На страже родовой усадьбы

Алиска выскочила на платформу, ежась от резкого и холодного апрельского ветра. Электричка, просвистев, умчалась дальше, а девушка не торопилась…  Когда-то давно, в раннем детстве, она уже бывала здесь. И с этой станцией были связаны ощущения радости летнего отдыха вместе с папой и мамой у бабушки. Но… с тех пор прошло около двадцати лет. Родители развелись, и путь в это заповедное место ей был заказан. Теперь же корреспондентская судьба забросила ее на этот полустанок. Неожиданно. Алиса даже не сразу вспомнила, почему название станции ей показалось знакомым…. Хотелось осмотреться, окунуться в ту беззаботную радость и настроиться на новую встречу с детством. Даже глаза девушка непроизвольно закрыла, глубоко вдохнула, но…

- Тяф! – Из погружения в прошлые ощущения этого места Алису выдернула страшно худая шавка с голодными глазами. Робко вильнув хвостом, она тут же отпрыгнула в сторону: Алиса с перепугу топнула на нее ногой.
Утреннее апрельское солнце уже спряталось в мрачных и черных тучах, ветер трепал локоны журналистки и бросал холодную морось в лицо… Ни одой капли похожести с тем детским счастьем летних наездов в эти края! Тогда поселок шумел стуком топоров, наглым утренним кукареканием петухов, стрекотом кузнечиков и музыкой из каждого окна! А какой аромат разлит был в воздухе: цветники благоухали, оладушками пахло с кухонь, а от озера тянуло запахом прохлады! В памяти всплыли качели около крыльца – там маленькая Алиса встречала вечернюю прохладу и усиленно оттягивала момент, когда отправят спать.
«Просто не сезон еще отпусков», - подумалось Алисе. Но с каждым шагом она убеждалась: дело не во времени года. Этот поселок умер. Или почти умер. Ни одной живой души, кроме той худющей шавки. Унылость, запущенность и заброшенность сквозила в покосившихся заборах, в некрашеных фасадах перекошенных домишек, в отсутствии дороги. На узкую тропинку наступали с двух сторон разросшиеся кустарники, под ногами чавкало и хлюпало.

- Кааар! – крик был такой резкий и громкий, что девушка вздрогнула. И тут же на плечо ей шлепнулся кусок свежего мяса.
- Фу! – Алиса стряхнула гадость со светлого пальто, передернувшись всем телом от омерзения. Огромная ворона пролетела так низко над головой, что едва не чиркнула крылом по затылку.
От происшествия стало совсем неуютно. «Надо выполнить задание и через три часа впрыгнуть в обратную электричку! Очень хочется унести отсюда побыстрее ноги», - скользнула в голове мысль.
Одно порадовало: она стояла на улице, которую надо было найти: на заборе была прибита дощечка с надписью «Кривая улица». А  около следующего дома Алиса разглядела сгорбленную фигуру старухи. Та стояла молча, облокотившись о ствол согнутой старой вишни.

- Здравствуйте! Не подскажете, где здесь старинная усадьба начала 19-го века? – радушно обратилась девушка к единственному живому человеку в этом заброшенном краю.
Старуха смотрела исподлобья, и от этого взгляда стало так жутко-жутко. Ни тени улыбки, ни радости не просочилось из-под черного платка.
- Иди, тебе подскажут, - услышала Алиса уже в спину.
- Ну и местечко! – пробормоталось в ответ…

С неба стала срываться колкая крупа, дохнуло холодом. Но не весенним, а каким-то могильным. Алиса подняла воротник, постаралась ни о чем не думать, а просто шагать, перепрыгивая грязь. Иногда поднимала глаза, осматриваясь. Ни один из этих ветхих домишек не тянул на господскую усадьбу. Лачуги, хибары, развалюхи, но только не вековые стены когда-то богатого дома смотрели из-за заборов.
Наконец, она дошла до огромного дуба, тропинка здесь раздваивалась, уводя в две улочки. По которой из них идти дальше? Несколько шагов по левой тропе и прямо перед ногой опустилась опять гадская ворона. И не давала пройти!
- Ну и шут с тобой! – возмутилась девушка.

И пошла в другую сторону. И сразу же увидела каменный забор. О, чудо! Кажется, она нашла то, что искала. Вот только ноги устали. Едва переставлялись… В проем каменной калитки пришлось входить, опустив голову: таким низким был проход. Запустение и здесь царило: бурьян, разросшиеся колючие кустарники, поваленное дерево… «Тоже нежилое место!»
 Всегда чувствуешь себя неприятно, заходя на чужую территорию без спроса. Вот и сейчас ноги почему-то не шли в сторону крыльца. И слабость накрыла. Глаза стали слипаться, руки отяжелели. Почему-то взгляд зацепился на большом дереве, рядом со ступеньками. С трудом достав фотоаппарат, Алиса сделала несколько снимков. Крыльцо, забор и проем калитки, на большее сил не хватило. Она просто съехала на нижнюю ступеньку, выронив камеру. Глаза закрылись сами собой.
 
Сколько она так провалялась на гнилых ступеньках – не осознавала. Пришла в себя от жестких пощечин апрельского ливня. Сухое толстое дерево рядом стонало и скрипело, то ли от ветра, то ли из солидарности с незваной гостьей. С трудом девушка поднялась и, затолкав камеру в сумку, практически поползла к станции. Состояние было такое, будто ее избили. Но одна мысль упорно сверлила мозг… Только поймать ее не удавалось.

На единственную лавочку на станции Алиса рухнула всем телом. Та же собачонка снова появилась на платформе. Подошла без приглашения, села у ног и будто ловила пастью снежинки, клацая челюстями. А потом внезапно развернулась и впилась взглядом в глаза непутевой журналистки.
«Не приезжай сюда больше! Дух твоей бабки еще живет в доме, и он по-прежнему обижен на тебя и твою мать. Второго шанса уйти живой она тебе не даст!» - говорили эти несобачьи глаза.

И тут же в голове воскресла картинка – ясная, как майское утро: маленькая Алиса сбегает с того самого крыльца, в голубом платьице в горошек, грустный папа подсаживает ее на качели, а бабушка и мама где-то на кухне ругаются. Едва слышна перебранка, заглушаемая скворчащей сковородкой:
- Этот дом – наше родовое гнездо. Здесь жила моя бабушка, здесь меня в люльке качали!
- Но он старомодный, ваш дом! От его бревен нафталином веет. Его можно перестроить: снести пару стен, сделать большой холл…
- Пока я могу его защитить – он будет стоять таким, какой есть!

Бабушка и после смерти сдержала слово – никто не мог безнаказанно выстроить планы на останки этой усадьбы. Трое предыдущих корреспондентов, заказанных разными агентствами по старинной недвижимости, так и не смогли вспомнить, где были, зачем ездили…. Про это место стали ходить дурные слухи. Говорили даже, что бабка иногда мерещится в этих краях с верной вороной на пару...  И дачный поселок Княжий практически вымер, ревностно оберегаемый духом Алисиной бабушки от посторонних людей.


Рецензии
Хочется продолжения! Может быть, есть причина по которой дух бабки так ревностно сторожит усадьбу?))
Понравилось.

Татьяна Вяткина -Сергеева   21.02.2016 16:44     Заявить о нарушении
Странно.... Все говорят, что не закончено получилось. подумаю.....

Лариса Вер   26.02.2016 09:58   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.