Я ходил взад-вперёд. Устав – уселся на диванчик. Из кармана вытащил «кристаллик связи» - мобильный телефон в виде прозрачного кристаллического минерала, повертел на кончиках пальцев, коснувшись точки, в которой кристаллик пульсировал алым. В качестве отклика верхушка кристалла побагровела, что означало – сети нет. В ином случае свет был бы зеленым.
Из вентиляционной заслонки под потолком тянуло прохладной. Я закрыл глаза и услышал едва различимый шум. Он исходил из-за стен.
Поняв, что этот в какой-то степени действующий на нервы монотонный звук не позволит вздремнуть, я пошел в ванную, где тщательно вымыл лицо и руки.
Мне подумалось о том, насколько прекрасный наверху наступал вечер. Как теплые ветра ласкали сочные березовые листья, наполняя пространство волшебным ароматом зрелого лета. Как над водной гладью какого-нибудь подмосковного озера пролетали птицы. Я прикрыл глаза, захотел вдохнуть лесной воздух, но вдохнул зяблую, пропущенную через систему кондиционирования смесь. Из этого подземелья захотелось вырваться как можно скорее. Если бы не просьба моего друга, я бы уже поднял здесь панику.
Столовая нашлась сразу, как Жека и говорил; по фиолетовым меткам. Кстати рядом присутствовали и другие цвета. Видимо в этом подземном комплексе такая система навигации.
Уютная, но по-военному строгая. С добротными столиками и прекрасными стульями с мягкой обивкой. Окинув помещение взглядом, я понял, мне повезло – из посетителей я здесь один. Я никогда не любил есть при большом скоплении людей.
К столу раздачи вышла девушка и поздоровалась. Аппетит проснулся, едва я склонился над емкостями с блюдами.
– Что желаете? – спросила она.
Она являла собой саму приветливость. Я не ожидал встретить здесь столь милое создание. Поверх тоненького свитера на ней белоснежный фартук, нисколько не скрывающий её красивую фигуру. Русые волосы аккуратно прибраны. На щеках здоровый румянец.
Вот тебе и красотка из подземелья, подумал я.
– А есть слон? Я с удовольствием съел бы сейчас одного.
– Слона нет, но уверена, порция стандартного обеда вас вполне устроит.
– А что значит «стандартный обед»?
– Сегодня это борщ со сметаной, мясной гуляш с соусом кари, картофельное пюре, овощной салат, злаковые брикеты с чесночной начинкой, черный чай и фруктовый компот.
В животе заурчало. Я согласно закивал.
Девушка расцвела улыбкой и принялась наполнять тарелки. Затем составила всё на зеленый пластиковый поднос и пожелала приятного аппетита.
Расположившись за одним из столиков, я приступил к еде с наслаждением.
Вроде не заморские деликатесы, и не редкие блюда, приготовленные по замысловатым рецептам, простая еда, но божественно.
К концу трапезы в дверях столовой показался Женя. В безлюдном помещении он меня обнаружил сразу.
– Ну, как тебе здешняя кухня? - спросил он, подходя мимо моего стола.
– Откровенно говоря, не ожидал такого в армейских катакомбах!
Женя взял себе стакан сока и, вернувшись, уселся за столик.
– Приготовлено, как в хорошем ресторане, - продолжал я.
– Согласен. Автоматика заменяющая поваров здесь применяется новейшая. Всего одного оператора хватает, чтобы отличнейше накормить несколько сот человек.
Сытый и расслабленный я поинтересовался:
– Решил свои вопросы?
– Решил. Всё в порядке.
Жека замолчал и, попивая сок, уставился в одну точку. Я не выдержал и полминуты такого молчания:
– Хватит залипать! Лучше введи в курс дела.
– Сейчас пойдем в зал собраний, - встрепенулся Жека, - посмотрим видеоролик. В нем кратко раскроют суть происходящего и даже, по-моему, расскажут кто такие Виртуалы.
– Виртуалы? Расскажи сейчас! Мне интересно.
– Это группа людей призванных быть загруженными в виртуальную реальность с целью сохранения информации.
– Информации? – поморщился я. – Ты сказал люди? То есть, спасать мир буду не я один? Это такая специальная армия?..
Жека взглянул резко, оценивающе. В глазах волнение. Он попытался выяснить, не знаю ли я больше чем нужно. Однако мое простодушное лицо наверняка сказало: «нет, ни черта не знаю».
– Не армия. Виртуалы это группа людей с редкими параметрами психики.
– Мне предстоит стать одним из них?
– Ты уже один из них.
Я улыбался. Похоже, выпутать из Жеки что-то конкретное у меня сейчас не получится. Нужно спросить что-нибудь, от чего у него проявится разговорчивость:
– Ты говорил об инопланетянах, желающих уничтожить земную цивилизацию, где эти гады?
– Данных о том, где они, у нас не было и нет. В наличии у нас были только сигналы. А шли они из области созвездия Волопас. Но откуда именно, установить не сумели. Сигнал поступал три раза в течение одной недели и повторно не фиксировался. Само собой, с того момента телескопы всех видов начали более бдительное изучение данной области. Но безрезультатно. Видишь ли, со стороны того созвездия всегда шел какой-то шум, но это из-за того, что там по стечению обстоятельств много коллапсирующих звезд и больше ничего особенного. И вот уже шесть лет прошло, а пришельцев нет. А ведь никто не исключает, что была допущена ошибка в расшифровке сигала. Ведь с того времени некоторые энтузиасты пытались расшифровать повторно и у них вообще выходило чуть ли не признание в любви ко всей Вселенной. В сухом остатке мы имеем неясную расшифровку не то с угрозой, не то с клятвой в любви, вот уже как шесть лет космической тишины и ничего более. Они хотели нас уничтожить, но позабыли об этом в серых буднях космической рутины.
Я хотел сказать, а чем летящий к Земле астероид не «оружие уничтожения»? Но Женя опередил, чем в итоге сбил меня с мысли:
-У нас здесь не о том голова болит. Сейчас, если ты не забыл, на нас нацелен астероид, против которого адекватной защиты у нас нет. Если гипотетические пришельцы еще как-никак живые существа, пускай с щупальцами или когтями, или что там у них, по которым мы в теории можем жахнуть из наших орудий, то космическое тело – задача в сто крат сложнее. Даже если брать в расчет ресурсы всех армий мира. Будь камушек раза в три меньше, можно было бы кое-что предпринять, а что делать с такой громадиной мы просто не знаем. Сейчас уже поговаривают, будто бы ко всему прочему у него колоссальная плотность и запредельная масса.
Он отставил пустой стакан, после чего внимательно посмотрел:
– Эта хрень со стопроцентной вероятностью уничтожит планету. Человечество обречено. Мы, конечно, попытаемся предотвратить грядущее. Отправим ему навстречу пару десятков ракет, может, сфокусируем на орбите мощный лазер, не чтобы сжечь, но чтобы попытаться свести с курса, а напоследок, за секунды его вхождения в атмосферу, вдарим силами ПВО, чтобы хоть немного ослабить силу чудовищного удара. Однако необязательно быть ученым, чтобы сказать – вряд ли из этого что-то выйдет.
Что-то подсказывало мне: из своего прежнего состояния недоверия пора выходить. Это действительно очень серьезно. Я сказал:
– Хочу знать, что от меня потребуется. Так и быть, раз уж я здесь – я готов к заданию. Даже вопросов постараюсь много не задавать.
– Вот, другое дело. Всегда уважал тебя за твою склонность к внезапному воодушевлению.
Я действительно начал ощущать воодушевление и оттого воскликнул:
– Теперь ты должен с частотой пулемета выдвигать задания! Давай, не томи. Это длится уже полдня. Довольно ходить вокруг.
– Ситуация складывается так, что исход столкновения будет печальным. Мировое сообщество в лице его руководителей свое решение уже вынесло. Оно может показаться бессмысленным, но тем не менее. Так как наш реальный мир не спасти, сохранить нужно хотя бы его копию. В виртуальную структуру будет перенесено всё до мельчайших деталей. Смысл затеи таков, что если нельзя сохранить жизнь, нужно сохранить хотя бы её замысел.
На моем домашнем компьютере есть игра. Хотя, не правильно, не игра, программа, в которой можно моделировать искусственный мир. Степень детализации и взаимоотношений не хуже чем в реальной жизни. Иногда, надев мультимедийный шлем, я ухожу туда. Строю для себя новый дом, в виде всё более и более необычных конструкций. Иногда творю беспредел. Эти миры при желании можно синхронизировать с другими. Множество пользователей по всему миру могут создать для себя единое виртуальное пространство и в нем взаимодействовать.
– Очередная виртуальная реальность, которая есть почти в каждом компьютере? – скептично сказал я. - Суть затеи я вроде понял, но насколько это целесообразно? Какой смысл от виртуальной жизни, если в нее некому будет «играть»? Ведь планета будет уничтожена. Или вы хотите переселить нас Виртуалов на Луну и там посадить за компьютеры, чтобы мы обыгрывали якобы существующую жизнь на Земле?
-Нет, ни черта ты еще не знаешь. Вы, Виртуалы, сами будете загружены в тот мир и ваше сознание станет воспринимать его как действительность!
-Вот оно что! А как же куча парадоксальных аспектов? Например, время: оно определенно станет другим, а осознание виртуальности начнет медленно сводить с ума тех, кто будет в ней жить.
– Да брось ты, всё давным-давно решено. Специалисты ведь не вчера взялись над этим работать. За прошедшие двадцать лет человечество добилось фантастических результатов в области внедрения нанотехнологий и развития компьютерных систем. Ведь знаешь, что бюджеты по всем остальным отраслям многие годы урезали до абсурда, только компьютеры, только квантовая физика и только нанотехнологии.
– Что было – то было. Но неужели ученые на сегодняшний день дошли до создания искусственных миров?
– Скажу больше – такой мир уже создали. Но для того чтобы в него «загрузиться» требуются люди особого типа. Я уже говорил, что таких людей чрезвычайно мало. По каким-то причинам они почти не встречаются среди представителей старшего поколения. Они и среди нашего-то с тобой встречаются один на десять тысяч. Дети подходят почти все, но как бы резко не звучало, это серьезная миссия, а не детский сад. В общем, ты один из тех, кто получил пропуск в виртуальный мир. Точнее твое сознание. Кстати моё сознание отбор не прошло.
– Интересно, по каким критериям он проходит? И где остальные счастливчики?
– Остальные… - и он запнулся, и дальше я почувствовал некую ложь, - одиннадцать человек в данный момент либо проходят подготовку к процессу инсталляции, либо доставляются на место сбора. Ответ на первый вопрос ты получишь позже, и, уже от других.
Меня хотят загрузить в виртуальное пространство, вздохнув, подумал я. Я читал о такой возможности: наука нашего времени даже не считает эту идею революционной. Но для чего? Зачем нужен виртуальный мир, когда нет настоящего?
Жека поднялся из-за стола и сказал:
– Время.