Звёздное небо и сказка на ночь

(продолжение. Начало http://proza.ru/2012/01/22/1121)

Они смотрели на далёкие окна, пытаясь по огням угадать кто там живёт, потом им надоела эта игра, и Айна указала на самую большую звезду:
 - А кто живёт там?
 - Учитель  говорил, что звёзды - они как солнце, только очень далеко... Может, кто-то и живёт там и смотрит, как мы, на небо.
 - А небесный пояс?
 - Он близко, даже ближе Луны. Ведь он иногда пересекает Луну.
 - Кто-то говорил, что его сделали солы.
 - Не знаю. Вот, закончишь Школу - сама у них спросишь.
В голосе Берта звучала издёвка, но какая-то неуверенная. Словно, он знал будущее но сомневался в нём. Знал, что она станет солом и узнает все тайны Мироздания, а он - нет.
 - Если он ближе луны, тогда почему его не уносит ветром?
 - Ну, значит ниже луны но выше ветра...  На дирижабле до него не достать. Или просто Повелитель Ветров решил его не трогать, может, даже он не смеет спорить с солами.
 - Ты думаешь, какой он, Повелитель Ветров? - Спросила Айна.
 - Ты так спрашиваешь, как будто я мог видеть его. А может, и нет никакого повелителя, просто старая легенда, а может, даже и не было никогда. Только балунеры всегда просят у него хорошей погоды перед вылетом... Так говорят, - поправился он.
 - Балунеры?
 - Да. Те, которые летают на дирижаблях.
 - Ты видел?!
 - Видел. - Неохотно, но как-то торжественно, признался он. - Не особенно любят их у нас в городе, по крайней мере открыто. Считают контрабандистами. Но на самом деле это не так. Просто нашему городовому они поперёк горла, он говорит, они налогов не платят, а товары очень ценные привозят. А на самом деле это он их таким налогом обложил... И запретил на поле садиться. Да разве их остановишь! Они теперь прямо к башням Школы швартуются, Вальтеру городовой не указ, он разрешает.
 - И часто? - Удивилась она - "А я увижу?" - говорил её вид.
 - Бывает... "Увидишь!"
Айна снова взглянула на небо. Быстрая тень летучей мыши скользнула по Луне.
 - А что говорят балунеры про Повелителя Ветров?
 - А то же самое, что родители маленьким детям. Что живёт он в высокой башне, и все ветра слетаются к нему. А потом они разлетаются по всему миру и гонят облака, и таким образом вся погода подвластна ему: и дождь, и жара, и наводнения. Обычная сказка на ночь, странно, что такие серьёзные и смелые люди верят в неё. Вроде как он их дух-покровитель, помогает им. Впрочем, у всех свои странности.

Словно подслушав их разговор, ветер налетел со стороны моря, растрепал им волосы и стал скрипеть старым флюгером на другом конце крыши. Стало прохладно, и они вернулись в каморку Берта.



Они сидели на кровати, Айна разглядывала дирижабли.
 - Тебе больше нравится в школе, или у дяди?
 - Не знаю, здесь одно хорошо, там - другое.
 - Например что?
 - Тут еда вкуснее. Ну, и по городу можно погулять. А там зато приятели, ну, другие ученики. Хотя настоящих друзей у меня там нет, всё равно с ними веселее.
А ещё... у меня никогда не было приступов в школе. - Берт смущённо замолчал, а потом заговорил быстро, сбиваясь, как будто старался успеть сказать всё, пока Айна не начала возражать - Знаешь, я всегда подозревал, что это ты на меня хорошо действуешь, ты же помнишь, когда я был с тобой - почти никогда. И часто бывало, что приступ заканчивался, едва ты приходила. Я просил родителей не увозить меня в город, потому что там не будет тебя. Я боялся. Но они сказали "глупости" и даже не передали тебе, что я уехал. Думаю, они бы не расстроились, если бы я умер, зачем им такой калека...
 - Берт, зачем ты так, они сделали это для тебя!
 - Но это так! Сначала мне было очень плохо, приступы почти каждый день. Но дядя сказал мне "пойдёшь в школу - пройдёт", и вновь случилось чудо. Вероятно эти башни тоже как-то действуют на меня...


Айна вспомнила, как это началось. Впечатления детства - самые яркие, не только радость, как считают взрослые, но и боль. И эта боль, испытанная в детстве, помнится до самой старости. И своя, и чужая.
Мама бросает в огонь пучок упырника, и едкий дым наполняет дом. "Пусть минует этот дом... прочь отсюда... наваждение... " - еле слышно бормочет она, размахивая веником, тыкая им во все углы.
Рассказывали, что Берт свалился с телеги, когда родители ехали с ярмарки. Они не сразу заметили, ребёнок даже не закричал, упав в мягкий мох. Но место это было нехорошее... Ельник там подступает вплотную к дороге, накрывает уродливыми метёлками проходящих... Предвестники того ельника, что тянется далеко на юг. Говорили, что там, на юге живут лесные люди, встреча с которыми ничего хорошего не сулит.
Когда его нашли - он спал. Но уже вечером у него случился припадок. Он кричал и катался по полу, родители подхватили его на руки и держали, пока он бился и стонал. Об этом с ужасом и сочувствием рассказывали в посёлке. Позвали бабку Завируху, которая видела нечисть за сто шагов даже среди белого дня. Она обвешивала его амулетами и кормила ядовитыми грибами, отчего у Берта разболелся ещё и живот и он три дня не мог встать и плевался зелёной пеной. Потом, уже как последнее средство, позвали спирИта. Но тот задумчиво поглядел в детские глаза и сказал: "Так угодно богу. Это вам за грехи ваши."
Потом она увидела это издали. Ей было больно так, как если бы это происходило с ней. И это было всего один раз, потому что во второй она бросилась к нему, обняла его вздрагивающее тело руками, несмотря на протесты родителей, и Берт затих.
Ей было тогда пять лет, ему - шесть. С тех пор они почти не расставались. И каждый раз, вечером, прощаясь под большой липой на полпути между деревней и посёлком, Айна обнимала его и верила, что это защитит его до самого утра. Да так оно и было.


Рецензии