Два конца, два кольца, а посередине - Костик

 Два конца, два кольца, а посередине – Костик.
   Довелось мне поработать в одной хитрой конторе, под аббревиатурой МСПНУ. Занимались мы тем, что разъезжали по командировкам, и запускали системы АСУ семейства «Электроника 125».
Нам наметилась поездка в Конаково, когда бригаде привесили балласт, в лице пацана восемнадцати лет, для обучения профессии: ну, там, паять научить, болты-гайки крутить, с законами Ома и Кирхгофа познакомить,  как жить на командировочные, а правильным пропорциям и технологии очистки при смешивании воды и двух выданных нам килограммов протирочной обезжиривающей жидкости СН ОН дальше все догадались, сэкономлю время, он и до этого владел в совершенстве, а кое-чему и поучились у него. Короче, ранний паренёк. Тогда, в 1988 году, их наша земля только начала родить, и потому эти «фрукты» рабочему люду были ещё в диковинку. Естественно, приглядывались к нему, составляя мнение о работопригодности, и, пожалуй, единственным плюсом в его репутации было то, что каждую свободную минуту паренёк раскрывал книгу, и что-то выписывал, заучивая. Глупость меня посетила вслед за любопытством, и я спросил, мол, что он так старательно учит. Новый коллега тут же отозвался на вопрос принявшего на грудь старшего товарища, и ответил своим вопросом:
- А Вы какой язык учили?
- Аглицкий, и в школе, и в техникуме, и в институте – не без гордости заметил я. - Дурак! Ой, дурак! - Думаю я теперь, а впрочем, тогда и темы для рассказа не сложилось бы.
- Я тоже, в школе английский проходил, а теперь, вот, занимаюсь: хочу в Америку поехать.
У меня челюсть отвисла – фирма-то, закрытая, от министерства электронной промышленности! Какая, на хрен, Америка!
Ну, я, деликатно так, замечаю ему:
- Костик, а ты не ошибся местом, где деньги зарабатывать?
 И он, вполне открыто отвечает, дескать, он здесь не на долго, через три месяца документы на выезд будут готовы, и он поедет в штаты с молодой женой!
Везёт же…! Впрочем это моя субъективная оценка интеллектуальных возможностей Костика, в тот момент, была скорее всплеском эмоций, и, понимая, что такими заявлениями не бросаются, стал ожидать пояснения, которое тут же и последовало от молодого лоботряса:
- Я что, с пулей в голове, чтобы всю жизнь за станком горбатиться!
- А почему именно за станком?
- А меня больше никуда не берут, только к станку, или в слесаря, знаете, профессия такая есть.
Меня, дипломированного техника-технолога по металлообработке, отработавшего несколько лет в цехе опытного производства НИИ,  который отстоял семь годков наладчиком станков с ЧПУ, совмещая функцию программиста технолога и мастера, как бы помягче сказать, задели. Но марку выдержал, и только позволил себе вопрос:
- Так ты язык  учил, или проходил?
- Проходил – честно и довольно гротескно покачав головой, констатировал Костик.  Я же всепрощающе вздохнул.
А мой собеседник тут же попросил:
- Помогите мне, хотя бы самые расхожие фразы выучить! Очень надо!
Сердце моё отмякло, хотя, в глубине души, всё же сомневался в правдивости рассказа по поводу женитьбы, но, согласился. А как не усомниться? Как поверить в то, что практичная американка может позариться на этого тощего безрукого парня, у которого мускулы выпирают только под гульфиком! Впрочем, это тоже, аргумент!
 Чтобы проверить подготовленность ученика, спросил его на английском, не хочет ли он сходить вместе со мной на дискотеку, а то его голова начинает приобретать форму яйца. Яйцеголовый, если кто не знает, – это американское сленговое слово, популярное в семидесятые, и соответствующее нашему нынешнему жаргончику «ботан» или «ботаник».
 С лицом, выражающим тихий ужас, мой "ученик" силился понять сказанное, а после просиял от того, что усёк общий смысл фразы. Он сразу признался в том, что понял следующие слова: хочу, идти, со, мной, на дискотеку, голова. Что ж, может я с ним слишком резко: с места и в карьер? Снова вздохнул над не паханым полем сознания нового американца, но, помочь «Митрофанушке» уже согласился: любо-о-о-в!!!  Как тут откажешь!
Проработал Костик у нас, как и говорил, ровно три месяца. За время общения  я узнал от него о том, что его невесту зовут Анджела, что живёт она в  в Лос Анжелесе,  что отец, там же, работает поставщиком пиломатериалов для нескольких Голливудских компаний, на чём заработал уже далеко не первый свой миллион, что у Анджелы в доме, на берегу пруда, пол второго этажа свои, а в Москву учиться её послал отец, который сам начинал с простого плотника и советских людей уважал за трудолюбие, и не хотел, чтобы дочь выросла балованной. Пусть как все: в общаге поживёт, на скудную помощь от родителей. Но красивой, общительной девушке, изучающей русскую культуру, в Москве удалось очень быстро обрасти знакомствами, а при хлебосольности нашего народа надо ли говорить о том, что проблем с сэкономленными деньгами, у девушки не было, а были дискотеки вечерами,  кино, и, знакомство с  Костиком. Он жил возле гостиницы  «Турист», на Ленинском проспекте. Там, на дискотеке они и познакомились – Анджела пожалела мальчишку, и провела внутрь, а после, нечаянно влюбилась в сироту, живущего трудной жизнью, под приглядом бабушки. Судя по живчикам в глазах светло-русой девушки, смотревшей на меня с цветной фотокарточки, которую вполне можно было бы принять за нашу соотечественницу, душа у неё – ангельская, и мог ли я такой девушке, в которую просто невозможно не влюбиться, не помочь? И я старался, старался как чёрт, натаскивая Костика.
Прошло время. Костик давно уехал, и я забыл даже думать о нём. Сперва ещё ждал, что, может, хоть открытку в благодарность пришлёт, для коллекции, а затем про него и вспоминать перестал.  Страна, тем временем, окончательно погрязла в дефиците товаров и задержках зарплаты, потому забот было у всех предостаточно.   
 Костик снова появился в Москве спустя год. Он позвонил мне, и мы с ним встретились, приехали ко мне. Распили пару КИНовских пузырей, и пока застольничали, Костик поведал мне свою невесёлую историю.
По приезде он английский язык забросил, поскольку жена владела русским грамотней, чем он, и даже прислугу взяли из хохлушек, специально, чтобы зять не испытывал сильного дискомфорта. Потекли дни полные безумной и безоблачной любви: поездки на старой плоскодонке  по пруду, с кормлением лебедей с именами из «Лебединого озера», занятие любовью и поездки по магазинам. Через месяц Анжела сказала, что отец интересуется, чем бы, то есть, в какой области Костик хотел бы начать работать: у него масса связей и он может пристроить парня, куда тот пожелает. Костик вздохнул, и признался, что ничему не успел научиться.
Прошла неделя, и предприимчивый тесть предложил зятю заняться перевозками пиломатериалов – Костик хоть и откосил от армии, но прошёл курсы шоферов от военкомата, так что и водить грузовик мог, и права имел. Но Костик усомнился в необходимости трудиться, при тестевых миллионах, чем вызвал озабоченность на лице и тестя и тёщи. Дальше пошло по нарастающей – родители начали всё упорнее настаивать на том, чтобы их дочь, которая, кстати, работала в местном учебном заведении, и оставляла мужа валяться в постели целыми днями, сама своего мужа и содержала. Молодая жена, поплакав, согласилась, и, казалось, что всё успокоилось,  но через пару месяцев родители стали ужинать отдельно от него, и поставили дочери какой-то ультиматум. Они отправили её куда-то на неделю, пока будут разбираться с зятем. Анджела ревела, но собравшись, поехала, подчинившись воле родителей. А на следующее утро молодожён обнаружил бумагу на развод, в которой он должен был расписаться, лежавшую на его чемодане со всеми накупленными шмотками, и билет на самолёт до Шереметьево на завтра, и двести баксов на дорогу, вложенные в ручку чемодана. Горничная сказала, что хозяев дома нет, а она должна его покормить, помочь собрать вещи, которые в его комнате остаются, и проводить к лимузину, шофёр уже ждёт в машине. У него есть два часа, иначе он опоздает на самолёт, а вновь пускать его в дом прислуге запрещено. Костик сожрал все самые дорогие закуски, запивая  коньяком «Карвуазье» из горла, и вымазывая соусом горлышко, затем оглядел свою комнату, сфоткал её на память, сунул бумагу о разводе в карман пиджака, билет и деньги – в другой, и прихватив бутылку сушняка, от жажды, сел в машину. Почти весь полёт он проспал – перебрал малость. Американцы улыбались, сочтя его разморенный вид следствием принятия алкоголя из-за страха перед полётами. Летел как VIP клиент, и это оставило у Костика самые приятные воспоминания об Америке, которую даже просто посмотреть, поколесив, он не удосужился, поленившись, только в Вегас съездили после регистрации, по традиции тамошних новобрачных, и прилично проиграл тестевых денег из подарочных – это, кстати, второе самое яркое его воспоминание, по его собственному признанию. «Сорить шальными деньгами без счёта – это высшее наслаждение! Тебе такого не понять, ты не был богатым!» - цитата.
- А бумагу-то я не подписал! – расплылся Костик слащавой, гаденькой улыбкой во всю свою небритость и немытость полуопустившегося человека.
- Тебе надо срочно устроиться с работой, заняться бизнесом, подняться, а там, может, снова приедешь в штаты, когда деньжата заведутся, встретишься с Анджелой, раз она тебя так любит, станешь бизнесменом - глядишь, примут назад. Она тебе пишет? Если пишет, то – любит!
- Пишет. Я ей не пишу – они меня оскорбили! Пусть извинятся и привезут назад! Что я им сделал, чтобы они со мной так, как с каким-то ничтожеством, что я им, прислуга?! У меня же было всё!
Я посмотрел на Костика, но уже без сочувствия, и даже без жалости. Мне было жутко стыдно перед Анджелой, такой прекрасной девушкой, за то, что помогал этому …, перед её родителями, за урода в нашей «семье». Костик же, уже изрядно захмелев, не заметил перемены в моём настрое, и продолжил ностальгировать:
- Знаешь, она такая нежная, ласковая, а спереди лобок выбрит, и татуировка, маленькая такая, с трёхкопеечную монету, не больше, два сердечка, одно на другое наплывает. А как она порется! Полный абзац! Как кошка - любит это дело! Как она мне сосала…!
Тут я не выдержал, и от души вмазал в харю собутыльнику. Что делать – перекосы интеллигентского воспитания взяли верх.  Отлетевший в другой угол комнаты, парень, изумлённо уставившись на меня, и зажимая расквашенный нос, вопрошал:
- За что?! – изумление его было настолько искренним, что я пояснил:
- Ты говоришь не о ****и, не о проститутке, а о женщине, которая тебя любит, это раз, и о своей жене, это – два. Это тебе урок будет, понял?!
- Понял – вздохнул собеседник, запрокидывая голову.
Вернувшись из ванной, Костик засобирался домой. Я же решил выяснить последний вопрос:
- А чего не разведёшься, если снова туда ехать не хочешь?
- А пускай за подпись нормально заплатят! Тысяч сто, баксов!
И снова та же гаденькая ухмылка. Я пожелал ему удачи в вылавливании денег, в удачности чего, про себя, очень сомневался.
Костик после этого меня своими звонками не беспокоил, и я благополучно забыл о существовании этого субъекта.

Наступали самые трудные времена – девяностые. Наша бригада осталась без работы, в связи со слиянием министерства Электронной промышленности и Радиопромышленности, где была своя подобная контора, и последующим сокращением кадров. Жена пол года как родила. Одним словом, весело было – выходное пособие и две последних месячных зарплаты сбербанк отказался выдавать, и отдал, когда шестьсот советских рублей превратили в шесть рублей. Выживать нужно было, и мы, с добрым приятелем Мишей, затеяли прокат видеокассет и арендовали красный уголок в домоуправлении, под зал для просмотра фильмов. Потекли денежки. Не такие большие, но, регулярно. Доход каждого оказался вдвое выше, чем моя зарплата в МСПНУ, и облегчённо вздохнув, мы, под крылом комсомола стали подумывать о расширении бизнеса – покупке большого экрана и проектора, вместо принесённых из дома видаков и телевизоров.
Я продолжал ездить на Петровский бульвар, где по вторникам и четвергам продолжали встречаться киноманы, меняющиеся или продающие видеокассеты. В нашу компанию влились ещё ребята, и друзья Михаила, один, Николай  – киноман, другой – Константин, Мишин однокашник по Плехановскому институту, когда они работали слесарями по вентиляции в ЦУМе, и учились в вечернем на товароведов. У Михаила было воспитано явное чутьё на никем не востребованную маржу, а Константин оказался просто гениальным оценщиком – он просматривал фильм и с точностью до трёх – пяти процентов высчитывал прибыль от проката, которую мы сможем получить за месяц! Тот, кто знает толк в инвестировании, поймёт, насколько важно угадать, тот продукт, в который следует вложиться, а какой оставить без внимания. Бизнес пошёл в гору, мы наладили закупку новых фильмов на VHS кассетах своим человеком в аэрофлоте там, за бугром, здесь – Коля с переводчиком договорился (он тоже брал на просмотр фильмы на бульваре, а возвращал с наложенным переводом, за просмотр, но, только если фильм ему нравился, плохие, слабые – просто возвращал).
Жизнь наладилась, но, как гром средь ясного неба, нас постигло сообщение Константина о том, что он накопил деньги на билет в США, и ещё тысячу долларов на первое время. Миша откровенно порадовался за друга, ведь такой оценщик сможет и там оценить то, куда вложиться, и быстро раскрутит свой бизнес. Я же не сдавался:
- Кость, ну, хорошо, поедешь на время, а как на пмж зацепишься?
-  Что-нибудь придумаю! Главное туда попасть!
- Да он женится, и всё! Фиктивно! За него любая баба с его концом без денег, за одно удовольствие пойдёт! – вставил Мишка, смеясь.
Опять Костя, опять в штаты, и опять со ставкой на именитый «конец» - это уже смахивает на системность, разве что тот был – придурок, а этого отпускать жаль – умница! Подумав это, я, уже ради собственного любопытства, относительно совпадений, спросил, куда собирается, не в Лос Анджелес ли.
Системность подтвердилась, и я улыбнувшись, пожелал удачи,  а Миша выдал другу командировочные, если не удастся найти работу, и деньги на закупку лучших фильмов, проинструктировал по поводу канала авиа-доставки оказией, и сказал, что если через месяц не удастся зацепиться с работой, то пусть возвращается, здесь его доля будет ждать хозяина, а после сделает вторую попытку.
Как и следовало ожидать, сразу зацепиться Косте не удалось – сдружился с латиносами, занял очередь на место официанта в крутых забегаловках возле Голливуда, накупил лучшего видеоматериала и вернулся.
От случая к случаю он подрабатывал грузчиком, убирался и мыл посуду, но желание вернуться туда, какая-то тоска, как у моряка на суше, читалась в парне без слов, и мы с Мишей, моим содиректором, согласились с тем, что надо ему помочь деньгами – пусть, хоть кому-то из нас удастся пожить как человеку, без наездов бандюганов, под постоянной ментовской угрозой насильственного крышевания, и принуждения к воровству в их пользу. И мы – скинулись. Скинулись все шестеро работников и совладельцев, на новый билет и командировочные. Костя уехал, но дал слово нас не забывать, если дело выгорит.
Вернулся он уже через три месяца. Сияющий, как человек, выигравший в лотерею. Естественно, что повесили табличку «санитарный день», и вся наша фирма «Согласие» расселась за столом с разносолами и выпивкой, в предвкушение рассказа, из дальних странствий воротясь.
Константин рассказывал про то, как повторно приехав в Лос Анжелес, получил место официанта и проработал недели две, когда с ним приключилась такая история. В ресторан зашли двое солидных мужчин, которые спорили относительно того, окупит очередной сезон вложения в сериальный телефильм, или нет. Каждый не мог переубедить оппонента, и оставался при своём мнении. Сошлись на том, чтобы секундант разбил их спор на один доллар. Константин же, прежде, чем разбить рукопожатие спорщиков, сказал им, что может быть секундантом, но должен предупредить того, кто собирается вложить три миллиона, о том, что назад получит только миллион триста тысяч, получив убыток. Лучше вложить в сериал (названия я не запомнил). Оба спорщика усмехнулись самоуверенному заявлению Константина, и отбыли.
Спустя месяц, один из спорщиков вбежал бегом в ресторан. Смена была как раз его, Костина. Увидав своего секунданта, тот сразу ухватил официанта за рукав и усадил его рядом с собой, говоря:
- Мой друг не заходил сегодня?
- Нет.
- Отлично! Предлагаю тебе работу за тысячу баксов в неделю. Справишься –  через месяц подниму вдвое. Сделаешь прибыль – возьму в компаньоны. Да или нет?
- А что нужно делать?
- Да! Для официанта ты слишком разборчив! Это явно не твоё место! Ты откуда приехал?
- Из Москвы.
- А образование есть?
- Университет торговли. Маркетинговые исследования рынка.
- Так что ты вообще здесь делаешь?!
- Ждал своего счастливого случая.
- Значит ждал, что я приду?
- Да, но Вы не пришли, прибежали, поэтому я думаю, что будет справедливо начать с двух тысяч в неделю.
- Это ставка профессионала по маркетингу.
- Знаю. А я и есть профессионал.
- По рукам?
Они пожали друг другу руки.
- Первый раз в жизни, потерпев убыток, чувствую себя выигравшим! 
В этот момент из машины, чуть ли не на ходу выпрыгивает второй из спорщиков, и влетает в ресторанчик со словами:
- Сколько бы этот скряга тебе ни предложил, не соглашайся – я плачу вдвое больше!
- Вы немного опоздали. Я согласился и мы пожали руки.
- А может быть передумаешь, пока не поздно? Ты на него будешь работать как раб на плантации, поверь мне, я его знаю!
- Сэр, Вы мне симпатичны, но я не могу отказаться – я дал  обещание, и вряд ли Ваш друг вернёт мне его.
Вновь начался спор и уговоры одного и другого, пока опоздавший не сдался, и тогда он пошёл на хитрость. Он  возжелал пригласить к себе на ужин парня, который сохранил ему деньги, и познакомить свою семью с уникумом.
-  У него дочь красавица и без мужа. Не ловись на эту удочку!
- Кстати, он из России, из Москвы. Сказал второй, и обратился к Константину:
- Извини, мы даже не познакомились.
- Костя – и едва он представился, как тот, что пришёл вторым поморщился, а его друг расхохотался и похлопал по плечу парня со словами:
- С таким именем, как у тебя, я спокоен за наш договор,  поезжай, сделай себе праздник – у моего друга с некоторых пор аллергия на это имя!
Новый работодатель, хохоча, вручил Косте свою визитку, и похлопав по плечу, удалился, кивнув на прощание обоим.
Проводив взглядом своего товарища, второй заговорил: Ник – представился плотного сложения мужчина и они скрепили своё знакомство крепким мужским рукопожатием.
В ресторане публика, наблюдавшая сцену - работники и посетители, смотрели на Костю так, как смотрят на героя рождественской кино-сказки,  не скрывая умиления тем, что безвестному официанту улыбнулась такая удача, и проводила их аплодисментами, а хозяин крикнул:
- Костя, обещай обедать только у меня! Я всем буду рассказывать, что   ты именно у меня работал официантом, пока тебе не повезло!
В машине Ник поднял стекло лимузина, отделяющее от водителя, пояснив – он говорит по-русски. Костя терпеливо ждал продолжения разговора, и оно последовало:
- Я не думаю, что ты сработаешься со своим новым боссом – он всегда был тупым, но ему везёт, таким всегда везёт, так у вас говорят? А не сработаешься ты с ним по одной простой причине – он не просчитывает свои шаги на перспективу, а я – просчитал, и ты – просчитал, я вижу, что на тебе костюм из хорошей шерсти, обычно официанты в таких не только не работают, но и не имеют таких, значит для тебя должность официанта была только средством выйти на нужных тебе людей и завязать деловые контакты, и ты ждал моего, а не его прихода. Извини, что задержался, проблемы дома. Кстати, коль скоро ты станешь моим партнёром по бизнесу, если покажешь себя, а я в этом не сомневаюсь после того, как ты определил объём прибыли, ошибившись всего на сто тысяч, то я могу позволить себе быть с тобой откровенным. Костя, где ты учился? У тебя странный, но уверенный английский язык.
Костя рассказал про своё образование, про то, что вынужден был покинуть Россию из-за экономического сумбура, в котором маркетинг – рулетка. Объяснение не только удовлетворила его собеседника, но и воодушевило настолько, что миллионер в восторге потёр ладони, чему-то радуясь, а после сообщил, что последовал совету Константина, рискнув, и получил прибыль, вложившись в другой сериал своими стройматериалами. Прибыль составила не безумные деньги, но пол миллиона прибыли вышло, и Ник считает делом своей чести десять процентов от этой суммы отдать в распоряжение Кости, но с таким условием, что эти деньги он вложит вместе со своими в один из новых сериалов, и когда они получат прибыль, Костино участие нигде не будет фигурировать. С каждым новым вложением он станет увеличивать долю Константина, урезая свою собственную, пока они не сравняются, и тогда Костя уже официально заявит о своих правах на часть прибыли, и уволившись от своего работодателя, станет полноправным  партнёром Ника. Перспектива прямая и радужная. Нику нужен такой партнёр, который подскажет, куда вкладываться, а не гадать, и в то, что первый встречный миллионер его не обманет, наш парень поверил.
Дом Костю потряс – парк в стиле старого европейского, с а-ля заброшенным, зарастающим кувшинками прудом и старой, в облупившейся краске лодкой,  двумя лебедями: белым и чёрным.
- Одеттой и Одиллией – встрял я в его рассказ, что удивило Костю.
То ли ещё будет, Костя! - подумалось мне.
А когда он назвал их именно этими именами – жена Ника , имевшая русские корни, была просто очарована молодым человеком. Вскоре приехала и их дочь, которой был теперь очарован и сам Костя. Он с таким восторгом говорил нам о ней, что все мы почувствовали себя немного неловко, как бывает, когда случайно становишься свидетелем поцелуя влюблённых.
Отец представил ему свою дочь, которой и новый знакомый очень показался, а отец, видя интерес в глазах дочери, сказал, что его гость из Москвы, и зовут его – Костя. Она онемела, а после расхохоталась и извинилась за свой смех, просто её бывший муж тоже был из Москвы, и тоже Костя!
За столом все присутствующие восхитились таким совпадением, а я деланно зевнув, посетовал на то, что Костя очень затянул рассказ про то, что зовут её Анджелой, про то, что она училась в Москве, на Юго-западной,  изучает этнологию и специализируется на русской культурной среде.
У Кости открылся рот, но он взял себя в руки:
- Ты её знаешь?
- А то! Кто ж в Москве не знает Анджелу! Только ты – поскольку в штаты умотал!
- Угадал имя? Скажи честно?
- В какой-то мере угадал. Имя распространённое, а факультеты там – наперечёт. А если у мамы русские корни, то Чайковского любит и «Лебединое озеро».
Костя рассмеялся:
- Прости, я уже собирался тебе морду бить! Знаешь, как её увидел, так сразу и   понял – она!
- Та, единственная, на которой женюсь – добавила Галина Ивановна, старушка, наш добрый гений. – и я угадала?
- Да, только есть одна проблема – она официально не разведена, и я приехал в общем-то, чтобы разрешить эту проблему. Нужно найти этого говнюка, и заставить подписать развод.
- А её родители не против, чтобы вы поженились? – это снова Галина Ивановна.
- А сама невеста, не против? – это уже я.
- Она тоже говорит, что как увидела меня, так сразу поняла, что Имя угадала, а вот с фамилией – ошиблась, и попросила прощения за это, представляете! Только как его найти? Она ему писала на «до востребования», он сказал, тот Костя, что адрес сменил, и телефона у него теперь нет, по бедности.
И тут я снова вмешался в Костин рассказ:
- Кость, можно тет-а-тет?
Всех присутствующих заинтриговала моя просьба, за которой скрывалось  то, что я в этой истории явно замешан, а мы, как по закону жанра, шатаясь в подпитии, вышли под сверлящими любопытством взглядами на улицу.
- Саня, если будет мордобой – зови на помощь – хихикнула Галина Ивановна нам вслед - с ревнивцами бывает, что голову теряют!
Дверь на улицу закрылась. Мы закурили.
- Ну, чего ты хотел сказать мне, говори!
- Слушай, Кость, только без мордобоя, успокойся, я – не Костик, я – Саша. Алё, гараж, усвоил?
- Усвоил. Ты – Саша, ну, и что дальше?
- У тебя с ней, конечно, уже было, раз жениться собрались, и если ты положительно ответишь мне на мой вопрос, то я знаю, как тебе помочь, а вопрос такой:
- У твоей Анджелы в зоне бикини есть маленькая татуировка двух сердец?
Я ожидал, что Костя может броситься на меня с кулаками, но он закрыл ладонями лицо и стал оседать по стене. Как же беззащитен перед ударом в сердце самый крепкий мужик!
- Одно слово, Костя, да или нет?
- Да.
- Тогда, держи.
Он поднял глаза – я держал перед ним листочек бумаги.
- Что это?
- Телефон того, первого Костика. Мир тесен. Он, извини, рассказывал о ней некоторые интимные подробности, причём так похабно, что даже я не выдержал и вмазал ему.
- Хорошо вмазал?
- Хорошо, от души, так, что кровью умылся.
- Спасибо! Дай пять!
Мы сцепили по-мужски краба и обнялись, как братья.
- Ты нашим никому не рассказывал про Костю, про неё?
- Вообще, никому и ничего, только тебе сейчас.
- Ты его знаешь? Подпишет?
- Припугнуть – подпишет. Создай образ чекиста в штатском, для которого нет секретов, и потому его нашёл, и подпишет – он гнилой, хлюпик и трус. Только не бей его сильно, а то, мало ли, к ментам побежит, начнут копать.
- Подпишет – пальцем не трону. А откуда ты его знаешь?
- О-о-о! Вот это нужно при всех рассказывать – ржать будете, гарантированно! Я, наверное, даже рассказ как-нибудь напишу, если ты не против.
- И как назовёшь?
- Два «конца», два кольца, а посередине – Костик.
Затем, докурив, мы вернулись, улыбаясь, и я рассказал присутствующим начало истории с Анджелой, и её первым мужем из России, которую ты, читатель, уже знаешь.
А что до первого Костика, то он подписал, подписал безо всяких денег, после того, как Костя в сером, чуть тесноватом костюме, подчёркивающем его  натренированность, спросил открывшего дверь полуспившегося парня:
-  Здравия желаю, Константин Петрович, у нас к Вам пара вопросов о Вашей связи с США, пройдёмте в квартиру, здесь неудобно, как-то.
Костя вышел с подписанным заявлением на развод ровно через четыре минуты, говоря провожавшему его несостоявшемуся миллионеру:
- Вы поступили, как настоящий гражданин, и патриот, вернувшись на Родину, порвав все отношения с нашим наиболее вероятным союзником! Будьте здоровы, мы Вас больше не потревожим.
А после Костя уехал жениться. И всё у них сложилось, и они с Анджелой обменялись кольцами по православному обычаю. Тесть с тёщей души не чают в зяте, а их дочь обрела, наконец, настоящего русского мужа, о каком и мечтала когда-то, и троих любимых детей.
Всё сходится: Два конца света, два свадебных кольца и имя Костик посередине. Правда, записать эту историю я удосужился только теперь, по прошествии уже более, чем двадцати лет.


Рецензии
А мир действительно тесен.

Игорь Домнин   05.10.2018 15:08     Заявить о нарушении