Мне б газетку

Ольга Крупенье
Таджикистан 1993 года. Заканчивается гражданская война. Мы с коллегой-журналистом оказываемся в уже почти послевоенном Кулябе.
 
Нам дают проводника и телохранителя, из бывших боевиков Сангака Сафарова. Имени мужика, конечно, уже не помню. Невысокий, разговорчивый, подвижный, до черноты загоревший и отлично говорит по-русски.

Приходит время уезжать, и он провожает нас на военный аэродром. Уже прощаясь, вдруг неожиданно смущенно спрашивает, нет ли у кого из нас какой-нибудь русской газеты? Все равно, какой. Очень надо.

Газеты у нас нет, и он не на шутку расстраивается.

Тут я вспоминаю, что у меня в рюкзаке в газету, не то в «Труд», не то в «Известия», завернута запасная пара обуви. Но газета совсем старая и, конечно, сильно помята.

- Неважно! Давайте! – загорается он.

Я вытряхиваю из газеты башмаки и отдаю мужику.

Он, не скрывая радости, аккуратно расправляет ее, очень аккуратно складывает и бережно прячет в карман.

Мы с удивлением следим за его действиями.

- Несколько лет не видел русских газет, очень соскучился, дома почитаю, - объясняет мужик.

Выясняется, что в советское время он работал в Душанбе учителем истории. Имеет два диплома - исторического факультета Ташкентского университета и высшей партийной школы в Москве.