Я ТАМ БЫЛ. Семён Гудзенко

Переработано.

ПЕРЕД АТАКОЙ

Когда на смерть идут,- поют,
а перед этим можно плакать.
Ведь самый страшный час в бою -
час ожидания атаки.
Снег минами изрыт вокруг
и почернел от пыли минной.
Разрыв - и умирает друг.
И, значит, смерть проходит мимо.

Сейчас настанет мой черед,
За мной одним идет охота.
БУДЬ ПРОКЛЯТ 41 ГОД
и вмерзшая в снега пехота.
Мне кажется, что я магнит,
что я притягиваю мины.
Разрыв - и лейтенант хрипит.
И смерть опять проходит мимо.
Но мы уже не в силах ждать.
И нас ведет через траншеи
окоченевшая вражда,
штыком дырявящая шеи.
Бой был коротким.

А потом
глушили водку ледяную,
и выковыривал ножом
из-под ногтей я кровь
чужую.

1942

Примечание: Выделенная в стихотворении строка - «Будь проклят 41-ый год» была
Заменена строкой: «Ракеты просит небосвод»
Стихи С.Гудзенко были раскритикованы в идеологической газете ЦК ВКП(б)
«Культура и жизнь». Тяжёлые поражения в 1941-1942 году оказались под запретом.

СЕМЁН  ГУДЗЕНКО.

 Годы жизни 1922- 1953.

 Семён Гудзенко родился в Киеве 5 марта 1922 года.Отец -инженер, мать – учительница. Учился в киевской школе N 45. В 1937 году за стихи, написанные к столетию смерти Пушкина, получил награду- путевку в "Артек". Писать стихи начал ещё в детстве, занимался в поэтической студии. После школы уехал в Москву, где поступил на литературный факультет Института истории, философии и литературы (знаменитый ИФЛИ). К началу войны успел окончить два курса. В мае 41года записал в свой дневник, который назвал «Жалобной книгой»:  « "Нет денег, и не у кого занять". А потом ушёл добровольцем на фронт. Вместе с Юрием Левитанским.

 « Смогут ли когда-нибудь будущие Киев, Одесса, Харьков так же щедро дарить русской литературе столько талантливых прозаиков и поэтов — от Ахматовой до Чичибабина, как это было и при царской империи, и в совсем недавние времена Советского Союза?» Е.Евтушенко.

Красивый, спортивный парень, да ещё знакомый с иностранными языками, попал в Отдельную мотострелковую бригаду особого назначения (ОМСБОН). Он с трудом добился разрешения на прием  из-за слабого зрения. Бригаду в августе 1941 года перевели в Подмосковье для обучения. Молодых  бойцов  готовили к походам в тыл врага, готовили взрывать дороги и мосты, закладывать минные поля, чтобы сорвать наступление врага.

В 1942 году Семён был тяжело ранен в голову. Оправившись после тяжелого черепного ранения (впоследствии вызвавшего опухоль мозга и преждевременную смерть поэта), вернулся на фронт армейским журналистом. Работал во фронтовой газете, где печатал  стихи.


Он первым издал поэтический сборник «Однополчане». Положительная рецензия И.Эренбурга сделала поэта известным. В сборнике были правдивые, сильные стихи, подпорченные цензурой.

А  в Москве с огромным успехом проходят поэтические вечера Семёна Гудзенко.
 Гудзенко сумел передать неприкрашенный окопный быт,  напряженный ратный труд, которыми жили на передовой, тот клич победы, крик боли и ненависть, переполнявшие тогда каждого.

Эту особенность творчества молодого поэта отметили и известные художники слова, и знатоки поэзии уже на первом творческом вечере Семена Гудзенко, состоявшемся 21 апреля 1943 года.

 «Пришла какая-то очень земная поэзия, – говорила поэтесса Маргарита Алигер, – в налипшей земле, живая, исцарапанная, и звучит это во много раз убедительнее. Здесь мы чувствуем настоящий трепет жизни, биение живого пульса». Это свойство стихов Гудзенко – чутко и обостренно воспринимать жизнь – подчеркивал и поэт Павел Антокольский: «Привлечен очень большой ответственный материал, который, как сердце, вынутое из груди человека, еще трепещет и сочится всем своим красным содержанием. И это составляет самое большое и благородное достоинство поэзии. В этих стихах биение пульса, перебои дыхания. Именно так и бьется человеческое сердце в своей сумке...»


Но неожиданно в «Правде» появляется статья, в которой   поэт  обвинён в «безродном космополитизме», в провинциализме. Критика упрекала поэта в снижении героического накала «битвы народов» и в то же время осуждала невозможность для поэта отойти от  военной тематики.   Гудзенко  "не хочет видеть героических дел советского народа".

 «Война оказалась самым счастливым временем в жизни этого поколения поэтов, ибо это были редкие годы, когда внутренний патриотизм сливался с государственным. Но мог ли совсем еще молодой Гудзенко, даже женившись на дочке генерала армии Жадова, чувствовать себя в безопасности, если сам его опекун-защитник Илья Эренбург был под угрозой ареста? В то время, когда шельмовали Зощенко, которым Гудзенко с таким наслаждением, по собственному признанию, зачитывался в госпитале, он и пикнуть не мог в его защиту — его бы в порошок стерли. Ужас был в том, что бывших героев делали трусами. В этом — отвратительность отношения к героям войны после войны».Евгений Евтушенко

В ответ на  обвинения  поэт написал:

Я в гарнизонном клубе за Карпатами
читал об отступлении, читал
о том, как над убитыми солдатами
не ангел смерти, а комбат рыдал.

И слушали меня, как только слушают
друг друга люди взвода одного.
И я почувствовал, как между душами
сверкнула искра слова моего.

У каждого поэта есть провинция.
Она ему ошибки и грехи,
все мелкие обиды и провинности
прощает за правдивые стихи.

И у меня есть тоже неизменная,
на карту не внесенная, одна,
суровая моя и откровенная,
далекая провинция - Война...

1947г.

После этого Семён Гудзенко тяжело заболел.

"Мы врага такого одолели –
Никому б его не одолеть,
На войне ни разу не болели,
А теперь случилось заболеть..."

Сказались и ранение, и травма головы, полученная еще в мае 1942-го в центре Москвы (поэта сбила машина около  здания на Лубянке).

Последние годы он был прикован к постели, не мог сам писать. Его последние годы можно сравнить с годами Николая Островского. Он диктовал свои стихи.
Друзья были рядом с ним. Они и записывали.

Перенеся несколько операций, он скончался от ран в 30 лет.
 После его смерти его жена стала женой  Константина Симонова.

Стихи.

МОЕ ПОКОЛЕНИЕ


Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.
Мы пред нашим комбатом, как пред господом богом, чисты.
На живых порыжели от крови и глины шинели,
на могилах у мертвых расцвели голубые цветы.

Расцвели и опали... Проходит четвертая осень.
Наши матери плачут, и ровесницы молча грустят.
Мы не знали любви, не изведали счастья ремесел,
нам досталась на долю нелегкая участь солдат.

У погодков моих ни стихов, ни любви, ни покоя -
только сила и зависть. А когда мы вернемся с войны,
все долюбим сполна и напишем, ровесник, такое,
что отцами-солдатами будут гордится сыны.

Ну, а кто не вернется? Кому долюбить не придется?
Ну, а кто в сорок первом первою пулей сражен?
Зарыдает ровесница, мать на пороге забьется,-
у погодков моих ни стихов, ни покоя, ни жен.

Кто вернется - долюбит? Нет! Сердца на это не хватит,
и не надо погибшим, чтоб живые любили за них.
Нет мужчины в семье - нет детей, нет хозяина в хате.
Разве горю такому помогут рыданья живых?

Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.
Кто в атаку ходил, кто делился последним куском,
Тот поймет эту правду,- она к нам в окопы и щели
приходила поспорить ворчливым, охрипшим баском.

Пусть живые запомнят, и пусть поколения знают
эту взятую с боем суровую правду солдат.
И твои костыли, и смертельная рана сквозная,
и могилы над Волгой, где тысячи юных лежат,-
это наша судьба, это с ней мы ругались и пели,
подымались в атаку и рвали над Бугом мосты.

..Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели,
Мы пред нашей Россией и в трудное время чисты.

А когда мы вернемся,- а мы возвратимся с победой,
все, как черти, упрямы, как люди, живучи и злы,-
пусть нам пива наварят и мяса нажарят к обеду,
чтоб на ножках дубовых повсюду ломились столы.

Мы поклонимся в ноги родным исстрадавшимся людям,
матерей расцелуем и подруг, что дождались, любя.
Вот когда мы вернемся и победу штыками добудем -
все долюбим, ровесник, и работу найдем для себя.

1945г.

     Мы не от старости умрем,-
     от старых ран умрем.
     Так разливай по кружкам ром,
     трофейный рыжий ром!

     В нем горечь, хмель и аромат
     заморской стороны.
     Его принес сюда солдат,
     вернувшийся с войны.

     Он видел столько городов!
     Старинных городов!
     Он рассказать о них готов.
     И даже спеть готов.

     Так почему же он молчит?..
     Четвертый час молчит.
     То пальцем по столу стучит,
     то сапогом стучит.

     А у него желанье есть.
     Оно понятно вам?
     Он хочет знать, что было здесь,
     когда мы были там...


     *1946*
     (Строфы века.
     Антология русской поэзии.
     Сост. Е.Евтушенко.
     Минск-Москва, "Полифакт", 1995.)




Книги стихов
«Однополчане» (1944)
«Стихи и баллады» (1945)
«После марша» (1947)
«Битва» (1948)
«Закарпатские стихи» (1948)
«Поездка в Туву» (1949)
«Дальний гарнизон» (1950) поэма о буднях солдат на военной службе в Туркмении
«Новые края» (1953)
изданы посмертно
Армейские записные книжки. Дневники (1962)
Стихи Гудзенко в театре

В начале 1970-х годов режиссёр московского Театра на Таганке Юрий Любимов поставил спектакль «Павшие и живые». В этом спектакле Владимир Высоцкий, в частности, играл роли Гитлера и Семёна Гудзенко. В дальнейшем на своих выступлениях Высоцкий иногда читал стихи Гудзенко, также он давал достаточно высокие оценки военному творчеству поэта. Два стихотворения Семёна Гудзенко вошли в музыкально-поэтический цикл Высоцкого «Мой Гамлет», 1966—1978.

В 2009 году в Малом зале санкт-петербургской Филармонии состоялась премьера кантаты на стихи поэтов-фронтовиков композитора Владиславы Малаховской. Кантата озаглавлена строчкой из «Моего поколения» Семёна Гудзенко — «Нас не нужно жалеть!».Два из шести номеров кантаты написаны на стихи Гудзенко — «Перед Атакой» и «Моё поколение».

Награды

орден Красной Звезды (14.5.1945, был представлен к ордену Отечественной войны II степени)
медали

Источники

Казак, В. Лексикон русской литературы XX века = Lexikon der russischen Literatur ab 1917 / [пер. с нем.]. — М.: РИК «Культура», 1996. — XVIII, 491, [1] с. — 5000 экз. — ISBN 5-8334-0019-8

Примечания

Гудзенко С. П. Стихотворения, М., Современник. — 1985.
Семен Гудзенко, Избранное, «Советский писатель», М., 1957

Ссылки

Голос Семена Гудзенко: поэт читает стихи «Перед атакой», «Я был пехотой в поле…», и отрывок из поэмы «Далёкий горизонт»
  Видео Владимир Высоцкий рассказывает о спектакле «Павшие и живые», где он играет Семёна Гудзенко. 1974
  Видео Владимир Высоцкий читает стихотворение «Перед атакой»
  Видео Владимир Высоцкий читает стихотворение «Нас не нужно жалеть»
http://www.litera.ru/stixiya/authors/gudzenko/all.html
Перевод на английский отдельных стихов С.Гудзенко — перевел Вальд В. В.
В. Гладышев. Поэт-победитель
Воспоминания Евтушенко о Семене Гудзенко
Песня Жанны Бичевской на стихи Гудзенко Нас не нужно жалеть

© Copyright: Майя Уздина, 2014
Свидетельство о публикации №214041701432
Список читателей / Версия для печати /


.


Рецензии
Майя, я вашу публикацию нашел не на сайте, а в интернете, пытаясь докопаться, как в стихе Семена Гудзенко "Перед атакой" заменили строчку "Ракеты просит небосвод и вмерзшая в снега пехота". Оказывается, по вашему, произошло наоборот, якобы правильную строчку "будь проклят сорок первый год" заменили строкой "ракеты просит небосвод и вмерзшая в снега пехота" из идеологических соображений. Каких? Чем вредила сточка "Будь проклят 41 год", Союзу, поэзии, самому поэту, что понадобилось заменять ее нейтральной строкой "ракеты просит небосвод"? Действительно, стихотворение было подвергнуто критике, но не за строчку "будь проклят 41 год" а за то, что у поэта умирает друг, а он пишет "а, значит, смерть проходит мимо". Разве она мимо прошла, если погибает друг? Дальше - "разрыв - и лейтенант хрипит", а у поэта смерть снова проходит мимо. Вот за это и критиковали поэта, присовокупив строчки "и выковыривал ножом из под ногтей я кровь чужую". Обвиняли поэта в натуралистичности. Это я почитал еще в 60-е годы в каком-то литературном журнале, кажется "Юности". Там же было опубликовано и стихотворение причем, со строчками "Ракеты просит небосвод и вмерзшая в снега пехота". И понятно, атаку силами большого соединения начинали по сигналу ракеты. А вот любому поэту сразу становится ясно, что строчки "будь проклят 41 год и вмерзшая в снега пехота" чужеродные и по смыслу совсем не подходят к стиху. Причем здесь 41 год, если мы в нем только отступали, а наступать начали в основном в 43 году? Дальше, во всех источниках написано, что автор написал стих в 42 году, а почему говорится о 41-м? Дальше, почему автор проклинает вмерзшую в снега пехоту? Ведь это говорится о нашей пехоте, которая лежит в снегу и ждет сигнала атаки - ракеты. А противник ждет атаки в хорошо оборудованных траншеях и в блиндажах. Какой смысл вмерзать им в снега? Вы об этом подумали? И наконец, во всех прижизненных публикациях автора применяется правильная строчка "ракеты просит небосвод", я неоднократно читал это стихотворение в разных изданиях и только после того, как в театре на Таганке Высоцкий в спектакле прочел это стихотворение, появилась искаженная строчка и стала повторяться в последствии. Высоцкий читал его по памяти и забыв нужную строку тут же присочинил новую. Ведь у Высоцкого даже в собственных стихах встречаются разночтения, об этом говорят его магнитофонные записи.
Хуже всего, если вы, отстаивая честь мундира, отвергните мою критику, этим вы нанесете вред и литературе, и поэту.


Иван Наумов   15.03.2019 11:28     Заявить о нарушении
Уважаемый Иван! Майя Уздина не может Вам ответить, т.к. она пару лет назад умерла.

Александр Абрамов 2   16.03.2019 11:55   Заявить о нарушении
Александр, спасибо.
Я действительно этого не знал.

Иван Наумов   16.03.2019 13:43   Заявить о нарушении
На это произведение написано 17 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.