В поиске реальности. 5

Больно, не физически — душа мучается, наверное. Где-то глубоко, внутри и тошно так, что хочется не просто реветь, а выть. Что и делаю, в принципе, поэтому-то и дышать тяжело. Глаза разлипаются с трудом и я снова всхлипываю. Уткнувшись в подушку, - этот предмет, кажется, принял на себя мокрый удар в полной мере, - закусываю ее зубами и продолжаю реветь. Мозг медленно приходит в себя после ночного сна и, порой, думается: уж лучше вообще не спать, чем так.

Какое-то время реву, но постепенно успокаиваюсь. Понимание и осознание «проснутости» не спеша, но все же овладевает мной и я стараюсь перевернуться на спину и вдохнуть. Вот и первый осознанный взгляд на потолок — ничего примечательного. Некоторое время всхлипы продолжаются, но постепенно дыхание выравнивается и мозг переходит в свое привычное, казалось бы, состояние тишины.

Прикрываю глаза стараясь успокоиться окончательно, несколько раз глубоко вздыхаю. Сон, взбудораживший отрешенное от жизни состояние — не могу вспомнить, а боль в груди остается. И вновь, невольно, слезы щиплют глаза, а дыхание перехватывает.

— Устала я! Не могу больше, - вырываются слова из сжатой челюсти. - Не могу! - ору во весь голос.

Кто же знал, ну, кто знал что «накроет» по-серьезному, невыносимо. Такое ощущение, что прожила всю жизнь именно вот так — в этой квартирке, с дурной интернетной работой. И словно ничего кроме окружающего меня тесного мирка и не существовало: ни нормальной работы, ни родителей, даже детство не вспоминается. «День сурка» в реале. Проснулся, делай работу, ешь, пей таблетки, уставай и спи. А каждое утро навязчивая мысль: не может это называться жизнью.

Тело ломит будто всю ночь разгружала вагоны. Знать бы с чем, может, сперла бы кило-два этого самого чего-нибудь и поела нормально, а не «голый» кофе на завтрак.

Осторожно переворачиваюсь на бок и со скрипом поднимаюсь.

— Осень, - ворчу себе под нос, - опять эта чертова осень! - злюсь, потому что эта единственная эмоция, хоть как-то, но заставляет шевелиться непослушное, будто не мое, тело.

Вода в душе максимально горячая, иначе мышечный спазм не снимется. Стою и терплю, будто пытку. От ощущения воды, стекающей по коже, покрываюсь мурашками. Мерзко. Будто сдирают кожу как по живому.

Меня потряхивает и сил нет даже сварить кофе. Хочется просто лечь, закрыть глаза и все — не трогайте меня. Но в квартире раздается громкий, заставляющий морщится, звонок.

Мне не до чего, поэтому не глядя и не задумываясь кто же это, нажимаю на кнопочку, открывающую двери.

— Привет, - словно сама жизнь врывается в квартиру. - Что-то ты совсем расклеилась, - став серьёзным, говорит Марк, подходя, пытается поцеловать в щеку.
— Перестань, - ворчу я, отворачиваясь. В подобном состоянии не терплю когда ко мне прикасаются. Раздражает. - С несовершеннолетними не целуюсь.
— Что случилось-то? - не обращая внимание на мои выкрутасы, этот простодушный человечек продолжает беседу, улыбаясь. Ну да, перегнула палку немного, годков двадцать три уже «стукнуло».  - А я — вот, - протягивает корзину, - приехал за тобой, купил все для пикника, думал отдохнуть. Собирайся, а то совсем одичаешь.
— Марк, - пытаюсь начать поучительную беседу.
— Возражения не принимаются. Доедем на метро.

Там меня и «накрыло» по-полной программе. 

Всего несколько ступенек вниз и начинает подташнивать. Вцепилась в корзинку с продуктами и бутылкой вина, - эх, похоже, банкет придется перенести на другое время, - будто за поручень, только не смог удержать меня столь неустойчивый предмет. Вдох и выдох. Первый лестничный спуск кое-как пройден.

Боль врезается острой иглой в виски, заставляя прекратить движение вниз.

Дальше как в замедленном действии. Корзинка выпадает из рук, а ударившись о ступеньки переворачивается и катиться вниз. Бутылка, не выдерживая удара об пол, взрывается осколками стекла и брызг. Тягучий, щекочущий ноздри аромат винной терпкости заполняет пространство. Слабый ветерок завихряясь, запутывается в распущенных волосах  и приносит еле уловимый шепот.

— Йе-ев-ва-а... опа-а-с-сно-о...

А я, пытаясь поймать рукой этот невидимый поток воздуха, принесший столь далекий и  такой родной голос из неизвестной мне жизни, подаюсь вперед, за ним. Резкая боль отходит на второй план.
 
«Где ты?» - пытаюсь докричаться. - «Кто ты?» - но вопль молчалив.

Прохожие шарахаются в сторону от меня, падающей на ступени, а темнота принимает в невесомые объятия.

— Марк, - глаза не открываю — веки тяжелы после болевого приступа да и с пересохшим ртом трудно разговаривать. Чувствую, парень где-то рядом, поэтому и пытаюсь заговорить, тишина давит. - Что случилось? Не молчи, - с трудом выдаю просящие нотки.
— Это страшно, Ева, - он сжимает мою руку, а голос дрожит. - Там взорвалось что-то, говорят: терракт. Если бы спустились...

И сознание, в который раз, «выключает» меня из реальности.


Рецензии
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.