ББ

Памятный знак на Октябрьской площади указывает, что здесь находится центр города. Архитектура вокруг – сама новейшая история.
 
Классические здания со сдержанной лепниной – выстроены немцами после войны. Дворец профсоюзов с гладкими колоннами и представителями народа на фронтоне – сталинский ампир. Возвышается над всем гранитный монолит, наследие развитого социализма, смесь Дворца съездов и мавзолея Ленина – Дворец Республики. Самое невыразительное сооружение – бывший музей Великой Отечественной войны. Когда-то на его плоской крыше стояли буквы – «Ваш подвиг будет жить в веках». В настоящее время Музей перенесли в другое, более современное – в изумительных стеклах – здание. А я еще помню, как сюда нас с сестрой водил любимый дядя. Тогда мое внимание сразу же привлекла копия немецкого танка «Тигр» (из пенопласта). Младшая сестренка вскрикнула, увидев за стеклом немецкий нож-штык со свастикой на рукоятке: «Ах, какой ножичек!» Нас охладил окрик вроде бы спавшей старушки-смотрительницы – «Руками не трогать!» В последнем зале одиноко стоял небольшой бюст Сталина. Дядя спросил меня: «Ты знаешь кто это?» Я гордо ответил: «Конечно, Ленин».

В Новый год на площади устанавливают главную елку страны. Вокруг заливается каток. Играет музыка. Народ катается по кругу. На плазменном экране, поднятом над землей  – цветной разгул. Тихо падают снежинки. Воздух полон новогодних надежд.

Подростки-мальчики нечаянно сталкиваются с подростками-девочками. Случайно успевают подхватить их. Те вскрикивают от ужаса и тут же заливаются счастливым смехом. Боже, благослови их! Есть свои звезды. Какой-нибудь пожилой щеголь худенькими ножками выписывает гордые кренделя. По краям площадки мамаши и папаши с замиранием сердца следят за мощным бегом своих чад. Иногда папаши отворачиваются от мамаш, достают из кармана небольшие бутылочки и отхлебывают. Кое-какие отхлебыватели пытаются сами встать на коньки. Их паденья наводят страх на ловкую ребятню. Реальные ужастики уползают с катка, держась за помятые бока.

Одним словом, все вокруг пронизано духом народного гулянья.

Я стою возле пункта выдачи коньков и раздумываю.

Вдруг мимо меня двое, спортивного вида, молодчиков пронесли девчонку с непокрытой головой, украшенной стоячей черной прической. Она дрыгала ногами, обутыми в черные башмаки с толстой подошвой. Естественно, я вмешался. Естественно, получил – и хороших. В отличие от меня молодчики владели единоборствами. Но девчонку отпустили. Та оказалась молодцом. Отвела к себе на квартиру, благо было недалеко.

Там обработала раны. Предложила бухнуть. Я не отказался.

– А я тебя узнала, – сказала она, когда внутри потеплело, – ты – ББ.

– ?

– Ну, в смысле – белорусский бэтмен.

– О, только не это, – простонал я.

Дело в том, что с младшего школьного возраста я – сознательный пионер-тимуровец, который не только переведет бабушку через проезжую часть, но и получит от этого удовольствие, преисполнится гордостью. Моя жизнь без этого не полна. Уже несколько раз спасал тонущих. Защищал женщин от грабителей. Не гнушался лазить на деревья за непослушными котятами. Плачущие дети на моих руках затихали. Женщины – тоже (шутка).

Друзья с недавних пор стали опасаться за мое здоровье и даже жизнь. Подружка поделилась с корреспондентом одной малоизвестной газеты. Та взяла у меня интервью. Я отнесся к этому несерьезно – пооткровенничал (корреспондент была симпатичная). И вдруг в Интернете увидел на фото свою простецкую рожу под заголовком – «Белорусский бэтмен». Естественно, попал в зону ехидных приветствий и славословий. Естественно, это стало напрягать.

– Но ведь ты же герой нашего времени! – воскликнула девчонка.

– Я – лох нашего времени! – отрубил в ответ.

Мы замолчали. Я огляделся.

Обширная комната была заполнена старинной мебелью и вызывающими фотографиями. Девчонка во всяческих видах – с ирокезом на голове, серьгой в носу, без одежды, с раскрашенным телом и так далее. Выделялась скромная фотография с обыкновенной прической. Такой как сейчас.

– А за что эти уроды привязались к тебе? – поинтересовался.

– Я их сняла.

– В смысле?

– В смысле сфотографировала. Твари, аппарат забрали.

От дальнейших вопросов я воздержался.

***

Заснули вместе. Она на диване, я – на коврике.

***

Проснулся один.
 
В темноте струился неясный свет компьютерного экрана. Девчонка с кем-то разговаривала. Я подкрался сзади.

Пристальный мужчина задавал странные вопросы из светящейся клетушки.

Девчонка отвечала – с закрытыми глазами. «Ага, – догадался я, – сеанс гипноза».

ОН. Спросите у него, зачем он приходит.

ОНА (после некоторого молчания). Он говорит, что хочет рассказать о своей смерти.

ОН. Пусть расскажет, как он умер.

ОНА. Первому надо было стать вторым, второму – третьим, третьему – четвертым, а четвертый догадался и убил.

ОН. Это что, загадка такая?

ОНА. Нет, он говорит, что так и произошло.

ОН. Понятно. А четвертый кто? Его коллега? Знакомый?

ОНА. Не то и не другое, а босой человек с улицы.

ОН. Босой? Он что, хотел его обуть?

ОНА. И это тоже. Но главное – первый хотел стать вторым, второй третьим, третий четвертым.

ОН. Первый это он?

ОНА. Да.

ОН. Он привел к себе четвертого домой?

ОНА. Да.

ОН. И тот его убил?

ОНА. Да.

ОН. А как он провел дни перед смертью?

ОНА. Плавал по морю. Спрашивал совета у учителя. Продал православную веру татарскому хану. Отказался любить девушку.

ОН. Понятно. Теперь он удовлетворен своим признанием?

ОНА. Да.

ОН. Тогда я открываю портал. Что-нибудь видите?

ОНА. Да. Вижу свет.

ОН. Хорошо. Скажите ему – пусть уходит. Андрюшенька, дорогой! Уходи, займись своими делами. Оставь девочку. Что вы видите?

ОНА. Его тень уменьшается. Исчезает.

ОН. Очень хорошо. Просыпайтесь.

Девчонка открыла глаза. Мужчина улыбнулся:

– Ну, вот и все. Больше он вас беспокоить не будет. Ну а про то, что он нагородил, можете на досуге подумать сами.

И мужчина исчез с экрана. Девчонка включила запись разговора.

Я поцеловал ее в плечо. Она подпрыгнула.

– Мог бы и получить, – сказала.

– Мне не привыкать, – ответил.

– Оно и видно, – пробурчала и уставилась в повтор сеанса.

Я не мешал, мне самому стало интересно.

Оказывается, девчонку стал посещать дух актера Андрея Панина, погибшего при загадочных обстоятельствах. Его нашли в квартире с проломленной головой. Официальная версия – упал, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Друзья считали, что он погиб насильственной смертью.
 
– Надеюсь, теперь с ним покончено,– сказала она и вдруг,  посинев лицом, подняла палец.

Я прислушался – из коридора явственно слышался голос. Он что-то бормотал на совершенно неизвестном языке.

Ну, это уж слишком. Открыл дверь, вышел в и включил свет.

От неожиданности отвисла челюсть.

В коридоре стоял абсолютно голый негр. В руке он держал предмет, напоминавший шланг. Привидение вскрикнуло и исчезло за дверью.

– Кто живет в другой комнате? – спросил я у девчонки, такой же оторопелой.

– Медсестра Ася,  но она серьезная девушка.

Я решил тут же выяснить, почему у серьезной девушки Аси голые негры по ночам скачут в коридоре.

И выяснил. Оказывается, Ася была на дежурстве. А комнатку предоставила племяннице, которая пригласила темнокожего любовника. А в коридор тот выходил, чтобы при помощи заклинаний своего племени восстановить потраченную мужскую силу.

Негр был очень любезен. «Пожалюста», – пригласил нас отведать французского коньячку.  «Отнюдь», – согласился я.

Мы приятно провели время. Кстати, отец негра был полковником и торговал оружием там, в Африке. А сам негр работал упаковщиком в магазине здесь, в Белоруссии.  Несопоставимость фактов, могла оказаться правдой. Впрочем, какое мне дело?


   – Можно я в Инете посижу, – спросил я у девчонки после международных посиделок, – твой Панин задел мой профессиональный интерес.

– А что у нас за профессия?

– Я – частный детектив.

– Ага, ¬– ответила девчонка, послышался зевок и неожиданное предложение, – а то полезай ко мне.

– Извини, – ответил я твердо, – если не выясню, что хочу – не засну.

– Ну-ну, – сказала девчонка, –  тогда, считай, предложения не было, твое место на коврике.
 
 –  Боже, какой же я придурок, – сказал себе и поздоровался с Гуглом. Тот радушно раскрыл свои объятья. Стал собирать досье на Панина.

Сначала комплименты именитых коллег:

«Профессионал с широчайшим диапазоном…, актер уровня Николсона.., нераскрытый до конца талант, загнанный режиссерами в рамки амплуа негодяев…, остроумный человек…, душа компании…, магнит для женщин…, сгусток энергии, воплощение воли и целеустремленности…, отличный муж и отец…, талантливый художник…»

Но, чем дальше я двигался, тем больше проявлялось непонятных пятен:

«Одинокий человек, ненавидевший свое лицо, называвший себя депрессивником, что, кстати, подтвердили психиатры, ознакомившиеся с его живописью, полной сюрреалистических монстров…, по собственному признанию, ненавидевший женщин, как алкоголик водку, то есть разумом понимал, что нельзя, но был бессилен обойтись без этого, и, видимо, про алкоголика сказано им небеспочвенно...»

История жизни в принципе не хитра.

Во время бурной юности бежал из Кемерово в Москву. «Если б остался, давно бы спился или убили».
 
Москва встретила неласково – четыре раза поступал в Школу-студию МХАТ, до кино допустили в 38 лет, хотя сведения противоречивые, как и полагается легенде. «Бомжевал». Живя в общаге школы-студии с другом Машковым, однажды наловили голубей с целью поесть. «Отпустили», – утверждает Машков, «съели», – не верит мама Панина.

Нищета и бесперспективность в профессии ведут к депрессии (смешное слово, схожее с компрессией, сессией и тому подобное) Отсюда монстры на его картинках – кстати, у одного монстра глаз на члене, или член с глазом(!?).

Но ничего, пробился. Пришел успех – в амплуа негодяев. И закрутилось «негодяйское колесо» – продажные менты, честные воры, особисты-тираны, тираны-отравители и т.д.

А хотелось сыграть любовь.
 
И сыграл. Предсмертную любовь миллионера. Нехорошее предзнаменование? Вообще все его положительные роли начинают проявляться лишь после его смерти. Его нет, а фильмы с его участием появляются.

Но, вернемся к успеху. Успех пришел и, видимо, принес какие-то денежки: купил своей семье большую квартиру, родителям – дом. А счастья, как говорится, нет. В России нет роялти, как в Америке. То есть фильмы идут, кто-то наживается, а отчислений актерам нет, только гонорары за съемки. Поэтому жизнь популярного актера превращается в ярмо постоянной работы, с целью заработать денежек, чтобы в материальном плане хоть как-то смотреться на фоне прочих преуспевающих (хотя и непопулярных) людей, кстати, набивающихся в друзья.

Видимо, устал. Видимо, от усталости наговорил, мягко говоря, грубостей в СМИ (нашел где). Его не пропустили на роль Алексия II (за монгольский разрез глаз), и он объявил православную церковь (которая не пропустила) устаревшей, бесперспективной, призвал Россию перейти в Ислам (!).
К тому же многочисленные братки предлагали деньги под его имя, что практически означало намазанный вареньем медвежий капкан, или игру под названием «русская рулетка».

Чего тут удивляться загадочной смерти?

Кстати, вспомнив разговор с экстрасенсом, отметил факт съемок на подводной лодке («плавал по морю»). Ну а уж «продал веру татарскому хану» – тут, как говорится, без комментариев.  Оставалось выяснить, кто же это – «второй, третий, четвертый».

Дедуктивный тупик незаметно перешел в сон. Среди всяческих мутных видений вдруг увидел себя в незнакомом городишке. Вернее, я – не совсем я, а вроде как актер Панин.

Глубокий вечер. Край неба – красный, закатный. Улица идет вверх. Идти все тяжелее. Одиночество в чужом городе давит все сильнее. И вдруг вижу что-то вроде ресторанчика.
 
Столики под открытым небом. Музыка. За столиками – знакомые актеры. Обнимаемся, целуемся. Меня охватывает радость. Присаживаюсь за столик к главному режиссеру. Неужели это Станиславский? Нет, слава богу. Олег Ефремов.

Олег Николаевич хитро посматривает на меня и говорит:

– Андрюша, а ведь все, что ты играешь в кино, туфта, искусственная искусственность. Слишком хлопочешь лицом.

И отворачивается. И все отворачиваются от меня, и кто-то говорит: «Извини, сам понимаешь, не можем мы тебя с собой взять».

Иду по улице дальше. Одиночество сжимает сердце. Идти совсем тяжело. Вдруг возле какого-то подвала встречаю странных людей. Они роются в куче мусора.

Прошу их взять  с собой. Один оборачивается и вдруг как зарычит...
Я просыпаюсь.

Становится все ясно. В одном из сериалов Панин играл следователя Журова. А тому надо было сыграть роль бомжа. И следователь  под видом бомжа внедряется к бомжам. А те его раскрывают и пытаются убить. Видимо, что-то подобное произошло в жизни. Актер каким-то образом захотел пообщаться с персонажами. И те его…

 – Ну, это уж слишком, – подумал я и выключил компьютер.

Когда прижался к теплому тельцу девчонки, та лишь что-то пробормотала спросонья.

Между прочим, я действительно работаю в частном детективном агентстве. Извилистый путь моей жизни привел туда совершенно неожиданно. Вы не поверите, ББ в очередной раз выручил женщину. А та оказалась работником этого агентства. И пригласила меня.

***

Канун Дня Победы встретил на берегу тихой речушки. Напротив – Польша, здесь – я, полуголый, привязанный к березке.

Предупреждал меня шеф: «почувствуешь криминал – отваливай». Я почувствовал и – естественно, не отвалил, а, наоборот, впился как клещ. Дело поначалу казалось несложным – белокурая девочка попросила выяснить, где работает ее жених. «Постоянно сидит дома, только иногда исчезает на несколько дней (говорит по делам бизнеса), и при этом (самое подозрительное для простушки) всегда при деньгах».

Слежка получилась виртуозной: через вокзалы, электрички, рейсовые автобусы – вот на эту самую пограничную речушку. С той стороны на резиновой лодочке прибыл «чужой» парень. Все как в шпионском боевике. Я захотел подобраться поближе, чтобы записать их разговор, и тут же проверил верность выражения «искры из глаз», то есть получил по башке. Как говорится, «очнулся – гипс».

Чужой парень вывернул глазки, дыхнул перегаром и процедил: «Щас тебе кукареку сделаем». «Покукарекаете?»  – невинно спросил я. Парень выхватил нож, – «это ты у меня сейчас закукарекаешь!» Сексуальный смысл фразы дошел. От дальнейших вопросов я воздержался.
 
«Мой» парень повертел в руках удостоверение детектива и сказал:

– Если хочешь жить, говори, кто тебя нанял.

Я благоразумно сообщил:

– Ваша девушка.

Парень захохотал:

– Вот дура!

И бросил книжицу мне под ноги.

– Неужели ты его оставишь? – удивился чужой парень.

– Тебе бы, бандера, только людей резать. У себя делай, что хочешь, а на моей земле, будешь делать то, что я тебе скажу, – решил мою судьбу мой парень.

– Ничего, – прошептал мне на ухо бандеровец, – я еще вернусь за тобой.
Ночью я впервые в жизни молился. Выглядело это примерно так.

Господи, прости меня дурака, что обращаюсь к тебе. Недостоин да и, честно говоря, нет во мне настоящей веры. Только вот приспичило, не к кому больше обратиться.

Ясно мне стало, боже, что жизнь моя не удалась. Плыву по течению своих страстей, игрушка в руках случая. Как в шестнадцать лет ушел из дома, так и болтаюсь, как попало. До сих пор не определил, кто я есмь, для чего на земле этой вечной живу. Дом не построил, дерево не посадил, сына не вырастил. Если насчет дома и дерева как-то сомневаюсь, то сына, клянусь Господи, если поможешь, сделаю. С девчонкой и сделаем. Прости меня, Господи, несу чепуху, но от страха в голове все перемешалось. А девчонка хорошая, хоть и с прибабахом немного. Ничего – еще молодая, образумится.

Как-то позвала помочь ей нарисовать картину на стене. Говорит это искусство под названием «граффити». Я не обратил внимания, что делать это надо было почему-то ночью. Стою себе с красками в руках, подаю девчонке, та тихонько что-то мажет на стенке. Я еще хотел поинтересоваться, о чем это картина и чья это стенка. Вдруг выскакивают какие-то амбалы и профессионально крутят мне руки. Благо девчонка успела смыться. Дело обошлось штрафом. А этой дурехе так было смешно потом. Искусство, – говорит, – требует жертв.

В таком вот духе я и проговорил с богом всю ночь. Всю свою жизнь перебрал по косточкам.
 
Утром меня к моему великому удивлению обнаружили пограничники.

Потом в агентство приходила девушка, плакала. Жених исчез. Просила разыскать. Я отказался. «Здесь, – сказал шефу, – криминалом пахнет».

***

А с профессией детектива пришлось все-таки расстаться.

Дело поначалу выглядело забавным. Соседи обратились к нам по поводу одной пенсионерки. Дескать, на скользкую дорожку  ступила старушка, стала торговать своим телом – не больше не меньше, такое вот обвинение. Я не поверил, но оперативные данные подтвердили это. К ней наведывались молодые и не очень мужчины. После чего бабушка несла из магазина пакеты полные дорогих бутылок и разной снеди. Из квартиры раздавалась музыка. Я будто по ошибке позвонил в дверь, открыл мужчина в халате. Вдобавок старушка была замечена в группке молоденьких проституток, дежуривших у шоссе. Причем, ее забирали и увозили.
 
Ничего не объясняя, я показал видеозаписи шефу. Тот пришел в радостное возбуждение, но я разочаровал его. Оказывается, старушка зарабатывала себе на жизнь, сдавая комнату для сексуальных утех нуждающимся. Причем, ее услуги пользовались успехом, уже имелись постоянные клиенты. А соседи, собственно, собираются упечь предпринимательницу в психушку. Уж очень им нужна ее квартирка.

Шеф повертел глазками и махнул рукой, – ничего мы с них еще больше сдерем за материалы.

Я нажал кнопочку на камере и ахнул: «Ой! Записи стерлись».
Шеф побагровел и заорал: «Вон!»

- С удовольствием, – ответил я с удовольствием.

Так я остался без работы. Впрочем, после того, как я помог тушить пожар в соседнем подъезде, пожарники позвали к себе. А что, может быть эта профессия как раз по моему профилю?


Рецензии