И почтальон сойдёт с ума, Разыскивая нас. Окуджава

Евгения Бойцова
Он пробежал рядом и на переходе в сторону Василеостровского метро, быстрой

знакомой походкой ,вприпрыжку,  стал удалятся.

Это был он. Она  узнала его среди  многолюдной толпы по серому  пальто с вечно

поднятым воротником и шапке -кепочке с околышком из чёрного каракуля. Над этим

головным убором хихикал весь коллектив школы. Сутулый и вечно смотрящий под

ноги; точно он, не могла обознаться...

-Бирюков!-закричала она, в панике вспоминая имя...

-Иван!!!-отчество абсолютно не приходило на память...

  Трамвай перегородил  путь, толпа  спешащих в метро людей, скрыла знакомый силуэт.

 Она побежала вместе с толпой и опять  закричала:

 -Иван ...Денисович!- Крик отчаяния  вспомнил отчество...

Светило майское  солнце, предпраздничное настроение, люди торопились домой -предстояли майские праздники. Никто не оглянулся.

 Она остановилась. В ужасе ,что её могут не так понять  , замолчала .

Как жаль, что он её не услышал. Могла бы пригласить его в гости-рядом ведь с её

домом и муж был бы очень рад встретиться с Бирюковым, который напутствовал его

при призыве в Армию... Посидели бы, вспомнили  былое...
 
Второй волной ужас накрыл, когда она  вспомнила, что так  Бирюков выглядел  40

лет назад . Ему сейчас   должно быть больше 90...
 
Он подрабатывал для пенсии в районе Крайнего Севера.

Дети его любили, он вёл  кружок рисования и большие полотнища картин,

выполненные масляными красками, на тему "Быт и жизнь ненцев" украшали стены

актового зала.

 Бирюков  был мастером и по подшивке валенок: из старых голенищ  вырезалась

подошва; подошва  склеивалась с валенком синтетической толстой верёвкой.

Верёвка плавилась над фитилём керосиновой  лампы,  а затем её надо было быстро

просунуть между следом валенка и вырезанной из голенища подошвой. Из этой

синтетической верёвки рыбаки плели сети.

Починка валенок и рисование картин происходила под рассказы о Великой

Отечественной Войне . Бирюков был призван на войну почти с первых дней из своей

родной Сибири. Интернатские детки  завороженно слушали его рассказы, виртуозно

лепили подошвы  на валенки ,и, как обязательный "атрибут" этих уроков

-"одинокий художник"  рисующий очередной шедевр, под советы  друзей-

одноклассников... 

 Вспомнилось, как какой-то старшеклассник - "творец ", решил нарисовать

картину под названием " Шаман". С интересом слушал Бирюков и вся

его "команда сапожников" легенды ,рождённые в  буранные дни у кочевников

-оленеводов. У этого старшеклассника, в годы ВОВ, семья снабжала

фронт шкурами оленей для пошива курток военным.

-Иван Денисович ,где это Вы научились так лихо валенки ремонтировать?-

поинтересовалась я однажды...

Не успел ответить  учитель, как  его ученики, перебивая друг друга, стали  мне

рассказывать, как воевал , за что был награждён  боевыми наградами, и они

видели эти ордена и медали, как он был ранен, как спас бойцов от обморожения 

ног... 

Много я тогда услышала интересного о Бирюкове. А он , слушая рассказ о себе из

уст учеников , загадочно улыбаясь, вырезал по лекалу очередную партию заготовок

для ремонта обуви  на следующий учебный день. Это был 1971-72год.Посёлок

Гыда. Ямало-Ненецкий национальный Округ.