Сестры Локаловы. Заветы отца

Российские реформы последних лет вызвали  в обществе имущественное расслоение, но не сопровождались явлением, потребность в котором в наши дни обозначилась особенно остро. Это явление – благотворительность и меценатство.

Наши предприниматели в полной мере и должном масштабе  еще не осознали своей ответственности пред страной, ее настоящим и будущим - ответственности успешных людей перед той частью общества, которая в силу разных причин, объективных, прежде всего,  оказалась  «неконкурентоспособной», нуждающейся в помощи и поддержке.  Этой статьей я  хочу обратить внимание людей сегодняшнего дня на традиции ярославского милосердия.  Думаю,   есть необходимость напомнить о времени, когда основным источником помощи бедным и несчастным являлись благотворительные пожертвования частных лиц и общественных организаций.

В  один из июньских дней 1910 года, когда молодые деревья в садах  села Великого гнулись под тяжестью темно-красных вишен,  пришла радостная весть о присвоении звания почетной гражданки города Ярославля Елене Александровне Лопатиной за учреждение городского Сиротского дома. Радость и волнение купеческой жены, получившей известие от городской ярославской управы, придали уверенности в достойном продолжении дел предков. Слова государя императора «Благодарю Лопатину» звенели колокольцами в ушах, как и слова отца «быть полезным для других – единственное оправдание нашего земного существования».

Быстрым шагом по дорожке, вымытой мощными струями летнего дождя, изящная миловидная женщина подошла к нарядному дому семьи Локаловых, напоминавшему  средневековые постройки. В  огромном  замке было  по-домашнему уютно, располагало к отдыху, умиротворению.  Прохладой тянуло по всему дому. В  дубовом кабинете  – просторном помещении с двумя большими окнами, заставленном шкафами, - ничего не изменилось с тех пор, как Елена Александровна последний раз бывала здесь. Над столом навис в тяжелой золоченой раме портрет  отца Александра Алексеевича Локалова.  Казалось, что он смотрит на дочь, очень гордо и прямо: подбородок слегка приподнят, ровно настолько, чтобы свидетельствовать не об упрямстве, а о внутренней силе. Темно-каштановые волосы причесаны именно так, как модно  было в Москве: густые пряди не доходили до плеч, зачесаны назад, элегантная бородка, коротко стриженые усы подчеркивают безупречный вкус. Это был своего рода сигнал: их обладатель вполне мог оказаться умнее других.
 
Елена Александровна знала, что унаследовала проницательные глаза Локалова, его великолепную осанку и даже внешнее благородство. Привлекательность купца также передалась ей. Но что было лучшим воплощением отца в ней – так это его деловая хватка и целеустремленность. Она стала продолжательницей  его дел, помня  заветы и наказы.

Казалось, еще совсем недавно он сделал ей предложение работать с ним. Не раздумывая, она  его приняла. То ли он чувствовал, что скоро уйдет из жизни, то ли видел в дочери опору в суровый час? «Семья и семейное дело – превыше всего». Так, в далеком 1887 году было оформлено «Товарищество Гаврилов-Ямской мануфактуры льняных изделий А.А.Локалова»,  учредителями акционерного общества стали купец Локалов и его дочь Елена Александровна Лопатина. И вот уже, 1910 год. Год, когда дела и заслуги купеческой дочери были оценены по достоинству правительством. Что бы на это сказал человек, который ежедневно своим делами доказывал себе и окружающим, что главное в жизни «быть полезным для других»?

Двадцать лет он был хозяином знаменитой, одной из самых крупных в центральной России льняной мануфактуры в селе Гаврилов-Ям. Фабрика Локалова получала высшие награды и премии на различных ярмарках и выставках.  Изделия с вензелями и монограммами заказчиков продавали гостиницам, клубам, ресторанам Петербурга, Москвы, Киева, Воронежа. А тончайшие полотна удивительной белизны поставлялись царскому двору. Красота узоров, изящность отделки и прочность льняных фабричных изделий пришлись по вкусу простым людям. Огромные капиталы вызывали зависть у  предпринимателей и уважение у властей.  За Локаловым Александром Алексеевичем закрепили прозвище «ткацкий король».
 
 Свою успешность он  доказывал ежедневно. Это было необходимым условием жизни, ибо в дни перемен люди тянуться к сильным натурам. Состоявшийся предприниматель понимал это как никто другой…ведь он и его отец, Локалов Алексей Васильевич были выходцами из крестьянской среды села Великого Ярославской губернии.  Поэтому он никогда не давал спуску ни себе, ни подчиненным, ни детям, ни кому бы то ни было иному.

Он, как и другие владельцы предприятий «железного» девятнадцатого века, для блага дела, заставлял своих рабочих трудиться в тяжелых условиях по четырнадцать часов в сутки, и платил им сносное жалованье. Помесячная плата работникам составляла от 9 рублей до 12, а обед на фабрике стоил  2 копейки. Александр Алексеевич вовсе не был узурпатором и понимал, что, если будет измываться над рабочими, то наживет себе злейших врагов, и неизвестно еще, чем все кончится. Поэтому энергичный купец заботился о жизни и быте рабочих. Он построил в селе Гаврилов-Ям дешевые квартиры, которыми пользовались фабричные люди, устроил для них лечебницу и аптеку, где бесплатно выдавались лекарства, а также перевязочные материалы - травматизм в ту пору был велик. Здесь же постоянно дежурили врач и фельдшер. А для увечных и больных рабочих построил  богадельню, содержавшуюся на личные средства. Поддерживал 65 самых бедных семей села Великого, ежемесячно выделяя каждой из них по 2 - 2,5 пуда ржаной муки, обеспечивая больных чаем и белым хлебом.

 К удовольствию матерей, работавших на фабрике и не имевших средств обучать детей, он, в построенном еще отцом Алексеем Васильевичем двухклассное начальное училище для девочек в родном селе, в 1884 году открыл рукодельный класс с целью улучшения экономического быта населения. Каждая девочка, по мнению Локалова, должна  была не только обеспечивать своим мастерством семью, но и иметь гарантированный приработок.
 
Понимал Александр Алексеевич и то, что хороший работник должен быть трезвым, поэтому пытался отвлечь своих рабочих от кутежей и пьянства. В праздничные дни устраивал религиозно-нравственные беседы, организовал библиотеку, где книги бесплатно выдавались на дом…

Одной из отличительных черт его была бережливость в быту, иногда доходившая до скупости. Если расходы, связанные с торговлей и новшествами на фабрике, считались необходимыми (так как непременно окупались и приносили доход), то чрезмерные расходы на личные нужды порицал и считал предосудительным. Подобная экономия распространялась на все сферы частной жизни: одежда была простая, стол - достаточно скромным.
 
Александр Алексеевич Локалов жил по заветам «отцов и дедов». Традиции считал основой жизни, а любые новшества принимал, как минимум, с подозрением. Несмотря на это, ради пользы дела он не чуждался вполне светских развлечений - театра, выставок, концертов. Это помогало ему завязывать нужные знакомства, заключать выгодные сделки. Это проникновение культуры европейской практически никак не влияло на бытовую культуру: вернувшись из Москвы  с концерта модного певца, он легко менял  европейское платье на рубаху и полосатые штаны,  садился пить чай с семьей вокруг огромного начищенного самовара.
 
Он был верующим человеком.  В субботы, воскресенья и двунадесятые праздники считал обязательным присутствие на службе в храме. Не менее обязательной  была и домашняя молитва.

Добрым делом считал благотворительность, жертвование на храмы и монастыри. Для оказания помощи «недостаточного состояния учащимся образовательных учреждений» города Ярославля он учредил именные стипендии. Пытался учредить в родном селе благотворительное общество «Христианская помощь», но угаснув в одночасье, не успел. Будучи человеком, ответственным за свои слова и дела, Александр Локалов выполнил свое обещание, оставив после себя духовное завещание, согласно которому обязал своих наследников ежегодно отчислять по 5 тысяч рублей на содержание задуманного им общества «Христианская помощь». Спустя год, в 1892 году был открыт приют на 50 детей и 6 мастерских, в которых они могли работать: иконописная, чулочная, швейная, портняжная, столярная и сапожная. Большую часть средств (около 50 000 рублей в год) общество получало по духовному завещанию А.А.Локалова и личных сбережений наследниц, в том числе и Елены Александровны Лопатиной. На протяжении всей жизни он выполнял свой долг перед простыми людьми  с беззаветным патриотизмом.

Если бы Локалов А.А. был жив, он непременно смог гордиться  благотворительными делами своей дочери, ее почетным званием.

«Делать добро, проявлять милосердие, оказывать помощь» - все это особенно близко  было семье Локаловых.


Рецензии