Вторник не всегда день спокойный

Евгений Парушин
      Было утро вторника. Николай Павлович приехал на работу почти к обеду, потому как на вечер была запланирована важная встреча, которая могла затянуться до полуночи.

      Войдя в свои владения, он почувствовал напряжённость. Вроде все как обычно, но что-то не так. На месте не было только Саши – ведущего инженера, но это не было поводом для беспокойства, тот часто отлучался, как по работе, так и по семейным делам.

      Войдя в свою приёмную, которая была в полном распоряжении секретаря вот уже много лет, он поприветствовал вскочившую навстречу девушку и спросил:

      - Что-то не так, Вика. Нутром чую. Признавайся.

      - Уже нормально, не беспокойтесь. Я Санечку домой отпустила, он вроде отошёл.

      Николай замер от изумления:

      - Класс! А мне казалось, что я пока тут старший по званию. Докладывай, что тут без меня натворили.

      Вика усмехнулась, она-то знала, кто тут старший и когда. Поэтому она уселась на стол, встряхнула волосы и приготовилась к докладу. Николай ухмыльнулся, подошёл поближе и строго потребовал:

      - Рассказывай, что произошло. Все сидят побитые и тихие, как мыши.

      - Николай Павлович, - начала рассказ Вика, опустив глаза, - Вы же разрешили нашим ребятам по понедельникам вечером расслабляться в баньке.

      - Ну, так, они же туда уже пару лет ходят. И вроде без проблем. Что, накушались оболтусы по случаю?

      Пора пояснить, что банька-сауна размещалась в подвале здания, когда-то бывшего детским садиком, второй этаж которого арендовала фирма Николая Павловича. Она была очень полезным местом, где можно было пообщаться с уважаемыми людьми без посторонних глаз. Несколько раз в год в ней находили жучки, которые безжалостно истреблялись и жизнь продолжалась. На сотне квадратных метров было всё необходимое для качественного отдыха и расслабления. Особая гордость – большая парилка с невероятно мощной печкой, для которой пришлось провести отдельную линию питания. Обычно гости захаживали по пятницам или субботам, а понедельник считался совершенно непригодным для деловых бесед.

      После встреч с уважаемыми людьми в холодильнике оставалось много закуси и немного выпивки, которую и истребляла мужская часть фирмы не жалея живота в первый рабочий день недели. Высококачественный алкоголь Петрович предусмотрительно припрятывал в шкафчик под замок, а остальное спиртное, в основном пиво, оставлялось на разграбление. Мужиков было всего четверо, если считать вместе с заморышем Ромой, который пытался участвовать в меру сил и здоровья.

      Вика фыркнула:

      - Нет, наши мужчины не дурят, они меру знают. Просто обстоятельства так сложились. Санечка вчера очень уставший был после выходных. Домашние замотали, внуки заездили. Вот он и задремал, погревшись в сауне. А друзья, понимаете ли, пожалели и оставили его поспать на диване в зале.

      - Ничего пока ужасного не вижу. Ну, подремал и ладно, - улыбнулся Николай Павлович.

      - Так он и подремал – в результате сильно остыл часам к трём ночи. Решил, что надо согреться. Включил печку и пошёл в парилку.

      - Вика, не тяни, всё в пределах нормы, куда же он мог пойти ночью, если замёрз?

      - Я не тяну, я растягиваю удовольствие от доклада, мррр…

      - Ага, мрррр, что дальше-то было?

      - А что могло быть? Вы же сами датчик температуры велели поставить в комнате отдыха. Вот Санечка и согрелся. Всего до ста сорока градусов, а может и больше. Термометр на стенке расплавился. Как наш герой выполз из парилки, сам не знает. Только прилёг он на лавку под единственной форточкой.

      - Это же в тамбуре? – изумился Николай и закатил глаза.

      - Именно там, зараза. Так вот, прихожу я утром и вижу, висит Сашино пальто на вешалке. А его нигде нет. Я сразу почувствовала неладное, пошла вниз. А он там!

      - Погоди, Вика, конечно там, где ему ещё быть-то, - Николай Павлович приобнял девушку за плечи, пытаясь успокоить.

      Вика передёрнула плечами и зачем-то помахала рукой перед собой:

      - Там, конечно, только в каком виде? Нагишом на лавке, а сверху слой снега, который не таял! А подумала, всё. Замёрз и умер. Нет, умер и замёрз.

      - Господи! Он ещё там? – охнул Николай Павлович.

      - Нет, уже дома, наверное. Рома ему такси вызвал.

      - Ну, слава богу. Нельзя ему помирать, такой курятник дома развёл, - успокаиваясь, проворчал Николай, - Хорошо, нашла, дальше что было?

      - Закрыла форточку. Смела снег, растрясла. Живой ещё был. Только ничего у него не гнулось, и говорить не мог, так замёрз. Ужас.

      - Ребят бы позвала, там же телефон есть.

      - Ребят! Они ещё не пришли, а человек, того гляди, уснёт навсегда. Как в тайге зимой. Последний самый сладкий сон в жизни, - закатив глаза, промурчала Вика, - я его на себе в парилку оттащила. Ну и включила печь на половину мощности.

      - Ясно, пусть оно теперь просохнет, - развеселился шеф и, погладив девушку по коленке, поинтересовался:

      - И как же ты с такими тоненькими ручками-ножками здорового мужика через три двери протащила? Обалдеть можно!

      - Вам бы посмеяться, а знаете как тяжело! Я вспомнила кино про санитарок на войне. И вообще, без одёжки он мне показался полегче.

      - Ты его раньше в одёжке носила? – не сдержался Николай, и предусмотрительно шарахнулся в сторону, поскольку от Вики можно было ожидать и неадекватную реакцию.

      Но она посмотрела на него, как на обычного психа и спокойно ответила:

      - Не раньше, а позже, когда он согрелся. Пришлось его одеть и обуть, не тащить же нагишом человека в такси. Как согрелся, сразу стеснительным стал. Что Вы за порода. Не поймёшь.

      - Ммм, почему-же…, - пробормотал Николай.

      - Да, и вот что забавно. Пока он отогревался, под лавку с полведра конденсата натекло, - и, увидев ехидное выражение на лице шефа, разборчиво по слогам добавила, - конденсата и растаявшего снега. Он же ужасно меховой у нас.

      Николай Павлович расхохотался:

      - Ты Вика умница. Лишь бы он не заболел после такого. Не юноша ведь. Пенсионер, однако. Целый полковник в запасе.

      - Не заболеет, я в него двести грамм водки влила. Ну, в качестве лекарства, конечно. И жену предупредила, чтоб не подумала чего.

      - Ты так всё и рассказала? Эх, каюк Саше, - вздохнул Николай.

      - Ага, я ведь глупенькая! Почти блондинка. Всё в деталях изложила, как нашла мужика на лавочке в тамбуре голышом и покрытым слоем снега толщиной в три сантиметра. Как обмела веником снежок и в тёплую баньку снесла, согрела, напоила водочкой, а потом одела и домой к жене малой скоростью отгрузила. Что бы уж наверняка его пришибли или заставили уволиться. Вот вы как обо мне думаете!

      - Что ты, Вика! Что ты! Я уверен, что ты нашла правильные слова для несчастной женщины, - давясь смехом, с пафосом ответил Николай и приобнял Вику, - Ладненько давай поработаем малость, а то вечером мне к Алексею с документами надо тащиться.

      Время до выезда пролетело незаметно.

      Тем временем, супруга Саши обзвонила всех участников событий и окончательно перестала понимать, что же именно произошло. Все шесть версий, включая мужнину и рассказанную Николаем Павловичем, не имели между собой ничего общего. Напоследок она с горечью поведала Николаю, что, конечно, она не поверила ни одному слову, ни мужа, ни его коллег, но Сашу простила. У всех бывают иногда лёгкие помешательства, и неплохо было бы отпустить Сашеньку отдохнуть хотя бы на пару недель, пока он совсем не сошёл с ума. Да и домашних дел накопилось немало.

      Последнее вызвало тихий восторг у коллектива. Единогласно постановили отправить Сашу в командировку на неделю в Тмутаракань, предварительно отняв телефон. Работы там предполагалось часа на два, зато какая замечательная зимняя рыбалка. Заслужил ведь человек немного покоя.