Два выстрела из травматики

Два  выстрела из «травматики».

1.Роман   Рачков  быстро  двигался   к  своему  рабочему  месту, ловко   огибая  ловушки  из  других  столов  в  большом  офисном  зале. Нет,  он  не  бежал  – летел;    превратившись, как  ему  казалось,   в  озорной  шарик, наполненным  до  распирания   газом  веселия, гордости  и  величия. Только  что  шеф  фирмы,  Кирилл Артёмович,   пригласил  его  на  свой  день  рождения!  Это  выглядело   шоком,  да  и  являлось  не  иначе  как  таковым. Как можно  заметить  скромного  менеджерика  по  проектам, сидящего у дальнего  окошка в огромном  помещении ещё с 15-ю такими же, и  вот  так, парой  слов, «приподнять»  наверх:  дескать, приходи   на  мою  вечеринку  с  женой.(!) 
Собственно  в  кабинет  к  начальству  Роман  шёл  скорее  с  настроением  нашкодившего  пёсика, готового  получить  порцию  хозяйской  выволочки.  Шкода  же  состояла  в  том, что  он  отсутствовал  на  работе  более  4-х  недель. Болел.   Шёл  камешек   из  почки;  не  большой, но  упорный. Кто,  не  дай  Бог  испытал  подобное, знает,  сквозь  какой  коридор  боли, отчаяния  и  понимания о глупо  потерянном  времени  пришлось  буквально  продраться  Роману, по миллиметровым  долечкам  вытряхивая  из  себя   злобную, вредную  живой  плоти, твёрдую  сущность. Это, конечно  же, уважительная  причина, но  под  угрозой  срыва  оказались  ряд  проектов, которые  пришлось  вытаскивать  другим.
Однако, к  удивлению Ромы, шеф  заговорил  о  другом, точнее  именно  о  самой  болезни. Он, как  оказалось, тоже  имел  несчастие  пару  раз  прочувствовать  этот  процесс, и понимание  им  Роминых  страданий, поэтому  выглядело  естественным.
 Кирилл  Артёмович  вначале  немного  послушал  Романа,  потом   поговорил  о  себе, сопоставляя  течение  болезни.  В   завершении   озвучил  теорию  собственного  замеса, суть  которой  сводилась   к  тому, что  все  массоны–Вольные  Каменщики – бывшие  почечники,  стойко  изгнавшие  из  себя  ненужные  конкременты.  В  те  времена – 19 век – когда  средства  медицины  были  ещё  скудны, победы  над  этим  недугом  действительно  обособляли таких  людей  в  особую  касту  страдальцев, проскользнувших  в  узкую  щель  между  Сциллой и Харибдой – здоровьем  и  нездоровьем (или  даже  между  жизнью  и  смертью).
Всё  это  говорилось  уверенным  тоном, без  сомнений, и, хотя  они у  Романа  возникали  по  поводу  исторической  корректности  такой  версии, он  всё  равно  согласно  подкивывал  головой.
Рома  сел  за  свой  столик, тупо  уставился  в  экран  компьютера. Мысли пёстрым  шальным  хороводом  закружились  в  голове: «С чего бы это вдруг такая честь? А почему  бы и нет? Должно  же когда-нибудь  и  мне  подфартить. В  принципе  нормальный  работник, аккуратный  и  исполнительный. Возраст?  Да, уже  за  сорок.  Зато опыт. Не этих  же  молодых  выскочек, окончивших  чёртекакие  институты, поднимать  сразу  наверх.  Пусть  заслужат  сперва  своё, пусть  вначале как он по крупицам  каждодневным  трудом  нарастят  свою  деловую репутацию.  А то прут…»
Человек, когда  на него неожиданно  сваливается  бед, резонно задаётся вопросом: «За  что?» И в  подавляющем  большинстве ответов, несмотря  даже  на  честный  анализ  предшествующих  объективных  событий,  склоняется    к  присутствию  несправедливости. Многие  даже  усиливают  это  понятие  прилагательным – вопиющая. С  другой  же  стороны – незапланированный  успех  очень  быстро  приписывается  к  разряду  должных  явлений. Может  быть  потому, что  большинство  людей  живёт  в  постоянном  ожидании  удачи?
Именно  это  и  пытался  Рома  для  себя  определить: удача   или  нечто  другое? Единственным  человеком, способным  прилить  свет  на  ситуацию, несомненно, секретарша  Ниночка.
Кто  такая  Ниночка? Классический  персоналий  офисного  сообщества, что-то  лёгкое, украшающее, вроде  крема, которым  кондитер  изящными  заворотами  завершает  своё  произведение. На  самом  деле  Нина  Привалова была  не  так проста. Она  прекрасно  понимала,  какой  арсенал  ума  и  красоты  ей  отпущен  Богом  и  что, вернее  сколько  с  этого  реально  можно  поиметь. Вы  скажите: такие  обычно  спят  с  директором, увеличивая  таким  образом  своё  денежное  довольствие? Может  и  так, но  точно  про  это, как  и  про  размер  ниночкиной  зарплаты  никто не знал, а  значит  все  разговоры  на  эту  тему - пустой  трёп.
Ниночка  немного  благоволила  Роману, позволяла  ему  на  минуту  заглядывать  в  свои  бесконечно  голубые  глазки  и  купаться  там  в  брызгах  весёлых  искорок.  Малюсенький  флиртик, из  тех, что  в  офисах  встречаются  повсеместно  и  хоть  как–то  раскрашивают  будни.
Не  откладывая  дело  в  долгий  ящик, Роман  принялся  действовать.  Он  дождался, когда  Ниночка  вышла  покурить (из  его  окна  прекрасный  обзор «курилки»),  и  тоже  выскочил  из  помещения, как бы  подышать. Бочком  приблизился  к  секретарше.  Начал  издалека : дескать,  какая  красивая  осень; бабье  лето  - последний  шанс  использовать  оставшийся  с  лета  романтический  жар  и  т.д. А день  то  был  скучнопасмурным.  Ниночка  посмотрела  на  него  в  стиле «Хм», но, не  хмыкнув; и,  если  не  покрутила  пальцем  у  виска, то,  стопроцентов,  мысленно  провернула  эту  комбинацию. Постучав  по  кончику  сигаретки  наманикюренным  пальчиком, выдала: «Ромик , не  мути. Я  всё  знаю  про  твоё  приглашение.  Распечатаю  тебе,  куда  и  во  сколько  приезжать. Одевайся  достойно, ты  и  так  мужик  смотрибельный, особо  не  «фуфырься». И  «скво»  у  тебя  достойно  выглядит».  Рома  потоптавшись  на  месте, как  пришпоренный  конь, спросил:
-  А  кто  ещё  будет? -
-  Кто  будет с   теми  и  будешь. Думаю - человек  10-12 . Из  наших: главбух  Матвей  Петрович (фактически  совладелец  фирмы). Ещё, этот  Тено, вечный  тамада. ( Тенгиз  Александрович  Кобалиев.  Директор  по  закупкам  и  грузин (или около того)  по  имени. Негласно  имел  ещё  и  прозвище Тено- Кобель, происхождению  которого  неизвестно  чему   был  в  большей  степени  обязан – созвучной  фамилии  или, так сказать, образу  жизни.). Кажется  Марина,  финансист. Но  не  точно.  Это  в  основном. Каждый  волен  привести  с  собой  пару, свою,  либо  со  стороны, по желанию. В  этом  плане  не  строго. Фрайстиль. Так-то.-
 Ниночка  загасили  сигарету, безжалостно  сломав  её  об  урну.  Отряхнула  пальчики, кивнула  Роме:
- Ну  что? Возвращаемся  в  офис? -
 А  у  того  на  языке  горел  вопрос:  с  кем  появится  сама  Нинель?   Задать  же  его  так  и  не  посмел, послушно  потопал  к  себе.
«Москва, другие  города  конечно  тоже, но  Москва  особенно – думал  Рома – огромный  механизм, где  шестерёнки - не  останавливающиеся  денежные  оборотики, обороты  и  оборотища, от  затёртых  рубликов, до  согретых   тысяч  и  беспечных  миллиардов. Разных  цветов: белые, черные, зелёные… Другим  круговертям, скажем, просто  человеческим  отношениям  места  элементарно  нет. Во  всяком  случае – в  первых  рядах.  Где-то  там, в  глубине. Уже  сразу  и не увидишь. Так  вот: все званные  на  торжество, в  разной  степени  связаны  с финансами. Все, кроме него, Романа. Не  понятно.  Отказываться?  Глупо. Что  ещё скажет  жена?»
Да, кстати, жена - Лариса. Возраст?  Ну,  помладше  Романа. Семейный  стаж – больше  20 лет. Это  уже  срок, достойный  уважения. Тем  более  для  них,  городских  жителей, постоянно  после  ВУЗов  вращающихся  по  работе  в  больших  коллективах, где  на  равномерном  ковре  будней   нет-нет,  да и  подстерегают  цветки  соблазна.  Какие, например?
 Конечно  же, коварнейшие  корпоративки, с  почти  неминуемым   ритуалом  провожания. Скольких  усилий  стоит остановить  собственный  организм, релаксированный  алкоголем, танцами-зажиманцами, на  границе  сухого  прощального  поцелуя.   А  улица, магазины, метро?  Редко, но  всякое  может  случиться. Охотников  и  охотниц  пруд  пруди. Роман-то  не  спортсмен, но  вполне  для  своих  44  лет  подтянутый  мужчинка, да  и в карих  глазах  его присутствуют  вовсе  вроде  не характерные  для  него сами  собой  возникающие  хитро-дьявольские  всполохи. Лариса  же – хорошо  сохранившаяся  тонкофактурная  леди, не  склонная  к применению  приёмчиков  сексуальной  агрессии;  однако   яркие  зеленоватые   глаза, аккуратная стрижка  не  пышных   волос  цвета  надраенной  меди, неповторимая  походка -  всё   невольно  попадало  в  прицел  взоров  сильного  пола.  Вместе, Рома  и  Лариса,  являли  собой  хорошо  сбалансированную  ячейку.  Да, как  тут не  упомянуть  о  главной  бомбе  для  таких  семейных  твердей -  овеянные  легендами  и  анекдотами, пресловутые  командировки.  Когда  ветер  минутной  свободы  напрочь  сносит  «бошку»  и,  сразу  невесть  откуда  взявшийся,  молодой  бесшабашный  бесёнок  пытается  утянуть  тебя  в  какую-нибудь  романтическую  авантюру.
Бог  миловал  до  сего  момента  их  союз; вовремя  нашёптывал  каждому,  когда  остановиться  во  время  бывало  возникавших  острых  словесных  пике, когда  не  лезть  с  слишком  доскональными  вопросами,  терпеливо  пережидать  периоды  некоторого  чувственного  охлаждения  во  имя  потом  накатывавших  волн  взаимосимпатии, нежности  и  гармонии. «Главное» – говаривал  Рома: «Мы  всё  равно  пожизненно  кровные  родственники. Сводные  через  ближайшую  родственницу – нашу  дочь. Причём  одинаково  горячо  любимую». Сейчас  Ирина, дочь, уже  взрослая, живёт  в  мирке  своих  интересов, куда  доступ  для  родителей  уже  ограничен. Но зато  в  их  памяти  навечно  запечатлены  моменты   общей  радости  и  умиления  в  процессе  выращивания  чада.
Рома  не  стал  звонить  жене  с  работы, дождался  вечера. Они спокойно  вместе  поужинали  на  кухне, Лариса  стала  мыть  посуду. Рома, удобно расположившись  на  угловом  диванчике, развернул  газету  и  как бы  в тон  обмена  дневными  новостишками  сообщил:  босс, вот,  в  субботу  желает  видеть  нас  на  своём  личном  празднике. И замолчал, имитируя   заинтересованность  статьёй. Лариса  молча  завершила  уборку  и  ушла  в  зал.  Рома  ждал, такой  сюрпризик  требует  временной  паузы  для  переваривания. Прошло  с  четверть  часа, и  Лариса  появившись  с косметической  маской  на  лице, спросила: « Кто-то  ещё  из  среднего  звена  приглашён? Только  мы?  И  какое  у  тебя  объяснение?»   Рома  пробубнил  о  «почечной» солидарности, но  должной  убедительности  в  его  ответе  не  ощущалось. Лариса  метнулась  в  ванную, смывать  маску. Вернулась, и…  началось:
- В чём  я  пойду?  Мы  не  знаем,  как  себя  вести  с  тузами? Я  лучше  дома  останусь.-
Потом  наступило  время  спокойного  обсуждения. Рома, помня  рекомендации  Ниночки (о  чём  он   распространяться  не  стал)  настоял  на  демократическом  «прикиде», типа  джинсы, кофточка – нам, мол, бедным  новобранцам  простоту  простят. Напыщенность же  чревата  безвкусицей   и  пересудами. Впрочем,  последнего  всё  равно  не  избежать.
Лариса  на  удивление  быстро  приняла  такой  вариант, может  быть  потому, что  недавно  прикупила   фирменные  джинсовые  брючата, которые    очень  здорово  на  ней  сидели. Ну  прямо  опять  студенточка .  Вот  туфельки  бы  новые  не  помешали  бы. Рома  смекнув, что  это  меньшее  из  возможных  зол, быстро  уступил.
Потом, уже  лёжа  в  постели, они  старались  меньше  говорить  о  том, что  произойдёт  через   два  дня. В  конце концов решили  пойти; и  будь  что  будет! Но  всё  равно,  каждый  думал  об  этом  вечере  и  преломлял  его  в  призме  своих  ожиданий.
 Со  стороны  Романа  всё  представлялось и желалось  просто: повышение. Только, что  конкретно, ему  предложат?  Для  Ларисы  же  мотивы  таинственности и романтичности несомненно  преобладали  и  заслоняли  страх  неуверенности  перед  незнакомой компанией. Да, она  считала, что  жизнь  удалась: надёжный  любящий  муж, не  огорчающая (пока)  любимая  дочь , спокойная  работа  в  крупной  телефонной  компании… Но  почему  ей  всё  чаще  приходится  объяснять  самой  себе, что  жизнь  удалась? Наверное,  во  всех женщинах  при  любых, даже  самых удачных жизненных раскладах, заложено, генетически восходящее к периоду  матриархата,    чувство собственной недооценённости, претензии на более интересную  судьбу. Это  замечательно, что  в  их  семье  мило  и  гладко: походы  в  кино, встречи  с  друзьями… .Но  со  временем  такой  ритм - череда  дежа-вю. И даже, вроде желанные поездки за рубеж, превращаются в  какое-то сумбурно-ошалелое восприятие (или невосприятие) заморских достопримечательностей. Герою  знаменитого  фильма  «День  сурка»  вырваться  из  вязкого  болота  серых  буден  помогла   новая  любовь. Нужна  ли  такая  любовь  Ларисе? В  её  положении – однозначно  нет. И  даже  судьбоносно смертельна. Что  же  тогда? Новое  общение. Возможность удивить новую  публику  и… себя?
2. Ниночка  всегда  демонстрировала  осведомлённость обо  всех  делах  фирмы, считая такое  всезнайство  неотъемлемым  пунктиком  её  должностной  инструкции.  Естественно, иногда  ей  приходилось  действовать  по  наитию, не  видя  всех  карт.  Тогда  случались  и  промашки.  Вот  и  сейчас.  Ниночка  думала, что  Кирилл, редко  показывавшийся  перед  «фирменными»  с  женой (уж  почему, она  действительно  не  знала), выберет  её  в  качестве  пары  сопровождения. Такое  бывало  не  раз. Но  шеф, вызвавший  её  для разговора  на  тему  дня  рождения, её  обескуражил.
- Знаешь  Нинуля, мне  надоели  эти  стандартные  попойки.  В свои  45 хочется чего-нибудь  оригинального, незапланированного. Решил  поэтому  нашпиговать  нашу  компашку  сюрпризами.  Вот   у  тебе  в  кавалерах  хотел  бы  видеть  Юрика, этого  креативщика  из  отдела  развития.  Он – «живчик», думаю,  и  другим  скучать  не  даст.      
- Роман - то  не весельчак, а  его  даже  с  женой  позвали.-
- Правильно. Шоу  хорошо  идёт,  когда  есть  неизбалованные  участники, которых  легко  удивить. Завсегдатаев-то   уже  ничем  не  проймёшь. А  если  и  случится  перебор, то  Роман  не  из  трепачей.-
Далее  Кирилл Артёмович  перешёл  к  технической  части. Большинство собираются  у  офиса, откуда  фирменный   микроавтобус  везёт   на  место. Шеф  назвал  Ниночке  это  место, но  попросил  не  распространяться, для  интриги.  Действо  происходить  будет  в  загородном   коттедже, км  в  15  от  Москвы.   Сбор  у  офиса  в  17-00.
Получив  инструкции, Ниночка  занялась  заполнением  пригласительных (всегда  припасены в её  шкафчике). Потом  стала  разносить их по  абонентам, стараясь  делать  это  незаметно  для  остальных  сотрудников. Она  не  могла  избавиться  от  неприятного  чувства  досады, которое  возникает  из-за  того, когда  что-то  идёт  не  совсем  так, как  тебе  хотелось  бы. Конечно  же  Юрик  не  дурён  собой, но  всё-таки  молодой ( есть  ли  ему  вообще 30?)  дурачок  не  в  её  вкусе. Другое  дело, если она  появилась  как бы  с  Кириллом, тот  к  окончанию  стола  обычно  находил  себе  новое  приключение, и  она  тоже  получила  бы  свободу.  Ух, ей  так  хотелось  взъерошить  этого  робота  Романа с  бесовскими  глазами, назло  его  правильной  фифочке-дамочке  жене. Её Нина  невзлюбила  ещё  раньше, Рома  несколько  раз  приезжал  до  этого  с  женой  на  работу. 
Теперь же с Юриком (Юрием  Гуськовым)  придётся  поневоле  пококетничать. Передавая  ему  пригласительный, Ниночка  прощебетал:
- Юрик, у  тебя  особое  ответственное  задание: ангажировать  меня. Ты  готов?-
- Жду  с  трепетом! –
Юрий  сделал  при  этом  пионерский  всегдаготовский  жест  рукой. Затем  легонько  прихватив  Ниночку  за  талию, проникновенно  добавил: 
- Думаю,  мы  станем  центровой  парой. -
Ниночка, совершив  изящное круговое  движение  телом,   оставила  без  комментариев  и  жест, и  фразу, и самого  Юрика, который    застыл  посреди  комнаты  с  зависшей  в  воздухе  оказавшейся  не  у  дел  рукой.
 - Я  в  бухгалтерию, к  Матвею  Петровичу.-
Однако  вначале, в коридоре Ниночка столкнулась с Тено, который  собственно  в  офисе  появлялся  редко  и  неожиданно.  Вот  и  сейчас,   неогибаемой  глыбой (125кг при  росте 175см)   как  айсберг ( в  светлом костюме)   вырулил  из-за  поворота.
 – Зачем  он  мне  нужен!- в  адрес  протянутого  пригласительного. – Без  меня  вообще  ничего  не  будет. «Сам»  у  себя? -   И  поплыл  дальше  к  аппартаментам   Кирилла  Артёмовича.
Когда  Нина, тихонько  постучав, вошла  в  кабинет  к  главбуху, тот, как  обычно  сидел  забаррикадированный  грудой  папок  и  бумаг, вперившись  глазами, похожими  в  очках  на  большие  лампочки, в  экран  монитора.  Сухим  кивком  головы    указал  на  свободное  место  на  столе:  мол, клади  сюда  бумажку  и  сваливай.
Матвей  Петрович  был  самым  старшим  по  возрасту  «офисником», в  январе  ему  стукнуло  54 года.  Неброский, ещё  не  морщинистый  мужчина  среднего  роста,  он  являл  собой  оплот  основательности, осторожности  и, насколько  это  возможно  в  бизнесе,  приверженности  закону.  Именно  он  уравновешивал  горячие, авантюрные  и  часто  рисковые  бизнесначинания  Кирилла  Артёмовича, который, несмотря  на  патологический  нарциссизм,  всё-таки  слушал  своего  партнёра.  На  удивленье и  зависть  другим  их  парадоксальный  психологический   симбиоз  позволял  фирме  процветать.  Матвей  Петрович  не  любил  пьянки-гулянки, устраиваемые  Главным, но  участвовал  в  них  ради  хозяйской  солидарности  и  никогда  не  осуждал  последнего  за  его  случающиеся  разгульные  фантазии, подчерпнутые  разве  что  из   жизни  свинского  подворья.  Застольное  амплуа    Матвея  Петровича  было  неизменным:  спокойно, не  торопясь, основательно  принять  на  грудь  горячительные  напитки ( предпочтение  отдавалось  заморским  джину  и  рому  «Баккарди»)  и  под  конец  (но  пораньше, чем  самый  конец)  с  достоинством  отчалить  восвояси  под  бдительным  эскортом  супруги - Эммы Петровны -  обычно  безмолвной  свидетельницы  и  соглядатайки  всего  процесса.
Последней  в  условном  обходном списке  оставалась  Марина  Андреевна – финансовый  директор. По судьбе – одинокая  волчица, гораздо матёрее Ниночки. Или  просто  более  удачливая. Она  когда-то  училась  вместе  с  Кириллом   в институте; что  само  по  себе  говорит  о  многом. Студенческая  вольница  не  отрицает  любые, самые  смелые   романтические   эквилибрисы, как  кому  что  взбредёт. Однако настоящая   действительность  покрыта  туманом, сквозь который  разглядеть  хоть  что-то  не  могла  даже  Нинуля.   В  итоге, у  Марины – высокооплачиваемая   облачённая  личным  доверием  начальства  должность. Официальное  же приглашение   ей  также  абсолютно  ни  к  чему, она  и  так  всегда  в  основном  составе, и  в  отличии  от  Матвея  Петровича – до  самого  что  ни  есть  конца. Секретарша  поэтому, положив  открытку  на  стол, сказала:
-  Просто, напоминаю  про  субботу.  -
- Спасибо. Склерозом  не  страдаю.-
  Надо  заметить, была ещё  одна локальная  интрига, связанная  с  Мариной  Андреевной. Этакое  «гадалово»: с  кем  она  явится  на  вечер? Будучи  женщиной  свободной (одна  воспитывала  сына 12 лет), любила  при  случае  удивить  на  корпоративных  празднествах-сборищах    не  только  новым  платьем, но  и  новым  сопровождающим  партнёром.
3.Вся  пятница, как  и  четверг,  прошли  для  Романа  под  знаком  плотной  загруженности  работой. Поступил  срочный  и  выгодный  заказ, который  он, как  бы  подспудно  пытаясь  оправдать  оказанное  ему   предпочтение, старался  исполнить  на  «пять». Звонки  же  Ларисы, совершавшей  шоп-вояж  по  обувным  бутикам, заполненные  информацией  о  фасоне, цвете, высоте  и  толщине  каблука  выбираемых  туфелек,   здорово  раздражали  Романа, и, хотя  он  как  мог  сдерживался, всё-таки  пропустил  толику  этого  раздражения  в  телефонную  трубку. Лариса  похоже  обиделась, значит  вечером, подумал  Рома, предстоит  оправдательно-извинительный  спич.
Пятница  скорее  всего  так же буднично  и  докатилась бы  до  своей  шестичасовой  точки, в  равномерно  увеличивающемся  жужжании  работающей  публики, с  каждой  минутой  всё  явственнее  предвкушавшей  сладостное  наступление  выходных. Но  один  эпизод, в  17.30 , чуть-чуть приятно  разворошил  сей  слаженный  улей. По офису, в сопровождении  Юрика (его  посетители), прошествовала  пара  служителей  культа ЭМО: молоденькие  парень  и  девушка.  Все  наблюдали  за  ними  вроде  украдкой – нельзя  же  откровенно  пялиться  на  людей -   в  то  же  время:  неотрывно, заворожено  и  со  страхом. Брррр! Эти  сверхчёрные  волосы, эти  огромные  железные  кольца, вмонтированные  в  мочки  ушей…  Впрочем, перечисленное - уже  известные  атрибуты. Главная же «фишка», вызывающая  настоящую  оторопь – глаза: просто  белые  белки. Ужас! А  всё  Юрик.  Его  креатив.  Договорился (нашёл  же!) с  какими-то  там  фирмами  о  нанесение  спец.  покрытий на  контактные  линзы, в  данном  случае – белого  цвета; а в перспективе можно  задействовать любой  колер, кому  как  понравится. Новое  направление  в  моде. А  что? Не  с  брутального  ли  идиотизма  берут  свой  исток  многие, потом  уже  привычные  бренды. Молодые  «эмошники», забредшие  к  нам  -  ходячая  реклама  Юрикиной  идеи. Пропагандировал же   в  основном  через  интернет,  называл: «Акция: «Новые  глаза». Шеф  поощрял: « Пусть  балуется.  Глядишь, может  по  ходу   потом  что   и  посерьёзнее  напридумывает».  Короче, повеселились  все.
Роме   тоже это  эпизодик  пришёлся    на  руку. Разговор, начатый   дома  на  кухне    с  Ларисой  фразой: «Ой, а  у  нас  сегодня  такое  было  представление… (ну и т.д.)»  быстро  и  непринуждённо  восстановил  необходимую  спокойную  тональность  в  семейных  отношениях. Лариса  в  ответ  похвасталась  своей  покупкой, продемонстрировав( конечно  же  по  настоянию  мужа) всё  выходную  композицию  в  комплексе.   Логический  апогей  вечера: постель  и  любовь, в  которой  собственно  физическая  близость – стандартное  приложение, или, лучше: как  пожелание  спокойной  ночи.
4. Иногда  природа  может  потрафить  человеку. Может, конечно,  и  обломать  очень  сильно - она ж  Царица-, но  и  угодить – это ж приятнее. Особенно  осенью, когда  солнце  и  слабый  тепловатый  ветерок, словно  исходящий  от  колебания  золотых  листочков  на  деревьях (а  не  наоборот) – являются   как  милость  небес. Точнее, подарок; ведь сегодня -  суббота, выходной, а вечером - веселуха…
  Романа  проснулся  поздно, позволил  себе поддаться  утренней  сладкой  тягучей  дрёме. Потом  некоторое  время  шла  игривая  борьба  век  и  ресниц  с  наглыми  режущими  солнечными  лучами, получивших  вольный  доступ  в  спальню, радуясь  распахнутым  Ларисой  занавескам. Наконец  глаза  открылись, Рома  не  стал  отворачиваться, а  смело, хоть  и  сильно  щурясь, стал  смотреть  на  далёкий-далёкий, но  тёплый  и  добрый  желтый  шарик. Ему  казалось, что  таким  образом  он  подключился  своими  душевными  портами  к  чему-то  настоящему,  огромному,  вечному  и  качает  в  себя  оттуда  и  теплоту, и  доброту.  Нахлынула  волна  философской  прострации.  Он  почему-то  подумал  об  истине. О существующей  где-то  далеко  и  реально, как  Солнце, Абсолютной  Истине. Очень  удачно,   красиво  и  просто. Рома  довольно  заворочался в  постели. «Солнце – абсолютная  истина  для  нас. Хотя… . Там  дальше, в  космосе, есть  другие  Солнца, больше  и  жарче… . Значит, насчёт  абсолютности   не  совсем  складно». Задумался. Ясность стала  уплывать  вильнув  хвостом, как рыбка, сорвавшаяся  с  крючка. Кстати, или  некстати,  вошла  Лариса: « Ты, наконец,  проснулся?  Идём   завтракать, я   яичницу  приготовила». Слово  «яичница»  магическим  образом  подействовало  на  Романа,  окончательно  расколдовало  его.  Ещё  продолжая  лежать, он  представил  до  сглатывания  слюны    аппетитный  шкварчащий  (солнечный!)   кружочек-желток  на  сковородке  и  сразу  всё  понял - так  вот  же,  истина. Это  что-то  знакомое, приятное и рядом с тобой, что-то выработанное сугубо  твоим  укладом  существования  и, поэтому,   до  конца  понятное  только  тебе. Далее  развитие   этой   темы  пресеклось  резким  и  решительным  спрыгиванием  с  кровати.
Позавтракав, Рома  занялся  делами  по  хозяйству (имеется  в  виду  квартира). Вынес  мусор, сходил  в  магазин  за  мелкими  покупками… .  Словом  делал так, чтобы  своим  присутствием  не  нарушать таинство  подготовки  к  вечеру  Ларисы. И только, когда по  прихожей  дивной  феей запорхал аромат духов  «Шанель», Роман  понял – процедура  завершена. Это  давнишняя  примета.  Лариса, просто  фанатка  какая-то  данного  французского  парфюмерного  бренда; название, услышанное в фильме, с  детства  запало  в  душу, как  символ  гламура (хотя  слова такого  тогда  и  не  слыхивали) и  применялось по  торжественным  случаям. Бывает  такое: мечты  молодости  определяют  жизненный  стиль. Роману же  хватило буквально  получаса  на  мытьё-бритьё  и  облачение  в  приготовленные  одежды.
5. К  пяти  вечера  стоянка  у  офиса  запестрела  разноцветными  авто. К  серому  микроавтобусу «Форд»  добавились  ещё  четыре  иномарки. Когда  Роман  и  Лариса  на  синем  «Опеле»-такси  подъехали  с  15-ти  минутным  запасом, оказалось, что  все , кто  должен  ехать  отсюда, уже на  месте. Причём  Матвей Петрович с  Эммой  Петровной  заранее расположились  внутри   офисного  «Форда», заняв  передние  места.  Остальные  же  устроили  массовый  перекур, обступив  ярко  красную   спортивную  машину. («Ломбарджини»?).  Видимо  флуктуация  произошла  вот  только-только, поскольку  подошедшая  чета  Рачковых, стала  участницей  взаимопредставления. Центром  внимания  стал  загадочный  незнакомец,:  высокий  чернявый  «а  ля  латинос» мужчина  средних  лет. Он  и  был  владельцем  очаровавшего  всех  красного  чуда. Назвался  Эдуардом, по  профессии - сценарист  и  режиссёр. Все  оценили  и  его  «прикид»:  очень  стильную  лёгкую кожаную  курточку, брюки  с  вделанными  в  районе  карманов  металлическими  вставками, похожими  на  никелированные  воздухозаборники  его  авто.  Всё  вместе, да  ещё  пиратское  кольцо  в  ухе  убедительно  вроде  доказывали  небезуспешное  творческое  амплуа  Эдуарда. Или  убедительный   мошенник?  Марина  Александровна (Эдуард, естественно, её  креатура)   вбросила   такую   краткую  характеристику: «Свободный  художник».
В  автобусе, когда  все  расселись, и, наконец,  поехали, стало  окончательно  ясно, что  Марина  и  её  спутник  уже  навеселе.  Правда, похоже, то  была  начальная  стадия  погружения  во  владения  Бахуса,  характерная   повышенной  болтливостью. Только раззадорь. Огня поддал  Юрик, небезосновательно  учуяв в  Эдуарде  второго, если не  основного, центрового. Разговор  заскользил  по  теме  настоящего  таланта, превратившись  в  КВН; в  основном соперничали  версии  о  генетической либо  приобретённой  талантливости.  Эдуард  являлся  апологетом  первого  варианта:
- Все  предопределено  изначально, и  талант  тоже. Как его  прознать? Элементарно. Есть три  признака:  индивид  либо пьёт-«ширяется», либо  «гомикует», либо… еврей.  Примитивная  индикация, но  вне  её – дар  не  настоящий. Так, может  и  добытая  упорным  трудом,  но  подделка.-
  Марина  сразу  «повелась», принявшись в  этом  контексте с  сарказмом определять  источник  талантливости  и  Эдика, и  Юрика, при  этом  национальный  признак  её  меньше  всего  интересовал, в  противовес  Эмме  Петровне, согласной  лишь с  последним  пунктом. Ниночка  тоже  попыталась «примазаться  к  теме», и  свой  вектор  атаки  обозначила  вопросом: «Рома, а  вы  себя  гением  не  считаете? В  душе? Колись». Роману  тоже  хотелось «наиграть»  настроение, но  не  в  этой  игре  со  скользкими  правилами, да  и  присутствие  жены  сковывало. На  помощь  неожиданно  пришёл  Матвей  Петрович, вдруг продекламировавший  такой  стих  в  шекспировском  стиле:
 -Лукавит  тот, кто  о  любви   кричит
На  всех  углах  и  к  месту  и  не  к  месту.
Заметь  другого, кто  молчит,
Но  взгляд  его
                Красноречивей  нежной  песни.
Может  и  невпопад, но  прозвучавшие  строки  сбили   разгулявшуюся  волну  нездоровых  фантазий. Оставшуюся  часть  пути  проехали  молча.
«Микрик»  свернул  с  трассы  и  подкатил  к  шлагбауму, перекрывающему  въезд  в  коттеджный  посёлок.  Насупившийся  охранник, демонстририровал  то ли  строгость, то ли  недовольство  по  поводу  выдёргивания  его  из  сонной  сторожки (что  вернее) . Николай, водитель, тихо  нашептал  стражу  пару  слов, типа «сезам», и  тот, обведя  всех  затуманенным  взглядом, пошёл  поднимать  бело-красную  загородку.
 6. Дом, у  которого, наконец,  остановились, был  похож  на  замок. Пожалуй, всё-таки  «англицкий».  По  краям  скошенной черепичной  крыши  высились  круглые  башенки  с  флюгерами  на  шпилях. Распахнувшись, массивные  дубовые  ворота  с  кованными  железными  прибамбасами  открыли  взору  небольшой, но  уютный  дворик. Ещё не  полностью  пожухший  травяной  покров  был  беспорядочно, но  живописно  усыпан  осенними  листочками  от  нескольких  как  игрушечных  берёзок. Широкая  брусчатая  дорога  вела  прямо  к  центральному  входу. Справа – стоянка  для 4-х - 5-ти  машин. По  факту  уже  стояло  две: «Лексус»  Кирилла  Артёмовича  и  «Мерседес»  Тено.
Николай, выгрузив  всю  честную  компанию, пристроил  «Форд»  сбоку.  Наступила  некая  непонятная  сцена-пауза.  Гости - кучкой  посреди  двора, озираются; из  местных - неразговорчивый   таджик-смотритель  Умед (так  его  называл  шофёр  Николай), открывавший  ворота. Солнце - в  закате; красные  лучи  его  выстреливают  из-за  дома,  создавая бесовское   световое  оформление, достойное  фильма-ужаса, и  тишина, не  зловещая, но  близко  к  тому. Правда  полноту  картины  нарушает  чуть  пробивающийся  запашок  дымка  и  шашлычка, подпитывающий  веру  в  приятный  сюрприз.   
- Нас, вообще-то, ждут  ли  тут? - засомневался  всё-таки  Эдуард.
Фраза  прозвучала  условным  сигналом  или  просто  так  совпало. Сразу  вспыхнуло  освещение :   по  краям  дорожки,  по  фасаду  дома  и  внутри. Распахнувшаяся  входная  дверь  выплеснула  этот  внутренний  свет  наружу;  он,  словно  лучи  утреннего  Солнца  весело  побежал  по  брусчатке  до  самих  ворот. Заиграла  музыка («Дорога  в  ад» Криса  Ри). На  пороге  возник   (именно  возник) Кирилл  Артёмович. Ослеплённые  светом , приглашённые  действительно  не  поняли,  откуда  он  появился. Справа  и  слева  от  него -  две,  одетые  не  совсем  по-осеннему,   девицы  с  подносами, на  которых  стояли  стопочки  с  водкой и  какие-то  закусочные  тостики.    
- Привет  вам  люди  на  верблюде(?)! -
 приветствовал  всех  шеф. Верблюд, конечно  же, приплетён  для  рифмы.
- Вот  здесь – указал  на  поднос -  проходные  билеты. Только  опустошённые  и  перевёрнутые  стопочки  принимаются   как  главные  поздравления  в  мой  адрес, что бы  потом  не  напрягались,  и  дают  право  на  проход  вовнутрь. -
Первым  смело  внял  призыву  Матвей  Петрович, как и  положено собственно  по  ранжиру. Бодро  взойдя  по  ступенькам, он  удвоил  обозначенную  норму, освободив  от  этой  процедуры  свою  супругу.  Потом  Марина с  Эдуардом, Ниночка  с  Юриком, ну и  Роман  с  женой. Лариса отказалась  от  предложенной  помощи  мужа.  «Тебя  лошадиная  доза  сразу  уложит, а  мне  как  раз  необходимо  принять  для  смелости. Чувствую, тут  без  водки  не  обойтись. Как наркоз  перед  операцией». 
Рачковы  исполнили  свою  миссию  по-гусарски, лихо,  не  морщась. Кириллу  понравилось. «Супер!»- оценил  он  и  сделал  широкий  жест-реверанс  в  сторону  двери.
7.Утроба  замка  оказалась  сверхпросторной. Прямо  из  входного  вестибюля  с  зеркалами и  гардеробами  расчехлившаяся  публика   сквозь широкий  арочный  проход   попадала  в  каминный  зал. Своими  габаритами  это  помещение  вполне  способно  было  принять  рыцарский  турнир, да  и  отделано  в  духе  того  времени.  В  высоту  оно  простиралось  аж  до  самой  крыши.  Собственно  же  камин, дикое  нагромождение    камней-валунов  с  пещерой-топкой  внизу,   притёрся  к  дальней  стенке.  Справа  от  арки  начиналась    полукруглая  стеночка  из  старинного  кирпича, поддерживающая  улиткоподобную  лестницу, уходящую  на  второй  этаж. Там,  скорее  всего,  находились  спальные  комнаты, двери  которых  были  видны  снизу  сквозь  деревянные  балясины  коридора-балкона,  немного  нависающего  справа  над   каминным  залом. Вдоль  левой  стены  тянулся  длинный  узкий  аквариум, высотой  примерно  2  метра. И, наконец,  такой  завершающий  штрих:  над  аквариумом,  по  обе  стороны  камина, под  перилами  балкона  второго  этажа  натыканы  головы- чучела  всякого  зверья. Кого  тут  только  не  было:  кабан, медведь, лось, волк, лиса, буйвол   и  даже  тигр. Смотри  и  содрогайся! Сверху  же, как бы  парили, привязанные  к  балкам  орлы.
В  центре  зала, ближе  к  камину  стоял  полукруглый  стол, как  широко   надкусанный  бублик. (надкусом  к  камину). Не  сказать, чтобы  он  был  уставлен  явствами;  в  основном  закуски  и  выпивка  на  разный  вкус.  Фуршет?   Но  рядом, по  внешнему  радиусу, стояли   лёгкие  полу-кресла.
Кирилл  Артёмович  не  торопил. Мол,  привыкайте. Он  так  и  сказал, немного  коряво:
- Пообвыкнитесь  пока  тут  немного, позакусывайте.-
 и  вышел  куда- то  через  маленькую  дверь-арку  слева  от  лестницы.  Гости  смело  начали  обживать  окружающее  пространство. Матвей Петрович  направился  к  камину, перенеся  стул  на  внутреннее  закругление.  Он  уже  видимо    узрел  то, чем  будет  питаться  в  этот  вечер:  ажурная  красивая  бутылка (джин?)  была  выбрана  на  заклание  и   пододвинута  поближе.  Эмма  Петровна  села  напротив. Народный  контроль?  Не  сказать, что  Матвей  Петрович  всегда  был  таким застольным «аутистом». Наоборот. Многие  помнили  его  весельчаком   и  балагуром. Потом…Видно  человек  что-то  решил  для  себя  или  просто  надоело. Или же, как  он  сам  иногда  поговаривал:   «Я  пресыт  по  горло  разговорами».  Так  обычно  пресекались  им  излишне  горячие  монологи  подчиненных. 
В   довольно  большой  арочной   нише    под  лестницей  стояла  чугунная  статуя  рыцаря. Такой,  чёрный, угрюмый, лицо  прикрыто  забралом.  У  его  ног, где  ещё  было  много  места, гости,  опять  же  по  примеру  Матвея  Петровича, стали  оставлять  те  маленькие, или  большие  свёртки-упаковки, которые  являли  собой  положенный  по  такому  случаю  подарок. Кто  что  дарил -  об  этом  даже  не  шутили. Наверное,  по  этикету  так  принято. Будет  ли  хозяин, как  малыш  на  детских  именинах,  потом  при  всех  разворачивать  дарённое – не  известно.  Лариса  и  Роман  переживали  по  этому  поводу: оценят  ли   их  подношение?  Выбор   после  недолгого  совета, по  их  же  мнению, был  достойным: старинная  фарфоровая  китайская  статуэтка  какого-то   царька (по ихнему – мандарина). Ясно, что  тут  современным  дискредитирующем  себя  ширпотребом  из  Китая  близко  и  не  пахло. Вещь  начала  прошлого  века, доставшаяся  Роману  по  наследству – настоящий   антиквариат.  Чем   ещё  удивить  этих  богатых?!  Конечно, хотелось  торжественно  вручить;  ну  а  так,  приходиться  уповать  на  вложенный  поздравительный  адрес.
Рома  и  Лариса, налив  по  бокалу  вина, взяв  какие-то  бутербротики,   прижались к  аквариуму; такой  акватыл  немного  успокаивал  и  позволял  хорошенько  со  стороны  рекогнесцировать  обстановку.  Остальные  же,  и  девицы, представившиеся  по  инициативе  Эдуарда  Настей  и  Олей,  атаковали  стол  со  стороны  Эммы  Петровны.  Боевые  кличи  Эдика, (он-то  вне  офисной  иерархии  и  мог  себе  позволить  поведение  посвободнее) типа:  «О! Да  тут  чёрная  икра! Фуа-гра!»  и т. д. – символизировали  начало  акции по  ублажению  желудка.
Минут  15-20 продолжалась  безнадзорная  вакханалия, сопровождаемая  музыкальными  клипами  с  экрана  большой  плазмы.  Публика  постепенно, как  супчик  на  медленном  огне стала  закипать,  побулькивая  громкими  выкриками  и  смехом. Наконец  из  малой  арки   вышли   и  Кирилл  Артёмович  и  Тено.
Шеф  извинился за  временное  отсутствие. «Хотя, - продолжил  он – вы молодцы, зря  время  не  теряли. Настроились  на  нужную  волну, а  то  были  как  не  родные.  Мы  тоже  не  бездельничали. Тено  никому  не  доверяет  приготовление  шашлыков. Я  ему  помогал. ( На  самом  деле  они  обсуждали  финансовую  операцию  по  покупке  контрабандного  товара. Соотношение  риска  и  выгоды.) Теперь, прошу  всех  отведать  наш  продукт. Внизу  есть  большая  столовая и  там  накрыт  стол. Специальный  шашлычный  стол. За  мной!»
 8.Настоящий  шашлык, кто  понимает, - это, бесспорно, баранина. В  умелых  поварских  руках, а  Тено,  надо  отдать  ему  должное, оказался  кудесником, она  приобрела  все  атрибуты  божественной  еды. Неизвестно,  как  другие, но  Рома  и  Лариса  такого  нежного, ароматного, сочного  шашлыка  доселе  не  вкушали  и  даже, увлёкшись, чуть  было  не  пропустили  тост, который  взялся  произносить  Тено, встав  и  держа  перед  собой  полный  бокал  с  красным  вином. Он  несколько  раз  звонко постучал  вилкой  по  этому  бокалу, требуя  тишины  и  внимания.
- Тост. Вот  все, наверное, любят  хинкали.  Некоторые  даже  очень  сильно. Но  одни  съедают  их  полностью, а  другие – хвостики  оставляют, не  едят.  Скажите: ну  и  что? Да  ничего. Спорить и  ссориться  из-за  этого  глупо. Просто  выпьем   за  то, что  мы  разные  и  у  каждого  есть  свой  вкус! –
 Никто  до  конца  не  понял  смысла, но  обрадовались  поводу  единовременно  промочить  горло. А  Марина, самая  на  данный  момент  весёлая, завизжала  почему-то: «За  Кирилла  Артёмовича!»  и  полезла  к  нему  целоваться. Тот  не  сопротивлялся  и,  на  чьё-то  лихо  крикнутое  «Горько!», позволил    всем  устно  хронометрировать  сей  процесс. Дошли  до  цифры  25, потом  устала  всё-таки  Марина, ослабила  напор, позволив  Кириллу  «соскочить». Он  вытер  губы  салфеткой  и  произнёс:
- Вижу  шашлык  сделал  своё  дело.  Народ  сыт, но  доволен  ли?  Наступает  время  зрелищ.  Марина  Александровна  тут  попыталась  перевести  стрелки  нашего  поезда  на  рельсы  простого  пьяного  шабаша. Но  мы  не  поддадимся  примитиву. По  крайней  мере, пока. Немного  всё-таки  поумничаем. Прошу  снова  наверх ;  у Юрия  Андреевича  есть  фокус. -
       Кирилл   сам  возглавил   поход-возвращение  к  камину. Но  выбрал  другой  маршрут, скорее  всего   в  ознакомительных  целях. Сюда  спустились  по  маленькой  лестнице, сбегавшей  вниз  сразу  за  левой  арочкой  в  большом  зале.  Теперь  же  попали   через   боковую   дверь  прямо  на  задний  двор. Намёк  шефа:  типа, продышитесь. Стала    более-менее  ясна  геометрия  замка. Он  стоял  на  небольшом  косогоре.  Столовая, со  стороны  фасада  углублённая  в  подвал, сзади  смотрелась  полноценным  первым  этажом.  Толпа  с  удовольствием  вдыхала  острый  осенний  воздух  и  любовалась  подмигивающими  звёздочками  на  небе. Трезвела. Далее  трафик  продолжился  в  правую  пристройку. За  дверью – тех. помещение;  ещё  лестница  наверх. Кирилл, Тено  и  любопытная  цепочка  за  ними. Стеклянная  матовая  дверь  налево.
«Там  бассейн» - кинул  на  ходу  Тено - «Кому  сильно  захочется  покупаться, пожалуйста.»  Повернули  направо:  коридорчик, маленькая  арка  и  вот  он, каминный  зал.
Стол  был, скажем  так, освежён.
- «Молодцы  девчонки» - отреагировал  Тено – «Везде  успевают. Вы  поняли, что  это  не  просто  официантки, вернее, не  только. Они  полноправные  члены  нашего  весёлого  корабля. Имейте  в виду.»  И, потише,  как бы  прокомментировал   сам  себя:
- «Оплачено  всё. Абсолютно  всё».
   Каминный  зал  вновь  наполнился    весёлым   гомоном. Казалось, что  даже  головы хищников  на  стенах  оживились  и  плотоядно  наблюдают  за  самыми  дерзкими.
Эдуарда   почувствовал  в  себе  небывалый  деятельный  зуд, особенно  возбудила  его  идея  купания  в  бассейне. Сделав  экивок  в  сторону  хозяина, в  смысле: «Разрешите  сделать  внеплановое  предложение!» - и  далее:
 – Купание-ню  в  бассейне  со  стробскопическим  эффектом  и  под  музыку! А!? Убивает  наповал.-
  Кирилл  Артёмович  поморщился:
- Не, не. Разновидность  утех  «а  ля  сауна». Не  оригинально. Хотя  … этот  «стробический»   эффект. Ты  как  его  тут  добьёшься? -
  - Очень просто. Поставим  вашего  Джамшута  или,  как  его,  Умеда  на  выключателе.   Пусть  периодически  щёлкает.  И как можно быстрее. -
 Кирилл:
 - Что-то  в  этом   есть. Но  не  сегодня. Сначала, Юрий». -
  Вообще-то,  Эдуард  и  сам  до  конца  не  знал, хочет  ли  он   действительно  купаться. После  недавно  перенесённого  гриппа  принимать  водяные  ванны  было  рискованно. Однако  Эдику  хотелось  показать  себя  инициативным. Были  у  него  виды  на  финансовую  помощь  от  Кирилла  Артёмовича.  Если  честно, он   согласился   эскортировать   Марину  Александровну  с  условием, что  она  замолвит  за  него  словечко.  Сдержит  ли  та  своё  обещание -  не  факт, особенно, при  такой  релаксации. 
   Шеф,  ещё  раз  внимательно  посмотрев  на  Эдуарда,  добавил:
- У  тебя  ещё  будет  возможность  проявить  себя. –
(Неужели  Маринка  не  подвела!?). Потом    заговорил  громче, значит   информация  для  всех :
-  Ну  а  сейчас,  анонсируемое  выступление  Юрия, причём,  производственное. Пошла  такая  мода:  многие  кадровые  агентства  при  приёме  на  работу  используют  детектор  лжи.  Мы  тут  приглядели  один. Надо  бы  испытать. Прямо  в  офисе нельзя. Говорят -  не  этично.  А  здесь -  частная  вечеринка. Пройдёт  за  хохму. -
Юрик , тем   временем   нырнув  в  гардероб, вернулся,   держа  в  руке  аккуратный  коричневый  чемоданчик. Затем, вторым  рейсом, был  доставлен  небольшой  столик;   ваза  с  цветами, стоящая  на  нём, оставлена  в  вестибюле. Юрик  установил  этот  стол  в  центре  зала, возложил на  него  чемоданчик.
- Итак , нужен   по  идее   доброволец.  Ну, конечно, по  негласным  правилам  выведывать  что-то  у  начальства  – не  положено.   А  вот  для   того, кто  идёт  на  повышение, такая  процедура  оправдана.  У   нас  есть  такой  претендент. Это… Матвей  Петрович, может  вы продолжите? -
Матвей  Петрович  сегодня  не  спешил. В  том  смысле,  что  пока  меньше  половины  джина  из  бутылки   было  им  поглощено.  Посему  отреагировал  немедленно:
- Скажу. В  связи  с  тем, что  мы  открываем  новое  производственное  подразделение, появляется  место  начальника. Человека, который  пунктуально  отслеживал бы  все  этапы, разбирался  в  технических  тонкостях, то  есть  имел  бы  инженерное  образование. Хотели  взять  со  стороны… Зачем?   Есть  у  нас  свои  кадры.  Роман  Рачков, думаю, подходит  по  всем  параметрам. -
- Сейчас и  проверим: подходит  или  нет. - вступил  Тено.
Тут  стоить  остановиться  и  прояснить  некоторые  тонкие  нюансы  внутриофисной  «подковровки». Суть, вкратце, такова: в  Китае  покупается  товар ( канал, пробитый  Тено):  светильники  и  другой  ширпотреб, качества  -  включил, через  10  мин. сгорело.  Потом  изделие (ещё  рабочее)  на  складе-цехе  улучшается;  меняется  пару  полупроводников  на  наши, понадёжнее.   В  ЕЭС   докупаются  недорогие  финтифлюшки  для  тюнинга,  а  болёё  для  того, чтобы  реально  существовали  европейские     комплектующие. Получается  и  товар  уже  другой, не китайский; цена, естественно  возрастает  в  разы. Тено  на  это  дело  метил  своего  человека, но  Матвей  Петрович, для  баланса,  изыскал  внутренние  резервы:
- Роман, подчёркиваю, ты  вовсе  не  обязан  участвовать  в  этом  аттракционе, твоё  назначение – дело  решённое. И  ты  выбирай,  как  пожелаешь. -
Рома, наконец,  понял  кто  его  благодетель:
-  Спасибо, Матвей  Петрович. Но  я  взойду  на  эту  Галгофу. -
  Эх!  Кому  приятен  духовный  стриптиз.  Скрипя  зубами, дал  Роман  согласие. Почему? Просто  к  этой  минуте  он  попал  в  неприятный  ситуационный  капкан. Лариса, его  Лариса,  опрометчиво  разговорилась с  Эммой  Петровной ( а  с  кем  ещё?). Обсуждали  что-то  нейтральное, типа  способы  засолки  огурчиков. Хотелось, конечно, по- женски   посплетничать, столько  типажей, но  нельзя. Про  огурчики  политически  правильнее.
Опасность  же  ходила  рядом. Нинуля, словно  голодная  волчица, только  и  ждала  момент, когда  этот  телок  Роман  отстанет  от  семейного  стада. В этом был элемент садистического  экстрима: пококетничать при его супружнице. Приглашённый  на  «медляк», Рома  не  стал  ломаться, один–то  танец  ничего  не  значит.  Но  музыка  играла  и  играла, кто-то  приглушил  свет, и  Нина - такая  мягкая…  Боковым  зрением, а  может  даже  спиной  Рома  почувствовал  взгляд  Ларисы  и  понял, как  он  не  прав.   Танец-перетоптывание  продолжался   уже   как  под  прицелом,  а  в  голове  долбило: «Как  выбираться?».  И  тут, бац!  Предложение  новоявленного  шоумена  Юрика  - вот  оно  спасение. Пусть  Нинуля, крепко  сжав  руку, горячо  прошептала: «Ромик  не  соглашайся!»;  ноги, подчиняясь  внутренней  панической  команде; бежать(!), сами  вытащили  в  центр  зала.       
   Все  захлопали. (Интересно: Лариса  тоже? ) Рому  усадили  напротив  стола  с   открытым чемоданчиком.  Левая  рука  по  запястье  погружена  в  такую  подушечку  с  отверстием, правая – рядом, перед  двумя  кнопками: «+» и «-». Правила  просты:   в  подушечку  подкачивается  воздух, загорается  синяя  лампочка, задаётся  вопрос, секунд  10  на  размышление, лампочка  мигает, перестаёт  мигать. Ответ: « да»-  жми  плюс, «нет» -  соответственно  «минус».  Анализ: честно – зелёная  лампочка, ложь – красная  лампочка.  Если  сомневаешься, то  ничего  не  трогаешь, система ещё   через  10 секунд  самовосстанавливается.
Юрик  с  вопросником  ещё  раз  уточнил  что-то  у  Кирилла  Артёмовича, Тено  тоже  подходил, видимо, что-то  от  себя  добавил.
Итак, поехали!  Освещение  увеличено, звук  убавлен (все  замолкли).
Юрик, поясняя:
- Вопросы  могут  быть  абсолютно  дурацкие. Первый: вы  мужчина?-
Ответ:
- Да.-
  Зелёная  лампочка. Смех  в  зале. Ниночка, с  показным  выдохом:  «Ну,  слава   Богу!»  Юрик:
- Это видно центровой момент в таиландском опроснике. (ещё смех). Впредь, попрошу  без  комментариев. А  то  так  ничего  не  получится. Второй  вопрос: вы пьёте  водку? -
Ответ:
- Да. -
 Зелёная  лампочка. Вопрос: «Вы  употребляете  наркотики?»
Ответ: - Нет. -
 Зелёная  лампочка. Вопрос:
 - Вы  болеете  за  «Спартак»? -
Ответ:
- Нет. -
  Зелёная  лампочка. (Рома -  за  «Локомотив»)Вопрос:
  - В  своей  офисной  деятельности  вы  допускаете  факты  обмана. -
Ответ:
 -Нет. –
  Зелёная  лампочка!  Уф! Пожалуй, это  и  был  контрольный  вопрос  от  шефа. Можно  расслабиться. Оказалось  рановато. Очередной  вопрос  скорее  относился  к  разряду  шутливых, но  лучше  так  не  шутить:
- У  вас  случались  любовные  свидания  вне  семьи? -
Рома  хотел  пропустить  вопрос, понимая,  всю  его  провокационность. ( Гад  Тено, 100%  его  подача.)   Он  и  раньше  не  любил  эту  тему, популярную  на  мальчишниках. Но  там  то  можно  было  слукавить, а  здесь. Время  что  ли?  Рома  задёргался  и … нажал  на  «минус» - «Нет»   Это  было  правдой, но чемодан,   будь  он  неладен, прождав, как  показалось  дольше  обычного (думал  что ли?), засветился  красной  лампочкой. Вот  это  засада!
Доказывать, мол  аппарат  ошибся, было бы  глупо  и  смешно.  Рома  только  развёл  руками. К  нему  уже  направлялся  Кирилл Артёмович, похлопал  по  плечу  и  сделал  приглашающий   жест  в  сторону  стола: «Обмоем?»
Шеф  произнёс  тост:
- За  тех, кто  не  боится  испытаний  и  с  честью  их  преодолевает! –
 чёкнулся  с  Романом  и  опустошил  рюмку. С  той  стороны  стола  поприветствовал  Матвей  Петрович:
-  За  честных  людей! -
  Немедленно  прилетела  ложка  дёгтя  от  Тено:
- Честные  люди  самые  изощрённые  воры. Они  обкрадывают  себя. А  вообще-то  ты  оказался  джигитом. –
  И  подмигнул  Роме.
  Матвей  Петрович  что-то  язвительно  намекнул  Тено  насчёт  конкретно  его  честности;  они  начали  препираться  в  номинации «Ты  кто  такой?», к  ним  присоединился  Кирилл…
 Рому  же  заботило  другое, он  боялся  даже  посмотреть  в  сторону  жены.  Где  же  она?  Лариса  сидела  на  том  конце  полукруга, спиной  к  нему.  Говорила  по  телефону. С  дочерью?  Роман, краем  глаза  увидев, что  Ниночка  увлеклась  беседой  с  Мариной  и  Эдуардом – та  ещё  перехватчица – сделал   тихий  марш-бросок. Он  виновато  и  осторожно  коснулся её  плеча. Лариса, повернула  голову. Взгляд  её  был  чужой  и  мстительный. Обида, смешанная  с унижением – глубокая  резанная  рана, заживает  больно  и  долго.  Дёрнув  плечом  и  буркнув: «Не  трогай  меня!»  Лариса  встала  и  направилась  в  сторону  туалетной  комнаты. (За   маленькой  аркой).
Да-а….   Где-то  взрываются  планеты, ну  и  хрен  с  ними;  настоящая  катастрофа –   когда  в  семье  нелады. Рома  от  потерянности  опрокинул  в  себя  рюмку  и  стал  потихоньку  возвращаться  к  заседающей  начальственной  тройке. Подошёл  Юрик.    У  него, пожалуй, тоже  возникли  нестыковки. Ниночка  особо  с  ним  не  контактировала, а  официантки, особенно приглянувшаяся   Настя, сейчас  занялись  пересерверовкой.    И    потом, какие  виды  на  них  у  Кирилла  и  Тено  не  понятно. Предложил:
- Давай  выпьем  на пару. Мы  с  тобой  в  одной  упряге. К  начальству  особо  не  трись. Там  свои  тараканы. Это  они по  виду  и  по  характеру  разные, а  по  сути… Знаешь, как  говорят: «У  дракона  голов  может  быть  несколько, а задница  -  одна. –
  Рома  молча  составил компанию  Юрику  и  понял, что  хмелеет. Пусть  так.
 9. Кирилл  Артёмович, удачно  справившись  с  обязанностями  рефери – Матвей  и  Тено  без  обид  разведены  по  углам, изъявил  желание  встряхнуть  общество:
- Марина, где  твой  творческий  друг? Эдуард, огласите-ка   нам  свою  программу.-
Марина  подтолкнула  в  плечо  Эдика,  который  приобняв  Оленьку,  «грузил»  её  на  ушко  какие-то  интимности. Оторвавшись, он  дезавуировал  сам  себя:
- Тут  я  предлагал  красавице  стать  рыбкой, мечущей   икру. То  есть  икрой-то  она  просто  обмазывается, а  мы, ну  кто  пожелает,  закусываем, слизывая  с  неё  сей  божественный  продукт. -
- Надеюсь, ты  не  под нашу   икру  с нашими же  девочками  хочешь  у  нас  деньги  выбить. –
 спросил  Кирилл  Артёмович.
- Тут  мы  и  без  тебя  разберёмся: кого  с  чем  кушать. Давай  что-нибудь  дельное, а  то  мы  пустых  просильшиков  ставим  на  стол  и  заставляем  кукарекать. Типа  шутка. –
 Если  это  и  было  шуткой, то  понятной  только  самому  Кириллу; он  сам  и  засмеялся (ещё  Тено).  Увидев  магические  знаки  от  Юрика, шеф, вспомнив, продолжил:
 - Забыл. Есть  ещё  игра. Кстати, по  твою  душу  Эдуард.-
Юрик  быстро, насколько  только  ему  позволило  его  уже  не  трезвое  состояние, вскочил  и  начал  обходить  всех, вручая  каждому  по  одной  игральной  карте. Потом, встав  у  камина  на  внутренней  стороне  стола, стал  разъяснять  правила.  Необходимо  для  начала  просто  запомнить  свою  карту  и  написать  любые  два  слова  на  внутренней  стороне . Карты  собираются  вновь  и  вся  колодка   вручается  … Эдуарду . Его предложил  Кирилл  Артёмович;   раньше  планировался   опять  таки    Роман, но  почем-то  шеф  передумал. Эдику   необходимо  быстро  ознакомиться   со  всеми  записками. Потом  колода  тасуется,   достаётся   по  одной  карте, и, добавляя, от  себя  два-три  слова, импровизированно   составляется  связный  текст.  Если  получится.   Карты  же, Юрик предупредил,  пригодятся  для  следующего  этапа  игры.   
Эдуард, взяв  туза  треф, повертел  в  руках, писать  ничего  не  стал, лишь  изрёк:
- Поскольку мне определена самая трудная задача, то у меня  должен  быть  хоть  какой-то  козырь:  свои  слова  я  допишу  потом.-
  Юрик  бросил  взгляд  на  Кирилла, тот  был  невозмутим.  Тогда  Юрик  согласно  кивнул:
- Шут  с  тобой.-
Эдик  спрятал  карту  в  кармашек  рубашки, что  у  сердца, совершил  несколько  проходиков  туда-сюда, собираясь  с  мыслями  и, пока остальные придумывали подписи,  наконец,  начал  презентацию  своего  проекта:
- «Эта  тема  сильно  отличается  от  всей  моей  предыдущей  деятельности, всяких  легкомысленных     клипов. Тут  жанр научно-публицистический.  Речь  идёт о  наскальных  рисунках  в  Перу, в  долине  Наски. Многие  копались  в  этой  загадке, почему  бы  и  нам  не  предложить  свою  версию, а  она  у  меня  есть. ( На  самом  деле, Эдик не  забывал  ни  на  минуту  о  своём  клипмейкерстве. В  любом  случае,  отснятый  там  экзотический  материал, может  иметь  двойное  применение.)   
Моя  теория  - продолжал  Эдик -  имеет  духовное  начало. В  основе  её  вера инков ( впрочем ,  и  большинства  других  народов)  в  загробную  жизнь. Души  умерших -  есть  некие  летающие  субстанции, свободно  бороздящие  космос.  Но  инки, уже  в  то  время   познавшие  прелести  и  преимущества  коллективного  образа  существования, вполне  вероятно  думали  о  проецировании  этого  принципа  и  на  потусторонний  мир.  Все  их  наскальные  художества - суть  центры  интегрирования  родственных  душ  с  разбивкой  по  разным   кланам. Отсюда  и  разнообразие  тематики: кто  поклонялся  птицам, кто  зверью  и  т. д. Это  то  и  надо  ещё  разведать  этнографическим  исследованием  на  месте.  Размеры  же  -  тоже  объяснимо, что  бы  свысока  легче  найти…» -
Эдуард  говорил  уверенным  голосом, подтверждающим, что  тема  им  не  раз  анонсировалась.
 Народ  притих. Случай  не  для «хахонек»;  но   серьёзнеть  никто  не  желал. А  уж   Кирилл  Артёмович    более  всех, поэтому  выдал  обтекаемое  резюме, типа:  появишься   как-нибудь  в  офисе, там  на  трезвую  голову  обсудим, а  пока  не  мути  праздник. Тем  временем  Юрик  собрал  карты  и  вручил  их  застывшему  Эдуарду.
Кирилл:
- Поумничал, теперь  развесели. Даём  тебе  минут  10  на  подготовку, а  мы  пока  промочим  горло. У  меня  тост, хоть  и  не  люблю  этого. Итак.-
 он  поднял  рюмку:
 - За  духовное  единение  на  этой  земле.  За  наш  коллектив! -
Рома  видел, как  Лариса, перейдя  к  Матвею  Петровичу, села  наискосок  от  Эммы  Петровны, звякнулась  с  ней  рюмочкой  и  бодро  выпила. Он  по-тихому  реализовал  ту  же  операцию. Публика  вновь  загудела  и  потянулась  к  закускам.

10. Кто-то  вскрикнул: « А  где  же  Эдуард?»  Тот  мгновенно  возник  в  проёме  большой  арки, ну, прямо, Копперфильд  какой-то. Прошёл  к  камину, что-то к  полночи  тепло  огонька  стало  всё  притягательнее.  Эдик  повернулся  к  столу, расчистил  на  нём  рабочее  пространство (справа  от  Ларисы)   и  разложил  на  нём  карты, рубашкой  вверх. Потом  стал  переворачивать  слева  направо   и  зачитывать;   при  этом  автор  обнаруживал  себя  поднятием  руки:
1.  «100 долларов».  Тено  показал  большим   пальцем  на  себя.  «Не  жалко?» - иронично  спросил  Кирилл, в  ответ  жест, означающий: дарю!
2.»Сильные  чувства».   Руку  подняла  Марина.
3. «Красивый  мужик». Кирилл  Артёмович  степенно помахал  кистью.
4.  «Красивая  мысль».  Рома  встал  и  поклонился.
5.  «Бутылка  шампанского».  «Ой, это  моё!» - заверещала  Оленька.
6.  «Солёные  огурцы».  Отозвалась  Эмма  Петровна.
7.  «Честный  человек». Матвей  Петрович.
8.  «Голая  женщина».  «А  это я!» - красанулась  Настя.
9. «Краткий  смысл». Юрик.
10.  «Горячий  поцелуй». Нинуля  послала  всем  воздушный  поцелуй.
11. «Явная  подлость».  Наконец  Лариса. Она  приподняла  руку  и  красноречиво  взглянула  на  мужа.
Эдуард :
-  На  первый  взгляд  такое  впечатление, что  каждый  выдал  некую  квинтэссенцию  своего   сиюминутного   состояния. -
   Он   ещё  раз   внимательно посмотрел  на  развёрнутый  перед  ним  пасьянс, сделал  пару  перекидок. «Так  будет  лучше».  И  начал:
- Рабочее  название:
«Новый  взгляд  на  романтическое  знакомство».
Сто   долларов   уже  не  вызывают  сильных  чувств. А  у  красивого  мужика  должны  быть   красивые  мысли. Например: взять  бутылку  шампанского,    солёных  огурцов  и  … ( в  перспективе)  к   голой  женщине.  Краткий  смысл  такой  акции:  добиться   для  начала  хотя  бы  горячего  поцелуя.  Помните, что  ранний   уход ( моя  подпись) – явная  подлость.  В  любой  ситуации  нужно  оставаться  честным  человеком».   
 По  возникшей  паузе  слушатели  поняли, что  продолжения  не  будет. Раздались  жидкие,  но  потом  усиливающиеся  аплодисменты.
 - Ну  что ж, вполне  не  плохо. Хотя желалось бы чего-нибудь повеселее –
 резюмировал  Кирилл  Артёмович.
- Задание  было  не  ахти  какое  сложное, но   я  учитываю,  что  до  этого   ты  успел  порядком   подзаправиться. Мне  понравилось.  Плюсик   тебе  поставлю. Для соревновательности не плохо было бы послушать параллельный экспромт ещё одного сочинителя. Но не станем себя нагружать. Оставим Эдуарда единственным и победителем.  -
Эдик  с  довольным  видом  стал  принимать  поздравление  от  Марины  и  от  других. Праздник  достиг  той  точки, когда  любое  волнение воздуха   воспринималось  как  повод  выпить, что  и  делалось  без  особых  уже  колебаний. Каждый  внутренне  понимал:  если  вот  сейчас  пропустить, то  набравшая  скорость  тройка  веселия  ускачет   безоглядно  вперёд. Тено  принялся  за  лезгинку (так  всем  казалось), Ниночка, Настя, Оля, Юрик  активно, на  свой  манер  понимания  кавказского  танца, помогали  ему.
- А  с  картами. С  картами  что  делать? -  вдруг  опомнилась  Ниночка. - Обещано  же  было   какое-то  продолжение. –
 Она  подошла, запыхавшись  после  танцулек  к  столу, подыскивая  себе  закусочку  пооригинальнее, и  наткнулась  взглядом  на  лежащий  не  при  деле  карточный  веер.
- Юрик, Юрик! -
позвала  Ниночка. Тот  нарисовался, заметно  покачиваясь.  Замахав  руками, требуя  тишины.
-  Слушайте  все. Сейчас  начинается  самое  загадочное, конкурс: «Все  подружки  по  парам  в  тишине  разбрелися».  Опять  тасуем  карты  и  вытаскиваем  по  две.  Пары  расходятся  по  углам, благо  тут  укромных  мест  навалом,  на  пол  часика. Занимаются  - как  сложится, могут  в  шахматы  играть  или  песни  петь. Потом  собираемся  здесь  же  и  выбираем  лучшую  двойку, которая  огласит  совместный  девиз, впоследствии  может  быть  применимый  и  для  всей  фирмы. Сейчас  ну  никак нельзя  солидной  компании  существовать  без  идейного  баннера. Главный  судья – Матвей  Петрович. Он, как  самый  старший, с  Эммой  Петровной - над  игрой.-
- Ну, а приз  какой?  Без  приза  не  интересно. - 
заплетающимся  голосом  поинтересовалась  Марина.
  - За просто  так  париться,  да  ещё  неизвестно  с  кем,  я  не  желаю. За  просто  так  я  лучше  напьюсь.-
 - Мне  кажется   об  этом  тебе  уже  можно  говорить  в  прошедшем  времени –
 заметил  Кирилл  Артёмович, выбирая  камешки  из  своего  огородика (ведь  он  тут  главный  банкующий).  Скряжничать  не  стал:
- Вот  1000 евро  победителю! –
- А  если  им  окажитесь  Вы? -
 - Значит  сэкономлю! -
  Пачка  разноцветных  купюр  перекочевали  из  шефского  портмоне  на  детекторный  чемоданчик  в  центре  зала. 
- Которая  ваша  карта, Матвей  Петрович? -
 Юрик  продолжал  организационную  часть  мероприятия.
- Я  и  не  помню.  Там, где «честный  человек».-
 Юрик  отложил  короля  бубнового. Затем   к  королю  присоединился  туз  червей  с  «солёными  огурцами»  производства   Эммы  Петровны.
- Роман, наверное, тоже  можете  взять  самоотвод, или  вы – современная  семья? -
  Юрик  вряд   ли   беспокоился  о   крепости   семейных  уз  четы  Рачковых, скорее  хотел  убрать  более  привлекательного  соперника. «Современная, современная» - безаппеляционно   повторился  Кирилл  Артёмович. Поспорить  могла  только  Лариса, скажи  она  своё  веское  женское  «нет»;   в  99,9%  она  бы  так  и  сделала, но  не  сегодня, когда  обида  горячим  и  жгучим  комком  стояла  у  горла. «Будем  играть!» - подтвердила  она. Дух  авантюризма  одинаково  присутствует  в  каждом  из  нас: что  в  мужчинах, что  в  женщинах, что  в  молодости, что  потом. Только  с  годами  он  всё  крепче  приземляется  якорем  обязательств. Однако  если  вдруг, не  по  твоей, как  ты  думаешь, вине,   условная   цепь  ослабевает, то  беспечная  птичка  свободы  запросто  способна  унести  тебя  на  невиданные  просторы. Конечно,  потом  она  вновь  попадает  в  силки  разума, но  нагадить за  время  автономного  путешествия  может  повсеместно.
«У  меня  тоже  есть  предложение» - неожиданно  вмешался  Тено. «Предлагаю  девочек – Олю  и  Настю – отложить  в  прикуп (!). Они  отличаются  от  нас  молодостью  и  привлекательностью.  Это  слишком  откровенный  подарок. Для  мужчин. Для  женщин  не  знаю. Поэтому  если  кого-то  что-то  не  устраивает, тот  может  сделать  замену. Подумаем  как».
- Легко. –
Эдик  решил  напомнить  о  себе.
 - Подходишь  к  столу  и  опорожняешь  фужер  с  водкой! Всё. Ченч-ордер у тебя.-
- Вполне  достойно –
 согласился  Тено.  Другие  тоже  не  возражали  или  уже особо  не  вникали  в  суть.
- Ещё  предлагаю  - не  унимался  Эдик-  если  следовать  букве  моей   романтической   мини-повести , пусть  каждая  пара  берёт  с  собой  на  встречу  бутылку  шампанского  и  по  солёному  огурчику!-
Почему-то  этот  вариант  был  встречен  овацией, значит  публика  стала  проникаться  игрой.

11. Рома  сидел  тихо. Его  охмелевший  мозг  чувствовал опасность, которая  со всех  сторон  ощерилась  на   доселе  уютный  семейный  мирок. Но внешне   выглядел  Роман   абсолютно  невозмутимым. В нём  почему-то  прочно  поселилась  уверенность  в  том, что  жребий  обязательно   сведёт  его  с  Ларисой – такой  красивый  фортель  судьбы – и  он  сможет  спокойно  объяснить,  как    не  вовремя  ошиб…  нет(!)  нагло  солгал   треклятый  детектор  лжи.
Чего  хотела  Лариса, она  не  знала  сама. Сидела  и  задумчиво   ела  маслины.
Кирилл  Артёмович  неспешно   тоже  подобрался  к  камину, повернулся  к  нему  и  задом  и  передом, как  шашлычок  на  вертеле. Добившись  какого-то  температурного  равновесия – « а  то  внутри  чувствую  40 градусов, а  снаружи  стыну», -  обратился  к  Юрику, теребившему  оставшиеся  8  карт, ожидая  шефской  отмашки.
- Про  карту  спрашивать  не  стану – сам  запамятовал, но  вот  кто  помнит  мой  девиз. Сейчас  заодно  и  выясню  самого  внимательного  к  начальству? -
-   Я  помню, я  помню: «Красивый  мужчина»! –
 Ниночка  подтвердила  своё   реноме  секретарши.
- Молодец! Настоящая  профессионалка! - похвалил  её  Кирилл  Артёмович:
- Итак, как  красивый мужчина, как  босс, как  именинник… я  имею  право  на   некоторые  преференции  в  этой  игре.  Хочу  сам  выбрать  себе  партнёра;   поскольку,  где  чья  карта  не  имею  понятия, да, пожалуй,  мало  кто  сейчас  это  помнит, то  выберу  по  смыслу, так  сказать  по  созвучию.  Дай-ка  мне  колоду.-
- Кирилл  Артёмович  полистал  картинки:
-  Вот  подходит  «Красивая  мысль!». Красота - во  всём.  И  кто  это  со  мной  солидарен?-
Все  пьяно  загалдели, пытаясь  найти золушку. Марина кричала  громче  всех:
- Я. Я  самая  красивая!-
 Когда  первая  шумовая  волна  спала, прозвучал  тихий  и  виноватый  голос  Романа:
- Вообще-то  я  так  подписал  карту!-
  Раздался  хохот, выкрики : «Ну, ты  попал!».  Рома, вначале  сонно  наблюдавший  за  процедурой  жеребьёвки, вдруг  стал   активно   просыпаться.  Что-то  идёт  не  так, как  он  понадеялся. Взглянув  с  надеждой  на  шефа, спросил: 
- Тут  ошибка  какая-то? -
 Кирилл  Артёмович  был  невозмутим:
- Успокойся  Роман. Что  тут  особенного.  Или  ты  принципиально  против  того, что бы  раздавить  с  боссом   тет-а-тет    бутылочку « шампусика»? -
Ответ  был  предопределён  вопросом. «Кочевряжиться»  не  солидно, да  и  к  чему?  Продвижение  по  службе -  это обычно  какие-то  другие  отношения  с  начальством.  Рома  понял,  что  пора  к  такому  начинать  привыкать.
Кирилл  Артёмович  взял, как  говорят «зацепил»,  бутылку  «МОЁТ»  и, кивнув  Роме,  стал  подниматься  по  «улитке»  на  2-ой  этаж. Приняв  из  рук  Насти  тарелочку  с  закусками, Роман  поплёлся  за  шефом. Говоря  шахматной  терминологией:  «Типичнейший  жизненный  цугцванг». «Даже  не  дали  досмотреть, как  дальше  распаруются …  А   Лариса?»
  У  человека, если  что-то  идёт  не  по  его  задумкам, всегда  возникает  подозрение  о  заговоре:  судьбы, обстоятельств,… начальства. Рому  буквально  вот  тут  на  лестнице  озарила  мысль  о  подтасовки  ситуации.  «Конечно  же – это  происки  Тено.  И  шефа  подбил.  Сам  же, наверное,  на  Ларису   виды  имеет, посматривал  всё  искоса  в  её  сторону. Плюнуть  на  всё, вернуться  и  увезти  её  домой.  А  вдруг   Лариса  заартачится;   выйдет  глупо.   Эх, не  вовремя  Нинон  завальсировала  меня…»
Шеф  дошёл  до  крайней  левой  комнаты, открыл  дверь  и  вошёл. Роман  нырнул  следом.
12. «Ну, Тено – твоё время. Надо брать  быка  за  рога, чтобы  остальные  привыкали:  в отсутствии  Кирилла – я  главный!» - установочка-наставление, исходящая  откуда-то  изнутри, из, наверное, существующего  центра   самосути, заставила  г-на  Кобалиева  выйти  на  авансцену. Он налил  полный  фужер  водки, проплыл вдоль  всего стола- полубублика  туда  же  к  камину. Несомненно, в  этом  дефиле  присутствовали  элементы  гипноза.
-  Я выпиваю  до  дна  бокал  и, таким  образом,  по  вашим  правилам  ухожу  от  случайностей. Имею  в  виду  мужиков. Хватит  нам  одной  однополой  пары.-
 Тено  другой  рукой (свободной  от  бокала)    взял  у   вконец  растерявшегося  Юрика   верхнюю   карту, мельком  взглянул  на  надпись:
-  Матвей, как  думаешь? «Явная  подлость»   подойдёт  мне. Не  отвечай, вижу,  голосуешь  двумя  руками. Если  я  не  ошибаюсь, это  написала  дама.  Вы,  мадам? -
 Лариса,  сидевшая  рядом, механически  потянулась  к  знакомой  карте  и  выдала  себя: «Да, я».  Ей  к  этому  моменту  уже  порядком  надоела  позиция  сторонней  наблюдательницы – пора  и  самой  поиграть. 
- Вы,  кажется, грозились опустошить  -
 показала  на  всё  ещё  полную  ёмкость.
 - Или  пасуете? - 
Тено, довольный  выбором, хотел  втихаря  отыграть  назад  своё  громогласное  первоначальное   заявление – мол,  всё  итак  случилось по  игре. Но  Лариса  атаковала,  и  все  её  поддержали: «Давай, давай!»  Пришлось  делать  красивые  жесты:
- Пью  за  выпавший  мне  прекрасный   жребий. За  романтику. - добавил, успокаивающе. –  Без  интима.-
   Тряхнул  головой, закусил  маслиной. Ларисе  же  подумалось, что  последнее   замечание  Тено, после  выпитого, явно  было  лишним. Купившись  на  её  провокацию, он  становился  ручным;  какой  тут  интим, не  упал  бы.
Расчёт  Ларисы  оказался  более  чем  реален, Тено  осознал, что «дал  лишку»  в  плане  водочки, и  теперь  поиграть  с  этой  дамочкой   в  (как  он  говаривал)  «кошки-мышки»  будет  ой как  тяжело.
      Выданная  бутылка  вина   теперь  казалась  опасным  приложением.   Служба  безопасности   его   организма  настойчиво  требовала: «Проветрись!»  Для  реализации  этого  приказа  Тено  выбрал  «шашлычную»  тропу: вниз   в  столовую  и  на  задний  двор. Смотреть  на  звёзды!!  Он  старался  говорить, говорить, что  бы  резко  не  опьянеть -  известный  приём  настоящего  тамады. Или  привитый  с  молодости  стиль  общения  с  незнакомой  женщиной, так  называемое  «забалтывание». Вначале  нёс  какую-то  абракадабру, но  не  он, не  Лариса, оглушённая  непонятностью  ситуации, этого  не  замечали.   Работа, дети, возраст… Свежесть  осенней  ночи  первым  проняла  Тено, галантно  уступившего  свой  пиджак  собеседнице. Его  тирады посему  стали  осмысленнее:
- Кстати, возраст. Мы  вступили  во  второй  решающий  этап  исканий  и  обретений . Первый – в ранней  молодости;    потом , когда  появляются  семья  и   дети,  всё  устаканивается  само  собой . Надо  их  растить, воспитывать  и  радоваться… Но. Но  дети  вырастают, начинают  жить  своими  интересами. И  до  следующего  жизненного  смысла – внуков – вакуум . Чем  заполнить?  Труд? Скучно. Вино?  Женщины … Не  знаю. Надо  искать.»
- Что  значит  искать? - спросила  Лариса. – Замуж  что  ли  выходить  опять? -
- Зачем  замуж? Нет, замуж, конечно  тоже  можно. Но  не  обязательно. Романтика  и  бюрократизм  несовместимы. -
- Тогда – банальная  измена? -
Тено  погрозил в ответ  пальцем  и  жестом  пригласил  следовать  за  ним. Пошли  через  пристройку. Поднявшись  наверх, повернули  налево. Это было  большое  помещение;  размеры  его  угадывались  по  поблёскивающему  в  падающих  сквозь  окна  лунных  лучах   водяному  прямоугольнику. Бассейн!   Тено  включил  нижнее  освещение, то  есть  светильники, вмонтированные  в  дно.  Он,  как бы  поддавая  пример, снял туфли  и (пардон) носки,  сел  на  край, опустил   ноги  в  воду, ну и  как  в  классических  деревенских  свиданиях  у  реки, стал  ими  болтать. Небольшие  волны, побежавшие  по  водной  глади, добавили  тюнинга  в  световое  оформление. Стройные  столбики  света  зашатались, затанцевали…Казалось,  они  тоже  уступили   пьяным  чарам.
Магия  момента  была  столь  сильна, что  Лариса  не  удержалась. Она  подвернула  джинсы, избавилась  от  обуви  и,  присев  рядом, окунула  ножки  в  бассейн.
- На  чём  мы  остановились? На  измене? –
продолжил  Тено.
 – Так  вот. Тут  важно  определить, где  граница, за  которой  собственно  начинается  измена.   Скажем  подержаться  за  руку  или  посидеть  рядом, наедине,  поболтать  ногами… Это  измена?  Согласитесь,  нет, хотя  может  кто-то  где-то  скажет: «Да». Но  мы-то хотим  выглядеть  современными, не  ханжами, Вообще,  склонны  считать  себя  высокодуховными  людьми. А  это  означает  способность  подняться  над  физикой. То  есть  на  уровне  плоти   допустимо  всё;  главное – духовная  верность».
 «Хитро, но  не  ново» - подумала  Лариса. – «Банальный  «пудрёж»  мозгов». На  самом  деле  она  была  несколько  удивлена  таким  поведением  Тено;  уж  очень  много  слов; а  она  представляла  его  больше  мужчиной  дела и побаивалась этого. Разочаровалась  ли ?  Может  отчасти. Во  всяком  случае, Лариса  поняла, что  толкнуть  её  на  глупость  может  только  лишь  невесть  откуда  взявшийся   порыв…  Но  что-то  ждать  такого  сумасшествия  всё  меньше  хотелось. Не  из-за  ли  наката  пресловутой  банальности?
А  Тено  всё  придерживался  этой  линии:
-  Не  желаете  поплавать? Там  вон  есть  комната – раздевалка  с  гардеробом  купальников  на  разный  размер.-
Она  пожала  плечами. «Я  подумаю» - реакция   Ларисы  абсолютно  соответствовал  ситуации. Это  была  именно  та  чисто  женская  ситуация,  когда  любой  другой   конкретный   ответ – «да»  или  «нет» -  никаких  подтверждающих  действий  не  означал. Ох  как  для  женщин  характерно  такое  парящее  состояние, когда  слова – лишь отвлекающий  или  развлекающий  фон;  ждут  же  они  другого… А  вот  чего?
- Тост. У  меня  появился  тост. -
 Показалось, что  Лариса  обрадовалась, увидев  забытый  принесённый  груз – бутылку  шампанского. Тено  открыл  её  и  наполнил  бокалы:
-  Я  внимательно  слушаю. –
 Лариса  встала:
- Выпьем  за  то, что  где  бы мы  ни  оказались, всегда  могли  точно  определить  допустимые  границы!-
  Неспешное  поглощение  шипящей  чуть  кисловатой  жидкости  перевело  диалог  в  положение  паузы. Никто не  знал, нужен  ли  этот  тайм-аут? Наконец  Лариса,  видимо,  что-то решила. Сделав  заявление:
- Пойти   что  ли  посмотреть  купальнички –
  она  поставила  пустой  фужер  и  направилась  к  выходу.   
- Вас  ждать?  -
- Только  если  купальник  понравится.
13. «Да, огромное  поле  для  измышлений»  - Эдуард  не  преминул послать  резюме   вслед  убывшим. Потом обратился  к  тем, кто  всё ещё   стервятником   кружил  вокруг  стола  с  вилкой  наперевес,    вопрошая  свои  внутренности: что  вы  там  ещё  желаете  отведать?
- Пора  и  нам  дать  повод  для  сплетен. Разбредёмся  как  пришли?  Или  отдадимся  жребию? -  Посмотрели  друг  на  друга.
- Однако, игра  есть  игра –
проснулся  Матвей  Петрович.
–  Менять  правила  в  конце  неприлично, тем  более, что  среди  вас  нет  именинников. Никаких  поблажек.-
Акцию  провели  быстро. Определились  на  мальчики- девочки, покрутили, вытянули. Получился, как  специально,  перекрёст:  Марина – Юрик  и, соответственно, Эдуард – Ниночка. Последняя    была, пожалуй, больше  всех  рада.  Особо  она  этого  не  скрывала: не  удалось  с  Романом, так  хоть  Марине  поднасолю. Да  и  потом: «Когда  ещё  выпадет  случай  пообщаться  со  служителем  Богемы!» - на  всякий  случай  оправдывалась  Ниночка.
- Этому  служителю  я  хочу  тоже  на  всякий  случай   напомнить  откуда  растут  зелененькие  груши-баксы, а  то  вместо  Перу  ему придётся  ехать  в  какой-нибудь  Дальнопопинск. –
 Марина  пьяная-не пьяная, а  бдительности  не  теряла.
- Вообще-то и ты занесена  мной  в список  участников  предполагаемой  экспедиции. - отпарировал  Эдик. - Так  что,  выбирай  повнимательнее.- 
Марина,  не  найдясь,  что  ответить, просто   махнула  рукой. В  принципе  она дошла  уже  до  той  точки, когда  эдики-шмедики   ничего  не  решали; хотя… В   прошлый    гулёж, помнится, Эдичка  провёл  сеанс  удивительного  массажа  с  применением  специального  геля  для  таких  процедур. Космические  ощущения.   Впрочем,   гель–то   при  ней;   предусмотрительно  припрятан  в  сумочке с того раза, а пассам можно и Юрика приучить. Так  даже  попикантнее. Пусть  мальчонка  поработает  над   «комиссарским»  телом. -
Эдик  тем  временем  тоже  не  грустил. Появилась  лишняя  возможность  заиметь  ещё  одного  союзника   из  ближнего  окружения (а  секретарша  естественно  оттуда)  предполагаемого  инвестора. Перебирал  наскоро   свой   немалый  арсенал  способов  быстрого  обольщения. Имидж  креативной  личности  обязывал  придумать  нечто  оригинальное, но  телу  хотелось  чего-то  быстрого  и  реального.  Интим-кастинг?  Типа  для  съёмки  очередного  клипа  необходим  чувственный  женский  типаж, и  не  на  словах. Он  якобы  должен  сам воочию  увидеть  по  жизни  реакцию  на раздевание (по  сценарию), на  прикосновение…  Ещё  бы  чего-нибудь:  чёрной  икры  на  животик  и  языком?  Фу, что-то   эта  идея  с  икрой  стала  прямо  навязчивой. Может  бассейн?  Нет, уверен – он  занят, да  и  простуда.   Ладно, там  по  ходу  придумаем,  что  и  где   слизывать.
Наконец  Ниночка,  насытившись  первым  впечатлением  от  удавшейся  мелкой  «козы»,  дальнейшие свои действия представляла  очень туманно. Скажем  прямо: секс  в  её  программке  в  этом  случае  не  значился. Ну  не  то  чтобы  она  принципиально  была  против  него. По  её  практике  не  убудет. Но  и  не  прибудет.  Что  ей  этот Эдик, один  из  тех  попрошаек, что  стаей  вертятся  вокруг  Кирилла. В  ней  подспудно  сработала  ревность  к ещё  одному  рту  у родной  кормушки. Но контрамарку  на  какое-нибудь пафосное пати  он достать, пожалуй,  сможет. Слышала, как  Маринка  хвасталась. Будет  и  у меня знакомство  в этой сфере.
Через  10  минут, когда  сконструируемые   случаем  пары  забрели  в  свободные  комнаты  второго  этажа, в  камином  зале  остались  лишь  погрустневшие  Настенька  и  Оленька, наводящие  порядок  на  столе. Впрочем, они  были  уверены: их  время  придёт, мужиков-то  больше.
Да  ещё  Матвей  Петрович,  с  философским  видом  потягивающим  своё  питьё, супротив  уже  тихо задремавшей  Эммы  Петровны.

14. Кирилл  Артёмович  включил  телевизор, сел  в  широкое  кресло  у  журнального  столика  и  указал  Роману  на  такое  же – располагайся.  Сам  несколько  небрежно, с  потерей  энного  количества  жидкости, откупорил  бутылку  и  разлил  по  фужерам.  Приподнял  свой, как  условный  приветственный  тост, надпил  до  половины. Роман  всё  зеркально  повторил.После  недолгой  паузы, Кирилл  Артёмович начал  с  фразы, огорошившей  напрочь  визави:
- Тебе  не  кажется, что  наше  уединение  несёт  голубоватые  мотивы? Намёков  на  сей  счёт  не  избежать. В  самый  пик  застолья, когда  вино  подогрело  кровь  до  необходимого  градуса, в  спальную  комнату  уходят  мужик  с  мужиком.  Пикантно, да? -
- Да  я  как-то  совсем … - 
Но  Кирилл  не  обратил   никакого  внимания  на  Ромины  мямли, он  прекрасно  видел  произведённый  своим  вопросом   фурор  и,  несомненно, наслаждался  им, сдабривая  мелкими  глотками  шампусика .
- Ты, вообще, как  относишься   к  более  тонким  мужским  взаимоотношениям ? -
- Никак. –
пролепетал  Рома. Его  обуревало  знакомое  многим  желание  оказаться  в  такую  критическую  минуту  где-нибудь  далеко-далеко, хоть  на  Северном  полюсе, но  не здесь. Конечно, он  слышал  о  гомиках, как, скажем  и  о  прокажённых, но  всё  это  было  таким  отдалённым , не  реальным… И  вот  сейчас,  всё  нутро  его  дёрнулось, как  от  неожиданного  прикосновения  к  чему-то  грязному  и  омерзительному.
- Да  ты, я  погляжу,  совсем  оробел.   Дикий  что-ли?  В  принципе в  таком  … взаимодействии    ничего  противоестественного  нет;  познание, так  сказать  всех  граней  жизни. Если, конечно, по  согласию. Ну  как? –
Кирилл  смотрел  хитро; было  не  понятно – шутит  он  или  нет.
Рома  уже  приготовился  высказать  свой  испуганный, но  твёрдый  «пас»  и  даже  тихо  замахал  руками.  Однако  Кирилл  Артёмович  опять  не  нуждался  в  его  ответе, гнул  свою  линию.
- А  как  ты  думаешь, можно  ли  просто  человека  вытащить  наверх, доверить  ему  некоторые  коммерческие  секреты, не  всегда, мягко  говоря, законные?    Вдруг,  он  потом  окажется  неблагодарным, да  ещё  будет  держать  тебя  на крючке. Нет.  Если  уж  не  родственник, хотя  и  от  тех  чаще  всего  жди  подлянок, то -  взаимная  тайна  не  для  всех, то  есть – интимная. Тайна  связывает  крепче  цемента.   Такие вот начальственные  правила».-
Рома  еле  удержался, чтоб  не  сказать:
- Так  что, все  начальники – пи----сы! –
Но, с  этим  промолчал, лишь  скромно  возразил:
- Думаю, что  человека  и  так  видно. -
- Видно, да  не  видно. Тебя  вот  продетектерели,  и что? Я  всегда  был  уверен, что  вижу  насквозь  своих  подчинённых, особенно  таких, как  ты, и  то  ошибся  насчёт  «походов  нелево»  от  жены.-
- Да  это  ваш  прибор  дал  сбой! -
- Даа… Но  ты  не  обижайся, машина  она   тоже   дура. Зато  я  каков! Ну,  прямо  рентген.  Учти  это  на  будущее.  Кстати,  давно  замечаю  в  себе  некоторые  телепатические  способности. Даже  не  напрягаясь.  Люди –то  предсказуемы.  Правда,  пока  не развращены  стяжательством  и  славолюбием.  Тогда  в  них  столько  черноты  поселяется, не  душа, а  ночь. Ни  зги  не  видно. Ты  не  такой.  Пока. –
 Шеф  разлил  остатки  вина, и  примерительно-упокаивающим , можно  даже  сказать  панибратским   тоном  добавил:
- Не  «очкуй»  Рома. А  то сжался  весь. Это была  моя  личная, так  сказать,  барская  прихоть-проверка.  Мне  работники-гомики  с  их  бл---ской  преданностью  не  нужны. Хотя  и  таких  много  в  прямом  и  переносном  смысле.-
Кирилл  Артёмович  замолчал  и как-то  зло  задумался. Толи  вспомнил  чью-то  неприятную  душу-ночь, толи  своя  внутренняя  подкатила. Он   достал  телефон, позвонил  кому-то, но  разговаривать  не  стал, нажал  на  сброс.
15 Раздался  выстрел.  Такой  сухой, бьющий  по  ушам  треск. Потом  ещё  один. За  ним  вскрик. Стали  выскакивать, прежде  всего  те, кто  понял, что  это  выстрел.  За  ними  потянулись  другие, ощутившие:  что-то  не  так.
У   Ларисы  вспышка  в  мозгу: «Рома!?» Она  какое-то  время  искала  завалившуюся  куда-то  туфлю, пропустила вперёд  Тено, выкатившегося  сонным  колобком. Когда  же  обувь  была  найдена, надета, причёска  поправлена,  и  Лариса  через  маленькую  арку  вошла  в  каминный  зал, почти  вся  публика   уже  находилось  здесь  большой  галдящей  недоумённой  толпой. Она  тихо, ища  глазами  Романа,  прошла  через  зал  и  остановилась  у  аквариума.   
Роман  же  упустил  эти  секунды  начала  всеобщего  аврала. Он  как  после  гипноза сидел, вжавшись  в  кресло,  успокоенный   словами  шефа, что  сказанное – всё-таки  шутка. Или иезуитская  проверка?  Неприятного  осадка  где-то  в  глубине, пожалуй,  не  извести. Вдруг:  вжик – Кирилла  Артёмовича  нет. Он один в комнате.
Надо,  наверное,  и  себя  явить  народу. Медленно, словно  в  дрёме, Рома  спустился  по  лестнице. «Умыться  что-ли, а то ничего не соображаю» - подумал  он  и  свернул  направо  к  санузлу. Но  там  уже  кто-то  был. Разговаривали.  По  голосу  Рома  узнал  Марину  и  Эдуарда. Тоже  освежались. Рома  решил  не  ждать у  двери, а то получится, что подслушивает. Свернул  налево, оттуда  сквозь  открытую  дверь  шло  манящее  загадочное  свечение. И  Роман  шагнул  туда, в  полутёмное  царство  игры  воды  и  света. Вот она какая, купальня! Что-то неосязаемое  и  в то же время до боли знакомое тихой волной колыхнуло сердце. Он напрягся: что  же  это? И вдруг  озарение: едва  уловимый  запах  парфюма  «Шанель»  - Лариса! Где  она? Рывком, развернувшись  вбежал  в  общий  зал  к  пробудившейся  толпе. Увидеть  бы  её. И  увидел, скромно  стоящую  в  сторонке  у  рыбок. Сбавил  прыть, как  можно  спокойнее  подошёл  и  стал  рядом. Она  открыто  посмотрела  на  него (показалось  даже  радостно)  и  осталась  также  стоять. Они  не  открывали  рта, но  это  становилось  каким-то  особенным  взаимопонимающим  молчанием, признающим  присутствие  в  окружающем  гвалте  только их двоих. Было полная  иллюзия  того, что  они  тоже  находятся  в  аквариуме  с  тамошней  живностью   и  отделены  от  остальных  стеклом. Удивительно, но  один  из  обитателей  водного  царства, смешной  лупастый  пузатик, словно  приклеился  к  ним, плавая  от  одного  к  другому.  Призывал  помириться?!
16 Сыр-бор  же, буквально  расстрелявший  более-менее  интеллигентную  канву  праздника,   имел банальную  подоплёку.  Николай, водитель, забытый  всеми, придумал  себе  развлечение. Разогревшись (очень  прилично  разогревшись)  «вискарём», решил  показать  себя  в  амплуа  Рембо.  Намедни  ему  выдали  новый  травматический  пистолет - надо ж  испытать. Умед, невольный  помощник, защищался  разделочной  доской. На  втором  выстреле  та  переломилась, правда  без  последствий   для  держащего.
Кирилл  Артёмович  распекал  стрелка, но  не  сильно: «Думай  головой!»  Николай  же  вошел  во  вкус: «Артёмович, всё  будет  оккей!» Теперь  ему  хотелось  поспорить  в  снайперской  славе  с  самим  Улёмшпиглем ( так  выразился   Коля ). Причём  на  роль  подставки  под  цель -  яблоко, выдвигалась  единственная  кандидатура: Эдуард.   Рубахе-парню  Николаю  сразу  не  понравился  этот  попугай. «И машина  его – расфуфыренное  старьё.  Пусть  докажет, что мужик».
Всеобщими  усилиями, где  основную  роль  играла  женская  гвардия  официанточек, волна  агрессии  была  погашена. Николай, осушив  стакан:  «За  мир!»,  согласился  идти  досыпать  в  дальний  флигель.   
Матвей  Петрович, когда  все,   пошумев, успокоились, подытожил: «Видимо  анонсируемого  конкурса  девизов  не  будет. Впрочем, выстрелы  на  рассвете – тоже  по-своему  необычный  финал. Ты  же  желал  сюрприза, Кирилл?» 
- Да, но  я  ждал  сюрприза-подарка.-
- А  вот  то,  что  никого не  застрелил  твой  адъютант – это  и  есть  подарок. Теперь  же, у  меня  практическое  предложение. Я   решил  отчаливать, вызываю  такси  себе  и  хочу  уточнить  кому  ещё?»
Остальные  гости, видимо   под  воздействием  отрезвляющего  эффекта  от  Колиной  выходки, и,  оценив  перспективу   возможного   попадания  в ещё  чей-нибудь  расстрельный  список, активно  проявили  массовую  солидарность  с  Матвеем  Петровичем. В   используемую  им     проверенную  транспортную  контору  ушёл  заказ  на  4  таксомотора.  «Обещают  минут  через  20».
При  общем  голосовании за  отъезд  подняла  руку  и  Лариса: « Пора  и нам». Взяв  на  себя  инициативу   обоюдного  решения, она  тем  самым  подтвердила  восстановление  допраздничного  семейного  статус-кво.   Рома  с  удовлетворением  воспринял  это. Он  вообще  стоял  притаившись, как  в  засаде,  боясь  спугнуть  возвращающегося   домашнего  журавлика.   Промолчал, даже  когда  Лариса  громко  чихнула. И  только, когда  она  чихнула  ещё  раз, словно  специально  давая  ему  возможность  пробудиться, Роман  сухо  официозно  пролепетал: «Будьте  здоровы!».  Потом, спохватившись, теплее  поинтересовался: «Ты не простыла?»  Лариса  кивнула: «Всё  нормально». Дай  то  Бог. Дальше  они  не  стали  ввязываться  в  намечающийся  пустой  трёп, понимая  всю  его  условность . Стояли   опять молча, ожидая  такси  или…  сращивания  чего-то   обыденного, что  было  перерезано  этой  ночью. Происходящее вокруг  воспринималось  ими  как  на  экране  интерьерного  телевизора  в  каком-нибудь  торговом  центре.
Удручённее  всех  выглядел Эдуард.   Он,  обученный  законам  режиссуры, понимал, что  концовка   должна быть  эффектной, чтобы  оставить о себе  запоминающееся  впечатление. Получалось же  абсурдно  наоборот; какой-то  непонятный  Коля  произвёл непредсказуемый  фурор, а   ему, Эдику, досталась   роль  потенциально   побитого  кота.
Эдуард  не  нашёл  ничего  лучшего, как  взвалить  на  себя  бремя  завершающего  тостующего. Строго   говоря, по  этикету  он (не свой!)  на  это  имел  меньше  всего  прав; попахивало  откровенным  подхалимажем.  Но начав  с  «минуточки  последнего  внимания»,Эдик  сделал  отступление  в  плане  того, что  он  тут  новый  человек  и  осмелился  огласить  как бы  стороннее  впечатление.
Да,  ему  понравилась компания, возглавляемая  таким  неординарным   боссом. Долгие  лета  ещё  раз  Кириллу Артёмовичу.( Все  поддержали  нестройным  хором),   Спасибо  за  вечер.  Надеется  и  в  дальнейшем  не  выпадать  из  зоны  внимания  кормчего. И  пожелание:  «Большому  кораблю  -  полные  трюмы  товаров!» ( Чем  не  лозунг  для  торговой  фирмы?)
Кирилл Артёмович  о  чём-то  шептался  с  Тено, поэтому, казалось,  не  обращал  внимание на сей отчаянный  спич. Но  нет. В  конце, словно  дожидаясь  этого  момента, Кирилл  поднял  руку, помахал  её, провожая  воображаемый  пароход. С  бокалом  поднялся  вновь  на  второй  этаж, и  оттуда, как  с  палубы, произнёс:
- « Я  рад, что  кончился  парад.
Всем  на  прощанье… виноград!»
Этот  стишок  в  стиле   Незнайки-поэта, как  и  при  встрече  подтвердил  реноме  шефа, как  незадачливого  каламбуриста.
17. Дальнейшее  расставание больше  походило  на  калейдоскоп  наскоро  образовывающихся  и  так же  быстро  распадающихся  сценок-картинок.
Вот  Тено  «забрудершафтил»    с  Матвеем  Петровичем, подтвердив  Юрикин  тезис  о сосуществовании  начальственных  драконьих  голов.
Единственная  же  остающаяся  интрига  -   как  размарьяжируется  великолепная  четвёрка:   Юрик, Ниночка,  Эдуард  и  Марина, была  уничтожена   безаппеляционным  приказом  последней.  - Эдик, сходи  наверх, захвати  мою  сумочку. - ( Видимо  ту, в которой  находился  небезизвестный   массажный   чудо-гель.)
Ниночка  немного  приуныла.  Приключения  для  неё, похоже , закончились; предполагаемый  Юрикин  экскортаж – не  в  счёт.   Она  видела, как  Тено, мягко  похлопав  по  попе  Настюшу, кивнул  ей  головой  наверх  в  направлении  дверей  опочивальни  Кирилла. Сам  же  по-хозяйски  прижал  к  себе  Оленьку. Девочки, как   и  ожидалось, стали  предсказуемым  сладким  десертом  для  начальства. Но  Ниночка  давно  научилась  стойко  и спокойно  переносить  сбой  в  своих  «хотелках». Терпение – самое  главное  качество  охотников  за  жизненными  шансами.
Очень  точно  её  состояние, да и  всех  остальных, выразил  Эдуард. Он  рассказал  к  месту  историю  о  том, как  недавно  потерял  кошелёк, в  котором  кроме  денег  находилась  и  масса  нужных  карточек. Переживал, конечно. Думал – вытащили. Обидно. Потом – бах! Нашёл! Дома  под  тумбочку  при  раздевании  завалился. Во,  было  радости!
- Таким  образом  - завершал  Эдик.– Фактически  на  ровном  месте  получил  массу  разномастных  эмоций.  А  на  самом  то  деле -  просто  остался  при  своих. -
 Многие  понимающе  закивали и  заулыбались, хотя   может  и  не  до  конца  вникли в комичность  рассказанного. Подтверждение  – ремарка  Марины:
-  А  я  вообще  не  помню  в  каком  состоянии  сюда  приехала! -
Только  одна  пара – стоящие  у  аквариума    Рачковы – молчали. Как  рыбы.
Продолжили  они  свой  немой  диалог  и тогда, когда   расположились  на  заднем  сидении  таксомотора. Лариса  думала  о  том, как  мало оказывается   она  о  себе  знает.  Одна, в  принципе, ну  пусть  не  совсем   рядовая  вечеринка, способна  выбить  из  привычной  колеи. Может  это и к лучшему. Значит: живу, чувствую.
Роману   же  мыслилась  всякая  ерунда. Опять  всплыла  тема  камней. Вот  есть  почечные, печёночные… Интересно, а  в  мозгу  камни  не  заводятся? Какие-то  у  некоторых  точно  имеются. Вот  и  мне  сегодня  пытались  булыжник  в  башку  впарить. Как  его  потом  растворить?
Голова   Ромы  всё  больше  клонилась  влево, и  вот  уже  оказалась  на  Ларисином  плече. Она  подставила  его  так, что  Роме  стало  сразу  удобно  и  спокойно. От  Ларисы  исходило    развевающее  все  кручины  тепло, знакомое  и  родное. И  тонкий аромат  «Шанели». Какой  же  всё-таки  стойкий  запах  у  этого  парфюма. Рома быстро стал засыпать и уже в полудрёме, отгоняя назойливый рой голосов, тихо, но внятно, прошептал:
- Талантливые! …  Да пошли вы все… -.
13.05.2010.


Рецензии
Понравилось. Просто жизненная ситуация.

Валера Матвеев   11.06.2017 08:18     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.