На. из. уст. ь

"Где начинается осень - там только павшие листья. Где зима - белый снег. Где начинается лето - там вырастает зеленая трава. А весной что? Полны глаза надежд!"- Он говорил это листве лежащей рядом у его ног, которая красочно подчеркивала цвет его шнурков, и цвет роз, удачно выросших неподалеку. Я смотрела на него, но он меня не видел. Знаете, призраком быть очень грустно.
Иногда ты бродишь по улицам в надежде что кто-нибудь спросит тебя - Эй! Леди, вам не холодно? Вам не Грустно?
Услышать такое даже от самого отвратительного парня сейчас моя мечта. Но я мертва, я смирилась с этой мыслью давно. С пониманием себя - пустотой. Я ветер, который колыхает волосы маленького ребенка играющего в песочницу. Я дождь, который гонит всем прочь по домам. Я прихожу как луч солнца, не заметно, но тепло. Правда.... от меня не исходит. Совсем ничегошеньки.
А раньше как было? Я мои друзья, воспоминания, игры, веселые разговоры по вечерам, извечные споры на самые глупые темы. Но пока мне приходится смотреть. А я ведь даже не слышу шума, ведь даже не слышу слов.  Я только всего могу смотреть. Да, с давних пор я научилась читать по губам, и поэтому нередко бегаю за людьми читающими книги и стихи. Людей, делающих это вслух. Присутствую на занятиях в университете. Я многое изучила, и многое ещё тянусь познать. Но иногда мне кажется, что я никогда не выйду из этой оболочки ветра, который всего-навсего способен прикоснуться к щеке, не оставить на ней и следа.
- "Где начинается Радость - гонится там и печаль. Я ухожу в девять земель, убегаю на свой трамвай. Я покупаю билеты, все ещё на двоих. И все надеюсь что где-то, ты прочитаешь мой стих."
(А как красиво он читает стихи! Этот парень волшебный! Я слежу за ним недавно, но уже успела запомнить его любимые места такие как у озера, на кладбищенской поляне, в лесу на дереве.Мне бы хотелось самой взобраться и поцарапаться как это сделал он вчера, но я не могу. Даже мысленно не могу ощутить его боль. Как беспечно я благодарна ему что он читает вслух, что он не стесняется меня, одинокого призрака который ходит за ним по пятам.
Ведь он тебя не видит, ты понимаешь? Кажется, за такое долгое время спустя после смерти, я перестала что-то понимать.

Однажды, он сидел на дереве в лесу и всматривался в голубое небо, громко рассказывая стихи на.из.уст.ь.
Я поняла что громко потому что его рот открывался шире обычного, я научилась распознавать крик. Он кричал стихи и смотрел в небо! У него была желтая жилетка, красные штаны, и русые волосы. Глаза были серыми, такими... светлыми. Казалось что не глаза, а два больших куска сверкающего серебра. Образ его в моей голове так и крутится, словно испорченный кинофильм в спящем кинозале. Но вот... Он замолчал. Он встал, отложил книжку и начал смотреть. Кажется, он над чем то задумался, лик его стал грустным, серьёзным. Я подлетела к нему и смотрела в ту же сторону. Я увидела реку. Голубую реку, которая сливалась с цветом неба. В ней сверкали бриллианты течения. Я думала: неужели эта река так и останется не тронутой мной?
Я отлетела и было захотела заплакать. Но не смогла. Я больше этого не могу.

Он заплакал. Я удивилась ему. Чего он плачет? Чего? Ну как же так?
Ведь он самый счастливый человек, он может трогать реки, травы! Но он плакал....
Я смотрела на него и думала. Искала причину... вспоминала весь его день...
И тут он заговорил
Ты знаешь, мир! Мир! Я с горечью хочу кричать тебе! Неужели твои драгоценные реки не описать! Я столько читаю стихов, и нигде, ни в одном из них я не могу услышать тех слов, чтобы описать тебя, о прекрасный мир!
Нежели я мог так ошибаться? Оказывается вот оно что....
Всю жизнь... с самого детства я думал что говорить и слушать - превыше всего. И стихи - это верх всего искусства на земле. Но твои пейзажи, мир, меня отрезвили. Нет ничего лучше - быть тихим странником, молча блуждавшим по тебе в спокойствии и тишине. И наслаждаясь твоей красотой... воскрешать!

Теперь, я буду молчать! Никто не заставит меня говорить! Никогда.
Он оборачивается и смотрит на меня проговаривая - А ты здесь как взялась?
А я стояла, вся окутанная шумом и вздрогнувшими устами молвила - Я странница, блуждаю целые года здесь, в молчании, и готова все променять на твои стихи и твой шум.
Он вытер слезы с глаз, снял с себя рубашку и надел на мои плечи.

Мы с ним пошли домой.  Я перестала быть мертвой. Всю дорогу я читала ему его стихи на.из.уст.ь, а он - рассматривал локоны моих золотистых волос и молчал.


Рецензии