сердце столь избирательно?"
— На ужин… — зычный голос повара оторвал от невесёлых мыслей.
Странное дело, но ей нравилась незатейливая больничная еда. Сваренная на воде и сдобренная скромным кусочком масла.
Каша казалась вкусной и сытной. Мелькнула мысль, что дома нужно варить такую же. Пожалуй, стоит есть больше овощей и фруктов. Возможно, её заболевание связано с неправильным обменом веществ.
Держать ложку забинтованными руками было крайне неудобно. Но стоило снять повязки, как кожа, словно змеиная чешуя, начинала отслаиваться и сползать.
Сначала Света лечилась дома, но снять приступы дерматита не удалось. Пришлось лечь в больницу.
Доев кашу, она подхватила тарелку и поставила на стол с грязной посудой. В кармане пискнул мобильник. Светлана достала телефон и взглянула на дисплей — "Илья". Сердце не шелохнулось. А так хотелось, чтоб ёкнуло, затрепетало.

Их знакомство произошло банально. Она опаздывала на работу. Такси не такси — разбирать было некогда. За рулём кроссовера оказался солидный мужчина лет пятидесяти. Пока ехали — поболтали. К великому удивлению, прощаясь, он протянул визитку. Спустя время, она позвонила.
Илья оказался разведён и не беден. О причине развода Света не спрашивала — не хотелось лезть в душу, да и не её это было дело.
Роман развивался стремительно. После пары вечеров в ресторане он пригласил её к себе. Может, они поспешили с интимом, но после же первой встречи всё пошло не так: ни прелюдии, ни тепла, ни нежности. Словно он приобрёл её в личное пользование, как покупают игрушки в секс-шопе.
Она старалась быть обаятельной и сексуальной. Прекрасно сохранившееся тело, словно послушный инструмент, заученно выполняло сексуальные па. Но утром… утром всё становилось иначе. Единственное, чего ей хотелось — это поскорее оказаться вне пределов его квартиры.
Чувство душевного дискомфорта Света не афишировала. Ведь проблема была не в нем, а в ней. Это её коробило от прикосновений, а не его.

Брак с мужем не был счастливым. Они то ссорились, то мирились... Физического отторжения не происходило, и они продолжали делить постель. Но от выяснения отношений устали оба.
После развода казалось, что теперь-то уж она точно не ошибётся. Что встретит достойного человека, и будут они жить долго и счастливо. Но, увы, как-то так получалось, что последующие отношения мало чем отличались от предыдущих. Не было в них ни тепла, ни искренности. Тот же принцип: ты — мне, я — тебе.
Несколько лет одиночества не добавили оптимизма. Света свыклась и с пустой постелью, и с одиночеством. Встреча с Ильей внесла в привычный психологический уклад разлад и смуту.
Душа отчаянно сопротивлялась. Разум же смеялся и крутил у виска: "Какая на фиг любовь, дурочка? Подумай, что тебя ждёт лет через пять? Сороковник для женщины далеко не то же, что сорок для мужчины. Посмотри в зеркало. Пока красива, стройна и упруга, но что будет через несколько лет? Кому ты будешь нужна со своей тонкой душевной организацией?".
Светлана пыталась быть рациональной. Но стоило ей представить их будни, как первая же картинка навевала уныние. О чём они станут говорить? Чем заниматься долгими зимними вечерами? Сексом? Но ведь он только в первые месяцы отношений ярок. А потом? Невольно подумалось: ощущает ли Илья их психологическую несовместимость?

Утром во время обхода врач подал выписной эпикриз и сказал, что аллерген не установлен. И посоветовал обратиться к психотерапевту.
Чтоб не напрягать и не отрывать Илью от работы, Света собрала вещи, вызвала такси и поехала домой.
Рассчитавшись с таксистом, она поднялась на этаж и вошла в квартиру. Лёгкий слой пыли на мебели, слегка затхлый воздух, а в остальном всё так же, как и неделю назад. Светлана открыла окно, переоделась и включила компьютер и телевизор. Предстояло определиться с психологом. Должен же быть какой-то выход.
Сняв с рук повязку, она нанесла на ладони слой крема и ввела в поисковик: психотерапевт. Рука замерла. А нужен ли он ей?..
Машинально взгляд упал на экран телевизора. Горестно улыбаясь, на неё смотрел мим. Жестикулируя, актёр изображал несуществующие предметы. Нет моря — заплещется, нет солнца — взойдёт, нет слёз — хлынут. Вот он мальчик, и уже старик. Великое мастерство переиграло время. В немой сцене мим пытался донести то ли трагедию человечества, то ли личную боль.   
Согнувшись под тяжестью, он что-то нёс. Бремя грехов, камень, крест? Пластические образы скорее символизировали третье. Казалось, ещё шаг, и он рухнет. "Да воздастся каждому по делам его".
Светлана смотрела и думала: а каким был бы её сценарий? Что бы она взвалила на собственные плечи? Тяжкий груз разочарований?
Семьи с первым мужем не получилось. Очаг потух, дом обветшал и рухнул. Да и мог ли он быть прочным, если краеугольный камень оказался и не камнем вовсе, а куском сырой необожжённой глины. Не было у них любви. Любовь — это когда не можешь объяснить "за что?" Когда скучаешь и ждёшь, и не страшны размолвки и ссоры.
Её замужество оказалось не просто ошибкой — оно стало программой, установкой на неудачу. И сейчас, прежде чем дать Илье окончательный ответ, она сидела и думала, о себе, о своих чувствах: "За кого она собралась замуж? Зачем? Ведь он чужой. Чужое тело, чужие руки, чужие мысли. Не от того ли бунтует душа, обороняясь кровавыми трещинами ладоней?"
Она понимала, что в зрелом возрасте не так-то просто создать семью, отношения нужно строить в молодости. Как бы ей хотелось перецепить локомотив и рвануть обратно, в далёкое "когда-то". Туда, откуда текут реки, идёт дождь, падают звёзды.
И начать сначала.

Света встала, прошла на кухню и включила чайник. Вечерние сумерки изменили тона. Белый тюль приобрёл серый оттенок, шкафы — размытый ультрамарин. Тишину нарушал лишь звук закипающей воды и дробные удары дождевых капель. "Стучи, дорогой — больше некому".
Она открыла окно. Мелодия дождя зазвучала отчётливей. Самозабвенно, в темпе адажио, оркестр исполнял  увертюру одиночества. Предполагалось, что звучать она будет вечно. Иной репертуар предусмотрен не был.

Фото из личного альбома


Рецензии
Мне понравилась ваша увертюра, она точно подметила настроение вашей героини, осень,красивая по началу пора, а потом унылые дни, они навевают тоску о чем-то и грусть

Клавдия Булатова   07.11.2019 09:56     Заявить о нарушении
Осень красива. Но весёлой её не назовёшь.

Татьяна Матвеева   08.11.2019 18:15   Заявить о нарушении
На это произведение написано 182 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.