Гемма Юй и Ботаника

Гемма Юй мрачно сидела, на краю своей планеты «Остров Замбозан», которая являла собой точную копию облезлого старого ботинка с торчащими гвоздями на месте отошедшей подошвы, свисающими шнурками и пустеющей площадкой для «облачного байка». На кожаной поверхности планеты были начертаны перечеркнутые символы с соответствующими надписями: «no smoke, no sex, no drink, no fat, no drugs, no animals, no mirrors, no PC, no TV, no Earth!» и красным цветом ниже: « Read, Contemplate, Listen, Watch, Think, Dream, Dream, Dream». Еще выше красовался изобретенный Геммой герб Замбозана – якорь с крыльями, на фоне дубового листа.
Всё смуглое тело Геммы было покрыто замысловатыми татуировками с мастерски выполненными цветными изображениями, причудливыми узорами и живописными коллажами из Босха и Дали, Корнелиса Эшера и Хуана Миро в обрамлении растительных и зооморфных орнаментов. В тех или иных местах ее тела встречались трехстишья Басё, афоризмы Сенеки, цитаты из Лао-Цзы и целый параграф из Екклесиаста. На руках и ногах растительные графические мотивы переплетались со змеями и насекомыми, русалками и волшебными рыбами в сочетании с оптическими аллюзиями в стиле Вазарели. Татуировки сплошным ковром покрывали ее всю, кроме лица, кистей рук, и ног, ниже щиколоток. Даже на макушке под абсолютно белыми волосами, стриженными «под горшок», виднелись  заснеженные вершины вулкана Фудзи Хокусая, переходящие в иероглифы Ци Бай Ши и какие-то непонятные сочетания знаков кельтских и ворбузейских алфавитов.
Техника нанесения татуировок на тело позволяла смывать рисунки особыми растворами и наносить новые. Специальное оборудование для этого было в распоряжении Геммы и находилось внутри планеты-ботинка в большой студии с верхним светом, со стенами, полностью увешанными картинами и графикой разных художников всех времен и стилей.
Гемма Юй вынула из-за пазухи толстый блокнот, деревянную ручку с золотым пером и начала писать:
Ангел, ангел, что случилось, отчего всё так тревожно, отчего так сердце бьется и устало от тоски.
Унеси меня отсюда, унеси куда подальше, унеси в тот край надежды, где не ждут меня враги.
Где не знают про потери, узнают по цвету снов, где в предательство не верят, зная точно цену слов.
Там где сны считают правдой, где все помнят связь времён, где тебя считают равной, те, кто знает смысл имён.
Гемма дописала последнюю фразу и поставила точку…долго думала, потом поставила многоточие и прислушалась. Где-то вдалеке раздавался приближающийся рокот мотора.
… И любви неугасимый, зажигать на башне свет. Где тот Город чудный, дивный? Ангел, ангел дай ответ.
Гемма закрыла свой блокнот, заткнула ручку за ухо, и вытащив из кармана продолговатый металлический пульт, нажала красную кнопку. Свет погас и планета-ботинок погрузилась во тьму. Гемма встала в проеме двери со снайперской винтовкой наготове и опустила на глаза прибор ночного видения. Через несколько минут в небе, среди ярких звезд показался, медленно приближающийся силуэт человека, сидящего внутри ступы, как Баба-Яга. В следующий момент странный летательный аппарат неуклюже приземлился на ощетинившуюся большими бутафорскими гвоздями оттопыренную губу подошвы ботинка. Ступа упала и перевернулась, и из нее вывалился человек в черном овчинном тулупе, варежках и шапке ушанке, завязанной на подбородке. Шею и голову многократно обвивал теплый шерстяной шарф, из-под которого торчали большие круглые очки.
Незнакомец встал, огляделся и размотав шарф, снял шапку и очки. По плечам рассыпались длинные волосы, цвета вороньего крыла.
- А, это ты умница Ботаника! – с облегчением выдохнула Гемма Юй, - ты другой раз предупреждай как-нибудь о себе, иначе рискуешь пулю получить между глаз.
- Что я тебе сейчас расскажу…не поверишь, подруга, - выпалила Ботаника, снимая тулуп, варежки и огромные валенки, - только ты пожалуй свет-то включи, а то я тебя не наблюдаю.
Гемма нажала кнопку на пульте, и раскрытая пасть ботинка осветилась тусклым красным светом.
- Фу, какой тусклый, красный свет! – Ботаника сбросила наконец всю зимнюю одежду и осталась в большущих семейных трусах и мужской белой майке. На шее у нее болтались многочисленные бусы из янтаря, стеклянных шариков и блестящих камушков. Несколько связок разной длины из ракушек, полированных орешков и различных сухих фруктов. Она подтащила ступу к стене и приковала цепью с замком к самому длинному гвоздю.
- Теперь не угонят, - Ботаника отряхнула руки, подтянула трусы, и не глядя на Гемму, прошлёпала босыми ногами во внутренние апартаменты планеты Замбозан.
- А ты че это тулуп нацепила и в ступу забралась, как Баба-Яга?
- Короче, сижу я вчера на своей родной «Планете Чайник» и вижу чудное видение: по невидимой лестнице в небо поднимается Ангел, потом еще два таких же, только без крыльев. – Ботаника бухнулась в большое кресло, обхватив колени руками, и мечтательно посмотрела наверх, где сквозь открытый верхний проем был виден остро отточенный серп луны, сияющей  среди стремительно несущихся облаков. Потом она подтянула к себе большую тарелку с цукатами и продолжала:
- Скрылись в облаках, а еще через час я смотрю, оттуда яркое свечение началось. Красота неимоверная! Представь: поздний вечер, стремительные облака и откуда-то изнутри, как будто сварка, настолько яркие лучи сквозь тучи. Я даже глазки прикрыла. Потом вдруг – бах! Сверху летит что-то, типа ракеты и влетает туда, откуда свет! Взрыв! Лучи гаснут, осколки стеклянные во все стороны, звон битого стекла и откуда-то падают огромные цветные осколки, обломки и какие-то прозрачные куски, типа из пластика или хрусталя. Я сразу спряталась внутри своего чайника, заперлась и смотрела уже через дырочки.
Потом оттуда вылетает разгневанный Ангел с такими огромными белыми крылами. В одной руке меч огненный, а в другой - пучок стрел светящихся. Летит прямо на меня! И в этот момент в моей комнате откуда-то появляются те два других. А ведь заперто всё!
- Ну, а дальше я знаю, - продолжила Гемма, - это были Аскольд и Весс. Они пришли к тебе по «прямому потоку», потому что решили тебя предупредить об опасности. Следом влетел ангел, он же Уран Уркувавель, крылатый человек. Так?
- Точно! – Ботаника засыпала в рот пригоршню цукатов, - откуда знаешь?
- Смоталась в будущее и прочитала про это книгу, - усмехнулась Гемма, - потом они подхватили тебя под руки и моментально перенеслись к доктору Барию Чучангу на «планету Плюмбум». Уже потом ты увидишь во сне, как в твой чайник врезается снаряд. Ужас! Планета взрывается и разлетается на тысячи осколков. Теперь эти обломки плавают, как в невесомости, внутри защитного поля, вперемешку с твоими вещичками.
- Ты шутишь, подлая Гемка! – чуть не плакала Ботаника.
- Да не реви ты! Это книга такая есть, про Аскольда и его приключения. Потом вы пообедали вместе у доктора в гостях. Барий Чучанг тебе дал свои огромные труселя и майку, потому что твоя одежда осталась на «Чайнике». Посадили тебя в летающую ступу, так как ты просилась к своей подруге. Одели в теплый докторский тулуп, шапку и валенки, чтобы не замерзла ночью в атмосфере и отправили сюда на автопилоте.
Ботаника сидела бледная, как стена. По ее щекам, одна за другой катились горячие слезы.
- Там… Там осталась моя Суонка! Моя любимая черепашка…моя Суонка! – Ботаника заревела в голос, - она погибла…погибла моя хорошая!?
- Не расстраивайся, Алгебра, твою эту Суонку взял Уран, когда уходил последним с «Чайника». Теперь она у него…при встрече вернёт. Ясно? А добрый старикашка Оцелот тебе новую планетку построит, а Чучанг еще золота насыплет. Про это я тоже у Агафона прочитала, – Гемма подошла к Ботанике и вытерла ей слезы кулаком, - Давай, выкатывай свой эскиз, что там тебе на попе нарисовать?
- Не на попе, а на спине, - тяжело вздохнула Алгебра Ботаника и достала помятую бумажку. Там было изображена причудливая птица с длинным клювом, держащая в лапах слона, который обвивал хоботом большую рыбу. У рыбы из пасти торчал танк, из которого высовывался улыбающийся тигр с гитарой в руках. Всю композицию обрамлял замысловатый орнамент и сверху, на длинной ленте красовалась надпись «Amicus Cognoscitur Amore, More, Ore, Re».
- А что за фраза? На латыни?
- «Друг познается по любви, нраву, речам, делам». Только старый рисунок со спины сотри пожалуйста, а то я с ним уже год хожу, надоело. И еще надо на затылке стрелочку наверх изобразить, среди орнамента, чтобы видно было направление моих мыслей. – Ботаника встала с кресла и прилепила помятый рисунок на свободное место посреди стены.
Гемма уселась на пол в углу комнаты, достала свой поэтический блокнот и записала:
Агатовой мантии - гранатовый браслет,
Смарагдовой кольчуге - янтарный арбалет.
Золотой голове - изумрудные глаза,
А мраморной дороге - хрустальная слеза.
- Эй, Ботаника! А у меня тоже «облачный байк» угнали. Прикинь. И я даже знаю, кто. Теперь вот безвылазно здесь на «Замбозане» сидеть буду, пока Лустин Зебо воров не поймает.
- И кто же угнал?
- Горький великан. Я если его еще увижу, застрелю прицельно.
 - А я знаю, кто стреляет в звезды, в планеты и в Город Неба. Это Ахиней, с «Мохнатой планеты». И великан с ним заодно…бандиты и шизики. Мне Аскольд сказал. Теперь они полетели бить этого Ахинея и Горького.


Отрывок из повести "Путешествие Аскольда в Город Неба"
Полностью: http://www.proza.ru/


Рецензии