Проблемы эмиграции

       Проблемы иммиграции ...  Извечные проблемы. Писанные и переписанные сотни  раз. И тем не менее это состояние будоражит каждого из нас по-своему не только перед отъздом, но ещё больше после прибытия. Уж такими мы родились – неповторимыми и совершенно разными, даже прожив под одной крышей десятки  лет. 

      Это, естественно, не секрет, что в очень большой степени, скорее всего в  основном, зависят они (проблемы) от индивидуальности отдельного человека, с его  взглядом на жизнь, реальность бытия и прочего всякого. Но варясь в одинаковой  среде, как в кастрюле с борщём, всё-таки делимся на классы  –  т.е. очень зависим от  количества и качества мяса в борще. То ли с топором, то ли с грудинкой. Все мы, конечно, понимаем, что привыкший к плаванию по течению, что в Союзе, что в  любой другой стране индивидуум так и будет почти всегда (есть такой важный  термин в  “Теории  вероятностей”) оставаться безынициативным, праздно  страдающим от несправедливости окружающего мира. Тенденция получения зарплаты всегда в выбранный организацией день месяца и всегда одной и той же  суммы на протяжении многих лет, не могла не повлиять на нас и сделала основное  большинство населения Советского Союза нерешительным, мало предприимчивым, действительно без всякого желания сопротивляться устоявшемуся болотному мировозрению. Раз все в одном положении, почему мы должны пробивать стену лбом? Он у нас одинаково беспомощен.

      В особом положении находились приезжающие, думаю не только в Америку, иммигранты пенсионного или почти пенсионного возраста, занимающие в стране покинутых Советов высокие позиции в трудовой жизни и потому привыкшие к различным поблажкам, подаяниям да и просто заискивающего отношения к ним подчиненных и прочей публики. Зачастую, их вальяжность в общении с нами, там на родине, зашкаливала - как же, должность обязывала. Да не обидится на меня читатель. Я оговорился – зачастую. Были приятные исключения, но редко.
       Эта категория приезжих часто прибывала с приличными деньгами, но вот насчёт работы сталкивалась с большими трудностями. Что они могли делать? В основном, только руководить, а в руках никаких навыков. Оставалось только за стаканом коньяка в русском ресторане вспоминать прошлое, а, может, и правдоподобно насочинять о нём. Вспомнили фильм "Бег"? Вот-вот. И вот такое отношение к жизни не могло не повлиять на их восприятие Америки. Часто обозленное за ощущение ненужности и потерю значимости.

       И это понятно. Америка всем давала убежище. Но строить жизнь изволь самостоятельно. Хорошо у евреев всех континентов есть чувство общности и ответствнность перед Торой. Сохнут помогал и продолжает помогать всем прибывшим даже в десятом поколении в еврействе одного из членов семьи. А остальные как-то искали убежища у церквей или оставались, нарушая законы. Иначе откуда было взяться более чем одиннадцати миллионов без права на проживание?
      Спасибо Америке. Она предоставляет шанс понять себя и сделать своё будущее своими руками, не надеясь на поддержку извне.

       Мной замечено, что все без исключения национальности жёлтой расы и, в большинстве своём, советские евреи в подавляющем количестве случаев достаточно успешны. Я имею ввиду худо-бедно, но состоялись. Этот вывод  лежит на поверхности. Как говорится – легко видеть. При всей сложности жизни в  стране Советов, где все и всюду получали равные деньги вне зависимости от отношения к труду, эта категория людей старалась каким-то способом, пусть даже не всегда законным, улучшить своё существование. В те годы, при всеобщем невразумлении, понятие "жалкое" еще не было осознанным и даже не возникало в русском самосознании, как нечто постыдное, запрещенное к раздумью. Или как говорили - если импортной обуви не видел, наша лучше всех. Думаю, что советские евреи, возможно как и евреи в разных странах, просто  в  силу  своего  характера,  национальной  принадлежности,  не  желают быть  как  все,  реально хотят почти всегда (а родители даже готовы выскочить из кожи ради любимого чада) добиться  чего-то  лучшего.
       Нужна была просто великая тяга подчинить  себе жизнь, дабы приблизить свое положение в обществе к неким книжным иллюзиям.

       Вновь прибывшему в чужую страну со знанием, даже поверхностным, языка гораздо легче адаптироваться. Как-никак, но есть возможность общения.
       Мой пример достаточно примитивный, но во временном пространстве сработал очень даже эффективно. Я, как дурень, это без преувеличения, уверяю вас,  одевал дорогой бельгийский костюм  (в Америке его цена 23 года назад была бы в районе 1000 долларов, если не больше), галстук, брал с собой маленький словарь 5 на 5 на 5см и шёл, как по Горькому, в люди. Имеется в виду найти свободные уши в различных магазинах, непродуктовых конечно, для возможной беседы. Благо, маленьких магазинчиков было много, и в дневное время они, зачастую, пустовали.
      Глупо, не правда ли? Вот и моя половина считала также. Мне было совершенно безразлично, как сложится диалог и о чём! Поставил перед собой задачу заинтересовать собеседника некой врождённой интеллигентностью, апробированной Советской властью. Главным в моих похождениях была острая необходимость как можно скорее начать говорить. Довольно странно, но хозяева магазинов не без удовольствия довольно часто поддерживали беседу, терпеливо пытаясь что-то понять. Для них это была нелёгкая работа – понять непонятное с  дичайшим акцентом. В те годы, начало 90-х, здесь  в Америке, только начал проявляться интерес к “коммунистической России”. Они были поголовно уверены, что в СССР был коммунизм. А что это за тварь такая, не имели абсолютно никакого понятия. И что действительно странно, приглашали зайти снова, думаю, просто из вежливости. А так, кто их поймёт?
      Эта была сущая наглость с моей стороны пытаться говорить на все темы, включая, в основном, политические, но другого варианта не существовало. Существовала проблема, вполне реальная – кушать хотелось. И такая вот стратегия в достаточно безнадёжных условиях первых месяцев существования, извините за повторяемость слова – оно здесь существенное, бесспорно, очень даже оправдала себя. Пусть не на следующий день, но в ближайшем будущем помогла и с большим результатом, чем ожидалось. Познавалась среда общения.

      Первая работа – “Pizza  Hut”. В час 4,25 доллара и фунт прованского масла. Всем дают tipsы два-три доллара за пиццу, а  мне в лучшем случае 50 центов. Потому как немой – говорить стыжусь. Ну не могу и всё. Хоть плачь. Через неделю вспомнил, что я преподаватель. Не важно, где работал в СССР: в школе или институте. Значит, обязан был быть по статусу знатоком душ человеческих. Не зря изучал самостоятельно психологию и начитался книг, в основном американских авторов, о правильном отношении к языку – как надо говорить, чтобы тебя хотели слушать и услышать.
      Пришлось засесть дома за стол после работы, т.е. где-то между двенадцатью и часом ночи, восстановить в памяти и описывать ситуации, замеченные в домах. Составил короткие диалоги, вызубрил их и через неделю стал зарабатывать в среднем 9 д/ч. Более того, хозяин магазина, видя мою заинтересованность, нарушил незыблемое правило компании об изменения зарплаты, увеличив её на целый доллар (25%).
      У меня были полные карманы денег по возвращении с последней доставки. Американцы ничего не могли понять. Как это вообще могло случиться. На недоумённый взгляд окружающих, что и понятно, я бы всё равно не понял вопроса, ответ был  краток – идите и учите английский язык. Смешно? Но это случилось действительно так. Больше всех смеялся хозяин пиццерии. Они все немые, хотя английский их родной язык. Проблема – природная лень и безынициативность. А tip получали потому что здесь родились.
        О работе в колледже не было и речи. Правда, через месяца полтора после приезда в Америку у меня состоялась беседа с завкафедрой биохимии в лучшем частном университете Кливленда. Пришёл с  переводчицей. 
        Ещё учась в школе, я освоил специальность столяра-краснодеревщика, что с годами стало моим хобби. Никогда ничего не проходит даром. Судьба не индейка! Дала со временем возможность вместо преподавания заняться реставрацией мебели. Но, чтобы хорошо зарабатывать, приходилось, да и сейчас тоже необходимо, каждый день “учиться, учиться и учиться”, как завещал дорогой Ильич.

       Большинство американцев учиться не могут  из-за нехватки средств. Школа на невысоком в среднем уровне, а школы для меньшинств просто зачастую в принципе ничему не учат. В этом отношении страна морально бедна. Все хотят быстрых денег. Для вас это может показаться странным, но получить здесь хорошее образование очень дорого. И совершенно непросто потом найти работу. Невзирая на  огромные возможности, роль Иван Иваныча является ещё более значимой, чем в Союзе. И тем не менее, общество позволяет активным людям самореализоваться. Всё зависит исключительно от  отношения себя к своей поставленной цели. Сейчас или никогда.
      Иммиграция – это не столько побег от действительности, сколько стремление найти своё место в жизни. Это касается честолюбивых молодых людей, а не детей толстосумов. В свободном  мире, где каждый может перемещаться свободно, под этим словом подразумевается – пойди и найди себя, воплоти свою мечту в жизнь, сделай свою жизнь достойной тебя, твоей мечты. 
      Когда-то я написал стихотворение “Иммиграция”. В нём вся боль потери своего прошлого. Но это не жалоба, не страдание о потере Родины. Нет! Это  просто переживание потери друзей, ради которых и при содействии которых наша жизнь имела смысл.

Завтра нам  улетать...
Куда птицы летят на зимовку.
Где, возможно, не ждут,
и останется лишь вспоминать...
За прощальным столом допивая   
                наливки литровку 
“и не веря ещё, что сегодня 
              нам в ночь улетать.” *
Боже мой...  улетать?
“Навсегда  улетаем. Навечно.“ *
Оставляя с друзьями
                минуты волнующих встреч.
У окна самолёта  промелькнёт
                моя жизнь скоротечно,
И надежда друзей моих лики сберечь. 

04.20.2013.

      Сейчас я точно знаю – без прошлого нет настоящего. Наша культура преодолевает все препятствия и помогает воплотить в жизнь главное – самобытность существования. Гордость за своё “Я”, если у нас есть определённая целеустремленность.

      Жалко лишь только тех эмигрантов, которые  застолбили время. Пути к совершенству восприятия жизни не ограничены возрастом, былым и прочими атрибутами окружающего нас мира. Всё только в нашем восприятии мира. Надо помнить непреложную истину – вы для мира, а не мир для вас.

Впереди сто дорог, сто путей в никуда.
Среди этих дорог для меня лишь одна.
Что на ней я найду, и к чему приведёт?
Лишь бы душу согреть, а не то пропадёт.

09.17.2014. 


Рецензии
Не помню кто из известных, кажется Куприн, говорил, что эмиграция это очень злая тетка и я с ним полностью согласен. Очень часто эмигрант в другой стране чувствует себя деревом, которое из привычного благодатного климата пересадили в несвойственную ему среду. Я более 20 лет живу в Израиле, в стране, к которой я испытываю теплые чувства, но сердце мое осталось в Крыму. И с этим ничего не попишешь.
С уважением

Зиновий Бекман   06.11.2016 14:54     Заявить о нарушении
И вы явно не одиноки. 25 лет в Америке, а душа наверное уже устала метаться - туда-сюда, туда-сюда.
Спасибо за внимание.

Валерий Шурик   06.11.2016 15:41   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.