Моя Марина. Ловушка. гл. 7 окончание

7

                Уж такая моя доля – быть вестником несчастья для любимой подруги... Вернулся Максим. Я слышала, как хлопнула их дверь, но решила не выходить. Потом он куда-то уехал, затем вернулся. Я догадалась, к кому он мог поехать, – к Маринкиной старшей сестрице, Неле, жуткой зануде, с которой у Марины ничего не было общего, кроме родителей. И, конечно, Неля ничего не могла знать. Оставалась я, хранительница всех тайн Марины.
                Даже звонок в мою дверь звучал раздраженно.
                – Где она?
                – А где твое «здрасьте»?
                – Обойдешься.
                Макс отставил меня в сторону, как какую-нибудь швабру, пошел заглядывать во все двери.
                – В шкаф загляни, – посоветовала я.
                – В общем, так: звони своей чокнутой подружке, что если она не вернется сегодня же вечером, мы разводимся, – выдвинул он ультиматум, не останавливая  поисков.
                – Давно пора.
                Он прекратил свой бег, стал столбом на моем пути, уперся взглядом в мой лоб, точно читая там пояснение. Но так как я молчала, он вылетел на лестничную площадку, захлопнув мою дверь с треском.
                Сердце мое колотилось как бешеное. Хорошо, что дома нет Юры. Он бы не позволил Максу так распоясаться. Господи, как же долго Марина его терпит! Я ведь еще не все знаю, убеждена! Пусть она остается у Тимура, пусть! Дети уже взрослые, все поймут! Не слепые же они?!
                Я с трудом удержалась от звонка Марине. Пусть еще подышит спокойно, бедняжка!
                В полночь нас разбудил слабый стук в стенку. Так обычно стучала Марина, когда заболевала. Раньше у нее бывали приступы головокружения и тошноты со рвотой, связанные с мозговыми спазмами. Тогда я вызывала «скорую». Но Марины не было дома. Максим же ни у кого помощи не просил. Никогда!
                Мы с Юрой одновременно сели на постели.
                – Идем, у тебя есть ключ!
                Трезвый голос Юры перечеркивал всякие сомнения, что делать. Конечно, идти туда!
                На звонок никто не ответил.
                – Открывай, – скомандовал Юра мне.
                Максим лежал на спине и молча смотрел на нас. Правая рука, сжатая в кулак, застыла на нашей стене. Одеяло было залито рвотой...
                С ним случился микроинсульт, как потом выяснилось, его не парализовало, лишь слегка перекосило рот... В больнице «скорой помощи» мы просидели до трех часов ночи, выполняя все необходимое: покупали лекарства, выписанные дежурным врачом, ждали результатов анализов, ждали хоть каких-то сведений о состоянии Максима. Дежурный врач нам показался каким-то вялым – то ли сонным, то ли просто равнодушным. Если бы не Юрина настойчивость, мне бы там  куковать до утра. Он добился встречи с врачом из реанимации.
                Тот нас успокоил:
                – Хорошо, что сразу кинулись. Он в сознании, речь в порядке, думаю, что все нормализуется. Но недели три у нас побудет... если обойдется без осложнений.
                Утром нас разбудил звонок. Было семь утра. Мы даже испугались: неужели из больницы?Это была Марина.
                – Ренка, что случилось?
                – Откуда ты узнала? Ничего страшного, успокойся!
                – Еду!
                Я знаю, как Марина может собираться с духом, когда действительно случается что-то серьезное. Паникует она по мелочам, как все эмоциональные натуры, но в беде...
                Беда ей словно приснилась. С вечера душа болела, по ее словам. Чувство вины терзало ее до тех пор, пока Тимур не напоил ее валерьянкой и пустырником.
                – Завтра утром и езжай, – сказал спокойно. – Не будем ничего загадывать.
                – Спасибо тебе...
                Среди ночи, видя, что Марину не берут успокоительные травки, Тимур дал таблетку снотворного. В семь она проснулась с чувством случившейся беды.
                – Как хорошо, что мы не успели рассекретить нашу беглянку, – сказал Юра. – Ну до чего ей не везет... Разводиться надо вовремя... Правда, что я говорю? Она же любит Макса.
                – Не знаю, не знаю...
                Перед моими глазами стоял другой мужчина – другой по всем статьям. Сволочная судьба! Испоганила жизнь двоим прекрасным людям, да и третьему (Максу) особого счастья не принесла. Что-то же заставляло его тиранить жену, не отпуская на волю? Что он тайный ревнивец, это я уже знала.
                Только повода для ревности у него не было. Что он собственник – тоже ясно. Но ведь и здесь ему ничего не грозило: Марина из плена не рвалась на волю, она пыталась приспособиться. Почему такая яркая личность дала поймать себя в ловушку человеку хоть и красивому, неглупому, но с недоразвитым воображением и в какой-то мере  духовно ограниченным – в сравнении с нею?
                ... Теперь за стеною жизнь кипела: приехала Лерка с двумя детишками. Марина бегала в больницу по три раза на день: кормила своего инсультника, развлекала, таскала книжки мужу, подарки врачам, меняла постельное белье  два раза в неделю, поражая всех нянечек ненормальной любовью к чистоте. Лера сменяла ее у постели отца, когда Марина бегала на рынок и готовила еду  на всю ораву. Бедная моя подруга похудела, побледнела, просто валилась с ног.

                Спасибо Юре – он не торопил меня с отъездом, и мы заменили Бердянск на село, куда ездили в годы безденежья. Довольствовались лесом... А я радовалась тому, что в выходные дни ездила в город, оставляя мужа рыбалить. Мне просто нужно было разделить с Мариной ее заботы.
                Каждый день звонил Тарас, и Марина страстно уверяла сына, что с папой все прекрасно, и чтоб он не вздумал срывать гастроли. А я с ужасом думала, что если еще нагрянет Тарас, Марина сляжет в постель. Лерка со своими детишками была неважной помощницей в хозяйстве...Вся ее энергия уходила на деток.
                Когда Максима выписали, никаких следов болезни уже  не осталось, но он  вроде бы усох, стал поджарым. Внуки его утомляли, и Марина отправила весь кагал на дачу. О Тимуре мы не вспоминали, словно тот приснился обеим. Он не звонил...
                Однажды Марина сказала мне со вздохом:
                – Мы выздоравливаем.
                Я сразу поняла, о чем речь: Макс стал показывать зубки...
Так получалось, что во время его болезни я ни разу не видела их вдвоем. Марина не жаловалась, голоса Макса слышно не было. Казалось, в прошлое отошли глупые ссоры. Я подозревала, что на их провокацию у Макса просто не  хватает сил. Он себя берег. Он был напуган.
                – И то хорошо, – сказал мне Юра, когда я высказала  свои догадки.
                Однажды днем Марина позвонила в мою дверь.
                – Можно от тебя звякнуть?
                – Входи. Что-то ты мне не нравишься... Плакала?
                – Нет. Все нормально. Макс спит. Завтра ему на  медкомиссию идти.
                Я вышла из комнаты, чтобы Марина могла спокойно поговорить. Я уже поняла, кому она звонит. Я специально шумела водой, гремела кастрюлями, чтобы не слышать ни слова. Но в комнате стояла такая тишина, словно Марина и не думала звонить, а просто сидела. Я заглянула. Марина держала трубку возле уха и молча плакала. У нее было такое лицо, что я испугалась. Мне показалось – она сейчас потеряет сознание, упадет. Я уже готова была кинуться к ней –  поддержать, спасать, утешать, когда услышала не предназначенное для чужих ушей, даже моих:
                – Мне плохо без тебя, понимаешь?! Да нет же! Без него – тоже!! Я сойду с ума... Хорошо, потерплю...
                Я тихо отступила назад.
                Кажется, ловушка захлопнулась...

Февраль 2008 г.


Рецензии
Я думала, что у Макса наступит мифическая болезнь. А тут правда. Да, тяжело и невозможно бросить в беде больную собаку, а человека, с которым прожила большую часть своей жизни... Любой инсульт меняет человека, с такими жить тяжело, героине ещё тяжелее. Думаю, конец всё же наступит. Марина просто поймёт, что теперь наступила действительно катастрофа - жить с инсультником. Не понять тем, кто не познакомился с этим недугом на примере близких.
Хорошо, что Вы оставили такой конец. Иногда особенно эмоциональным читателям полезно подумать, а если они сами авторы, то и поучиться, как написать так, чтобы возникло много вопросов и куча разнообразных предположений. Для этого и пишутся произведения, на мой взгляд, чтобы оставить в душе читателей свет, что-то полезное. Чтобы кто-то учился чему-то, а кто-то и о своём задумался. Как автору, Вам это удалось. Это ведь тоже талант - ставить точку в нужном месте.
Спасибо, Людмила!
С уважением и добром, Мила.

Мирослава Завьялова   26.09.2019 11:08     Заявить о нарушении
Это Вам спасибо, Мила! Особенно меня радует, как доброжелательно Вы реагируете на критику! Редкое качество!

Людмила Волкова   26.09.2019 11:12   Заявить о нарушении
На это произведение написано 12 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.