Общага

Молодость счастлива тем,
 что   у   нее  есть  будущее.
Н.В. Гоголь

Студенческое общежитие располагалось в красивом пятиэтажном здании постройки сталинских времен, в кои еще  не подпадали под запрет так называемые архитектурные излишества. Да и внутренняя планировка строения отличалась добротностью и продуманностью решений. А вот с чистотой и порядком в жилых комнатах «общаги» творился полный кавардак. Несмотря на неослабные усилия административных, комсомольских и профсоюзных организаций вопрос санитарии здесь оставался архизлободневным.

Так и велась по всем этажам студенческого приюта непрекращающаяся игра в кошки-мышки: санитарные тройки, не покладая рук, выводили на чистую воду неряшливых поселенцев, пренебрегающим полотерством, а те зорко охраняли свои владения от посягательств контролирующих органов, отстаивая  проживание в антисанитарных условиях.

Обитатели комнаты 206, укладываясь на ночевку, открывали традиционные прения по актуальному вопросу – кому идти выключать свет? Добровольцев вылезать из-под одеяла и шлепать босыми ногами по пыльному полу часто не находилось. Тогда принимались гасить свет подручными средствами, - тапочки, ботинки, шапки, тюбики с зубной пастой и прочие подходящие предметы личного обихода летели в цель, пока очередной удачный бросок не прерывал электрическую цепь питания горевшей лампы. Бывало, что все запускаемые «снаряды», даже подушки, расходовались безрезультатно, тогда задетые за живое метатели все-таки поднимались с кроватей, разбирали накопившуюся груду вещей по принадлежности и, возвратившись на исходные позиции, повторяли обстрел выключателя. Им надо было закончить начатое дело уже из спортивного принципа.

Однажды, во время таких упражнений, имитирующих дистанционный способ управления комнатным освещением, раздался стук в дверь. Конспираторы вмиг примолкли, создавая эффект безлюдья в комнате.
- Шьем чувяк  и бабуш из старых фетровых шляп заказчика, - послышался голос за дверью. Пароль был правильный. Он сообщался особо доверенным лицам и менялся на каждую неделю. Поддавшись на уловку, затворники открыли дверь, и – авторитетной комиссии Студенческого совета во всей красе предстало захламленное логово. Вход в него преграждался грудой беспорядочно разбросанных вещей самого различного назначения. Полный провал конспирации! Тайные фискалы из числа комсомольцев-патриотов донесли-таки пароль до компетентных органов…

- Собственно, мы зашли насчет старых фетровых шляп, - двусмысленно заявил после многозначительной паузы председатель профкома Гомонов, лично возглавлявший высокую комиссию.
- У нас только новые, они еще не обносились…
- Вижу, вижу… Но это не беда. Чувяк мы вам и без шляпы смастерим. Так что считайте, что ваше дело в шляпе, - заверил поникших сотоварищей профсоюзный босс, посчитав на этом свою миссию исполненной. На очередном комсомольском собрании факультета злостные нарушители правил проживания в общежитии были подвергнуты беспощадному разгрому. Вскоре был обнародован приказ по факультету о выселении студентов из пяти комнат общежития за антисанитарное содержание жилья.  Но не все из них поспешили исполнить грозный приказ. Некоторые перешли на нелегальное положение.

 Один из нелегалов, Игорь Бондарев, поселился в 202 комнате под кроватью Вовы Комаркова. Когда добропорядочная Вовина мама приехала в общежитие навестить сыночка, то была потрясена увиденным. На ее беду, Вова, отлучившись в библиотеку, оставил мамашу в комнате одну, но, как оказалось, кроме нее здесь же присутствовал некто…

Началось с того, что в комнате вдруг чиркнула спичка. Женщина, вздрогнув от неожиданности, огляделась вокруг, - никого! Что за невидимка объявился где-то рядом с ней? Посетительнице стало не по себе, она внутренне подобралась, внимательно оглядываясь по сторонам и готовая к новым неожиданностям, которые, впрочем, не заставили себя долго ждать. Из-под Вовиной кровати пошел дым! Пожар? Магия? И почему же именно под сыновней кроватью затаилась неведомая угроза?.. Все смешалось в голове у бедной мамы…

Женщина тихо встала со стула, осторожно подошла к источнику необъяснимых явлений и, преодолевая подступившие страхи, нагнулась, заглядывая под лежанку… Боже! Там лежал человек! Он был в спальном мешке, под головой – рюкзак… В руках у человека находилась раскрытая книга, во рту – курительная трубка…
- Что Вы читаете? – неожиданно для себя спросила Вовина мама.
- Квантовую механику, - спокойно ответил человек с курительной трубкой, оказавшийся студентом.
- Но почему Вы читаете под кроватью? – поинтересовалась несведущая женщина.
- Я здесь живу, меня выписали из общежития, - пояснил обитатель подкроватного пространства, выпуская очередную порцию дыма.
- И как Вам тут, не тесно? – участливо спросила объявившаяся собеседница.
- В жизни тесно не бывает, это доказал еще Диоген, - философски рассудил Игорь Бондарев.
- Кто такой Диоген? – Вовиной маме надо было досконально разобраться в окружающей обстановке.
- Древнегреческий философ, который жил в бочке…
- Как у вас интересно! – не скрывала своего любопытства повеселевшая мамаша. – Но Вы можете хотя бы позаниматься за столом?
- Не могу. Меня застукает Гомонов и вышвырнет вон.
- Кто такой Гомонов? Философ?
- Нет! Он гомно!
- Какой ужасный человек! – возмутилась мамаша. – Но Вы хоть в магазины-то ходите?
- Хожу, но редко, - у меня ботинки дырявые. Но мне все приносит Вова, это настоящий товарищ…

Когда Вова вернулся из библиотеки, он застал умилительную картину. Его любимая мама, расположившись на полу на четвереньках, засунула голову под кровать и вела с Игорем оживленную беседу. Вылазить оттуда она отказывалась и уверяла Вову, что у него под кроватью живет чудесный человек, которому надо купить ботинки и спасти от этого негодяя Гомонова…

Другие выселенцы, расположенные к законопослушанию, безропотно распрощались с негостеприимным убежищем. Сложив нехитрые пожитки, изгнанники двинулись в поиски  крова над головой.

Они тогда еще не видели, что страна скатывается в застойное болото. Они еще не предполагали, что к концу столетия улицы и строения окончательно обветшают, что жители будут пробираться к домашнему очагу по  обшарпанным лестничным маршрутам, а служащие ютиться в замызганных помещениях. К тому времени убогие городские и сельские поселения будут представлять собой единую общенациональную общагу, для облагораживания которой и «верхи», и «низы» не проявят должного усердия, доведя до развала возводимый ими строй всеобщего равенства и справедливости.


Рецензии
Эх! Общага номер шесть универа на Сибирской, что рядом с бульваром Постышева...
Сколько раз уже брался, да всё никак не добрался чтобы написать про студенческую жизнь в начале 80-х годов... Не получается пока.
Спасибо за напоминание!
С уважением,

Алексей Кривдов   07.06.2015 19:24     Заявить о нарушении