Взятка

     Боря уныло ходил по кухне, изредка поглядывая на жену Лизу, которая пила  чай и  тоже бросала взгляд на мужа, в котором любой не глупый человек мог  прочесть снисхождение, пренебрежение и жалость.
- Присядь и не суетись. Мельтешишь, как мошка перед глазами. Я давно знала, что  твой начальник жлоб. А ты всё - Николай Егорович! Хороший человек! Человек он  хороший, но сволочь!
     Боря сел на стул.
- Он просто не может. Годовой план - полторы декады осталось. Как ты не можешь  понять? С него требуют!
С тем же снисходительным взглядом Лиза ответила:
- Требуют с него, а крайний ты?! А ты, вот, возьмёшь и один за несколько дней  дашь план!
Вот, без тебя всё производство остановится! Такой вот пуп завода!
     Муж посмотрел на жену с мольбой. Душа её не была чужд  любви и сострадания.
 - Не переживай, - сказала она, - пойдёшь на бюллетень. Дня на три, думаю, даст. Нам этого хватит, чтобы съездить и решить все проблемы. Считай, что я ставлю  перед тобой новый план. Как ни крути, а по статусу я главнее.
     Боря испуганно возразил:
- Но я совершенно здоров. Даже насморка нет.
     Лиза суеверно постучала пальцами о стол.
- И слава Богу! Ещё не хватало на таком важном собеседовании сопли по лицу  размазывать. Больных никто не любит, а работодатель их просто ненавидит. Любят  здоровых, способных и исполнительных!
- Ты мне предлагаешь... - Боря запнулся, даже не решаясь выговорить продолжение  фразы.
     К жене вернулся прежний брезгливо-насмешливый взгляд.
- С кем я живу?! Гуманоид с планеты духовного совершенства! Он стесняется  произнести слово - взятка. У нас все дают и все берут. Ну, кому, конечно, положено по штату. Взятка - катализатор в решении всех жизненных проблем. Всем  удобно и все довольны.
- Я знаю, - понуро согласился Боря. - Но я не умею. Я не смогу. Мне стыдно.
     На что Лиза парировала:
- А вкалывать за такую зарплату тебе не стыдно? Семь лет ты замначальника цеха. Все эти семь лет ты тянешь производство, а он тянет всё, что может. А может он  много, если посмотреть его квартиру, его загородный дом, и его два автомобиля -  его и жены! И в итоге: ты - дурак, он - на доске почёта! Хочешь дальше на него горбатиться? Иди завтра на работу. Нет, - иди в поликлинику, покупай бюллетень, и вместе поедем на собеседование. В кои-то веки представилась возможность выползти  из этого гадюшника! Ты же умница! Таких специалистов днём с огнём… - Боря от  удовольствия покраснел, но скромно отвёл глаза на кухонные шкафчики, которые, кстати, уже давно надо бы сменить. - Знаешь, почему он тебя не отпустит? Тебя, вообще, никто не отпустит! Где они найдут ещё такого дурака?! За такие деньги за  всех вкалывать, да ещё от этого получать удовольствие! Садомазохизм какой-то, честное слово! Всё, решено! Завтра идёшь за больничным, потом звонишь своему кровопийце и сообщаешь пренеприятнейшее  известие, а затем двигаемся к новым  жизненным перспективам. Не слышу утвердительного ответа?
-  Да! - решительно выдохнул Боря.
-  Молодец! В мужчине самое главное напористость, переходящая в агрессивность.
-  Да, но я же никогда ничего подобного в жизни не делал. А вдруг не возьмёт? Получится конфуз.
     Жена нежно и любя посмотрела на мужа.
-  Конфуз у твоих родителей получился - сорок лет назад. А я из этого конфуза  пытаюсь сделать шедевр современного искусства. Вот что ты счас спросил? «А вдруг  не возьмёт?» Ты хоть сам понимаешь глупость своего вопроса? Она всю жизнь  проработала терапевтом. Уже столько лет на пенсии работает. Вот хоть раз, хоть  от кого-нибудь ты слышал, что она не взяла денег? Отвечай - слышал или нет?
     Боря заёрзал на стуле.
-  Лиза, о подобных вещах никто не рассказывает.
-  О подобных вещах говорят все. Без стыда и зазрения совести. Ты вспомни, что  два года назад рассказывал сосед Толик-выпивоха? Что она ему заявила, когда он  сунулся к ней на приём с воспалением? «В моём кабинете доллары должны летать, а тут лезут  всякие! Бросай пить и будешь здоровым!» Пить, правда, он не бросил, но так  напугала своим гуманным  обращением, что после того в поликлинику ни ногой. Тогда в больницу он всё-таки угодил, но потом как-то без врачей держится. Ну, вспомнил?
     Боря немного разозлился. Как умел.
-  Да помню я всё! И знаю тоже. Просто я ещё ни разу в жизни никому не давал  взятку. Вот, как-то не  пришлось  мне заниматься подобным творчеством.
     Жена мудро утешила:
- Всё всегда бывает в первый раз. А ты у меня человек не просто способный, а  талантливый, даже гениальный, так что сей несложный творческий фортель осилишь в  два счёта.
     Она обладала даром убеждать, присущим, впрочем, многим женщинам, когда дело  касалось их мужей и собственной выгоды. А так как муж в понятии женщины всегда  являлся её собственностью, то выгода мужа, в первую очередь, принадлежала жене.
     Боря, после столь лестного отзыва о собственной  персоне, вновь вдохновился  решительностью:
-  Да, пора что-то в жизни менять. А то, действительно, влезли на шею все, кому  не лень, а ты их тащи.
-  Ну вот, я знала, что в тебе есть что-то по-настоящему мужское. Цезарь ты мой  -  пришёл, заплатил, ушёл! Да тебе ничего не надо будет ни делать, ни говорить. Деньги кладёшь в медицинскую карту, карту подаёшь ей, и наблюдай, как работает профессионал. Это очень просто, а ты на ровном месте создаёшь проблемы. Оказывается, ты у меня очень проблемный человек?! Шучу-шучу. Я рада, любимый, что  мы всегда находим с тобой взаимопонимание. Иди посмотри - дети спят? И мы пойдём  баиньки.
     Зимы нашей природной зоны радуют жителей этой самой зоны своим миролюбивым климатом. Я бы сказал, - природа стала более лояльна к населению, видя его хилое здоровье. Она куда гуманнее человека. В старину было иначе.
     Боря,  смущённый и нерешительный, вошёл в фойе поликлиники и огляделся. Людей было полно, что не удивительно. На стотысячный город одна поликлиника, по  всем законам здравого смысла, маловато. Но это легко сказать, да трудно сделать. Городской бюджет подобного строительства может не потянуть. Вот, если бы  государство помогло, то за этот проект градоначальники взялись бы с  удовольствием. Сколько всего ещё можно было бы понастроить, вдали от  официального объекта. Зато с какой скоростью растут супермаркеты и  автозаправочные станции! Диву даёшься - как мы можем толково и оперативно  строить!
     Боря сдал куртку в гардероб, взял в регистратуре медицинскую карту, и  потопал на 4 этаж – место дислокации участковых терапевтов. Регистратура  открывалась в половине восьмого, а врачи принимали в восемь, поэтому в данное  время по поликлинике сновали только больные. Устраивались поудобнее, знакомились  и вели беседы на житейские болезненные темы.
     Возле двери с табличкой «терапевт Сапкевич Дарья Антоновна» он остановился, и сердце непроизвольно ускорило свой ход. К участковым терапевтом талоны не  брали, а посещение производилось по живой очереди.(Красивая  фраза).
     У данного кабинета сидела пожилая дама, возле которой Боря и занял своё  место. Предстояла процедура вложения денег в медкарту. Купюра лежала наготове в  кармане брюк. Как заправский шпион, осмотрев боковым зрением потенциальную  слежку, и не заметив таковой, он искоса глянул на даму. Та, надев очки, пристально изучала историю своих болезней, и судя по толщине тома, это занятие  могло отнять у неё всё дообеденное время.
      Боря одной рукой приоткрыл карту, второй начал вытаскивать денежку, но тут  в мозгу засветился вопрос и он замер. Куда положить? В начале или в конце? Если  положить в начале, она сразу увидит и ему станет легче, а если не  легче, то  быстрее всё образуется. А вдруг она не будет по порядку листать и сразу откроет  на последней записи? Значит, надо положить в конце и терпеливо ждать результата, каким бы он ни был.
     Найдя нужную страницу, он всунул купюру, пошебуршал пальцами, разглаживая  её, и с облегчением захлопнул своё болезненное дело. После этого посмотрел в  одну сторону, потом - в другую, и к своему ужасу увидел, что дама за ним  наблюдает также пристально, как совсем недавно изучала своё досье. Боря  моментально вспотел. Надо было срочно отвлечь внимание.
-  Заболели? - спросил он с сочувствием в голосе.
-  Ещё нет. Лучшее средство предотвратить болезнь - профилактика, - гордо ответила женщина. - Пройти обследование, сдать анализы. - Потом неожиданно спросила. - Вы, я вижу, тоже не  совсем больны?
      Боря подобным вопросом оказался застигнутым врасплох. Неужто что  заподозрила? Вон, какие глаза хитрющие! Правда, следующие слова его успокоили.
-  Вы совершенно правильно поступаете. Только дураки тянут до последнего, а  потом во всём обвиняют врачей. А потом что получается?
   «А что получается?» - облегчённо вздохнув, подумал Боря. Женщина ответила:
-   А  получается  убыток - и вам, и государству.
-   Мне? - осмелев, пошутил Боря.
-   Ну, не вам лично. Это я к примеру сказала. Вот, дотянули вы с болезнью до  последней стадии, не дай Бог, конечно, и только потом обратились к врачу. Это ж  сколько вам денег потребуется на лекарства?! А ежели, не приведи Господи, какое-нибудь осложнение? Всё! Работай потом всю жизнь на таблетки, а государству оплачивай ваш бюллетень. Сплошные убытки.
      Боря поёжился от нарисованной картины, и подумал: "Какая умная, предусмотрительная женщина! И как заботится - и о государстве, и о человеке. Гуманитарий! Чиновникам бы такими  быть!» А в голос сказал:
-   Вы совершенно правы, уважаемая. Что-то последние два дня чувствую усталость, недомогание и подавленность.
      И Боря нисколько не лукавил. Внутреннее напряжение, связанное с поездкой и  срочной необходимостью получения больничного, сильно надломило его  психологически.
-   У вас явно понижен иммунитет. Уж поверьте мне. Организм не в состоянии  сопротивляться внешним негативным факторам.
      С этим Боря был не согласен. Его организм очень сильно сопротивлялся этим  самым факторам, - он протестовал! Но фактор жены, с её практичным, железо-бетонным логическим мышлением, подавлял всю его иммунную систему.
      Разговор прервался при появлении доктора и медсестры, положенной по штату, чтобы не было скучно и было с кем поговорить доктору. Женщина с улыбкой  поздоровалась, Боря, глотая ком, молча кивнул головой. Медсестра улыбнулась в  ответ, а доктор, Дарья Антоновна, холодно пожелала всем доброго утра. Они зашли  и закрыли дверь.
      Пациенты стали ждать высочайшего позволения войти. Так уж повелось с  незапамятных времён, что расписание вывешивается для врача, а не для пациента. Как напоминание, что завтра, приблизительно во столько-то, он, всё-таки, должен  появиться на работе. Это как в школе в своё время говорил учитель: "Звонок не  для вас, а для меня».
      Боря интеллигентно начал раздражаться, посмотрел на часы - они показывали  ровно 8.00, и укоризненно глянул на даму. Та намёк поняла и дала исчерпывающий  ответ, но шёпотом:
-  Я один раз вот так сунулась, так меня довольно бесцеремонно выставили вон.
      Нарываться никому не хотелось, а Боре и подавно. С врачами лучше всегда  услужливо дружить. Да и что такое время? Необъяснимая субстанция, которую мы  черпаем по большей части впустую.
      Минут через десять открылась дверь кабинета, и медсестра ласково  проворковала:
 -  Заходите, пожалуйста.
      Женщина скрылась за дверью, а он, ещё раз осмотревшись, народ постепенно  заполнял обширное пространство со множеством терапевтических кабинетов, заглянул  в хронологию своих болезней. Денежка лежала вертикально, закрывая собой половину  последних двух диагнозов: « жалобы на…  язык вл… температура… острый бронх…». Это только то, что он смог прочесть. Боря всегда подозревал, что в медицинском  институте преподаётся нелегальный предмет по каллиграфии. Эта клинопись была  понятна только узкому кругу тайного общества врачей. Непонятные русские слова  тесно переплетались с ещё более непонятными - латинскими. Надо учить латынь! Какая глупая мысль?! Сегодня вопрос  стоит глубже - не забыть свою родную речь! А то скоро все перейдут на многочисленные слэнги, смачно сдобренные народным  фольклором, далеко не лучшего качества.
      Начали подтягиваться больные. За Борей заняли очередь пять человек, но  никого из  знакомых не было. Хорошо. Ему меньше всего хотелось вступать в  разговор с кем бы то ни было, а со знакомыми - не хотелось категорически! Состояние страха и подавленности увеличилось. За свои сорок лет, как это ни  странно, в подобной ситуации он оказался впервые. Нет, он не витал в облаках, не  был, что называется, не от мира сего, видел и знал всю неприглядность реальной  жизни. Более того, Боря за подобные правонарушения никогда никого не осуждал, прекрасно осознавая, что так, почему-то, устроено общество. А зарвавшиеся высокопоставленные чиновники, с их барским аппетитом, рано или поздно, всё равно поперхнутся. И не обязательно уголовным кодексом. Одним словом, к подобным вещам  он относился философически, когда эти вещи не касались его лично.
      Но когда вдруг они к нему прикоснулись, он сам не ожидал такой иммунной  реакции организма, вплоть до необъяснимой тошноты, на, казалось бы, вполне  заурядное, хоть и негативное, общественное явление. Ему было противно и, конечно  же, страшновато. Боря представил себе, как она обнаруживает деньги, как возмутится, как набросится на него с криком. А все вокруг будут слышать, потому  что кричать она будет нарочито громко. И выйдет он из кабинета униженный и  оплёванный, глядя в пол, боясь поднять глаза и посмотреть на осуждающих его  людей. Ему стало жутко до озноба и холодного пота.
      Но вот из кабинет  вышла женщина с массой всевозможных рецептов от массы   всевозможных, и возможно не присутствующих у неё в действительности, болезней. Вот оно - профилактическое лечение, требующее денежных средств и выносливости организма всё это переварить.
      Боря, вспотевший и на не крепких  ногах, вошёл в кабинет врача.
-   Здравствуйте, - голос предательски осип.
      За двумя столами, соединёнными вместе, сидели, друг напротив друга, врач и  медсестра. Доктор, Дарья Антоновна, выглядевшая, сколько бы ни было ей лет, гораздо моложе, взяла от него медицинскую карту и указала рукой на кушетку. Он  сел. Медсестра тут же протянула ему градусник.
-  Пили на выходные? - Спросила Дарья Антоновна, сложив руки на его закрытом  досье, и глядя поверх  очков на вспотевшего Борю. Боря не был многословен.
-  Нет, - ответил он, и отвёл взгляд от доктор  на свои ботинки.
-  Ну-ну, - и это означало, что ему не поверили, - на что жалуетесь?
      Боре не хотелось отвечать. Или ответить, что жалуется он на своего  директора, на своего непосредственного начальника, ну, и одним махом - на жену. И, быть может, это больше заинтересовало бы доктора, чем его причитания на  несуществующие болезни. Насколько он знал, по слухам, она очень любила поболтать  и посплетничать. Впрочем, как все женщины. Ну хорошо, не все - большинство.
-  Какое-то общее недомогание. Слабость и головокружение, - краснея сказал Боря,  и грустно посмотрел в окно, за которым было темно, лишь внизу горели фонари и  люди спешили по своим делам. У него появилась сумасбродная мысль, что она уже  всё поняла, и теперь с ним играет, видя его детскую беспомощность. Было чувство, что его поймали с поличным. Вскоре, правда, у Бори вспыхнуло другое чувство.
-  Много  вчера  выпили? - столь бесцеремонный вопрос доктора глубоко возмутил  его, как человека, и только большим усилием воли он заставил себя сдержаться.
-   Я не пью! - в его голосе ощущалась угроза. И пусть в этом вопросе Боря немного лукавил, но это было простительно, так как  задета была его честь и  гордость.
      Только на Дарью Антоновну угроза тембром не произвела никакого  впечатления, видимо, она была женщиной не из робкого десятка. Лишь мелькнула  загадочная джокондовская ухмылка, и очередное «ну-ну» убедило его, что и на этот  раз ему не поверили. Всё Борино естество кричало - откройте же мою карту, там всё красиво напечатано, и не мной - государством!
      Дарья Антоновна протянула к нему руку, и он не сразу сообразил, что надо  отдать градусник.
-   Тридцать семь и три, - констатировала она.
      Боря крайне удивился, а медсестра понимающе закивала головой и сказала:
-   Опасная температура. Слабая сопротивляемость организма. Ослаблена иммунная  система.
      «А женщина-то передо мной была права!» - подумал Боря, но опытный врач их  всех опроверг.
-   Ничего страшного. Ответная реакция организма на отравление токсичными  веществами. В данном случае - этиловый спирт. Давайте, на всякий случай, я вас  послушаю.
      «Вы никого не слушаете и никому не верите!» - крикнул ей мысленно Боря и  махнул рукой. Тоже мысленно.
-   Всё чисто, - резюмировала Дарья Антоновна, ощупав стетоскопом его спину и  грудь. Затем последовали убийственные слова. - Я была права.
       Пока он надевал рубашку и свитер, наблюдая освещённую улицу, боковым  зрением видел, что доктор, наконец-то, начала листать его персональное дело. Боря  сделал глубокий вдох, затаил дыхание, насколько мог, затем тихонько выдохнул. Долго заправлял рубашку в брюки, повернувшись лицом к стене.
-   Ну что ж, - будто издалека услышал он голос доктора. Боря напрягся и замер. -  Долг от  нас требует не допустить ухудшения состояния. Не навреди! Учащённое  сердцебиение, пульс зашкаливает, повышенная температура, - пиши ему ОРЗ. Пусть сдаст анализы и пройдёт рентген.
      Говоря всё это, Дарья Антоновна сделала очередную таинственную запись в  его личном анатомическом деле. Как вдруг неожиданно спросила:
-   Где собираетесь встречать Новый год?
      Боря, одурев от радости, что всё благополучно завершилось, опешил. Немного  подумав, он уже собрался ответить, но его опередили.
-   Дома. С семьёй. Без всяких гостей, - сказала медсестра, протягивая Боре  бумажки. - Сдадите анализ крови общий, анализ крови на сахар, натощак, и анализ  мочи. И вот талон на рентген в 6 кабинет, там всегда меньше очередь.
      «Какая милая, добрая женщина, -  подумал с нежностью Боря, и перевёл  взгляд на Дарью Антоновну. - И вы, доктор, тоже ничего, и с вами можно иметь дело, если уметь найти общую тему для беседы».
      Спустя час, он вышел из ненавистной поликлиники, и глубоко вдохнул свежий  морозный воздух. Как хорошо, что всё закончилось! И как хорошо, что закончилось  всё хорошо. В жизни необходимы перемены, и надо верить, что они будут в лучшую  сторону. Жизнь прекрасна! Но где-то там внутри, не затрагивая ни одного  биологического органа в отдельности, что-то болело, ныло и тосковало.
   


Рецензии
Очень точно, грамотно и достоверно описана психология грехопадения, история предательства тех критериев морали, которых до этого придерживался. Искушение... Дьявол, Бог .... так это раньше называли, но суть та же самая. Вообще уровень самого Достоевского. Пишите. У Вас получается!

Фёдор Тиссен   03.03.2018 12:40     Заявить о нарушении
Очень часто грехопадение начинается с мелочи, с первого шага, на первый взгляд, незначительного морального проступка, а если, после этого, человек не испытал угрызений совести или остался безнаказанным со стороны правосудия, то оно может катастрофически регрессировать и привести индивидуума к нравственной бездне.
Благодарю, Фёдор.


Александр Сих   04.03.2018 05:50   Заявить о нарушении
именно так

Фёдор Тиссен   04.03.2018 12:54   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 34 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.