Пушкин. Поэт и толпа. Анализ стихотворения

А.С.Пушкин. «ПОЭТ И ТОЛПА»

Procul este, profani
Поэт по лире вдохновенной
Рукой рассеянной бряцал.
Он пел – а хладный и надменный
Кругом народ непосвященный
Ему бессмысленно внимал.

И толковала чернь тупая:
«Зачем так звучно он поёт?
Напрасно ухо поражая,
К какой он цели нас ведёт?
О чём бренчит? Чему нас учит?
Зачем сердца волнует, мучит,
Как своенравный чародей?
Как ветер, песнь его свободна,
Зато, как ветер, и бесплодна –
Какая польза нам от ней?»

          Поэт

Молчи, бессмысленный народ,
Подёнщик, раб нужды, забот!
Несносен мне твой ропот дерзкий!
Ты червь земли, не сын небес;
Тебе бы пользы всё – на вес
 Кумир ты ценишь Бельведерский.
Ты пользы, пользы в нём не зришь.
Но мрамор сей ведь бог! – Так что же?
Печной горшок тебе дороже:
Ты пищу в нём себе варишь.

          Чернь

Нет, если ты небес избранник,
Свой дар, божественный посланник,
Во благо нам употребляй,
Сердца собратьев исправляй.
Мы малодушны, мы коварны,
Бесстыдны, злы, неблагодарны;
Мы сердцем хладные скопцы,
Клеветники, рабы, глупцы –
Гнездятся клубом в нас пороки!
Ты можешь, ближнего любя,
Давать нам смелые уроки,
А мы послушаем тебя.

         Поэт

Подите прочь – какое дело
Поэту мирному до вас!
В разврате каменейте смело,
Не оживит вас лиры глас!
Душе противны вы, как гробы,
Для вашей глупости и злобы
Имели вы до сей поры
Бичи, темницы, топоры –
Довольно с вас, рабов безумных!
Во градах ваших с улиц шумных
Сметают сор – полезный труд! –
Но, позабыв своё служенье,
Алтарь и жертвоприношенье,
Жрецы ль у вас метлу берут?
Не для житейского волненья,
Не для корысти, не для битв –
Мы рождены для вдохновенья,
Для звуков сладких и молитв!



      Это стихотворение заинтересовало меня темой и жанром. Мне захотелось понять, что Пушкин хотел им сказать, а главное – на чьей он стороне: Поэта или толпы. Разумеется, вначале я попыталась обратиться к высказываниям учёных, литературоведов и философов. К своему удивлению, я не нашла ни одного мнения, с которым я бы была согласна.
 
      Мне кажется, что в первую очередь стоит проанализировать творческие и биографические обстоятельства написания стихотворения, если мы хотим прояснить для себя его смысл. Стихотворение «Поэт и толпа» датируется 1828 г. Это был год интенсивных странствий между двумя столицами и деревней, поисков невесты; это был год судебных разбирательств по делу о стихотворении «Андре Шенье» и об авторстве «Гавриилиады». Это был год глубочайшего кризиса во внутренней жизни Пушкина, когда были написаны строки: «Дар напрасный, дар случайный, жизнь, зачем ты мне дана…», вызвавшие стихотворную полемику митрополита Филарета. В том же году у Пушкина появляется покаянное «Воспоминание»: «И горько жалуюсь, и горько слёзы лью, но строк печальных не смываю»…

      В.С. Непомнящий связывает пушкинский кризис конца 1820-х годов с ощущением его вины за внешнее благополучие по сравнению с друзьями-декабристами: «И я бы мог, как шут…» (подпись под рисунком виселицы в черновиках Пушкина). Ведь не скопление дурных примет не пустило его в Петербург в канун 14 декабря. Он знал, когда будет восстание. Но не поехал – не потому, что испугался. Скорее уж на перепутье жизненных дорог «шестикрылый серафим» ему указал его путь. То есть произошло грандиозное событие внутренней жизни: Пушкину было явлено его предназначение – предназначение поэта, божественное «воззвание», ради чего следовало пожертвовать всем остальным, и уж тем более – давно пережитыми революционными идеями.

      Тема поэта и его отличия от не-поэтов звучит в ряде стихотворений периода после ссылки и после «Пророка». Их принято условно объединять в так называемую стихотворную трилогию о поэте. В 1827 году создано стихотворение «Поэт». В нём Пушкин противопоставляет две ситуации: что происходит с поэтом, «пока не требует поэта к священной жертве Аполлон», и что – «лишь божественный глагол до слуха чуткого коснётся». К 1828 году относится рассматриваемое нами стихотворение «Поэт и толпа». В те же годы возникает повесть «Египетские ночи», а в 1830 создаётся сонет «Поэту», где провозглашена независимость творчества от мнения толпы: «Ты царь. Живи один; дорогою свободной иди, куда влечёт тебя свободный ум… Ты сам свой высший суд, всех строже оценить умеешь ты свой труд…» В Болдине осенью написана полемическая, задиристая поэма «Домик в Коломне» с той же идеей свободы творчества.
 
      Без сомнения, данная творческая цель связана была с тогдашней ситуацией в журналистике, которая больше напоминала полицию, требуя, чтобы сочинители восхваляли подвиги николаевской армии на Кавказе и в Польше.

      Позднейшую пушкинистику привлекало стихотворение «Поэт и толпа». О нём писали В.Г. Белинский, Д.И. Писарев, М.Н. Катков, В.С. Соловьёв, В.В. Вересаев, Ю.Н. Тынянов, говорили И.С. Аксаков, А.А. Блок. Но что примечательно – каждый автор нимало не интересовался смыслом стихотворения, а только находил в нём подтверждения своих мыслей или противоречия им. Ведь тема творчества и искусства волнует каждого художника.

      Так, Белинский и Писарев, противоположным образом оценивая текст, согласны в одном: что мнение поэта из стихотворения – это мнение Пушкина. И.С. Аксаков также считает последнее четверостишие поэтическим кредо самого автора. И для Каткова «в исповеди поэта выразилась невольно личность самого Пушкина». В.С. Соловьёв, в отличие от них, увидел в произведении определённый конфликт, борьбу «за безусловные права вдохновения». В.В. Вересаев, как известно, рассматривал личность Пушкина «в двух планах», так что данное стихотворение прекрасно иллюстрировало его концепцию. Он отказывает творцу, гению в праве интересоваться «житейскими волнениями», «заботиться о нуждах низкой жизни». А.А. Блок под поэтом и толпой подразумевает нечто своё, современное ему, животрепещущее, глубоко личное, выстраданное.

      Ю.Н. Тынянов, касаясь стихотворения,  акцентирует внимание на историко-литературном аспекте: «Конкретная направленность пьесы – против современной Пушкину официальной журнальной критики: таковы нападки на требования прямой дидактики, исходившие главным образом от Булгарина». То есть для него несомненно, что у данного сочинения есть абсолютно конкретная, злободневная, сиюминутная цель.

      Как нам кажется, не в этом дело, не для этого Пушкин писал своё драматизированное стихотворение. Многие вещи остались вне поля зрения интерпретаторов.

      Например, в чём смысл драматизированной формы стихотворения? Кто считает лиру «вдохновенной», а руку поэта – «рассеянной»? Что следует из такой оценки? Для кого народ «хладный», «надменный», «непосвященный», – одним словом, «чернь тупая»? Для персонажей или же для самого автора? Все эти слова в начале произведения даны от лица автора. Это, так сказать, «предлагаемые обстоятельства». Затем повествование сменяется непосредственным диалогом действующих лиц.

      Нам кажется неправильным приписывать самому Пушкину мнение какой-то одной стороны, хотя бы даже и Поэта. Драматизированная форма выбрана для того, чтобы показать объективную истину, чтобы поставить перед читателем вопросы, на которые он должен найти ответы сам.

      По мнению тупой черни, поэт поёт звучно, при этом напрасно ухо поражая. Чернь задаётся вопросами о «сверхзадаче», тематике бренчания и дидактической цели поэта. Она признаёт воздействие поэта на её сердца и сравнивает его с чародеем, причём своенравным, а не каким-нибудь там покорным, или купленным. Толпе не чужды сравнения: «Как ветер, песнь его свободна» – вроде, хорошо. «Зато, как ветер, и бесплодна» – а это уже не нравится толпе. У неё возникает вопрос о пользе вышеупомянутой песни. Поскольку с самого начала чернь считала, что поэт напрасно поражает ей ухо, последний вопрос, по-моему, риторический.

      Поэт в своём ответе не выглядит ни адресатом «божественного глагола», ни человеком высокой культуры, ни просто джентльменом. Это площадная торговка: что ни слово, то ругательство. Поэт обвиняет толпу, что она ценит всё на вес, даже мраморную статую греческого бога – покровителя искусств Аполлона. Печной горшок в его реплике становится символом «нужд низкой жизни», что возмутило революционера-демократа Писарева: мол, а сам-то поэт из чего кашу кушает?!

      На это бессмысленный народ, которому поэт отказывает в праве быть сыном небес, отвечает обоснованной дерзостью: мол, раз мы такие плохие, а ты такой умный, то сердца собратьев исправляй, давай нам смелые уроки – а мы послушаем тебя! Издевательская интонация так и слышится здесь!

      Поэт в последнем монологе зрительно поднимается на котурны. Он величественно посылает толпу по известному адресу, что, впрочем, перекликается с латинским эпиграфом, в переводе: «Прочь, непосвящённые!» – пошли вон, профаны! Он себя называет «мирным», прямо как царь Дадон, когда под старость захотел отдохнуть от ратных дел!

      Поэту нет дела до прагматичной толпы. Он посылает её «каменеть» в её разврате (не связан ли этот глагол идейно с целой галереей образов живого неживого у Пушкина – Каменный гость, Золотой петушок, Пиковая дама и т.д.?).
«Не оживит вас лиры глас!» – параллелью к этой строчке потом прозвучит от лица самого Пушкина, без всякого театрализованного эффекта: «Чувства добрые я лирой пробуждал», между прочим! Поэт из стихотворения оказался несостоятелен в своей нравственной деятельности, в чём и признаётся. «Душе противны вы, как гробы» – инстинктивный страх смерти переносится на мертвецов (духовных, то бишь, на … «мёртвые души»!) и на их «одежду» – гробы. А с душевными недостатками поэт предлагает бороться старыми, испытанными средствами, не имеющими отношения к поэзии, зато полезными: «бичи, темницы, топоры». Последние строки показывают самоидентификацию зарвавшегося поэта, не желающего сметать сор с улиц, со жрецами. Занавес.

      Кто тут прав? Мне кажется, что никто. Более того, вспомнив ещё одного пушкинского героя, я нашла у него общее с обеими спорящими сторонами. Персонаж маленькой трагедии Сальери, как Поэт стихотворения, считает искусство сферой для избранных и, как толпа, требует от него практической конкретной, осязаемой пользы. «Что пользы, если Моцарт будет жив и новой высоты ещё достигнет?» Сальери как бы включается в толпу из стихотворения,  требуя пользы от искусства и от творца. Понятно, что Пушкин не согласен с таким мнением. «Цель художества есть идеал», – писал он.
 
      Сальери причисляет себя к «чадам праха», в которых «песни райские» возмущают «бескрылые желанья». «Зачем бренчит? Чему нас учит? Зачем сердца волнует, мучит, как своенравный чародей?» – спрашивает толпа и при этом почему-то возмущается, что её называют «рабом нужды», «червем земли».
 
      Возражение поэта: «Но, позабыв своё служенье, алтарь и жертвоприношенье, жрецы ль у вас метлу берут?» – как ни странно, тоже напоминает размышления Сальери, который считает себя принадлежащим к «жрецам, служителям музыки», не допускает смешивания «священного дара», «бессмертного гения» с проявлениями повседневной живой жизни.

      Да, искусство не имеет практической, сиюминутной, материальной пользы. Но обособляться от жизни человек искусства не вправе. Иначе, вынеся жизнь за скобки, он принесёт её в жертву искусству, а «тогда б не мог и мир существовать», потому что этакий «жрец» уничтожил бы его ради прекрасной идеи.

      Такой вывод сделала я из данного стихотворения. К сожалению, реальная жизнь только подтверждает эти, на первый взгляд, «измышления».


Рецензии
Начал читать в надежде понять смыл фразы "Кумир ты ценишь Бельведерский" в надежде, что это не только рифма. К сожалению ничего не нашел в анализе.

Владимир Сысун   12.08.2017 00:49     Заявить о нарушении
Спасибо.
Фраза начинается чуть раньше:

Тебе бы пользы всё – на вес
Кумир ты ценишь Бельведерский.
Ты пользы, пользы в нём не зришь.
Но мрамор сей ведь бог! – Так что же?
Печной горшок тебе дороже:
Ты пищу в нём себе варишь.
"На вес кумир ты ценишь Бельведерский".
Кумир - значит статуя. Бельведерский - статуя Аполлона Бельведерского, древнегреческая, античная, мраморная, считается произведением искусства, шедевром.
Поэт в стихотворении обвиняет толпу, что та ценит эту статую "на вес", с материальной точки зрения, а Поэту хочется, чтобы народ видел в произведении искусства нематериальную ценность.

Наталья Ромодина   15.08.2017 21:57   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.