Зороастрийское пророчество о Спасителях

Зороастрийское пророчество о Спасителях

Согласно зороастризму, имя Мессии – Саошьянт («Грядущий Спаситель»).

Имя «Саошьянт» встречается уже в «Гатах» в единственном числе применительно к Заратустре: Ахура Мазда создал духовную сущность (фраваши) Заратустры в самом начале бытия и поместил ее в ствол Хаомы. Через шесть тысяч лет, когда предельно обострилась во Вселенной борьба добра и зла, Заратустра был призван на землю, чтобы содействовать победе добра: он получил телесное воплощение и был озарен неземным светом истины, который в зороастризме символизирует огонь – «атар» («Денкарт», 1:14; «Затспрам». 6:14). Дион Хрисостом (І – нач. ІІ в.) передает легенду о том, как Заратустра в поисках истины взошел на высокую гору, куда с небес обрушилось пламя, но Заратустра вышел из него невредимым и просветленным мудростью.

Но также «Саошьянтом» в более поздней традиции называют сыновей Заратустры, чудесным образом порожденных им после смерти: «…На это я вот что тебе отвечу, о Заратуштра верный, – сказал Ахура Мазда. – Как только приспешники Айшмы («Буйство, Ярость») появятся на востоке, из озера Фраздану родится первый из Саошьянтов – Ухшйат-Эрета (Хушедар), твой сын. Он встретится со мною, великим Ахура Маздой. И тогда же родится Божественный царевич из династии Кавиев. В ночь, когда родится этот царевич,— продолжал Ахура Мазда,— над местом его рождения с неба упадет звезда. Когда ему исполнится тридцать лет, он явится с бесчисленной армией, вооруженной победоносным оружием, и со множеством знамен. И как только планета Ормазд-Юпитер займет свое высшее положение на небосводе, а Нахид-Венера низойдет вниз, этот царевич станет властелином» («Бахман-яшт»). В «Ривайате» есть уточнение: Хушедар придет через тысячу пятьсот лет после Заратустры, жившего в XV в. до н.э. (согласно лингвистическому анализу языку «Гат» – гимнов «Авесты», приписываемых самому Заратустре).

Тысячу лет будет длиться Эра Хушедара, а затем наступит Эра, когда явится следующий Саошьянт  – Ухшйат-Нэма («Растящий почитание»; Худешар-Маха). «Люди к тому времени будут обладать премногими знаниями, особенно в медицине» (Бахман-яшт») и его встретит праведный бессмертный сын царя Виштаспа Пешотану (авест. Пашутан «Поплатившийся телом»), ожидающий вместе со своими последователями его прихода в горной недоступной крепости Кандиз. «… Пешотану и 150 его верных последователей выступят со словами «хумата – хухта – хваршта», т.е. «добрые помыслы – добрые речи – добрые дела», совершат священные ритуалы, предписанные религией, воспоют священные молитвы и воздадут почести сакральным огням. Затем Пешотану, сын Виштаспы, выступит при поддержке трех великих огней, имена которых — Адур-Фробак, Адур-Гушнасп и АдурБурзинМихр. Он разрушит храмы идолопоклонников, сокрушит Айшму и его дэвов, и самого Злого Духа он сокрушит, блистательный Пешотану. Когда это случится, я, Творец Ахура Мазда, в сопровождении Бессмертных Святых появлюсь на вершине Хукарья и отдам язатам приказ прийти Пешотану на помощь. Митра широкопастбищный, Сраоша мощный, Рашну праведносудящий, Вертрагна могучий, Аши победоносная и Хварна маздаяснийской веры выступят единым строем, – и дэвы взмолятся о пощаде. Но пощады не будет… Ангхро Майнью обратится в бегство и скроется в своем преисподнем подземелье. А Митра повелит Пешотану завершить свою миссию – уничтожить дэвов и идолопоклоннические святилища. Тогда Пешотану и 150 его верных последователей победно ее завершат. Закончится эра волка и наступит эра овцы. Священные огни Фробак, Гушнасп и Бурзин Михр вернутся на свои места, в храмы, где они пребывали и горели исстари».

В Хушедаре видят Иисуса Назарянина, царя Иудейского, «Спасителя Душ Наших», рождение которого возвестила Вифлеемская звезда, которому принесли дары персидские маги, который явил себя людям как Спаситель в тридцать лет и который как Царь Христос возглавил на последующие тысячелентия своё многочисленное воинство.

Рожденный через тысячу лет после Иисуса Хушедар-Маха (с акцентуированием на врачевании тел) – это перс Ибн Сина (Авиценна; 980-1033), бывший и врачем, и мудрецом, и правителем. И сражение его будет происходить не как битва оружием с физическим противником, а как битва с невежеством и незнанием. С помощью священной стихии огня Великая Алхимия Ибн Сины откроет путь Науке и Просвещению, «озарению человечества «Огнем Истины». Собственно Ибн Сину подвергали критике исламские ученые (Аль-Газали, например) за его маздаизм, так как его учение об изначальности и вечности мира и его атрибутов, поскольку это приводит к дуализму маздаизма, который противоречит монотеизму ислама. Также мусульмане отвергали постулируемый Ибн Сином «принцип эманации», согласно которому Бог творит мир не по собственной воле, а в силу естественной необходимости.

Еще через тысячу лет придет собственно третий спаситель Саошьянт, сын пророка Заратустры («Замйяд-яшт», 92). В озере Кансу (Кансава, Кансавйя) пророк Заратустра оставил свое семя. В нем выкупается прекрасная, богоизбранная девушка. Ее имя будет Виспатаурвари («Всепобедительница»). Именно ей суждено стать матерью третьего Саошьянта – Астват-Эрета («Воплотившего Истину»).

В те дни, когда в мир явится последний Саошьянта, тридцать дней в тридцать ночей золотая колесница Михра неподвижно простоит в зените небес. Когда Саошьянт спустится на землю из царства Бесконечного Света, первым ему встретится благородный Кей Хосров, славный многими подвигами. Он станет земным царем и будет править пятьдесят семь лет. А Саошьянт будет при нем мобедом (как тут не увидеть Царя-Антихриста и его Лжепророка!!!). А когда минет пятьдесят семь лет, все уже будет готово к воскрешению мертвых. Ахура Мазда начнет свой Фрашкард (Фрашокерети) – последнюю, окончательную битву со Злом, в которой оно будет полностью истреблено. Ангро Майнью и его дэвы будут побеждены и уничтожены, и праведники воскреснут. Все благие творения Ахура Мазды обретут вечную жизнь.


Что касается озера Кансу (Кансава), то следует учесть, что иранское Кансу (Кансава) тождественно санскритскому Канса (Камса). Поскольку, как мы знаем, мир индоиранцев разделился на противоположности (если для индоариев «асуры» – воплощение зла, а «девы» – боги добра и справедливости, то для иранцев наоборот – «ахуры» есть справедливыми божественными сущностями, а «дэвы» – воплощение абсолютного зла, лжи и несправедливости; если для индоариев корова – священное животное, которое недопустимо убивать, то для иранцев – главный предмет для жертвоприношений и т.д.), то Канса как злой персонаж в представлении индоариев, естественно, у иранцев – персонаж благой.

Более подробно о Кансе рассказывает поздневедическая «Гарга-самхита» (900-500 гг. до н.э.) [Шри Гарга-самхита. Глава шестая Могущество Камсы // http://istinaved.ru/gs12.html]. Во время пахтания Мирового океана Вишну убил мешавшего богам-девам великого демона Каланеми. Но Шукрачарья своей сандживани-мантрой оживил Каланеми и тот на горе Мандара он совершал суровые аскезы, питаясь лишь соком травы дурва и поклоняясь Брахме. Стоя в муравейнике, он совершал аскетические подвиги и по прошествии ста небесных лет от его тела остались только кости. Удовлетворенный его аскезами, Брахма согласился дать подвижнику благословение. Тот попросил, чтобы его не мог убить никто из всех могущественных полубогов, которых поддерживает и защищает  Вишну. После этого демон Каланеми переродился как Канса, сын царя Матхуры Уграсены и его прекрасной жены Падмавати, рос жестоким и издевался над своей сестрой Деваки, прославился как воинственный и непобедимый борец. В частности, он подчинил себе демонического коня Кеши, который ржал подобно раскатам грома, демона-змея вод Агху, могучего демона-быка Аришту. Демон Тринаварта ураганом унес Кансу в небо и сразился с ним восемьсот тысяч раз в небесном пространстве. С неистовой силой Камса низверг демона с небес и ударил об землю так, что тот заблевал кровью. Когда могучий демон-утка Бакасура попытался проглотить Кансу, тот подкосил его ударом кулака, подобно молнии. Поднявшись, белокрылый демон издал оглушительный вопль, напоминающий гром и, открыв свой острый клюв, с яростью проглотил Камсу. Проглоченный Канса, разъярившись, стал словно молния и, разорвав Бакасуре горло, вышел наружу. Аватара Вишну Парашурама подарил Кансе за его смирение ему лук из семи пальм, которым Вишну сразил Трипуру, с пророчеством. Что тот, кто сломает его, убъет Кансу. Канса поднял лук, легко завязал на нем тетиву, затем сотни раз натягивал тетиву до самого уха и отпускал ее с грохочущим звуком. Этот звук эхом разносился по вселенной семи миров, пронизывая весь космос, и заставил дрожать даже слонов, поддерживающих все стороны света, а звезды — падать на Землю. Могущественные демоны мира (Нарака, Шамбара, Банасура и др.), осознав безграничную силу Камсы, признали свое поражение, заключили дружбу и союз с Кансой и вместе они объединились против полубогов – небожителей Амаравати, возглавляемых Индрой. Разразилась жесточайшая битва,   которой Канса сошелся с Индрой. В конце концов, разбив воинство полубогов, Канса забрал трон и балдахин Индры и вернулся со всеми демонами в свой стольный град Матхуру.

В конце концов, Канса захватил престол, заточив в темницу своего отца, а Деваки заставил отдавать ему всех рожденных ею сыновей, опасаясь пророчества о том, что сын сестры станет причиной его смерти. Восьмым ребенком Деваки оказался Кришна как воплотившимся сам бог Вишну. После рождения ребенка тайно вывезли из дворца и передали на воспитание жене простого пастуха. Когда Кришна стал юношей, слава о его силе распространилась в округе. Камса догадался о том, что Кришна сын Деваки и вызвал того на воинское состязание, в ходе которого Кришна убил демона-царя Кансу, освободил из подземелья своего деда, и тот вновь стал править Матхурой, а сам Кришна стал правителем волшебного города Дварака... Правда, все же Матхура падает под ударами сторонников убитого Камсы, возглавляемых отцом его жен – императором-«самраджей» Магадхи Джарасандхой, а праведный город Дварака поглощает океан после смерти Кришны… К тому же, еще для ранних индоариев сам Кришна-сура – демонический герой, его как вождя варваров убивает Индра, а возведенный Кансой Шива-лингам до сих пор является главным местом паломничества в Матхуре.

Есть предположение, что если индоарии «утешили» себя тем, что соотнесли события с Кансой к далекому прошлому и ситуация казалась для них решенной, то в иранцев, наоборот, события, связанные с Кансой, – это еще предстоящее будущее. Соответственно, Канса будет победителем.


Рецензии