Под стук колес

  Лет так, десять(...надцать), назад, мне частенько приходилось ездить поездом, и все больше, в плацкартных вагонах, из экономии. Дети тогда учились в Москве, сын женился, дочери выходили замуж, и жили: и в Москве, и в Петербурге. Родились внуки, - все, одно за другим. Детям нужна была наша родительская помощь. Бежала жизнь. Стучали колеса.
   Кое-какие картинки, сюжеты, образы запечатлелись у меня в памяти.
   Здесь мои наблюдения и зарисовки из тех лет.
 

                * * *   
   
   Помнится, в роддоме, детский врач, проводя беседу с нами, новоиспеченными мамочками, и давая нам наставления перед выпиской, посетовала: "чего только не вытворяют с бедными детьми!"  Вот уж, поистине.

   В поезде, соседка моя напротив, молодая женщина с маленькой годовалой дочкой. 
   Девочка умненькая, это видно по ее глазкам, все понимает. И женщина хорошая. Заботливая. …   
   Но, как она ее кормит!
   Берет это она ложкой еду из лоточка, пережевывает, потом вываливает изо рта в ложку, и дает своей милой ляльке.


                * * *

    Стройная, высокая, статная, густые седые волосы гладко зачесаны и убраны сзади в аккуратный плотный пучок. Она вошла в вагон вместе с красивым, высоким, молодым мужчиной в кожаном плаще. Молодой человек разместил ее сумки, помог устроиться, сухо поцеловал ее в щеку и вышел. Это был сын.
    Не заметить эту пару было нельзя, очень уж они красивые, видные. Женщина держится гордо, с достоинством. А в общении оказалась очень кроткой и скромной.
    Мне так все в ней нравилось: и стать, и степенность, и тихая, неспешная речь, и глубокие, почти, черные глаза. Даже натуральные, седые волосы ее, были очень хороши.
    Я бы, дружила с ней, с удовольствием, и училась бы у нее быть кроткой. Но, она была только моей милой попутчицей.
    Угощала меня праздничным куличом. Рассказывала: у нее два сына, оба женились, теперь снохи все по дому делают.
    А раньше весь дом был на ней, не работала никогда. А мечтала быть врачом.
    «У вас, русских, мужчины по дому помогают, пропылесосить могут и даже приготовить еду. У нас все должно быть готово к приходу мужа. Я иду на рынок, покупаю только свежее мясо, готовлю обед. … А работать муж никогда не разрешал». 

     Дома, для родных и гостей, я приготовила сациви из курицы. Рецептом со мной поделилась эта моя прекрасная попутчица из поезда, а я записала в блокнотик. И уже, потчуя своих гостей, уточнила: - изидка*, - говорю, - она, по национальности.
     Кто-то за столом не расслышал, переспросил: "Кто, кто?"
     Сестрица моя, как это ей свойственно, быстро среагировала, и за меня растолковала: "Познакомилась с женщиной, зовут ее Изидка...".

    *Изиды - малочисленная народность, курды, близкие к армянам. Язычники, солнце-верующие, справляют праздник кулича.

                ***

     Боковые полки занимают мать с сыном - алкоголиком.
     Он где-то бродяжничал и прожигал свою жизнь. Она его разыскивала, отыскала, и теперь везет домой, на родину, лечить. Она, сама это вкратце изложила, пока непутевый ее детина удалялся курить в тамбур.

     Утром, эта несчастная женщина сидела, пила чай с шоколадкой, - лечила нервы,  и задумчиво поглядывала в окно.
     Сын долго спал, лежал, потом слез с верхней полки, - скелет ходячий, высох весь от пьянства, - недовольно оглядел действительность. Аппетита у него нет, он только, то и дело, тянется к бутылке с водой, и булькает, булькает. Ходит, курит, и снова булькает.

      - Съешь шоколадку. - Предлагает она.

      - Да я не ем же сладкого. - Вяло отвечает он.

      - Вот у тебя ума то и нет, сладкого то не ешь. - Заключает мать, и снова, печально смотрит в окно.


                ***


     Такой был суматошный день. Ноги гудят. Одно утешение: сейчас сяду в поезд, вытянусь на полке, повезло в этот раз – нижняя полка, и буду читать.
     Я так мечтала заиметь КПК - наладонник, для чтения в поезде. И вот, сподобились с сыном, сходили на "Савеловский", и купили мне "читалочку". Сын накачал мне туда кучу книжек. И я так рада, что теперь могу читать в поезде, сколько хочется, вне зависимости от освещения.

    Напротив меня пожилой мужчина, чистенький и смирный. Рядом с ним парень, видно, не из нашего купе. Билеты оказались в разных местах вагона. Люди южные. Сидят, тихо разговаривают, никому не мешают.
    Наверху молодой человек устроился с книжкой. И я, вся, в предвкушении удовольствия: сейчас попью чайку, и тоже буду читать.

    Но тут, вваливается в наше купе этакий здоровяк: шустрый, плотный, среднего роста, мужик, сам рыжеватый, и на бычьей шее, усыпанной конопушками, «рыжуха», с палец толщиной.
    Быстро поменялся местами с дедом, что напротив.

    - Ну вот, - говорит, - вам со мной повезло. А то бы они сейчас на своем тарабарском языке трещали бы всю дорогу.

    И тут же, сделал пару деловых звонков, громко и напористо разговаривая при  этом.
    По разговору этому стало понятно, - перегонщик.
    Быстро поел. Быстро все убрал. Расстелил постель. Весь такой, на смазанных винтиках, очень поворотливый, и видно, что для него все эти действия привычны.
    Деловито задернул клеенчатую шторку на окне, и улегся. А времени то, было, шесть часов вечера! Но, ему завтра снова перегонять, надо выспаться.   
    И щедро полились нам в уши рулады, совсем, хочу я вам сказать, не шубертовских "ручьев".

    Парень слез с верхней полки. Присел на мою.   
    Я читаю, у меня теперь наладонник, мне и с затемненным окном неплохо. А попутчику моему, книжку уже не почитать, темно.
    И вечер впереди еще такой долгий.


                ***

    Мой маленький внук, когда мы ездили с ним на поезде, все повторял: "Поезд ту-туууу, а я буду ням-ням". Очень любил перекусывать в поезде.
    Да и кто не любит?!

    На боковых полках, убрав постели и установив столик, расположились немолодая супружеская пара.
    Оба, плотные, сбитые, кубические фигуры.
    Зашелестели целлофановыми пакетами, выкладывая разную еду.
    И то ли, муж ее, провинился в чем-то, то ли его сопружница всегда такая грубоватая и деловитая. Только она постоянно сердито и громко им понукает, одергивает,- стиль общения, может, у них такой, - не знаю. Только, выглядит мужичок жалконько.
    Она его неласково спрашивает:
    - Колбасу будешь? Яйца будешь?
    А он робко:
    - Нет. Не хочу.
    - Яйца доедать надо, протухнут.
    - Ну, давай одно.
    - Соль то вот, што там ищешь. Вот соль, говорю. ... Убираю, што ли, колбасу тогда? Не будешь больше?
    - Нет. Чайку попью.
    - Сходи, еще кипятка принеси .... Хлеб будешь еще? Убираю тогда. ... С печеньем вот чай пей.

    На соседних полках ворочаются. Еще бы подремать. Молодая женщина с верхней полки не выдерживает:
    - Граждане, ну нельзя ли потише? Чуть свет, с колбасой, да яйцами своими ...
    - Время уж восемь часов, вставать пора! - Жестко, без обиняков, отвечает ей суровая мадама.
    - А что, может быть, на работу сегодня?!
      
                ***

    От таких бабулек я стараюсь держаться отстраненно. Но, только их, таких, не особенно это беспокоит. Каких, таких? - спросите вы. Попробую обрисовать.   
    Да, и не бабка она еще вовсе, это я тогда была лет на десять моложе. А она, только, только, наверно на пенсии, вот и посадили ее дети бабушкой, дома, с внуками.   
    Моя попутчица из тех, которые за сутки дороги, считают необходимым своему соседу всю жизнь рассказать. И не в том дело, что у нее наболело, бывает, я понимаю. А тут, язык без костей, что называется.   
    Сначала надо выплеснуть, выговориться о только что пережитом: ограбили на вокзале. Развели! Чего раньше с ней никогда не случалось, а тут, как околдовали, а сын ей даже не посочувствовал, а еще и «перца добавил», что позволила, мол, как «лохушку» себя «наколоть». «Деревня! Тут, в Москве, это на каждом шагу», и, что «я не думал даже, что тебя нужно предостеречь на этот случай, думал, мозгов то хватит у тебя, а ты сама деньги вынесла…. Эээх…»
    
     Ну, и зря не предостерег! А теперь, такие слова…

     Вспомнилось, как однажды в С.Петербурге, выйдя из метро, я остановилась возле бойкой девушки, что-то она мне предлагала, карточку какую-то, лотерею, не знаю, - меня дочка, тут же, взяв под руку, увела. И объяснила, что не следует у метро останавливаться, что бы тебе не предлагали, тут их целая «мафия».   
     Они - дети наши, теперь в столицах живут, а мы, приехавшие из провинции, как из сундука вытряхнутые, с налетом нафталина, и проще, и, в чем-то, наивнее. Доверчивее.      

     Я посочувствовала моей соседке, и ее, что называется, понесло, посыпались на  меня «страсти-мордасти»: о родственниках, снохах и зятьях, страшные случаи из жизни, и просто, бесполезная эксплуатация моих ушей.
    
    Память у меня неважная, или, вернее сказать, - избирательная, и я ничего не запомнила из того, что она мне рассказывала.
   
     У моей попутчицы, в другом конце вагона, как оказалось, приятельница едет, и она, моя соседка, т.е, уходит с ней чайку попить, и поболтать. Но, беспокоится отчего-то, - вдруг, да я без нее заскучаю, - и прибегает, время от времени, проведать свое место, посидеть со мной, поговорить, и вплести в рассказ из своей жизни, еще и эту приятельницу, кто она и откуда. 
    «А вот у мужа ее сестры есть племянница она с парнем встречается у них уже все на мази так вот отец этого парня … », и т.д., и т.п.
     Книжку я вынуждена отложить, все равно читать не получается. А плеера с наушниками у меня тогда не было.   
     Она и книжкой моей интересуется, закрыла, посмотрела: «Что читаете?» Сообщила, что она, мол, Петрушевскую, Улицкую, читать не пробовала, а вот,  Вильмонт, вот как пишет хорошо, вот, почитайте обязательно, не пожалеете…
      
     А к концу дороги, еще и выяснится, что нам по пути, и мы с мужем, он, как  раз, меня встречает, дотащим ее вещи, довезем до дома, выгрузим, и тогда только вздохнем свободно, и обнимемся в машине, без свидетелей.   
     И я почувствую тихую любовь к своей соседке по площадке, у нас с ней тамбур общий. Радость, от того, что дома, а там, тишина. И благодарность. Благо-Дар-ность! 




   

 


Рецензии
Да уж. Плацкартник - это как целый отдельный мир. Каких только людей ни встретишь, с кем только ни познакомишься. Даже жалко слегка, что плацкарты хотят ликвидировать и запустить вместо них двухэтажные купешки. Удачи в творчестве!

Евгений Рахимкулов   20.06.2017 14:10     Заявить о нарушении
Жалко, да, я - наблюдатель по жизни, очень любила плацкарт, отдельная жизнь, вы правы. Спасибо за отклик.

Вера Дудак   20.06.2017 14:45   Заявить о нарушении