До востребования, Заветное кушанье

До востребования, повесть



Глава Заветное кушанье





Дарина Сибирцева






 С наслаждением вдыхая  смолисто-сосновый запах дома, Анна оборотилась к печке. Эх, жаль, что за неимением места в маленьком срубе им пришлось отказаться от русской печи в пользу укороченного её варианта без лежанки и большой топки. Сами придумали  проект скромнее. Русская печь – это философия народа, она была центром семьи: и кормила, и обогревала, и служила теплой постелью детям и старикам. А какие кушанья творила – на пользу людям! Здоровье нации шло из русской печи.

Анна достала с полки гречневую крупу, чугунок и сушеные грибы. Славная каша с грибами выйдет. Вспомнилось: «А с грешневой кашей всегда такое дело, что и есть не хочется, а отстать не сможется». Никто издревле на Руси не мудрил, не ломал головы: налил в горшок воды, насыпал крупы, присолил, поставил  на огонь – каша и уварилась. Не было для русского человека слаще этого кушанья. И здоровее.

Аня растопила печку: огонь радостно затанцевал в маленькой топке. Дровишки пылали прилежно и уютно. Как немного прогорят, можно ставить и кашу на варочную поверхность в  печи. Пока замочила сушеные грибы в молоке, перебрала крупу и приготовила лук. Русского мужика без каши не накормишь – такова заповедь народа. Из малого – выходит большое. Заветное народное кушанье: точно святое, какое, – добрый друг, обрядовое приношение, осколок старины языческой, веры наших предков. Вот и выходит, что  всё лучшее в нас идёт оттуда. Из древне-славянской памяти.

Дом задышал древесным теплом. Не сравнить с иссушающим теплом батарей в бетонных сотах многоэтажек. Это тепло согревало саму душу, до самого донышка. Это тепло баюкало, как мать во снах о детстве, это тепло дарило силы жить.

Простая, сытная, добротная еда – простые светлые, добрые мысли. Человек есть то, что он ест. Мудрить надо о душе, а не с кушаньем. Не делать культа из еды. Пироги с капустой, да творогом, да калиной, да ягодой. Кулинарное время идет назад, а судьба – вперёд.

Где родился – там то и ешь себе на пользу. Проникла заморская еда в наши поры, отравила нас. Аня вспомнила вдруг девяностый год: окончание института. Однокашники собираются всей группой стоять в очереди в только что отстроенный в центре города Макдональдс. Все дрожат в радостном нетерпении. Никого не пугает очередь длинною в четыре часа за заморским «бутербродом на ходу». Аннет на секунду поддается стадному чувству. А спас её будущий муж. Он ласково берет Аннушку под руку и говорит в сторону:

– Терять драгоценные часы жизни, давясь в очереди за завалящим импортным бутербродом, сделанным неизвестно из чего? Надо себя не уважать.  «Красиво – да животу тоскливо».

И Анна, очнувшись, смотрит с пониманием и любовью на человека, с которым свяжет свою судьбу. Много позднее они пару раз зайдут в Макдональдс. В Минске, ожидая поезда, когда будут проездом из Европы. И на Кипре, когда вечером нечего будет делать, прогуливаясь по  набережной. Но только подтвердят для себя простую истину – не наша еда, не нам и дана.

Вместо колы  и пепси – морсы из клюквы-журавины и брусники, медовые взвары и чай из листьев черной смородины, малины и мяты. «Выпей чайку – забудешь тоску». Как отравить народ у нас знают, как вылечить – загадка для многих.А отгадка – рядом.

Анна взяла тяжелый чугунок. Хороша посуда, да и форма придумана дедами не зря. Куда там новомодному тефлону, разъедающему желудок. В этой посуде любая еда, что каша, что щи, что картошечка с пылу с жару будет так вкусна, что не приснится любому ресторану. И померкнет восточная слава ролла и суши, не потравит больше наши желудки. Ешь то, что у тебя рядом родится – то и на пользу пригодится. «Что жуешь – так и живешь».

Аня сняла с огня кашу, и, завернув её в старенькое одеяло,  положила под подушку. «Каша из-под подушки»  – вкуснейшее завещание тетушки. Лучшее кушанье будет, и теплое,– к любому гостю. Русская пища – это шаг к духовности, для нас еда – это ритуал, заветное кушанье, передающее традиции, а не грех чревоугодия «на бегу».

Голик-веник  сам помогал предпраздничной уборке в доме. К такой еде – и душа и изба должны быть в праздничной чистоте. А в чайнике пока томились листики любимого травяного чая. Весь дом наполнился ароматами тепла и уюта. Закончив уборку, Аня прилегла отдохнуть и заснула. И сон о былом пришел.

Вместо пиццы – румяный пирог с капустой, ягодой или черемухой. Шанежки, да рогалики. «Не красна изба углами – а красна пирогами». Пахнущая дымком выпечка. Баранки да сушки с крыжовенным вареньем. И самовар на открытом воздухе – чистое наслаждение. И тело спасибо скажет.

Необъятному потреблению надо бы противопоставить необъятную душу. А «щи да каша – пища наша». Просто, дешево и со вкусом. Вместо пресыщения – скромность в потребностях, и в первую голову – в пище.





2015 год



Фото из интернета. Спасибо автору.


Рецензии
Да...Порою просто хочется черного хлеба ,лука и сала с водкой! Хорошо написали, с Уважением,Александр.

Александр Белов 6   07.04.2016 20:17     Заявить о нарушении
Рада,если понравилось.Александр.Порою,действительно,хорошо бы прислушаться к себе,организм подскажет то,что ему необходимо.
Всех благ

Дарина Сибирцева   08.04.2016 08:27   Заявить о нарушении
На это произведение написано 28 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.