О Цинковых мальчиках

Человек уникален в своей болезненной потребности переживать ужасное, и в своем оборонительном стремлении от всего ужасного закрываться и удаляться.

Лет пять назад я писала вместе с группой энтузиастов в самопальной газете "Я.Д.Ы". Старались посвящать номера животрепещущему, шевеля умы молодежи, юными устами вещая юным головам о том, что казалось важным.

Один из номеров пришелся на дату дня памяти чудовищных событий - первосентябрьского захвата школы в Беслане (1 сентября 2004 г.).

Наша главный редактор Юля на первую полосу нашей четырехстраничной газеты поместила фото мужчины в военной форме, несущего на руках окровавленного ребенка.

Я была возмущена: даже в черно-белой печати газеты на это фото тяжело было смотреть. Тогда Юля сказала мне две вещи. Первое: что фотография для публикации была выбрана по принципу "самая безобидная" из имеющегося ассортименты (и на нее мне без боли было не взглянуть!). Второе: что в 2004 году главный редактор одного издания лишился своей должности за то, что разместил в выпуске "откровенные фотографии" ужасных событий.

Этот фрагмент вспомнился мне сейчас, когда я принялась читать давно желанную книгу писателя-журналиста Светланы Алексиевич "Цинковые мальчики". Сборник осмысленного опыта тяжелейших событий - Афганского и Чеченского военных конфликтов, осмысленный пересказ историй очевидцев смерти других войн, да и просто - очевидцев сокровенного и непостижимого - убийства человека.
Афганская война была давно, а с ней минули в историю и все ужасы этой войны.
Ужасы войны: человек убивает человека.

Сейчас я читаю, содрогаясь глубине и откровенности самых затаенных сторон человеческой сущности - нелицеприятного облика человека на войне, человека с винтовкой в руке.

Сила слова - непотрясаема.
Я пролистала в Гугле фотографии трагедии в Беслане.
Я читаю книгу без иллюстраций, но сила эмоции не уступает силе восприятия фото-образа.

О крови можно написать так, что показывать уже будет не нужно.

После каждой страницы застываешь в раздумье - закрыть и оставить? Но мучительная сила изнутри толкает перевернуть страницу и жадно впиться почти что зубами в текст, сотрясающий и обескураживающий до глубины души.

Мы боимся и не хотим ничего плохого, злого, "противоестественного".
Но мы устроены так, что все ужасное и страшное изначально таится в глубине нас, всё деструктивное, опасное, саморазрушающее заложено в человеке с рождения.
И, столкнувшись с проявлениями этого "дикого" инстинкта, а особенно просеянного сквозь призму чужого сознания, мы впитываем каждый знак с чувством насыщения голода, едва ли сравнимого с любым другим биологическим голодом.

Человеку мучительно нужно то, чего он страшится.
Ему решительно необходимо пережить, пропустить через себя и осмыслить опыт кошмарных вещей, опыт смерти, страха, зла, человеческого отчаяния.

Книга, которую читаешь через себя, но охотнее любой занимательной фантастики.

Мы, люди, поразительно невероятны. Проявления границ наших чувств не поддаются измерению. Самый эластичный "сантиметр" не объемлет нашей болезненной загадочности никогда.

P.S. Если ваши нервы упруги, а пытливость ощущений и переживаний велика, равно как велико стремление познать неафишируемую правду непростых событий, попробуйте эту книгу. Это будет сильно.


Рецензии
пока существуют войны - значит они кому-то нужны ... и пацифизм тоже объективно кому-то нужен ... кому? ... возможно тем, кто эти войны начинает, ведь пацифизм распространяется именно там и именно среди тех, когда нужно убрать из общества и страны возможное сопротивление чужой военной силе ... Алексеевич это хорошо делала ...не бескорыстно, конечно ... )))

Александр Рифеев 3   05.10.2015 06:39     Заявить о нарушении