Об этрусском имени Атланта

Олег Гуцуляк
Об этрусском имени Атланта (будет дополнятся)

1.

Согласно Платону, архонты-родоначальники атлантов, сыновья Посейдона и нимфы горной вершины Клейто, образуя пять пар близнецов, имели составные имена-прозвища, которые он переводит на греческий: Евмел – «богатый стадами», Евэмон – «пылкий», Амферей – «круглый», Мнесей – «мыслитель», Автохтон – «рожденный землей», Еласипп – «всадник» («погоняющий коней»), Мнестор – «жених», Азаэс – «знойный», Диапреп – «великолепный, славный».

Имя же первого из них Платон именно и истолковал для греков как Атлант и только сообщает туземное («атлантское») имя для его брата-близнеца Евмела – Гадир. Последнего мы подробно разобрали в предыдущей нашей работе [Гуцуляк О.Б. Тайна имен атлантов // Кронос : альманах о тайнах древних цивилизаций. – М. : Вече, 2013. – Вып. 1. Глобальные катастрофы и исчезнувшие цивилизации. –  С.373-389. – ISBN 978-5-4444-0227-6].

2.

Что касается Атланта, то очевидно, что Платон намекал на хорошо известные его современникам обстоятельства.

До нас дошло то, что собственно «Атлантидой» называлось сочинение Гелланика Митиленского (V в. до н. э.), вероятно, посвященное описанию Крита, где, по преданию, царствовали потомки титана Атланта, брата Прометея и отца Гесперид. Правда, некоторые исследователи настаивают на том, что нельзя отождествлять титана Атланта, сына Иапета, и полубога Атланта, сына Посейдона [Немировский А. И. Две Атлантиды // Вопросы истории. – 1978. – № 3. – С. 214-220], но, как верно подмечает Е.Г. Рабинович, «… трудно предположить, будто Платон, делая царем и эпонимом Атлантиды Атланта, имел в виду какого-то «другого» Атланта – тогда он и назвал бы его по-другому» [Рабинович Е. Г. Атлантида // Текст: семантика и структура. – М., 1983. – С. 70. – http://atlantida.primordial.org.ua/archives/377]. Т.е., уже по нашему мнению, истолковывая персонажа для греков, Платон, называя его «Атлант», акцентировал именно на определенной и хорошо понятной для афинян черте.

Как правило, сразу вспоминается миф об титане Атланте как держателе свода небес на дальнем Западе у садах Гесперид, иногда помещаемых в стране гиперборейцев (Apollod.II, 5, 11), охраняющих за Океаном золотые яблоки (Theog. 215-216). Т.е. титан Атлант – алломорф «Мировой Оси», вторым алломорфом которой является гора [Рабинович Е. Г. Атлантида // Текст: семантика и структура. – М., 1983. – С. 70. – http://atlantida.primordial.org.ua/archives/377], на которой, как известно, рождается со своими братьями Атлант, сын Посейдона. Собственно Овидий сохранил миф об африканском царе Атланте, отказавшем в гостеприимстве Персию, который за это головой Медузы обратил его в гору («Метаморфозы», IV, 627), т.е. Атласские горы Северо-Западной Африки. Таким образом, «… два Атланта имеют не только общее имя, но и общие характеристики, так что вообще не остается повода говорить о двух Атлантах – царь Атлантиды и обитатель садов Гесперид зримо сливаются в образе одного мифологического персонажа, обитателя и эпонима Внешнего моря» [Рабинович Е. Г. Атлантида // Текст: семантика и структура. – М., 1983. – С. 71. – http://atlantida.primordial.org.ua/archives/377]. 

На датируемых V в. до н.э. (бронзовые зеркала из Вульчи) этрусских изображениях встречи Геракла и Атланта последний обозначается словом Aril [Dennis, George. The cities and cementeries of Etruria in two volumes. – London: John Murray, Albemarle Street., 1848, V. II. – P. 520, 538. – http://digi.ub.uni-heidelberg.de/diglit/dennis1848bd2/0001], а Геракл – Calanice при более распространенном Hercle (Юпитер – Tinia,   Тетис – Thethis, Аврора – Thesan, Минерва – Menrva, Нептун – Nethuns и Sethlans,  Феб – Usil, Аполлон – Apul, Венера – Turan и Laran Меркурий – Turms Aitas, Юнона – Thalna, Пелей – Pele, Аталанта – Atlnta, некий гадатель по внутренностям – Chalchas).

Паоло Мартини специально исследует этимологию этого этрусского имени Aril, отвергая версии, связанные со словом ar- «поддержка», отдавая предпочтения финикийскому *'arrab(a), обозначающего «гаранта коммерческой сделки» с коннотацией «посредника», связывая это с заимствованым в латынь словом arillator «посредник» [Martini Paolo. Il nome etrusco di Atlante. – Rome: Dipartimento di studi glottoantropologici dell'Universita; di Roma "La Sapienza", 1987. – 52 p. – (Bibl. di ricerche linguistiche e filol. ; 19)].

В средневековой латыни известно слово arillus «изюм, виноградная косточка», в классической латыни – «кровелька, мантия», а в английском и норвежском aril – «кожура, шелуха» и в ботанике служит для обозначения окружающего семя, но не срастающегося с ним выроста семяножки. Это характерно для  тиса и мускатного ореха. Также английское слово aril стало употреблятся для обозначения особого вида ближневосточных ирисов, светлокоричневый (кремовый) цвет которых напоминает кожицу.

В северогерманской традиции (Дания, Норвегия, Швеция, Исландия) есть мужское имя Aril, которое через латинизированную форму Arild, Arilius, Arelius считается производным от Харальд (Harald, от *HarjawaldaR «Воин Могучий») либо латинского Aurelius («золоченый»).

В некоторых интернет-источниках указывается, что существует женское валлийское имя Арил (Aril, Aryl) со значением «внемлющая; внимательно смотрящая». В англо-уэльской народной мифологии Арил (Aril) – имя одной из фей-принцесс, наблюдаемой за лугами [Маккалох Дж. А. Религия древних кельтов // http://www.universalinternetlibrary.ru/book/29230/ogl.shtml; Zimmerman F. Celtic Fertility Goddesses // Считается, что она символизирует созвездие Водолея (Aquarius). Ей подчиняются ветра перемен. Она помогает завязывать полезные отношения, заводить приятные знакомства. Подопечным она помогает развивать свой ум и наделяет творческими способностями. Ей содействуют сильфиды  – духи воздуха, т.е. пространства между небом и землей.

Валлийское имя Арил семантически сходно с подольским гидронимом Смотрич – левый приток р. Днестр на Подолье, на берегах которого стоит город Каменец-Подольский, известный еще на картах Птолемея как кельтский оппидум-город Camenae (Camenec).

На первой большой дороге, построенной римлянами в I веке нашей эры – виа Галлика (via Gallica), которая соединяла Верону с Миланом проходя через Пескьеру, у подножья южных Альп находится самое большое озеро Италии – Гарда (Lago di Garda), также именуемое Бенако (Benacus lacus), которое омывает территорию трёх провинций (Ломбардии, Венето и Трентино), впадает в озеро одна из самых коротких рек мира – река Арил / Ариль (Aril), так же именуемая Ри (Ri). Она сливается с Гардой у деревни Кассоне (муниципалитет Малчезине, провинция Верона) всего лишь через 175 м от своего истока.


3.

В семитской традиции есть ангел из чина Сил Ариэль / Ариил («лев / очаг бога») – дух, управляющий воздухом (эфиром) и водами., что он наблюдает за наказаниями в Аду. Ариэль – владелец несметных сокровищ, его камень – розовый кварц, открывает величайшие тайны природы и ниспосылает желаемые сновидения. В Ветхом Завете Ариил – это название некоего города, которому грозит божественное наказание: «Горе Ариилу, Ариилу, городу, в котором жил Давид! Приложите год к году; пусть заколают жертвы. Но Я стесню Ариил, и будет плач и сетование; и он останется у Меня, как Ариил. Я расположусь станом вокруг тебя и стесню тебя стражею наблюдательною, и воздвигну против тебя укрепления. И будешь унижен, с земли будешь говорить, и глуха будет речь твоя. Множество врагов твоих будет, как мелкая пыль, и полчище лютых, как разлетающаяся плева; и это совершится внезапно, в одно мгновение. Господь Саваоф посетит тебя громом и землетрясением. И сильным гласом, бурею и вихрем, и пламенем всепожирающего огня. И как сон, как ночное сновидение, будет множество всех народов, воюющих против Ариила, и всех выступающих против него и укреплений его и стеснивших его» (Исайя 29,1-7). Исходя из этого, иудео-христианская гностическая традиция считает Ариэля ангелом, правящим Иерусалимом, подчеркивая таким образом его особое посредническое положение между высшим и нижним мирами.

В оккультизме его изображают львиноголовым или с львиной гривой. Якобы Ариил тесно сотрудничал с царем Соломоном, проводя манифестации, духовные очищения (сродни изгнанию нечистой силы) и занимаясь Божественной магией. Считается Согласно заклинанию из «Гримуара папы Гонориуса», он подчиняется великому королю востока Магоа. В «Буре» (1623) У. Шекспира Ариэль – дух воздуха, служащий магу Просперо; он насылает на море ужасную бурю («На королевский я напал корабль; повсюду там – от носа до кормы, на палубе, и в трюме, и в каютах – я сеял ужас; пламенем взвивался на мачте, на бушприте и на реях…»). Он здесь – дух радости, томившийся в неволе у ведьмы Сикоракс – матери Калибана. За ослушание Ариэль защемлен ею в трещину ели. Через 12 лет он был освобожден чарами Просперои вернулся в свою светлую стихию. Как нежный, светлый дух Ариэль изображен Гёте во II части «Фауста». В поэме Дж. Мильтона «Потерянный рай» (1658-1667) Ариил – один из падших ангелов, участвующих в битве с небесным воинством («Не мешкал Абдиил, громя орду безбожную; двойным его ударом был Ариил сражен и Ариох»). Атанасиус Кирхер приписывал Ариель господство над парагвайцами.

В «Magiae Naturalis et Innaturalis» (1505) Ариэль – «электор» (дух-правитель) Меркурия, а в алхимической традиции – принцип, породивший Меркурий (принцип «Уплотнения Огня»). «Божий Лев», Ариэль в эзотерике Каббалы стоит на страже принципа материальности, воплощенной актуальности, её соответствия потенциям, долженствующим проявиться.

Как видим, тут явно напрашиваются коннотации Ариэля / Ариила с образом Атланта как посредника между мирами (держащий небо над землей, чтобы проникал в наш мир воздух), связь со стихией воды, уничтожением огнем, гордыней и падшестью враждебной богам цивилизации, он наделяет сокровенными знаниями.

4.

В 1885 году французские ученые – Ж.Кузен и Ф.Дюррбак сделали сенсационное открытие на острове Лемнос в Эгейском море – была найдена стела с надписями на языке догреческого населения острова. Язык лемносцев оказался близким языку этрусков (тирренов, тирсенов) и был разговорным до эллинизации острова после подчинения Афинам в 510 г. до н.э. Это догреческое население, этнически близкое этрускам, Геродот («История», VI,136), Гомер («Илиада»), Фукидид («История», IV) и Плутарх называют пеласгами. Знаменитого Пифагора Диоген Лаэртский (VIII, 1) называл тирреном с одного из этих присоединенных островов. Сына Пифагора, по Порфирию («Жизнь Пифагора»), звали Аримнест, как и царя тирренов, а дочь – Аригнота.

Т.е. можно, однако, предположить, что в именах как Aril, так и детей Пифагора главным является этрусский корень Ari-.

Если принять во внимание близость до-греческого субстрата в северокавказским языкам, то, возможно, корень ari- может быть связан с чеченским are «долина, равнина» (при греч. pedias «равнина») или  чечен. диал. ир(ах), ингуш. диал. ур(ах) «верхний; находящийся на острие» + ela / ala «верховный правитель, властитель, бог»

Собственно историческая традиция производит происхождение этрусков из Малой Азии. Как утверждал Геродот, этруски (самоназвание – «рассены», Rasenna, Ra;na; латинское – «этруски», «туски», Etrusci, Tusci; у греков: др.-греч. аттич. «тиррены», ;;;;;;;;, tyrrhenoi; др.-греч. ионич. «тирсены», ;;;;;;;;, tyrsenoi) – это переселенцы во главе с царем Тирсеном,  вынужденные покинуть родину из-за страшного голода и неурожая. Их родина – Лидия, западная область в Малой Азии со столицей в Сардах (его «портом» был город Эфес). Историческая Лидия (др.-греч. ;;;;;, тур. Lidya), называвшаяся раньше Мэонией, доходила до Эгейского моря и внутри Анатолийского полуострова занимала всю западную его часть (в неё входила и область Трои). На юго-востоке она граничила с Киликией, а на северо-востоке – с Мидией. Исторические лидийцы и окрестные им народы говорили на родственном хеттскому лувийскому языку индоевропейской семьи.

Ряд исследований показали более высокий уровень ДНК гаплогруппы G в Тоскане (Этрурии) в поддержку теории анатолийского происхождения. Исследования митохондриальной ДНК у современных тосканцев и древних этрусков также указывают происхождение на Ближнем Востоке. Археология и изучение ДНК тосканских пород крупного рогатого скота предполагает что этруски прибыли в Италию около 1200 до н.э. [Генетика этруссков подтвердила правоту Геродота // http://lenta.ru/news/2007/06/18/etruscan/].

По мнению Геродота, переселение этрусков из Лидии в Этрурию произошло практически одновременно с Троянской войной (1260 гг. до н.э.). В то время рухнула микенская цивилизация от природного катаклизма и вторжения ахейцев и пала империя хеттов под ударами фригийско-армянских племен. То есть датировать появление тирренов следует XIII в. до н.э., или чуть более поздним временем. Возможно, с этим преданием связан миф о бегстве на Запад троянского героя Энея и основании римского государства, имевшего большую важность для этрусков (и представители этого народа долгое время были римскими царями). Карфагенская царица Дидона, разгневанная намерением Энея покинуть её, обращает к нему такие слова: «Нет, не богини ты сын, и род твой не от Дардана, кручи Кавказа тебя, вероломный, на свет породили» (Вергилий, «Энеида», IV:366).

По современным представлениям, этрусков (тирренов, тирсенов) следует отождествлять не с индоевропейскими лидийцами, а с более древним, доиндоевропейским населением запада Малой Азии, известным как «протолувийцы» или «народы моря», к которым принадлежало и легендарное племя турша / тереш (микен. to-ro-o; ср. с названием этрусков «тирсены», «тиррены» и хеттским названием Трои «Таруиша»), жившее в Восточном Средиземноморье и совершавшее захватнические набеги на Египет (XIII-VII вв. до н. э.).
В ходе раскопок на острове Лемносе (Эгейское море) встречены надписи, близкие грамматическому репертуару этрусского языка. Геродот называл жителей Лемноса то тирренами, то пеласгами (пеласги, пеларги – общее название для до-греческого населения Эллады, с которыми смешались предки греков (Геродот, «История» II 56)), одно время жившими и возле Афин (Геродот, «История» VI 137). Фукидид также подтверждает, что в его время на Халкидике жили пеласги, которые некогда жили на Лемносе и в Афинах (при этом он отождествляет их с тирсенами) (Фукидид, «История» IV 109, 4). Страбон указывает, что на полуострове у Афона некогда жили пеласги с острова Лемнос, которые делились на пять общин: Клеоны, Олофиксий, Акрофои, Дион, Фисс. По Антиклиду, пеласги (которых он отождествлял с тирренами) первыми заселили области около Лемноса и Имброса. Изгнанные из Аттики, пеласги изгнали с Лемноса миниев (потомков аргонавтов), после чего похитили афинских женщин с Браврона. По рассказу Геродота, это изгнание миниев относится к времени спартанца Фераса, то есть началу XI века до н.э. Согласно же Филохору, пеласги на Лемносе назывались синтиями. Тем самым их пребывание на Лемносе историк относил к временам задолго до Троянской войны (синтиев же, которых упоминал Гомер, античные авторы считали фракийцами).

По мнению А. И. Немировского, промежуточным пунктом миграции этрусков из Малой Азии в Италию была также Сардиния, где с XV века до н. э. существовала весьма сходная с этрусками, но бесписьменная культура строителей нурагов (каменных башен). Интересно, что по-этрусски «царь» назывался «сард», тронным именем урартских царей было Сардури, а столицей Лидии был город Сарды.

Прибыли этруски в Сардинию с Крита, где известны как поздние переселенцы из Лидии под именем «пеласгов», жившие рядом с автохтонными неиндоевропейцами-критянами (этеокритянами, создавшими собственно Минойскую цивилизацию).

Гелланик (V в. до н.э.) с острова Лесбос (хетт. Лацпас) упоминал предание о пеласгах, которые прибыли в Италию и стали именоваться тирренами (Дионисий Галикарнасский, «Римские древности», 1.28.3). Мирсил из Мефимны на Лесбосе (III в. до н.э.) также смешивает пеласгов и тирренов и рассказывает о голоде на их родине. Когда тиррены оставили свою землю, они во время блужданий были переименованы в «пеларгов», то есть «аистов». Рассказ о переселении в Италию пеласгов, которые изгнали сикелов из области Лация и заключили союз с аборигенами, излагался у Филиста Сиракузского и ряда других историков, чьи труды использовал Дионисий Галикарнасский. Пеласгов в Италии упоминал и Варрон, в то время как Тит Ливий принципиально их игнорирует в рассказе о ранней римской истории.
 
Историк I в. до н. э. Дионисий Галикарнасский писал, что пеласги из Додоны в Эпире пересекли море и обосновались в Италии в устье реки По, основав город Спина. Позднее этот город погиб под натиском окрестных варварских племён. Другие пеласги пересекли Италию и, соединившись с местным племенем аборигенов, основали много городов (в том числе Лариссу), которые позднее перешли под власть этрусков. Затем на пеласгов обрушились многочисленные беды, их города опустели, сами они ещё больше рассеялись по Средиземноморью, уже без компактных мест проживания. Эти события произошли перед началом Троянской войны. Остатки пеласгов в Италии смешались с аборигенами и в числе других народов основали Рим. Но Дионисий Галикарнасский не согласен с теми греческими авторами, для которых пеласги и тиррены (этруски) были одним и тем же народом. В его представлении, этруски захватили опустевшие после голода города пеласгов, из-за чего и произошло смешивание; сами же этруски были, по его мнению, местным племенем (Дионисий Галикарнасский, «Римские древности», I 17-30; I 29, 1 ; I 26, 2; 30, 2). Согласно Зенодоту Трезенскому, омбрики Италии, населявшие город Кротон, были изгнаны пеласгами и стали называться сабинянами (Дионисий Галикарнасский, «Римские древности» II 49, 1). Дионисий предполагает, что многие города тирренов прежде носили пеласгские названия. По его мнению, пеласгам принадлежали Цере, Пиза, Сатурния, Алсий, Фалерии, Фесценний. Согласно строкам Вергилия, пеласги, первыми владевшие Лацием, посвятили рощу Сильвану близ Цере. Страбон упоминает, что Неаполем и Помпеей некогда владели тирренцы и пеласги, а потом самниты, и приводит рассказ, что местечко Регис Вилла – бывший дворец некоего пеласга Малея. Силий Италик упоминает об Эзисе, царе пеласгов, от которого якобы получили название священные убежища «азили» в Пицене. Плутарх среди других мнений упоминает версию, что Рим получил своё имя от пеласгов, обошедших чуть ли не весь свет (Плутарх, «Ромул» 1).. Юлий Гигин называл племя герников пеласгийской колонией. Позднее пеласги уступили свое могущество тирренам (ряд античных авторов считал, что произошла просто смена имени). Так, город пеласгов Агилла был захвачен тирренами и переименован в Кэре (Цере). Ликофрон упоминает. что тиррены отняли у лигуров и пеласгов Пизу.

Римский император Клавдий (45-41 год до н.э.) рассказал в своей не сохранившейся до наших дней 20-томной «Истории этрусков» и о проживавших даже в Ливии этрусках. В 1901 году Дж. Серджи была выдвинута гипотеза о происхождении пеласгов (как указывалось выше, часто отождествляемых с этрусками / тирренами) из среды протоберберского населения Северной Африки. Эта гипотеза была подвергнута осмеянию. Однако в конце ХХ в. американский лингвист Эрик Хамп привел большое количество сведений в пользу правоты Дж. Серджи [Низовский А. Ю. Загадки антропологии. – М., 2004. – С. 147]. Общепринятое предположение о том, что библейские филистимляне являются как одним из ответвлений пеласгов (библейское «пелиштим» – это возможная переделка слова «пеласги» с характерным переосмыслением этого этнонима, приобретшего значение «странники, переселенцы»), так  и жителей Северной Африки, основывается на сведениях из Библии: с одной стороны «Библия» указывает на их родство с жителями Кафтора (Крита), а с другой «Библия» выводит филистимлян потомками Мицраима (Быт. 10:13), т.е. Египта, соответственно, указывая на их африканское (хамитское) происхождение. Однако африканские следы прослеживаются и на Кавказе… Например, жители кавказской Колхиды считались переселенцами из Египта: «… Вблизи живут деятельные колхи: эти изгнанники из плодоносного Египта засевают крутизны высокой скалы» [Руфий Фест Авиен (вторая половина IV в. н.э.). "Описание земного круга", 852-891 // http://www.kolhida.ru/index.php3?path=_sourcer&source=rfa]. Но одновременно они же, как и филистимляне, переселенцы с Крита: Астерий, сын Миноса, переселившийся с Крита, стал эпонимом астериев (Нонн, «Деяния Диониса» XIII 247; XL 294), которые затем сменили свое имя на колхи по имени Колха, сына Фасиса [Схолии к Феокрит. Идиллии V 75 // Вестник древней истории. – 1947. – № 3. С.261].

А. И. Немировский склоняется к представлению, что пеласги – один из индоевропейских народов, чей язык близок иллирийскому, и они участвовали в этногенезе этрусков, ранее их поселившись в Италии. С этим интересно сопоставить как  с названием римлянами этрусков как «туски» (отсюда и нынешнее название Этрурии – «Тоскана», Toscana, из лат. T(h)uscia), так и южной этнографической группой «тоски» албанцев Балкан, язык которых принадлежит к иллирийской группе.

Тит Ливий приводит полулегендарную версию о северном происхождении этрусков от приальпийских племён, видимо, акцентируя более на роли италикских (оско-умбрских) племен в формировании местной культуры Прото-Вилланова (1175-960 гг. до н.э.) из круга культур полей погребальных урн, на базисе которой вдальнейшем сформировалась Этрусская цивилизация.

На материале античных источников и данных археологии следует принять, что в этногенезе этрусков приняли участие: 1) древнейший элемент доисторического средиземноморского единства в период начала движения с Востока на Запад в IV-III тыс. до н. э.; 2) также волна переселенцев с ареала Чёрного и Каспийского морей во II тыс. до н. э. (Протовилланова и Вилланова); 3) в процессе формирования этрусской общности встречены следы эгейских и эгейско-анатолийских эмигрантов. Т.е. археологически также подтверждается, что в в местную апеннинскую культуру Вилланова, происходящую с XIII в. до н.э. из круга центральноевропейских культур полей погребальных урн позднего бронзового века, в VII в. до до н.э. происходит инвазия носителей восточносредиземноморской культуры, но явно этнически родстенных виллановцам:

«… Никаких завоеваний и никаких разрушений, никаких рядом сосуществующих различных культур и никакой постепенной ассимиляции – верный признак того, что пришельцы мирно «наслаивались» на местное население. Но именно в этот момент рушиться государство Урарту и племена этого государства расходятся в разные стороны. Именно с этого момента как античной, так и в современной историографии идут споры по поводу северных и восточных истоков этрусков. Одни выдвигают версию, что этруски – это выходцы из Сардинии (культура «строителей башен»), другие говорят, что этруски – выходцы из Малой Азии, из Урарту (из района вокруг озера Ван), третьи утверждают что они выходцы из областей, близких к Египту (возможно, из Палестины). Египетские и урартские элементы (и вообще восточные), достаточно четко прослеживающиеся в раннем этруском искусстве, необъяснимы всего лишь наличием торговых связей. Пришельцы приносят с собой самые передовые ремесленные технологии и занимают ключевые позиции в зарождающихся городах виллановцев. Несомненно, что переселенцы не распыляются среди аборигенов, но берут под свой «контроль» отдельные области и города, тем самым естественным образом создавая самостоятельные государственные образования, которые в дальнейшем составят этрусскую конфедерацию Двенадцатиградья. За каких-нибудь пятьдесят лет на месте рядовой культуры железного века, каковой являлась Вилланова, расцветает одна из самых ярких жемчужин античного мира – Этрусская цивилизация. В Этрурии не произошло культурного поглощения пришельцами менее развитых аборигенов. Обе традиции равноправными составляющими вошли в культуру этрусков. Так, практика погребальных хижин и антропоморфных сосудов остается в силе на всем протяжении этруской истории, что также должно свидетельствовать и о единстве религиозного мировоззрения. Хотя переселенцы принесли с собой высокое мастерство каменного строительства, дома неизменно продолжают строиться из дерева и глины (лишь фундамент в них выкладывался из камня), и в этом, несомненно, проявление именно северян-виллановцев. В полной же мере традиции строительства из камня воплотились в погребальных сооружениях этрусков. Именно здесь мы находим отдельные приемы и композиционные элементы, сближающие этрусков не только с районами Средиземноморья восточнее Италии, но и с Северным Причерноморьем. Так, такая характерная черта этруских гробниц, как ложные арки и свод, напрямую восходит к крито-микенской погребальной архитектуре. Известна эта практика и в Урарту. Но, наверное, более всего соответствий мы обнаруживаем у скифов (кстати, так же, как и этруски, считавших себя отпрысками геракловой крови): это в первую очередь склеп Царского кургана, а также другие склепы Боспорского царства. Если говорить о самих истоках ложного свода, то их мы находим в протоиндийской цивилизации (XXV-XIX ст. до н. э.), в которой ложные арки использовались повсеместно, а вот распорные своды почему-то не применялись, хотя они протоиндийцам были известны: клинообразный кирпич применялся в Мохенджо-Даро только для обрамления круглых колодцев, но нигде не встретился распорный свод на связующем растворе. Очень многое о жизни этрусков исследователи узнали только благодаря фрескам гробниц. Они открывают перед нами удивительную устойчивость культурных традиций этрусков. Так, на ранних фресках мужчины одеты в украшенный вышивкой китл, верхняя часть тела открыта; изображения именно таких одеяний мы встречаем еще в минойско-микенской живописи. Демоны со змеями в руках родственны изображениям жриц со змеями на Крите. Хороводы этруских фресок так же восходят к критским сюжетам. Здесь и шумные застолья и задумчивое созерцание полета птиц, и изображения красочных танцоров и музыкантов, и схваченное художником мгновение скачек на колесницах. Сами помещения гробниц своей планировкой повторяли планировку домов знати, вдоль стен из мягкого туфа вырезалась мебель, воспроизводились даже окна. И опять-таки у тех же скифов – Большой Рыжановский курган, где подземная погребальная камера, очевидно, была имитацией обширного жилого помещения» [Умнов-Денисов А.И. Тургеника – этрусская летопись // http://artel-vorojea.blogspot.com/2014/06/blog-post.html].

В IV в. н. э. пеласги упоминаются в перипле «Описание земного круга», которое сделал Руф Фест Авиен: «… Вблизи живёт суровое племя гениохов, затем зиги, которые некогда, покинув царства пеласгов, заняли ближайшие местности Понта» [Руфий Фест Авиен (вторая половина IV в. н.э.). "Описание земного круга", 852-891 // http://www.kolhida.ru/index.php3?path=_sourcer&source=rfa]. Аналогичная запись и у более раннего географа Дионисий Периегета «… Итак, они живут у Танаиса (Дона, – О.Г.). Соседние же страны уже гуще населены; там живут синды, киммеры, и около моря керкеты, тореты и воинственные ахеи, которые некогда, занесенные южным и западным ветром, приехали сюда от Ксанта и Идейского Симеонта, сопровождая после (Троянской) войны своего царя, сына Аретия; их соседи, гениохи и зиги – также пелазгийского происхождения» (679: 2, 4) [Дионисий Перйегет о племенах восточного Причерноморья // Наша Абхазия. – http://abkhazeti.info/history/20090314104543921311.php]. Зихи, зикхи зиги, чикхи (груз. джики) – одна из основных групп черкесского этногенеза, известная еще Страбону (І в. н.э.). Он описывает зихов (наряду с ахейцами и гениохами) как народ, господствовавший на море и снаряжавший флотилии для нападения не только на купеческие корабли, но и на прибрежные города. Древнейшие миграционные потоки с территории исторической Зихии отмечаются для киммерийской эпохи такими авторитетными исследователями этого вопроса как Л. А. Ельницкий, Н. А. Членова, И. А. Джавахишвили, а также Г.А. Меликишвили, который сделал вывод, что имели место миграции части зихов вплоть до Трапезунта (то есть зихи дисперсно расселялись и жили на территориях современной Турции, Абхазии и Грузии). Гениохи («возницы») известны еще раньше зихов – в VI век до н. э. о них писал Скилак Кариандский в книге «Перипл обитаемого моря». Страбон и Овидий сообщают о них, как о прославленных пиратах. Мифологические предания греков знают как некоего вождя алан и гениохов Анавсида, погибшего от рук Стира, скифского царевича, помолвленнго с дочерью Ээта Медеей (Валерий Флакк, «Аргонавтика» III, 496; VI 42, 265-278), так и Амфистрата и Крекаса, возниц Диоскуров, которые во главе лаконцев заселил Гениохию (Страбон, «География» XI 2, 12; Юстин, «Эпитома Помпея Трога» XLII 3, 3).  Третьего возничего Диоскуров, Фригия, Ясон сделал царем одного из припонтийских народов (Юстин, «Эпитома Помпея Трога» XLII 3, 3). Также у колхидской царевны Медеи была служанка по имени Гениоха (Валерий Флакк, «Аргонавтика» V 355).

Известно, что этруски регулярно снаряжали морские экспедиции в Малую Азию, где для своих религиозных обрядов покупали урартийские бронзовые ритуальные котлы. Именно через этрусков греки и римляне заимствовали урартийское вооружение (шлемы с гребнями, получившие впоследствии название «аттических», набедренные повязки, укрепленные бронзовыми полосами и т.д.) и вид храмов с колоннами – древнейший храм подобного типа был построен впервые в хуррито-урартском религиозном центре – городе Ардини (ср. чеч. «аьрда», инг. «эрда» – «храм», «священный», «божественный» и именем лидийского царя Ардиса, сына Гигеса).

В 1980 году специалист по древневосточным языкам И.Дьяконов заявил: грамматика этрусского схожа с грамматикой хурритского языка. Анализ языка этрусков, проведенный С.А. Старостиным и В. Э. Орлом [Starostin S.A., Orёl V.E. Etruscan As An East Caucasian Language // Старостин С.А. Труды по языкознанию. – М. : Языки славянских культур, 2007. – С.471-477], убедительно показал его связь с северокавказскими языками – хуррито-урартской их ветвью, что позволило им выступить с докладом «О принадлежности этрусского языка к восточно-кавказской языковой семье» на Всесоюзной научной конференции по теме «Кавказ и цивилизация Древнего Востока» (Орджоникидзе, 1987 г.). Около 50 этрусских слов (а всего расшифровано их лишь немногим больше) имели убедительные схождения как в хуррито-урартском, так и в вайнахском языках. Например, такое этрусское слово avil на обозначение «года», повторяющееся во множестве эпитафий, получило бесспорную северокавказскую этимологию.

В 1988 году в Москве вышел в свет сборник статей под названием «Древний Восток. Этнокультурные связи». Одно из центральных мест в этом сборнике занимает статья В. В. Иванова «Древневосточные связи этрусского языка». Статью замыкает вывод о том, что «… этрусский был результатом развития одного из хурритских диалектов» (с.216). В другом месте В. В.Иванов обращает внимание на то, что в целом ряде случаев «этрусское отражение близко к нахскому» (с.215). Во многие европейские языки через латинское посредство попали такие этрусские слова как «арена» (этр. «арн», хуррит.-урарт. «айре», вайнахск. «аре» – «простор», «ровное место»); «мэр» (лат. «мар», этр. «мари», хурр.-ур. «мари», вайнахск. «мар» – «знатный, свободный человек», «мужчина», см. еще вайнахск. «маршо» – «свобода», «независимость»); Сатурн (этр. «сатре» – «неблагоприятное божество», хурр.-ур. «сидарни» – «заклятие, проклятие», вайнахск. «сардам» – «проклятие») и т. д.

Хеттское название Трои в анналах царя Тудхалии IV (XIV-XIII вв. до н. э.) передается как Таруиша, а самый западный город, основанный этрусками в Испании, носил название Тарсис, Таршиш. Наиболее вероятно, что оба названия восходят к хурритскому «таршуа» – «люди», «народ» (ср. с вайнахск. «таро» – «мощь, сила, способность»). Видимо, основанный в середине III-го тысячелетия до н.э. и почти две тысячи лет контролировавший путь из Причерноморья в Средиземноморье хеттский город Вилуса, Wilusa (по-гречески Илион, Ilion < *Vilion) приобрел второе название в XXII в. до н.э., когда еге, как и многие хеттские города, захватили хурриты, вторгшиеся в Анатолию (Малую Азию) с Армянского нагорья. Здесь повсеместно появляются города и области с хурритскими названиями, хеттские цари носят хурритские тронные имена, официальная письменность хеттов переходит на хурритский язык и хурритская религия становится государственной религией хеттов. Цари хурритской державы Митанни (по-хурритски Маитене – «страна»; сравните с вайнахским «меттане», «метта» – «место», «страна» [Бакаев Х. Потомки Энея // Чеченец. – 1997. –  №10(15), декабрь. ¬– http://ichkeria.info/index.php/nakhologiya/6125-potomki-eneya]; семиты называли её Ханигальбат, а египтяне – Нахрайна, «Двуречье») в ту эпоху господствовали над Хеттским и Ассирийским царствами и считали их своими вассальными областями. Только в XIII в. до н.э. хеттам и ассирийцам удалось освободиться от владычества хурритов. Но в этом же столетии им пришлось столкнуться с вновь образовавшимся хурритским царством Диаухи – преемником Митанни.

Например, митаннийский царь Тушратта, опираясь на дружбу с Египтом (дочь Тушратты Таду-Хеба вышла замуж за египетского фараона Аменхотепа IV и теперь ее знают во всем мире под именем царицы Нефертити), справился с хеттской угрозой для своего царства и сохранил могущество своей страны. Интересно отметить, что, по мнению целого ряда историков, именно принцесса Нефертити (это имя на египетском означает «идет красавица») склонила своего супруга-фараона к религиозным реформам, итогом которых стало введение в Египте монотеистического солярного культа Атона. Сам фараон принял новое имя Эхнатон – «угодный Атону».

В III-II тыс. до н. э. аккадцы и шумеры называли страну хурритов Субарту или Шубрия, а жителей – субареями. Сам этноним хурриты (hurri), возможно, является древнесемитским переводом корня su, означавшего «гора, возвышенность» (ср.: лезг. сув/сувар, рутул. сыв/сывар «гора/горы»).  Однако субареи – название древнего населения Северной Меспотамии, которое было ассимилировано хурритами и на них перешло название покоренного народа. По некоторым данным, этот месопотамский субстрат был индоиранского происхождения (дардо-кафирской группы) и часть культуры его носителей хурриты усвоили (в языке митанни есть черты, архаичные уже для индийских ведийских текстов; скрепление текстов договоров с хеттами именами божеств Митра, Варуна, Индра и клятвы этим богам свидетельствуют о том, что митаннийцы принимали мифы и верования, господствовавшие в индоевропейской группе; митаннийские цари носили индоиранские имена наряду со вторыми хурритскими и поклонялись, в числе прочих, индоиранским богам; к митаннийской же традиции восходит распространение индоиранских терминов для коневодства; немецкой исследовательнице А. Камменхубер удалось показать, что все индоиранские термины и имена собственные, выявленные в митаннийской традиции, отражают не индоиранское, а хурритское произношение: династия и ее сторонники сохраняли индоиранские обычаи и заимствования из индоиранского языка, но сами говорили уже только по-хурритски).

В дальнейшем хурриты наряду с урартами и некоторыми другими народностями участвовали в процессе сложения армянского этноса, история которого прямое продолжение истории хурритов, урартов и лувийцев [Дьяконов И. М. История древнего мира : упадок древних обществ. – М. : Глав. ред. восточной лит-ры, 1989. – Т.3. – С. 282; Дьяконов И. М. Предыстория армянского народа. – Ереван : Издательство АН Армянской ССР, 1968. – С. 241]. Армянский язык испытал влияние хурритских и урартских диалектов и воспринял из этого языка слой заимствований (термины для местной флоры, горной и сельскохозяйственной техники, специфических для нагорья социальных условий). Также частью хурриты стали субстратом для курдов, принадлежащих к мидийско-иранской языковой группе индоевропейцев (характерные признаки – наличие эргативного строя и некоторое количество изоглосс, общих для курдского и хурритского языков).

И. Гаджимурадов предположил, что римский теоним Вулкан и германский Велунд, которые считаются заимствованными из более древнего этрускского Велхану, могут быть сопоставлены с  хурритским именем незрячего великана Улликумми (Ullikummi; как вариантом хурр. wurrikunni «слепой», где хурритский корень *(w)ul/(w)ur «глаз», «видеть»; ср.: лезг. вил/ул, авар. бер, чеч. б'арг «глаз», лезг. буьркьуь, рут. быркIына «слепой», таб. улчIам/вурчIим «бровь»; помощники Гефеста-Вулкана – «циклопы», в переводе с др.-греч. «круглоглазые»). Улликумми рожденный горой каменный исполин. В самом древнем из сохранившихся вариантов соответствующего повествования – «Песни об Улликумми» – каменному исполину «подсекают» ноги, чтобы его одолеть. В греческой мифологии у Гефеста, устроившего себе кузницу внутри вулкана Этна, повреждены ноги, когда его сбросили с Олимпа. «… Сам сюжет борьбы богов, зафиксированный у хеттов и позднее у древних греков (ср. «Теогонию» Гесиода), – как указывает И. Гаджимурадов, – несомненно, заимствован из мифов хурритоязычных народов, издревле населявших сейсмически неспокойный регион высокогорного озера Ван. Об этом свидетельствуют характерные сюжеты, со всей очевидностью указывающие на восточноанатолийское происхождение соответствующих сказаний. Например, в хеттских и греческих мифах описывается борьба двух антагонистических божественных «лагерей» друг с другом. Причем, местом действия являются две горы, расположенные неподалеку друг от друга (у хеттов это Хаззи и Намни, локализуемые в Северной Сирии, у греков Олимп и Отрис в Фессалии). Однако, ни в Северной Сирии, ни на Балканах не было действующих вулканов, проявления которых находят свое отражение в древних сказаниях. Родина повествования об антагонизме двух гор, поддерживающих небосвод и являющихся обителью двух враждующих божественных «семей», локализуется на берегах озера Ван, где расположены доминирующие над северо-западными окрестностями Вана вулканы Немрут и Сюпхан, одновременное извержение которых в древности послужило мотивом для создания соответствующих сказаний о борьбе богов … Образы враждующих друг с другом соседних гор известны также в разных вариациях из сказаний кавказских народов» [Гаджимурадов И.Ф. Роль вулкани зма в зарождении древнехурритских и кавказских мифов // http://zapys.blogspot.com/2014/06/blog-post_6874.html].

Если искать параллель этрусскому Aril, то следует учитывать, что в хуррито-урартском существуют колебания l- / n- [Старостин С.А. Труды по языкознанию. – М. : Языки славянских культур, 2007. – C. 375]. Таким образом получаем как версию имя *Arin. А собственно в урартов почитался бог гор Арни, а богом пещер – Аирани (Аираини) [Пиотровский Б.Б Ванское царство (Урарту). – Москва : Издательство Восточной литературы, 1959. – С. 228].

Но, вероятно, бог Арин был индоевропейского происхождения, но не индоиранского, как заимствования такого типа наблюдаем у хурритов, а лувийского: aru- «высокий» [Melchert H.G. Cuneiform Luvian Lexicon. – Chapel Hill (North Carolina) : University of North Carolina Press, 1993. – P.31].

Указывает на урартское поселение Арни в области Армарили (к востоку от озера Ван) и связывает его с именем бога гор Арни Н.В. Арутюнян. Также, это имя урартского бога оставило  свой отпечаток также в некоторых древне-армянских топонимических названиях. В армянской «Географии» VII в., например, среди провинций Васпуракана упоминается «Арной-отн» (букв. «подножие горы Арни»). Горный кряж под Моксом и теперь называется «Арнос-даг», от «Арно-сар», где арм. sar («тора») заменен тюркским «даг». Так называлась в древности горная цепь, идущая от Мокса к Джуламерку; часть её над Джуламерком и составляла «Арной-отн». По имени «Арнис» нам известны два населенных нункта: один примерно в 30 километрах к юго-востоку от Муша, а другой – на северо-восточном берегу озера Ван (между Беркри и Аканц) [Арутюнян Н.В. Некоторые вопросы топоними Урарту // Древний Восток. – Ереван: Издательство АН Армянской ССР, 1976. – № 2. – С.199].

Около Еревана находится гора Арин-берд, на которой находился город-крепость («эгал») Эребуни (Ирпуни, Ирепуни), основанный царём Урарту Аргишти I в 782 году до н. э. в качестве опорного пункта для закрепления урартов в Араратской долине против местного населения («страна Аз»; вероятно протоармяне, называвшие себя «Хайаса»). В нем было два крупных зернохранилища-«ари», большой храм богу-громовержцу Халди и  храм-«суси» бога Иварша. Сам Иварша – это хетто-лувийское божество Иммаршиа, упоминающееся в хеттских клинописных надписях Богазкёйского архива: в лувийском лексиконе DIm-mar-;i-ya [Melchert H.G. Cuneiform Luvian Lexicon. – Chapel Hill (North Carolina) : University of North Carolina Press,  1993. – P.88] и, вероятно, связан с *im(ma)ra/i- «открытая страна», *im(ma)ralla/i- «из открытой страны» [Melchert H.G. Cuneiform Luvian Lexicon. – Chapel Hill (North Carolina) : University of North Carolina Press,  1993. – P.89].

То, что хурритский город и храм посвящен этому богу не удивительно, ведь город был заселен выходцами-пленниками из «стран Хати и Цупани».

Считается, что в составе выходцев из «страны Хати» были и протоармяне («мушки»), принадлежащих к палеобалканской группе индоевропейцев. Выступая как союзники урартов, протоармяне заселили собственно хурритскую провинцию Арми (аккад. Арманум; известно с 2200 гг. до н.э.; ср. лувийск. Arma «бог Луны»; armanna/i- «в форме полумесяца; буханка» [Melchert H.G. Cuneiform Luvian Lexicon. – Chapel Hill (North Carolina) : University of North Carolina Press, 1993. – P.28]), расположенною в верховьях реки Тигр, от которой и получили название «армяне» (перед тем, населяя «страну Хати», они самоопределялись как «хайк» [Дьяконов И.М. Малая Азия и Армения около 600 г. до н.э. и северные походы вавилонских царей // Вестник древней истории. – Москва: Наука, 1981. – № 2. – С. 34-63]). Видимо, со временем значение названия горы Арин на урартском забылось и армяне реэтимологизировали его фактом своего языка – «Кровавая» (ссылаясь на то, что на горе обильно цветут красные маки; ср.: в 30 км от Еревана находится Кармир-Блур, «Красный холм», на котором находилась урартская крепость Тайшебаини, построенная на месте доурартской крепости).



6.
В греческой мифологии Армен – родом из города Армения в Фессалии (близ озера Бебеида), спутник Ясона в походе аргонавтов. Вместе с ним проник вплоть до Каспийского моря, основал Армению. Спутники Армена заняли области Акилисену и Сиспиритиду, а его именем названа Армения. Армен также дал имя реке Аракс в честь реки в Фессалии (Юстин, «Эпитома Помпея Трога» XLII 2, 10; 3, 8; Страбон, «География» XI 4, 8; XI 14, 12).

В собственно армянской традиции Арам («Благородный») – это предок-эпоним армян, пришедших вместе с фракийскими фригами в Анатолию с Балкан. Он воюет в Каппадокийской Кесарии, где сталкивается с детьми титанов (титанидами), побеждает титанида Пайаписа Кахья (Папайос Химерогенес), которого изгоняет на остров Азийского моря (Средиземное море). Миф о борьбе Арама с титанидами, с Пайаписом, по мнению исследователя И. Марквардта, – вариант мифа о борьбе Зевса с титанами и Тифоном (жилище Тифона находится в стране аримов в районе вулканической горы Аргей, близ Мажака – Кесарии (Гомер, «Илиада», II 783). Этот миф протоармяне освоили в то время, когда жили в Каппадокии, связав его с именем своего предка Арима. В дальнейшем имя армянского первпредка Арим превратилось в Арам (под влиянием имени либо урартского царя Араме, либо упоминаемого в Библии Арама, предка жителей Сирии и Месопотамии – арамейцев), содержанием трансформированного мифа стала борьба предка армян с враждебными племенами.

Арамеи собственно до арабского завоевания с XIV в. до н.э населяли анатолийскую Киликию, Сирию и Ирак, вытеснив предыдущее население. Вероятно, к последним принадлежали и предки этруссков (тирсенов), якобы происходящие, как указывалось выше, из Лидии, соседней с захваченной арамеями Киликии (со столицей в Тарсе, эпониме тирсенов/турша). Например, киликийцы очень хорошо помнили путь в Этрурию: в I в. до н.э. они заняли гавань Рима – Остию, сожгли находившиеся там корабли и преградили путь подвозу хлеба из Сицилии и Египта в Рим, а положить конец этому удалось только Помпею. Арамейский язык был разговорным и международным во всей Передней Азии, вытеснив аккадский язык. Форпостами арамейского мира против эллинизации были царства Петра и Пальмира.  Согласно Библии, предком арамеев является Арам – или третий сын Нахора, брата Авраама, «Милка родила Нахору ... Кемуила, отца Арамова»  (Быт. 22:20,21), или сын Сима, внук Ноя (Быт. 10:23). У Арама, сына Сима, был первенец Уц («песчаный») (Быт. 10:23). Иосиф Флавий сообщает, что Уца был арамеем и владел Трахонитской областью (на юго-западе Сирии) и построил город Дамаск (Иосиф Флавий. «Иудейские древности», кн. 1, гл. 6:4). Из земли Уц происходил праведник Иов (Иов. 1:1).

В «Библии» Арам (иврит «Рам» – «высокий») – предок царя Давида, жил, когда евреи находились в Египте.  Он сын Есрома («замкнутый, заключенный»), старшего сына Фареса (Переца «идти напролом») (Быт.46:12), сина Иуды (Иегуды) от своей невестки Тамар  (Фамарь). По традиции считается символом успеха в жизни (Руф. 4:12), родоначальником рода Перец и предком царей Давида и Соломона (Руф. 4:18-22). Фарес имел брата-близнеца Зераха (Зара «сияние»).

Аримами (';;;;;;) назывался народ, соседний с троянцами по Анатолии (Гомер, «Илиада». 2, 783), а их страна – Arima,  ';;;;; — место, в котором лежит под землей скованный Тифон. Большей частью древние (Пиндар) полагали, что это место находится в горах Киликии. Римские поэты принимали гомеровское выражение ;;; ;;;;;;; за одно слово и разумели под ним остров Энарию (Aenaria, Энария, другое название   – Pithecusa) у берегов Кампании, вулканического происхождения, с теплыми источниками, вышеупомянутая нынешняя Искья (Ischia) у Неаполитанского залива. Вергилий («Энеида» 9, 716) называет его также Inarime и приводит сказание, будто под ним положен Тифон, хотя логовище его находится ;;; ;;;;;;; (Гомер, «Илиада», 2, 783). Интересно, что в составе скифов, как писали Аристей и Геродот, также указывается народ «арим-аспы» («одно-глазые»; более вероятно из иранского – «прекрасноконные»), враждующих с хранящими золото грифонами и другими своими соседями. Эсхил, сообщал, что аримаспы «живут у златоносного Плутонова потока» («Прикованный Прометей», 805-806). Позднеантичные писатели начинают отождествлять аримаспов и гипербореев.

Гора Арим в анатолийской Киликии  – место рождения врага богов Тифона («Дымящий»). Он родился из двух яиц, полученных от Кроноса и закопанных Герой [Схолии к Гомеру. Илиада II 785 // Лосев А. Ф. Мифология греков и римлян. – М., 1996. – С.837-838], был воспитан Пифоном и женат на деве-змее Ехидне (кстати, родившей скифов от Геракла). В «Илиаде» упоминается о борьбе Тифона с Зевсом и о пребывании его в подземных недрах, в стране аримов или под горой Аримой.
Тифон обладает невероятной силой рук и ног и имеет на затылке 100 драконовых голов [Пиндар, «Олимпийские песни» IV 7; Гигин, «Мифы» 152], с чёрными языками и огненными глазами; из пастей его раздаётся то обыкновенный голос богов, то рёв ужасного быка, то рыканье льва, то вой собаки, то резкий свист, отдающийся эхом в горах. В этом описании Тифона «… самым очевидным образом узнается вулканический поток, разделяющийся у подошвы вулкана на рукава, сметая и сжигая все на своем пути. Характерным является сюжет с отрастанием новой головы у чудовища, взамен отрубленной, который становится понятным, если вспомнить кадры из документальных фильмов, в которых показаны потоки лавы, извергающиеся из вершины вулкана и стекающие вниз по склону, останавливаясь у препятствий и ускоряя свой ход в других местах … Во время извержения вулканов испаряется огромное количество воды, вперемежку с пеплом и пылью покрыва.щей небо, порождая грозовые тучи и проливной дождь, который и тушил в конечном итоге потоки замедливающей свой ход на равнине лавы. Именно соответствующие наблюдения за этими природными явлениями легли в основу вышеописанного сюжета, повествующего о победе бога-громовержца над огнедышащим многоголовым чудовищем» [Гаджимурадов И.Ф. Роль вулкани зма в зарождении древнехурритских и кавказских мифов // http://zapys.blogspot.com/2014/06/blog-post_6874.html].

Тифон был вождем гигантов в анатолийской Фригии [Страбон, «География» XII 8, 19], возглавив их борьбу с Зевсом [Диодор Сицилийский, «Историческая библиотека» V 71, 2]. Его лишили силы Мойры, подговрив съесть некие неспелые плоды. Погребен Тифон на острове Сицилия под горой Этна, превратившейся в вулкан, а когда он шевелится, происходят землетрясения и дуют знойные ветры [Эсхил, «Прикованный Прометей» 351-372; Псевдо-Аполлодор, «Мифологическая библиотека» I 6, 3 далее; Страбон,  «География» V 4, 9; Вергилий, «Энеида» IX 716]. Но также Тифона локализируют на Ближнем Востоке, на горе Касий в Сирии.
Стражем над Тифоном сделан Гефест, который установил на голове Тифона наковальню [Антонин Либерал, «Метаморфозы» 28, 4]. Это делает его близким к кавказскому герою Амирани, который прикован к скале, а преданная Амирани собака лижет цепь, стараясь истончить её. Однако ежегодно в четверг страстной недели (в тушетском варианте – в ночь под Рождество) приставленные богом кузнецы обновляют цепь. В знак этого все кузнецы также исполняют ритуальные удары по наковальне.

Сам Амирани – рожден богиней охоты Дали с золотыми косами от смертного охотника (как правило по имени Дарджелани, Дареджан, но на Востоке Грузии он носит имя  Сулкалмахи – «душа-форель»), мужа хромой колдуньи [Амирани (текст записан в Сванетии и опубликован Вольным Сваном (Нижарадзе) в газ. "Иверия", 1887, № 212; "Сванские сказки", 1893, Кутаиси, стр. 59-72)  // http://mifolog.ru/books/item/f00/s00/z0000026/st002.shtml; Сказание о Бадри, Усипм и Амирани (Текст записан Т. Разикашвилй, сказитель не отмечен. Был опубликован несколько раз: "Иверия", 1889, №№ 240, 241, 244 и др) // напрашивается  сравнение с хеттской богиней Инарой и смертным человеком Гупасием. Видимо, греки уже «не допустили» этой любовной связи, убив в мифе охотника Ориона, любимца Артемиды.

Преждевременно рождённый солнечнояркий Амирани дозревал в желудке быка (тёлки). На его теле были божественные знаки – изображение луны и солнца на плечах, а некоторые части тела были золотыми. Амирани – великан, глаза у него с сито – он похож на чёрную тучу, готовую разразиться ливнем. Он обладает неутомимостью волка, силой двенадцати пар быков и буйволов, стремительностью летящего вниз с горы бревна – он настолько могуч, что земля с трудом выдерживает его (хотя он уступает силой и ростом Амбр). В древнейшей версии сказания Амирани получил в младенчестве силу от омовения в воде волшебного родника, принадлежавшего Иамани, отцу его названных братьев Бадри и Усипи. Вместе с побратимами Амирани борется с дэвами и вешапи, в том числе и с дэвом, похитившим правый глаз Иамани. Будучи проглоченный черным драконом, разорвал извнутри его тело. Амирани похитил небесную деву Камари («Светильник») или Кэту Натбиани (Кэту «Дикое Солнце»), дочь Кеклуца-кесаря, вероятно, олицетворяющую небесный огонь (в сванском варианте Амирани идёт добывать огонь для людей из жилища злой ведьмы или людоеда), одолев в битве её отца – повелителя погоды и грозовых туч, властелина каджей. Из-за горя, что погибли его братья, Амирани кончает жизнь самоубийством, но полюбившая героя дева Камар с помощью волшебной травы, которой натирает тело героя, возвращает его (или даже его братьев) к жизни. За дерзости бог проклял Амирани, приковав его в пещере горы Гергети у подножья горы Казбек к столбу-посоху, корни которого проросли и опоясали весь мир, а концы дотянулись до неба. Раз в год (или в семь лет) Гергетская гора раскрывает перед Амирани врата мрака, раз в год открывается герою выход на свет, но он избегает сияния дня [Амирани (текст записан в Сванетии и опубликован Вольным Сваном (Нижарадзе) в газ. "Иверия", 1887, № 212; "Сванские сказки", 1893, Кутаиси, стр. 59-72)  // http://mifolog.ru/books/item/f00/s00/z0000026/st002.shtml; Сказание о Бадри, Усипм и Амирани (Текст записан Т. Разикашвилй, сказитель не отмечен. Был опубликован несколько раз: "Иверия", 1889, №№ 240, 241, 244 и др) // http://mifolog.ru/books/item/f00/s00/z0000026/st003.shtml].

Имя Амирани не имеет этимологии в картвельском, что весьма странно для героя древнегрузинского народного эпоса. Возможно, что произошла  метатеза Амир- с Арим- в сторону народноэтимологического сближения с арабским «амир» –  «принц, князь, начальник».

Собственно картвельская традиция знает Армази как главу пантеона богов Картлийского (Иберийского) царства (Всточная Грузия). Его идол был одет в золотой шлем и золотые доспехи, а в руке – острый меч. Идол был установлен в религиозном и политическом центре Иберии, названном по имени Армази – городе Армазцихе (на территории современной Мцхеты), стоящем  у Даряльского ущелья на главной дороге  на Большом Кавказе, по которой скифы вторгались на древний Ближний Восток. Армази – синкретическое божество, он сочетал функции верховного бога (повелитель неба, грома, дождя и растительного мира) и бога-воителя. В начале IV века святая Нино так описывает культ Армази с его двумя богами-побратимами: «... И я спросила одну женщину еврейку: «Что это?» И она ответила мне: «Это Бог богов Армази. Так считает царь, но это всего лишь идол». А я отправилась увидеть Армази. И горы те наполнились знаменами и народом, будто цветами. А я успела пройти в Армазскую крепость и стала в уступе ограды крепости далеко от идола, и видела удивительное и ужасающее зрелище, которые невозможно выразить словами. С трепетом и страхом, приводящим в ужас, стояли у идола цари и весь народ. И видела я: вот, стоит идол, человек из меди. И надеты на нем золотые латы; и золотой шлем и наплечники, украшенные агатом и бериллом. И в руке держал острый меч, который сверкал и вращался в руке, как бы показывая, что если кто прикоснется к нему, тот себя обречет на смерть. И каждый произносил слова молитвы: «Горе мне, если я упустил что-нибудь в возвеличивании великого бога Армаза. Горе, если я позволил себе открывать душу евреям. Горе мне, если я согрешил, слушая магов, когда повстречал поклонников Солнца. И некоторые говорят по невежеству, что есть какой-то великий бог небесный! И как бы Армаз не нашел какого-нибудь порока во мне и не поразил бы меня мечом, которого страшится весь белый свет»! И направо от него [Армаза] стоял один идол из золота, и имя его Гапи, а налево стоял идол из серебра, и имя его Га, они были богами ваших отцов, пршедших из Ариан-Картли. Тогда я, обратившись к богу, плакала и стонала по поводу заблуждения этой северной страны, сокрытия света и господства тьмы» (Цит. за: [http://ru.wikipedia.org/wiki/Армази_(мифология)]). Теоним Армази известен с раннего средневековья, но бытовал значительно раньше, так как отражен в классическом имени Армастика или Гармозика у Страбона, Плиния, Птолемея и Диона Кассия.

Установление самого культа Армази приписывается первому царю Картлии (Иберии) Парнавазу и он противопоставлялся культам местных племенных божеств, т.е. в какой-то мере был «богоборческим». Видимо, для непринявших этот культ Армази был главой злых сил – Рокапи, главенствующим над злыми хвостатыми старухами-кудиани, которые приносят ему людские сердца. Наказан богом Рокапи так же, как и Амирани – прикован к железному шесту, вбитому глубоко в землю, каждый год пытается вырвать шест и освободиться из плена, но когда это ему почти удаётся, на шест садится птичка и Рокапи, пытаясь ударить по ней палкой, загоняет шест глубже в землю.

В некоторых источниках указывается на северокавказское происхождение Амирани, так как существует чеченский топоним 1амир-корта «Амира вершина», гора, пастбище, лес, сенокос, на юге села Пхьарчхошка. Якобы 1амир – нарт из древней вайнахской мифологии [Микротопонимия Чечни – История Чечни //
Абхазская мифология знает тождественного Амирани героя-богоборца Абрскила (абхаз. «абр» – «камень» + часнск. «скил» – «сын»), закованного в цепи в пещере. Великан Абрскил рожден девой. Существует вариант сказания, в котором мать Абрскила попадает во сне в «неземной сад», где ее посещает «кто-то весь в белом, окруженный сиянием радуги». Абрскил жувет на горе Ерцах, беспощадно истреблял рыжих людей с голубыми глазами, как из пленных, так и из своих соотечественников, уничтожал папоротники, тернии и дикую виноградную лозу. Соперником Абрскила был великан водных пучин Адау, который грозился прыгнуть в море и выплеснуть столько воды, что она затопит всех прибрежных жителей.  Абрскил ранил Адау в ногу. Из неё кровь потекла таким бурным потоком, что чуть не унесла Абрскила в море. Адау дернул раненой ногой и сшиб лодыжкой вековую дубовую рощу. Однажды Абрскил решил помериться силами с верховным богом Анцва. Богатырь наполнил кожаные мешки доверху огромными валунами, привязал этот груз к седлу, вскочил верхом на своего крылатого коня-араше и поднялся в небо. Взмахнув саблей, Абрскил рассек тучу, вызвав молнию, а затем сбросил на землю несколько валунов и произвел ужасный шум, подобный грому. Прикованный цепями к железному столбу, Абрскил пытается расшатать его, но в самый последний момент вдруг какая-то черная птичка садится на верхушку столба, и узник замечает, что столб перестал поддаваться его усилиям. Абрскил сгоняет птичку, пробует опять расшатать столб, но снова садится она на верхушку столба... В досаде герой ударяет молотом по тому месту, где уселась птичка, но только вбивает столб все глубже в землю. Согласно некоторым позднейшим вариантам, Абрскилу удается освободиться, но на воле не выдерживает дневного света и, ослепнув, удаляется в горы.

В адыгском нартском эпосе Амирани и Абрскилу соответствует Насрен-жече («Насрен-борода») – седобородый старик-патриарх, организатор мирной и военной жизни нартов, пользуется среди них и богов большим авторитетом. Насрен-жаче восстал против владычества бога Тха; пытался проникнуть на гору  Ошхамахо (Эльбрус), чтобы раскрыть тайны Тха, вступил в схватку с богом зла Пако, похитившим огонь у нартов. Разгневанный Тха (вариант: Пако) приковал его к вершине Ошхамахо цепями. Орел рвет клювом сердце богоборца. При попытке Насрен-жаче освободиться от оков «стук цепей гремит громом, искры от удара звена о звено блещут молнией, тяжелое дыхание старика бушует на земле ураганом, от стонов его ревут глубины земли, и слезы его льются бурным потоком вниз со снеговых вершин и разливаются шумящей рекой». Освободил Насрен-жаче и вернул огонь нарт Батраз.

В армянской версии Амирани-Абрскилу тождественен Артавазд (от авест. ашавазда, «бессмертный»), мифологический персонаж армянского эпоса «Випасанк», сын царя Арташеса. Артавзд, не найдя места для своего дворца в основанном его отцом городе Арташат, отнял у вишапов их владения к северу от реки Ерасх (Аракс). Восставших против него вишапов, включая их предводителя и отца Аргавана, он истребил. Когда умер Атрашес, Артавазд позавидовал посмертной славе отца, за что был им проклят. Однажды во время охоты он был пойман каджами, закован в цепи в одной из пещер Масиса. Две собаки непрерывно грызут его цепи, а Артавзд силится выйти из пещеры и положить конец миру. Но от звука ударов кузнечных молотов оковы снова укрепляются (поэтому, чтобы укрепить цепи Артавазда, по воскресеньям кузнецы трижды ударяют молотом по наковальне). Имеется архаический вариант мифа, в котором герой заточён злыми духами, но когда-нибудь он высвободится и овладеет миром.

Как правило, Амирани, Абрскила и Артавазда в первую очередь соотносят с прикованным титаном Прометеем [Мелетинский Е.М. Предки Прометея (культурный герой в мифе и эпосе) // Вестник истории мировой культуры. –1958. – № 3(9). – С. 114-132. – http://www.ruthenia.ru/folklore/meletinsky15.htm].

В 134 г. Флавию Ариану показали вершину, к которой, согласно традиционному преданию, был прикован Прометей: «Нам показывали одну вершину Кавказа – имя вершины Стробил, на которой, как передают мифы, Прометей был прикован Гефестом по приказанию Зевса». Филострат писал о Кавказской горе: «Об этой горе у варваров ходят те же предания, что и у эллинских поэтов, именно, что к ней был прикован Прометей за свое человеколюбие». Аполлоний Родосский, автор «Похода аргонавтов», говорит о существовании гор Амаранта (гор Амирани), откуда берет начало река Фазис (Риони).

Очевидно, что отождестление Амирани с титаном Прометеем, возникшее из-за его «богоборчества», наказания и похищения огненной небесной девы (в «Прикованном Прометее» Эсхила, V в. до н. э., океаниды поют титану о том, что его участь горько оплакивают обитатели Колхиды), закрыло для греков возможность узнать в нем аналога своего Атланта, вождя т.н. «второго восстания титанов»: «… Юнона … побудила титанов свергнуть Юпитера и вернуть царство Сатурну. Когда они попытались подняться на небо, Юпитер вместе с Минервой, Аполлоном и Дианой стремглав сбросил их в Тартар. Атланту же, который был их вождем, он бросил на плечи небесный свод и тот, как говорят, до сих пор поддерживает небо» (Гигин, «Мифы, 150) [Торшилов Д.О. Античная мифография: мифы и единство действия с приложением аргументов Аристофана Византийского и «О реках» Лжеплутарха. – СПб. : Алетейя, 1999. – С.208].
Вероятнее всего, в Амбри (Андрероби, Мераб; великана, погребеного заживо – его, ещё живого, везут к месту погребения двенадцать пар волов, а в пути его нога, свесившись с повозки, как плуг вспахивает землю) нужно видеть вождя восстания гигантов Тифона (также погребенного заживо, убегая от Зевса, он своим телом вспахивает землю и прокладывает русло реки Оронт). Вероятнее всего, Тифон из под горы Арам – образ предыдущего населения Центральной и Восточной Анатолии (Киликия, Каппадокия), с которым пришлось столкнутся переселенцам с Балкан – протоармянам, фригийцам и некоторым прагреческим племенам. Видимо, перенос места погребения и битвы с Зевсом в Италию символизирует исход части этого анатолийского населения на Запад, а отождествление сирийской горы Касий с местом Тифона – миграцией части анатолийцев на Ближний Восток.

Также в эпосе об Амирани есть еще одна связь с греческой гигантомахией. Амирани (Абрскил) скрывается от преследования богом в горах Кавказа, ему способствует волшебный помощник Араш (конь) и его схватили обманом с помощью шкуры (прыгнув на гору, Араш подскользнулся на мокрой шкуре и герой падает). Кронос (Сатурн), после поражения своих сторонников-гигантов, скрывается на горах Кавказа и там его сопровождает титан Прометей: «После гигантомахии Крон, скрываясь от угроз Зевса … отправился на Кавказ в Скифии…» (Лжеплутарх, «О реках» 19, 3)  [Торшилов Д.О. Античная мифография: мифы и единство действия с приложением аргументов Аристофана Византийского и «О реках» Лжеплутарха. – СПб. : Алетейя, 1999. – С.285-286, 366]; «… Около Фасиса лежит гора Кавказ. Раньше она называлась «Ложе Борея»… Кавказом же она была названа из-за следующих обстоятельств. После гигантомахии, страшась угроз Зевса, Крон бежал на склоны «Ложа Борея» и, превратившись в крокодила, (скрылся там. Прометей же) разрубил одного из местных пастухов, которого звали Кавказ, и, гадая по расположению его внутренностей, сказал, что враги недалеко. Зевс явился и, связав отца шерстяной веревкой, низверг в Тартар. Гору же в честь пастуха назвал Кавказом, привязал к ней Прометея и назначил ему терпеть муки от терзающего внутренности орла, потому что внутренностей касалось его преступление, как рассказывает Клеанф, написавший об этом в третьей песни «Теомахии»…» (Лжеплутарх, «О реках» 5, 3)  [Торшилов Д.О. Античная мифография: мифы и единство действия с приложением аргументов Аристофана Византийского и «О реках» Лжеплутарха. – СПб. : Алетейя, 1999. – C. 325-326].

Мотив превращения Крона в крокодила явно напрашивается паралелью на связь Амирани (он – сын «души форели», Сулкалмахи) с каменными изваяниями («чурингами») рыб («тевз-калмахи»), называемых в Грузии «вешапами». По преданию, некий Змей-вешап (Гвелвешапи), узнав о наказании Амирани, попытался сожрать Амирани, но за это был превращен богом в камень.
Позденее бегство Крона-Сатурна на запад, в Италию (Вергилий, «Энеида» VIII 319; Аврелий Виктор, «Происхождение римского народа» III 1; Полемон, фр.102 Преллер), так же можно соотнести с исходом в Италию части анатолийского населения, родственного этрускам.

Как царевна воскрешает Амирани с помощью натирания волшебными травами, так же «прометеевой травой», растущей на месте наказания Прометея, царевна Медея лечила своего отца (Лжеплутарх, «О реках» 5, 4; также см.: Аполлоний Родосский, III, 845) [Торшилов Д.О. Античная мифография: мифы и единство действия с приложением аргументов Аристофана Византийского и «О реках» Лжеплутарха. – СПб. : Алетейя, 1999. – С. 326].

Как и внук Атланта Гермес, Амирани уже только родившись демонстрирует недюжинные способности и связь с крупным рогатым скотом (Гермес его похищает у Аполлона, покровителя пастухов, а затем становится с ним «побратимом», а Амирани, навредив сначала родным сыновьям пастухов, затем принимается полноправным членом семьи – «искупан в молоке» и становится «побратимом» сыновьям пастуха).

Как Атлант достает для Геракла золотые яблока из сада Гесперид, охраняемого драконом Ладоном, имеющего сто голов и двести глаз и обвившего своим телом древо с яблоками, так и Амирани, будучи проглоченным  дэвом, стоящим на скале и обвившим своим телом столп, завладевшего правым глазом его названного отца Иамани, побеждает того изнутри, а также добывает из сада дэва, соседнего первому дэву, яблоки: Амирани метнул стрелу из своего лука, сбил все яблоки с одной стороны яблони и забросил их на другую сторону [Амирани (текст записан в Сванетии и опубликован Вольным Сваном (Нижарадзе) в газ. "Иверия", 1887, № 212; "Сванские сказки", 1893, Кутаиси, стр. 59-72)  // http://mifolog.ru/books/item/f00/s00/z0000026/st002.shtml]. По одной из версий не Атлант приносит яблоки Гераклу, а сам Геракл стреляет в Ладона через стену сада отравленными кровью Гидры стрелами.

Убить дэва возможно только мечом самого дэва, который настолько крепко сидит в масле, что никто никак не может вытащить его, но Амирани это удается [Амирани (текст записан в Сванетии и опубликован Вольным Сваном (Нижарадзе) в газ. "Иверия", 1887, № 212; "Сванские сказки", 1893, Кутаиси, стр. 59-72)  // http://mifolog.ru/books/item/f00/s00/z0000026/st002.shtml]. Это уже напрямую отсылает к западноевропейской традиции как о мече короля Артура, так и об убийстве Зигфридом дракона, а именно на Западе и размещает греческая мифология сад Гесперид и находящегося там Атланта.


Рецензии
Про ідола Гапі - це:

Обращение Грузии / Перевод с древнегрузинского Е. С. ТАКАЙШВИЛИ, редакционная обработка, исследование и комментарии М. С. ЧХАРТИШВИЛИ. - Тбилиси: Мецниереба. 1989. - С. 37-38

Костянтин Рахно   14.12.2015 17:34     Заявить о нарушении
На Гермеса-похитителя больше похож Сырдон, на мой взгляд

Костянтин Рахно   14.12.2015 17:30   Заявить о нарушении