Осенний дождь после бабьего лета. Часть 4

Утром, выглянув в окно, Алёна Павловна увидела всё тот же моросящий дождь.
Но грустно не стало. Разожгла камин, чтобы наполнить дом теплом. Тепло от камина всегда привносило что-то необычное, его нельзя было сравнить ни с каким другим теплом. Рядом с камином отогревалась душа. Она часто замечала благотворное влияние каминного тепла на Игоря. Приезжал усталый, а посидев часок у камина, чувствовал себя превосходно.

На кухне, заглянув в холодильник, обрадовано отметила, что выбор есть и большой. Игорь приезжал накануне и привёз много чего. Тогда она пожурила его за такое обилие. Он ответил, что если вдруг на пороге дома появится гость, то будет чем угостить. Она парировала, что в это слякотное время года гостей быть не может, разве разбойник с большой дороги. Игорь пошутил:

- Вот и хорошо, мамочка! Будет чем откупиться. Ты ему закусочки на стол и что-нибудь выпить из моего бара в кабинете. Выбор там богатый, на большую гулянку хватит. Живи, дорогая, здравствуй. Да, и пока не забыл, мне скоро в командировку надо будет лететь. Так я Тихону Ивановичу деньги оставил и список продуктов. Он обещал через две недели завезти. Не скучай, дорогая! Мальчишки будут звонить тебе. Они уже заскучали по даче, по тебе.

Алёна Павловна приготовила завтрак, когда услышала шаги гостя. Он вошёл тщательно причесаным, но не бритым. Видимо, постеснялся пользоваться бритвой Игоря, а она не догадалась новую дать.

Сергей Михайлович стоял в растерянности, разглядывая сервированный стол.

- Это что, хозяюшка, на двоих или вы гостей ожидаете? Откуда такое изобилие? Никак вы заимели скатерть-самобранку!

- Сын накануне приезжал, вот и привёз всего, что сам любит.

- Сын у вас, Алёна Павловна, однако, гурман. Там, в кабинете, в баре, такой выбор, что если бы не болел, то сооблазнился рюмкой-другой. И бар красиво устроен. От зеркал света много и отражения красиво смотрятся. Вкус у вашего сына превосходный! Что по части закусок, что по части напитков.

Алёна Павловна предложила  новый бритвенный набор  и гость удалился, а через несколько минут пришёл помолодевшим. По кухни распространился аромат любимого одеколона Игоря. Смущённо улыбаясь, гость пошутил.

- Пустили в свою прекрасную обитель гостя незванного, а он и начал здесь осваиваться, как у себя дома. Вы уж простите, хозяюшка, я такой.

Завтракали молча. Гость ел с аппетитом. Алёна Павловна попивала только кофе, сварённого в турке.

Дождь потихоньку затихал. С ветки сосны, что стояла у дома, стекали крупные капли. Картина из окна была великолепная. Небо отливало багрянцем. Наступали холода. В доме от камина разливалось тепло, оно обволакивало. И опять сидели молча. Каждый думал о своём. Голос Сергея Михайловича прозвучал неожиданно.

- А знаете, Алёна Павловна, расскажу-ка я вам одну историю из своей прошлой жизни. Много чего в жизни со мной произошло разного. И плохого, и хорошего.

Женился я молодым и зелённым. Родители рано меня покинули, в год моего окончания школы. Я у них поздний ребёнок был. Сидели оба по лагерям по политической статье, а были всего-то врачами. Рассказывали о себе мало. Жить остались в сибирском большом городе К. Работали врачами, как прежде. Они и в лагерях работали врачами. Когда их не стало, то меня соседи пригрели. Дочь у них засиделась в девицах. Всё при ней, а женихи за версту обходили. Мне восемнадцать, а невесте двадцать пять. Свадьбу нам скромную сыграли.

Теща, Зинаида Тихоновна, сразу с моей женой на юга подалась. Потом решила там домик прикупить. Нам с тестем письмо прислала, что жена моя беременна и врачи рекомендуют до рождения ребёнка в благодатных краях пожить. Нам была поставлена задача работать не покладая рук и снабжать их деньгами.

Работал я тогда с тестем вместе в одном торговом объединении. Специальности никакой, но благодаря тестю должность занял приличную, с материальной ответственностью.  Молодой я был, дуралей жуткий! Тесть через мой склад стал какие-то махинации проворачивать. Сам-то он в стороне оставался. Но сколько верёвочки не виться... Однажды пришли с ревизией, а потом и следствие началось. Тесть  от всего открещиваться стал.  Испугался я тогда здорово и в бега кинулся. Решил на машине попутной, их к нам много приезжало с разными грузами. Вот одного водителя и уговорил я вывезти меня из города. Был он старше меня на десять лет. В дороге познакомились, разговорились. Выложил я ему всё как на духу.  Смотрю он машину разворачивает.

- Ты, Сергей, дурака не валяй! В бега кинуться - ума много  не надо! Давай-ка парень назад поедем, пока тебя не кинулись в розыск объявлять. Сколько говоришь у тебя растрата? Десять тысяч? Не деньги это!  А ну , подними сиденье под собой, глянь там в тряпице сколько я накопил в своей копилке. Возьми их, парень, себе! Мне они без надобности. Детей нет. Семья одно название, лучше не вспоминать. Когда-нибудь найдёшь меня и возвратишь сполна. А если и нет, то не обеднею.

Вернулись мы вовремя. Денег в копилке оказалось чуть больше восьми тысяч. Судили меня. Дали пять лет. Суд учёл мой добровольный возврат украденного.

Многие понимали, чьих рук дело. Да и молодость мою учли. Не скрыл я откуда деньги у меня взялись. Одна из заседательниц народных весь суд плакала.
Судья шикал на неё, а она не переставала. Глаза добрые, мамины.

Пока сидел, то никто из семьи не навещал, только мой спаситель и бывал. Посылки присылал. А однажды приехал с шикарным яблочным пирогом и рассказал, что встретил девушку, полюбил её всем сердцем и жизнь красками заиграла. 

И знаете, Алена Павловна, чем больше мне мой друг о своей любимой рассказывал, тем больше я в неё влюблялся. У меня от моей любви жизнь переменилась. Такая радость на сердце, хожу сияю. Сокамерники смотрят на меня с удивлением, иные думали, что рехнулся. Сидеть ещё три года, а он гоголем по зоне расхаживает. Разумом понимаю, что подличаю перед своим спасителем, а поделать ничего не могу. И стыдно мне перед ним, а сердце поёт.

Друг же мой при каждом свидание о ней рассказывает, я слушаю и молчу, а он и рад. Ему выговориться хочется о своей любви тайной. Фотографии у друга не было, а мне и не надо было.

Как же я её целовал в снах своих, какие слова любви ей говорил, Алёна Павловна! Винил себя за любовь, а отказаться никак не мог. Сам боялся рассудок потерять.

Дал себе зарок, что признаюсь другу о подлости своей, но не успел...Перед самым моим освобождением, за полгода, принесли мне  страшную весточку с воли, что друг мой за рулём  погиб от сердечного приступа.  Вышел я из тюрьмы. С женой не стал разводиться. Сын ведь рос.

Недалеко я жил со своими от городка друга погибшего. Немного приоделся после тюрьмы, облик человеческий принял и решился поехать и познакомиться.

Имени не знаю. Только и есть, что адрес друга погибшего, а из его рассказов, она рядом в доме жила. Приехал. Вместо дома друга пепелище. Дома рядом не пострадали, но жили в тех домах семьи людей в возрасте. Одна добрая душа нашлась, рассказала, что жила девушка в доме рядом, но никакого отношения к моему другу не имела. Правда, уехала как-то тихо. Куда - никто не знал.

Дом друга подожгла жена, она после его гибели рассудок потеряла. Содержали её в психиатрической больнице, но не усмотрели. Сбежала и сожгла дом свой, а вместе с ним и сама погибла. Вроде, как узнала, что муж завещал дом своей соседке. Дивился народ - с какой стати ей, соседке. 

Вернулся я домой и слёг. Переболел. Затаил в своём сердце любовь, спрятал от глаз людских. Но в трудные моменты жизни помогало мне это чувство на ноги подняться и дальше жить. Так и поселилась в моём сердце любовь к незнакомке на всю мою оставшуюся жизнь.

Времена наступали другие. Организовал я дело, всё пошло расти как на дрожах. Потом деньги валом пошли. И стал я, Алёна Павловна, платить долг своему другу погибшему через центры, где сердца лечили.

С женой жили тускло, но ровно. Многие так живут. А вот сын всегда волчонком глядел на меня. Не смог я подобрать ключи к его сердцу. Ему от меня только и нужны были деньги. Жену три года назад похоронил. С родителями жены общался мало, их уже лет десять как не стало. А недавно получил весточку от покойной тёщи. 

Накануне переписал я на сына весь пакет акций. Скрутило меня здорово, но спасли мои друзья из кардиологического центра. Когда всё оформление по передаче акций завершилось, то сын мне показал документы о его рождении...
Не мой он сын оказывается. Родился через пять месяцев после моей женитьбы в южном городе. К документам было приложено письмо тёщи, заверенное нотариусом, которое сей факт подтвердило.

Но не это главное в моей истории. Сегодня утром в комнате вашего сына я увидел вашу фотографию, Алёна Павловна. На которой вы стоите с высоким молодым человеком. Кто это?

- Мой сын Игорь, Сергей Михайлович! Здесь, на даче, нас старший внук сфотографировал, Павлик.

- Могли бы вы сказать, Алёна, отца Игоря Виталием звали ?

- Да, Виталием... Игорь родился без него...

- Я так и подумал. Моего спасителя Виталием звали. Я его и увидел на вашей фотографии. Всё не решался спросить вас за завтраком. Проснулся утром, а на меня Виталий смотрит, держит вас за плечи, будто показывает мне. Полюбуйся, мол, Серёга, на мою любимую. Он вас очень любил, Алёна Павловна!

В дверь позвонили. Алёна Павловна поспешила открыть. На пороге стоял Игорь.

- Мам, я не смог поехать в командировку, загрипповал. Решил у тебя пару деньков отлежаться, - сказал Игорь, с удивлением рассматривая незнакомца.

- Игорь, познакомься! Это друг твоего отца, Сергей Михайлович. Он живёт рядом , в красном доме.

- Вот ты, мам, даёшь! Что ж ты раньше нас не знакомила. Мне так хочется об отце больше узнать.

- А мы, сын, только вчера познакомились. Он, кстати, тоже загрипповал и пришёл попросить помощи...

Переглянувшись, все дружно засмеялись. Грипп оказывается тоже делает иногда добрые дела.

Игорь и Сергей Михайлович чаёвничали и говорили, говорили.  Алёна Павловна стояла у окна, слушала их беседу, а сама про судьбу свою думала. Всю жизнь прожила одна, ради сына, оберегая его покой. Никого кроме Виталия не любила более. И вот пришёл в дом незнакомый человек. О своей жизни рассказал и
будто груз с сердца снял. Затрепетало сердце, забилось жизнью. Вон уж закат на горизонте алеет, а она влюбилась.

- Мам, иди к нам! Я так много об отце узнал! Так на сердце полегчало. Такое впечатление, что знаком с Сергей Михайловичем всю свою жизнь!

Интереснейший человек!  Как ты думаешь, будем дружить домами?- сказал Игорь.

- Думаю ты прав, сын. Поживём, увидим! Давайте я вас, гриппозные,  морсом угощу.


Рецензии
Есть поговорка у нас - Сиротская лепешка или долго выпекалась, или сгорела совсем...
Очень хочется верить, что все и дальше будет хорошо...
Спасибо Вам, Надежда... С уважением и добром, Соня

Сопико   15.08.2018 01:41     Заявить о нарушении
Женская доля, Соня!
Как повезёт...Пусть всё будет хорошо.
Есть одна особенность в моих рассказах,
где-то жили мои герои...
С теплом,

Надежда Опескина   15.08.2018 04:09   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.