Прощание мучительно. 5

Утро. Елена  вышла на крыльцо, у двери под камушком  записка. «Ночью проезжал,  тревожить не решился.   Скучаю,  к семи часам на встречу  выйди, у нас запарка на работе.  Руслан».
До поворота  шагов двести, там  колодец,  под навесом  трехметровый стол и лавки. Место ухожено, желоба, поилки для животных, два сруба небольших.  Между ними щит, на крюках  цинковые ведра,  казаны, колодезная цепь, топорик,  полка с ящичками, в них алюминиевые  миски, кружки, ложки и самодельные ножи.  За щитом на столбах красуется резная  дубовая  доска  с напоминанием  «Лесник Мотыль для всех старался.  Холмики  за бугром, раз в год хотя бы помяните». За доской щит меньшего размера, на нем кирка,   лопатки и назидательная надпись «Вблизи не гадить,  засыпь землей свою парашу. Увижу, посажу в   исход».  Полвека минуло,  местные жители памятливые, спасибо говорят. Перед поминальным днем  бывшее лесничество  латают, обновляют, приводят холмики в порядок и, как просил Мотыль,  на доске зарубкой отмечают годы.   
Женщины, дети,  из леса вышли,  корзинки полные грибов. Гремит колодезная цепь,  водой прохладной утоляют жажду, предупреждают.
-Разлучница выслеживает всюду,  напориста, как мать, раньше тебя на встречу вышла.
Посереди дороги, стоит Руслан, Катя, уткнувшись головою в грудь,  его за талию обняла.  Елена подошла, в глазах тревога. Он  Катю осторожно отстранил,  обнял жену и  показал рукой на грудь.
-Ты,  здесь  всегда,  всегда одна, когда я сплю,  работаю   вблизи и вдалеке от дома.  Прильни ко мне, послушай сердце, оно стучит с мольбой к тебе,  не обижай ревнивым взглядом. Понять  должна,  сердечная  беда у Кати, я провожу  и вразумлю.
Алеша тянет за рукав.
-Мам, пойдем,  не слушай, мамочка, не надо. 
Руслан за плечи держит Катю,   ждет, когда иссякнут слезы и восприятие придет.
-Котенок, умненький, пытайся вникнуть. Со мной, прощаясь, мама написала, не существует  в Мире слов, чтоб описать значение СЫНА.   Рядом, подобные слова вписал, не существует в Мире слов, чтоб  описать значение Любимой.  Не карауль,  и не толкай на грубость.  Тебе, я друг не заменимый, но, не любимый, когда поймешь,   обнимемся не воровски,  открыто.
Темень. Одиннадцатый час,  мальчик  в окошко постучал.
-Елена Александровна, ваш муж послал, я заигрался и забыл, сидят, там пишут, вдевятером чаи гоняют.  В сарае дверь брякает, закройте.  Сверкает как, отключат свет.
Гроза внезапно налетела и убралась за ветром вслед. Час ночи,   она не спит, Алеша тоже.
   
Дверь открывает, за порогом стоит Руслан.
-Катю отец решил проведать. По нашей просьбе, подвез на стройку авторский надзор, на грунт просадочный наткнулись, вносили изменения в проект.  Письмо доставили  из деканата, я перевелся на заочный,  в октябре  сессия.   Почему не спите,  если задерживаюсь,  то по делу.  К нам вечерком нагрянут гости.
-Чем будем угощать?  Мы не устроены ещё.
-Костер,  шашлык, печеная картошка,  вода колодезная,  воздух, какого в городе  не знают. Евдокимов  намоет овощей.  Утром кисляк, лепешки испеку. Обед доставят из столовой.  Год с лишним знаемся, у каждого с ночевкой был, как мы живем для них не новость.    Катю вывел на дорогу и поспешил за вами вслед. Ты на пеньке спиной сидела. Махнул рукою, сын заметил, взглядом проскользнул и притворился, что не видит!  Я слышал все, о чем  делился.  Когда возил на Чистые пруды, Петр, вскользь поведал, момент был в жизни, он испытал гадливость, страх потерять  себя, семью.  Той ночью памятной, Алеша  подошел к нему, сказал, папа, тебя  мы любим, не балуй. У Петра  цепь и медальон, записка крохотная в нем.  Слова Алешины, как оберег,  несут семейную охрану.   Странные чувства  возникают,  порою кажется, передо мной не шести летка, а  мужчина,  впитавший  жизнь  не с лучшей стороны. 
Руслан подметил верно,  Алешенька его заметил, подождал, когда  поближе подойдет, и с мамою завел беседу.
-Одеть хотела нас Мамура, просила папу, пойдем  со мной, поможешь мерить. Ответил, брата жду, и измотался на работе.  Мы в  первый магазин зашли, купили,  на небо тучи наступили,  домой бежали. Дверь на крючке, наверно спит.  Ветку сломал,  крючок открыл.  Соседка на кровати нашей и папа что-то говорит.  Вскочили, вышли.  Темно на улице, сверкает, так на скамейке ночь сидел. Утром, сама ему сказала,  знаю, почему Елену бросил, с ней стыдно так,  со мною можно.  Детей родили, подымать их  надо. При нас, ты,  ходишь, в чем попало, для  гулящей, в рубашку нарядился, носки переодел,  не пахнут. Я детям слова не скажу, им говорю, отец хороший. Сами увидят, кто такой. Старика соседа видишь, жена отгородилась, дети тоже, он побирушки заслужил.  Зачем живешь?   К своим уеду.

Гости. Первым явился Евдокимов, во двор загнал машину, крикнул.
-Привет, сынуля, принимай гостей!  Знакомьтесь,  сын Руслана, Алексей - хозяин этого двора.  Все, что по силам  на брезент тащите.
Алеша подтвердил.
-Да, я хозяин этого двора,  Петрович, сын Руслана, Мамуры сын и родной мамы.  Она с работы не пришла. Садитесь на крыльцо,  вам постелил половики, на новоселье подарили. Женщина, вас как зовут? Как хозяйке, будет  интересно. Сейчас жаровню собирают, лепешки печь. У нас была такая дома. Огромный сочень раскатаем, начинка всякая, накрываем, еще начинка, пополам, щипаем. На скалку и на  коленный лист. Выпекаем,  полотенцем укрываем, режем, ешьте на здоровье. 
-Как звать меня? Марина Николаевна. Не прилично первому встречному  о семье болтать,  и ни кому не надо знать,  сколько   у вас в запасе пап.  Мне бы умыться и прилечь.
-Мама придет и вас положит. Катя пришла, она со мною  так же говорит, все потому, что папу любит.
Марина Николаевна привстала,  усталость испарились вмиг. Катя!  На ней хотел жениться.  Пленила  красотой,   отняла у меня,  а у тебя,  ха-ха, мамаша, вот этого хозяина двора.  Стоп,  сколько же лет особе той? Мальчишке где-то  шесть иль семь,  русый, голубоглазый, запас словесный ограничен, акцент не русский.  Не детские вопросы задает и не по возрасту ответы.  Позвала.
-Стишок мне расскажи.
-Знаю, много знаю,  я не люблю рассказывать стихи. Прочли, запомнили, а дальше скучно, зачем сто раз их повторять. Сказки легко запоминать, когда читает мама  столбик, когда на все листы слова,  как хочешь можно рассказать. Прочтем, мне мама объясняет,  думаю,  и  говорим, как понял. Сейчас я думаю,  у костра лежат дубовые стволы.  Мы с папой шкурили, а мама натирала.  Дерево не холодит, как камень. У бани   бревна из сосны, кору сдирали, из них мы сложим мастерскую. Дубовые стволы сухие, сосновые текут, в них появляется смола. Дяденька сел, штаны испортит, я подошел, сказал, махнул рукой. Жена и мама будут недовольны.  Рубаху не бросают на колодец,  ставим ведро  и кувшины.

Евдокимов возится с костром, Алеша рядом, помогает. Мужчина  лысый, бородатый в мамином фартуке,  кричит:
-Девочки,  Алеша, налетайте, шашлык для вас уже готов. Ах, запах, запах, ах, природа, Руслан, и я бы здесь с тобой осел.  Когда хозяюшка придет?  Признаюсь, любопытство разбирает, дорогой рассуждали, у нас малинник в институте,   цветник не хуже, где учился, отмёл. Евдокимов нам рассказал о сватовстве и,  как красу завоевали.
Катя воспрянула.
-А, что старуху в жены взял, и что  талант в дыре  зачахнет, об этом  Евдокимов  не сказал?
Евдокимов усадил Катюшу рядом.
-Обещала не  встревать,  запру в сарае, не посмотрю, что  здесь отец. 
Алеша  подскочил и со  словами,  мамочка идет, вприпрыжку побежал к воротам.  Взял   за руку, к гостям повел и объявил.
-Вот мамочка  моя,  жена для папы.

Слова, старуху в жены взял, Марину Николаевну задели, к Руслану подошла, спросила.
-Жена ровесница моя?  Не загуби ребенка я…
- Неясностей меж нами нет. Семью не мыслила со мной, так, необдуманно сыграли, в итоге - сгубленная жизнь.  Отец нашел достойного мужчину, мозги на месте,  достаток,  влюблен,  о чем мечтала, получила.
-Избранник странный,  в ЗАГС заявление подали, неделю пожил у меня,  любить поклялся до могилы, в отпуск к родителям уехал,    и…  исчез.   Не звонила, не искала,   меня иное поразило.  Случайно встретились,  обнял и  с горечью сказал,  я, как мужчина, проиграл.    Ты и он, других мужчин не  подпускала.   Кроме объятий, меня устраивало всё, они по весу потянули, за ними ехала.  Под дыхало сюрприз,  предупредил бы,  что  добилась, а я, вот, потеряла всех.
-Ко мне заехал твой Аким. Не удивляйся, холодность женскую почуял,  не ревность, а любовь погнала,  стать лучшим для тебя хотел.  Насчет объятий,  Учителя Великие достались,  отцовское тепло и  ласку мамы  я, как наследство получил.
 Аким объятия подносил, ты  обесценила подарок. Судьба любимого послала,  сам не придет, вернуть старайся. Его  ветровка на  крюке,  остался запах,  накинь,  вдыхай и привыкай. Не поедай жену глазами,  чужую жизнь не примеряй. Семейный быт мой очень хрупок,    мы одиночками мужали, и из него сотворены.  Она, как я,  из створок выглянет  и внутрь.  Сын, игр вообще не признает,  детей обходит стороною.  Круг интересов, взрослая практичность, а груз семейных отношений выбили детство из него.   Взгляд исподлобья на тебя, он   даром бычиться не будет.   
-Было.  Мир предложила,  он выставил ладонь  по-царски и, произнес.  Нет! Ко мне с недобрыми словами, а я ни в чем не виноват.  Мамура доброте учила, зло  положи в кулак  и в воду сунь,  скажи  воде, она  очистит,  ты чаще мойся и проси.   Такой урок,  мне  даже  неудобно стало.
За встречей вашей наблюдала,  продуманная  очень, глазами зырк,   и ты подался, словно наживку зацепил.  Со мною вел себя иначе.  Мир хрупок? Ты о себе или о ней,  сомнения  возникли,  возвращайся.
-Мужчины рода моего, сложилось так,  женились раз. У нас разводом и не пахнет,  иное беспокойство гложет, духовное слияние наше. Слова, глазами зырк,  напомнили картинки детства. Учила мама по взгляду различать поступки и намерения  людей. Меня с отцом она читала, вопрос, без промаха стрелок.    Елена одарила взглядом,   доступным только нам двоим,  она меня желает, любит.  Потухнет взгляд, я пропаду.

-Подобных откровений,  я не встречала у мужчин. У нас в семье   клубок разводов,  отец  от мамочки слинял,  детей родил, любовный пыл остыл с годами. Просит, вытяни на встречу, поговорить охота с ней. На день рождения явился, в ванной комнате возня, зажал её, меня увидел, закричал, какого черта тебе надо!  Отчим влетел, отправили  отца за двери. 
Бабуля Маничка строптивою была, чуть  не по ней, на спину деду  вещмешок, авоську в зубы, на дачу марш, живи один.  Позвонил однажды,  жар донимает, таблетки привези, продукты. Она соседку упросила помочь порядок навести. Через неделю,  дед явился и пошутил,  у нас давно разрушена семья, мы с Антониной поженились. Бабушка до слез смеялась,  кто Я, и кто она,  муж до уборщицы скатился, нашел подобную себе!   Дед вещи молча собирал, в семью он  больше  не вернулся.
Седьмое ноября, кто знал, что этот  день последний.  Оттепель и липкий снег, он  за руку жену ведет, она  ногой попала в лужу.   Засеменили под навес,  возню устроили, как дети.  Дед  снял ботинки, свои носки пытался натянуть,  она кричит ему, нет, нет, ты старше, для тебя важнее.   Двадцать семь лет в обнимку жили,  а с Маничкой не получилось.  Пять лет прошло,  родня собралась деда помянуть, Маничка вдруг поднялась и попросила, подождите.  Бабулю Антонину привела!   Только они и говорили, воспоминания  поднесли.
 В шесть лет, соседка  обещалась купить военный грузовик, за то, что в занятые дни,  за крохой Маничкой присмотрит.  Ушла из жизни слишком рано, перед кончиною  отца назвала, в кабинете убирала, начальник важный, умный очень.  После декрета подозвал,  ключи и ордер сунул в руки.  В девять квадратных метров  втиснул железную кровать, стол,  общежитский шкаф клоповник,  и кухонную утварь. Просил по жизни не маячить.
   
Соседи, домоуправ и участковый решали Манину судьбу. К Никитичны под опекунство или районный детский дом.  Любимицей для всех была, не досаждала, не болела,  учеба, круглые пятерки.   Профком фабричный на Новый год и в день рождения сироток собирал отдельно, дарил подарки дорогие, отрез на платье иль костюм,  бесплатные путевки в лагерь. А Миша,  всегда при ней, защита, главная опора,  братишка старший…
Бабушка  головой кивала  и восклицала.
-Было, было, надо же, такие мелочи,  подробности запомнил,  забыла я о них, забыла. На втором курсе прилип ко мне преподаватель,  близость, от слов  кружилась голова.  Родня явилась,  мать Ольга Марковна с порога объявила, мы одобряем выбор сына, и хорошо, что сирота,  вмешательство в семью  не будет.    Учеба?    С детьми она не совместима!   Отказ твой  ни чего не значит,  сама при помощи живешь,  ребенок наш, мы заберем его, отсудим.  Домой?   Твой дом  в Ростове, ни комнатушка и пристройка, а настоящий с черепицей. Совет родителей приемных? Гостили мы у них два дня, за неимением достатка, они тебе внушить успели,  учеба – главная цель в жизни.  К знаниям потребность?  У меня в комоде,  среди бумаг лежат дипломы,  заметь, не сыновей и  мужа, а мой и дочкин.  Напрасные труды и годы, мы не воспользовались ими. 
Любимый, на слова, жизнь без учебы смысл теряет, ответил жестко,   решение родителей неоспоримо, ты оставляешь институт и  учишься вести хозяйство. 
Каникулы и Новый год,  верхняя полка, стук колес и бормотание сквозь слезы,  отнять хотите самое святое, учиться, я хочу учиться! Сердобольная старушка  на ухо шепчет, после меня на второй станции  сойдешь, тее поможет Степанида,  на ликвидацию способна.  Степанида расспросила, отваром напоила и наказала, спи, сил набирайся, проснешься, пей из кувшина, для крови это очень важно, а я к сестре за инструментом, держать опасно их в дому. Экзамены, любовная тяжба до нельзя истрепали нервы, окрепнуть надо,   отсыпайся. 
На третье утро услышала знакомый голос,  девонька рассудком повредилась,  четвертый месяц,  надумала  ребеночка губить, я и направила к сестре.  Попутчица  машину наняла,  мать и соседку привезла. 
 Беду утихомирил Миша, он предложил фиктивный брак,  его невеста согласилась.   Осаду пережили, пытались Ниночку отнять,  и исключить из института.  Квартиру сняли,  Мишу прописали,   сама любимым назвала и, привязала мужика.
 
  Двенадцать лет семью тащил, пока я звания добилась. Купили к случаю костюм, рубашку, стих написал,  я о банкете промолчала.   На заборе зеленой краской жирно вывел, дарю, гвоздь вбил и на него костюм повесил.    О случае не вспоминали больше. 
Награды, грамоты,  научные труды, шкаф  доверху заполнен ими. Порядок Миша наводил,   на карту медицинскую наткнулся, аборты усмотрел.  Впервые грубость допустил, назвал зашторенной кобылой,  не ведающей никого вокруг.  Исчез, полгода не являлся. Завыла я без помощи, заботы, пришлось мне Викочку рожать.   Уклад семьи устраивал и Миша тоже. Детей мы незаметно  разделили, Нина со мной,  а Вика с  папой.   
К Вике,  на вечер выпускной явились.  Миша пиджак снимает, галстук тоже,  засучивает рукава рубашки, я о приличии шепчу,    в ответ, ты в академии хозяйка, и поднимается на сцену. Щелчок по микрофону,  перед сценой выстроились выпускники, в одежде школьной, и  голос Мишин зазвучал. Решили мы традиции нарушить,  на сцену просим,  что удивило, без шпаргалки,  он называл фамилии и имена, директора, учителей. Шутил, у нас уборщиц нет, у нас заботливые ручки, порядок, чистоту наводят. В столовой - мамы добрые, хозяйки, какие булочки пекут, а каши, кисели,   мы всё  до крошечки  съедаем. 
По дорожке красной шагают  летчики и дети,  ведра в руках, накидки марлевые сверху. В рядок устроили на сцене, какие розы, красы подобной не видала! Букеты каждому вручают, Миша смеётся, да не меня благодарите, завод, где я трудился раньше, исполнил Сочинский заказ, а экипаж доставил вам. Прошу виновника на сцену.   
Минутой раньше Нина возмутилась,   цинковые ведра, хотя б бумагой обернули,  эстетика у них страдает. Женщина, что поднялась на сцену,  сидела рядом,  ответила,   обертка это  шелуха.  Годы изменили внешность, по голосу её узнала,  главный  технолог заводской,   когда мы с Мишей бедовали, неоценимо помогла.   Завод покинул,  устроился завхозом в школу.  Новость поразила,  обиделась, я мать, жена, сгораю на работе,  делюсь успехами,  муж с дочерью творят молчанку.  Нина уколола больно,  от  жениха ученого сбежала,  с завхозом будешь старость коротать.  Размолвка, первая ссора дочерей.  Ольга Марковна явилась,  Вика допустила грубость, не мудрено, мужик растил,   Ниночку от вас спасли, контакта с внуком не допустим.
 
 Все годы детства   уберегали Нину от родни, мы не заметили, накинули аркан, на детской шейке затянули.   Шестнадцать лет, звонок. Мама,   я у отца родного нахожусь, здесь бабушка, и дед, они передают привет и просят нас не беспокоить.  Шок! Несемся к ним, Миша обнимает, Ниночка,   тебя растил,  не обижал, люблю, как дочку.  Ответ, я не просила вас об этом!   
Миша провидцем оказался. Уйми горячность,  им Нина наша не нужна, за сына мстят, да так,  чтоб болью исходили.  Руки заламывать не будем, спасибо скажешь за заботу, с желанием Ниночки согласны.   Замужество навяжут рано, ребенок явится, от Вики отвернут.  Не потеряли,  во временной отлучке  дочка,   хрусталь, наряды и ковры,  затмили разум. Цветочки это,  ягодки потом, когда  внучат мы   будем вызволять. 
Школу закончила на тройки, замужество, рождение сына  в девятнадцать. Заходит к нам наряженная кукла, твердит, как попугай,  для женщины важней семья и почитание мужчины. Вопрос однажды проскользнул, что ж, вы, за дочку не боролись?
Развод, Нину во флигель поселили,  сын с отцом, жену вторую  мамой кличет.   В Одессе Ольга Марковна  снимала дом, семейство летом отдыхало. Два раза Миша  отпуск брал и  издалече наблюдал,  Сережа неслух, вольный мальчик, мачеху очень раздражал.  Она пощечину ему,  а он ногою пнул в живот, а там ребеночку пол срока.   Избила, заперла в сарае.  Миша с милицией явился. Мачеха в сердцах кричит,  он слов вообще не понимает, ленив,  неряшлив, сладу нет.   Случай помог, Ольга Марковна  с утра на барахолке, мешками вещи  закупала,     они б Сережу не отдали. 
Телеграмма,  на Ангаре гостим у брата,  Нину самолетом срочно.  Неописуемая радость, соединилась  дочка с сыном.  Осели там.  Муж бывший прилетал к Сереже,  Нина   допускала близость, родила  Сашеньку и Таню, надеждой тешилась, вернется.

Вопросом  задалась, за что мне одиночество досталось? Родителям приемным помогала,   любила   мужа и  детей,  не предавала,  заботилась,  переживала.  Высот достигла,  гордитесь матерью, женой.  Своею  тенью их накрыла и мерой мерила своей.  Неблагодарностью сочла, когда покинул Миша стены.   
Антонину -  словами, взглядом унижала, за то, что  Мишу поддержала,  заботою согрела старость.    Когда последний раз встречались, записку в руку мне вложил. Просил, как женщину, единственно любимую по леву руку рядом лечь, как друга Антонину, по праву сторону устроить.  Я  оплатила нынче брони и, если раньше   вас покину,  в родню примите Антонину.

Месяц назад, на кладбище, мы  поминали  нашу Маню.  Ухожены могилки, не мы их смотрим – Антонина.  Я на разлучницу,  глазами бабушки смотрела,  в гости  приеду,  с дедом сижу,  её вообще не замечала.  Перед поездкой к ней зашла,  и вот, что мне она сказала.   Годами к старой деве ближе,   все думы  только о себе.   Маня очистилась от  хмури, очистки те, не подбирай,  душой страдать безмерно будешь.
Катя,  при  встрече оглядела всех  и прямиком направилась ко мне, ты  слышал, что она сказала. Я повторю,  еще одна старуха прискакала,  детей рожают, на шею вешают своих, оставьте мужика в покое!   Казалось, откровенны  были, о детях,  почему смолчал?
-У нас жила бездетная семья, чеченцы.  Желанным гостем с детства был.  Шестнадцать мне, а им по сорок.   Он, как мужчина инвалид,   вдвоём  просили осчастливить.  Под Новый год родились дочки.  Подарки накупил, явился.  Стоит в дверях  хозяйка дома, просит. Муж подвиг над собою совершил,   мне материнство подарил, что для  чеченца это значит, тебе рассказывать не надо.  На дочек вправе посмотреть, но, прежде чем порог перешагнуть, подумай, он принял на себя отцовство, в утробе шевеление слушал,  под окнами  в мороз стоял,  и первым  на руки принял.   От молвы людской хотим  мы дочек уберечь, позволишь,  завтра  же отъедем. Как скажешь, так оно и будет.
Снег хлопьями валит, лошадки, сани детей моих  увозят,  я не посмел на них взглянуть.  В день рождения подарки детям раздаю, средь  девочек  своих ищу,  неописуемая тяга!   По нашему младенцу,  тоже.   
-Живи спокойно,  обманула.
-Не успокаивай, я разговаривал с отцом, наш разговор открытым был, родни подобной не допустит.
-Катя,  красива дева, своенравна,  я не завидую Елене. 
-Красива и умна,  в Катеньке женщина проснулась,  горячность правит. Остынет,  шелуха исчезнет, природная краса  не только внешне засияет.   Катюша друг,   время пройдет, жена поймёт.  Тебя, как друга,  тоже примет.

               


Рецензии