Благослови меня на боль. Часть третья. Глава 17

Глава 17
Я этого не стою

    Эйлин была дома у матери, когда к ним пришли из больницы, сообщить, что «какая-то девушка, которая отказывается называть свое имя, но утверждает, что вы ее родители, привезена к нам минувшей ночью  рыбаками, спасшими ее в океане». Джеральд и Констанция тут же побежали к ней. Томас отправил кого-то из слуг к Стюарту. Он был не дома, а работал в конторе. Узнав о таком, мужчина бросил все свои дела и поспешил к дочери. Наверное, она убита горем. Эйлин и ее папа долго разговаривали, утешая и поддерживая друг друга. «Я даже не поняла из их слов, нашли ее мертвую или без сознания!» - плакала девушка. Где-то через три часа вернулся хозяин. Он был бледный как полотно и уставший как выжатый лимон.
- Боже…. – прошептал Джерри, - Как это ужасно… Хорошо, что сегодня с утра был только допрос вместе с Чарльзом, и не было заседаний… А потом еще и это. Я бы точно с ума сошел. И повезло  ещё, что я дома оказался, когда они прибежали, и Конни не пришлось идти одной.
- Джерри! – Стюарт бросился к нему, - Как ты? Как она?
- Дядюшка! – воскликнула Эйлин и подбежала к нему.
Мужчина ответил, что Геральдина уже давно очнулась. Хорошо себя чувствует. Уже ходит гулять в больничный парк.
- Слава Богу! – вздохнула девушка.
А мистер Стюарт, с беспокойством в голосе спросил почему это случилось, что толкнуло на такое безумство бедную девочку.
Джеральд почти безэмоционально прямо ответил, что из-за безответной любви к Адриану.
- Что?! - воскликнула Эйлин в испуге и даже отпрянула назад, - К Адриану?!
Дядя кивнул и сказала, что она сама так сказала.
- Кто бы мог подумать? – тихо проговорил немного шокированный Стюарт, - А я всегда полагал, что она любит его как брата…
- Вот оказалось, что нет. Геральдина ходила вчера к нему домой и там призналась ему в любви. Слышали это все те, кто находился в холле. Адриан сказал, что любит ее как сестру, утешал, просил прощения, но все было напрасно. Потом мой папаша с ней поговорил, вроде она успокоилась, все поняла… А потом на-те! Бросилась с утеса!
- Ужас какой… - покачал головой мистер Стюарт.
- Она любит Адриана… - прошептала Эйлин, - И призналась в этом не только ему, но и всем за одно… Как она могла так поступить?
- Я так устал… - прошептал Джеральд, - Так устал… Я могу понять Геральдину… Бедняжка! Но зачем? Зачем она это сделала?! Мне и так сейчас нелегко! Дорогие мои, я пойду полежу.
Стюарт спросил с заботой в голосе, все ли с ним хорошо. И мужчина, поблагодарив, ответил, что да, но просто очень устал. Близкие кивнули ему, и он направился к себе.
     Отец и дочь остались одни. Неожиданно девушка заплакала. Он обнял ее:
- Радость моя, что с тобой? Крошка, не плачь! Ты чего?
- Как она могла? Как могла?
- Тише-тише, золотце мое….
- Папочка, пойдем ко мне в комнату….
- Пойдем-пойдем… Как скажешь…

       Стюарт не понимал, в чем дело, и ее просьба его удивила. Какое-то странно предчувствие закралось в сердце… О чем хочет сказать дочь? Неужели о том, что не может не называть Джеральда отцом в такой трудный для него период? Они поднялись по лестнице и пришли к Эйлин.
- Я тоже люблю его… - произнесла она, когда они были в ее комнате.
- Ты любишь Адриана?
- Да, папочка, безумно…
     Странно, но Стюарт и не догадывался раньше, что такое возможно. Он всегда полагал, что дочка привязана к этому юноше, чисто как родственница. Какое-то время они помолчали, потом отец, глубоко вздохнув, сказал:
- Я не понимаю, чего хочешь ты… Геральдина пришла к нему домой и на весь замок призналась ему в любви. Да, не очень хорошо с ее стороны. Ему-то что? Себе хуже сделала. Тебя это так задело… Ты тоже его любишь… Но почему тебя настолько сильно это ранило?
- Геральдина – моя сестра. Да, двоюродная, но всю жизнь мы жили, как родные. Она влюбилась в моего любимого. Как так можно? Я считаю, это предательством: зная о моих к Адриану чувствах, признаваться ему в любви. Я и раньше догадывалась, потому что она поцеловала его как-то раз, но никогда ни мне, ни ему, насколько знаю, ни маме, Геральдина не говорила этого прямо. Я тогда уговорила себя, что она в силу характера просто издевается.
Отец констатировал, что они обе полюбили одного и того же мужчину. И, как он понимает,  одновременно. Эйлин, угрюмо глядя вниз, сжав нервно руки, ответила тихо, что да, может быть, они, сами не зная того, одновременно полюбили одного и того же юношу. Но девушка все-таки не преминула  заметить, что все-таки первая сказала сестре, что люблю Адриана.
     Папа грустно засмеялся:
- Забронировала его, что ли, вперед сестры? Это нехорошо. А кого любит он?
- Я этого не знаю. Наверное, никого.
- Эта неприятная ситуация. Вы любите одного и того же. Может, она не выдержала молчать?
- Раз я первая озвучила это с ней, Геральдина решила первой озвучить это всем. Она решила заявить на него свои права вперед меня. 
- Которых у нее нет. Кто выписывает права на человеческое сердце? Никто. Даже сам хозяин этого сердца не может им распоряжаться. Так уж получилось, что любить насильно мы не можем никого, даже себя сами заставить не можем. Чего ты хочешь от него?
 Эйлин призадумалась. А правда, чего она желала? В ее Каким образом в ее глазах Адриан мог поступить идеально? После того, как он отверг ее чувства в парке у фонтана, не хотела больше даже затрагивать эту тему и даже...видеть не хотела любимого. Ей казалось это навязчивым поведением. А Геральдина? Геральдина как раз-таки и решила, по мнению сестры, заставить Адриана полюбить себя, а если не полюбить, то хотя бы обратить на себя внимание!
Понимая, что нужно ответить отцу на его вопрос, девушка тих ответила:
- Я его люблю. Я бы хотела… хотела выйти за него замуж.
- Замуж? Но ведь ты так молода! У нас в стране безобразие какое-то: с восемнадцати лет разрешают жениться, а совершеннолетие в двадцать один. Я обязательно это буду лоббировать в думе. А Адриан еще младше!
 Девушка попыталась возразить, сказав, что любит его…
- Адриан, конечно, прекрасен, - вздохнул Стюарт, - Когда я искал тебя, искал способ встретиться, то на моем пути встретился Даррен, и по счастливому совпадению оказалось, что он знает тебя. От него я услышал  об Адриане. И когда увидел его впервые, в моей голове невольно появилась мысль: «Какой же красивый!», а ни что-то вроде: «А вот и сын Даррена!». Ни какая другая, а именно эта! Я всем сердцем сочувствую ему. Я понимаю его, наверное, едва ли не лучше всех. Я сам хотел вырвать его из когтей мучителей, потому что знаю, что такое рабство. Но… Но ты мне дороже!   И мне, признаться честно, не очень приятно, что ты вот так самозабвенно переживаешь из-за своей любви к нему. Ты тоже недурна, ты тоже красавица, умная, добрая… Найдутся десятки парней, которые захотят назвать тебя своей женой. А ты страдаешь из-за него, из-за того, кто никогда не ответит тебе взаимностью. Я не знаю, кого он любит, и влюблен ли вообще. Принцесса моя, пойми, быть с таким, как Адриан, это большая ответственность. Если ты его любишь, то никогда не бросишь. Я был рабом, но со мной все равно никогда не обращались столь бесчеловечно. Меня никогда не пытали. У Адриана травма, огромная душевная рана. Сможешь ли ты быть с таким?  В  душе он еще  ребенок. Ему и так всего восемнадцать.
- Я все вытерплю! Я всегда буду рядом. Не сомневайся во мне.
- Ты у меня умница, и я уверен, что у тебя хватило бы сил, но он-то не согласится никогда быть с тобой. Смирись. Мне тяжело это тебе говорить, но вряд ли вы будете вместе. Он тебя не любит, и сомневаюсь, что ему придет в голову это сделать в ближайшие несколько лет.  Думаю, пока Адриану вообще не до любви – такое-то пережить! Займись собой. Маленький он. Еще и младше тебя, пусть на год, но младше, - Эйлин хотела тут что-то вставить, но Стюарт улыбнулся и не дал ей этого сделать, - Да и ты тоже.
- Но папа… Согласись, это некрасиво с ее стороны…!
- Что именно: влюбиться в того же, в кого и ты, или ее попытка отправиться на тот свет?
- И то и другое!
- Если бы Адриан был твоим женихом, то, может быть, да, отвратительно было бы с ее стороны… А вот ее выходка, как прыжок с утеса, это вообще не то что «некрасиво», это подло по отношению ко всем нам, к людям, которые ее любит! А что касается Адриана, доченька, забудь! Не будь, как Геральдина! Он – не вещь, насильно мил не будешь, его сердце -  не билет на лайнер, чтобы его бронировать. Будь достойной, благородной и доброй девушкой, какой всегда была, и какая ты есть. И мой тебе совет – не дави на него, не признавайся ему любви, как это сестра твоя сделала. Нам, мужчинам, это не нравится… - и он подмигнул ей и улыбнулся.
- Но я это уже сделала…. И не однократно! – Эйлин заплакала.
- Что? – удивился отец, - Как? В любви призналась? - и дочка кивнула, - Значит, вы ему обе об этом говорили… А он что тебе сказал на это?
- Сказал, что недостоин меня, что любит как сестру. Мне даже показалось, что не верит в мои чувства к нему… Я почти смирилась, что он мой брат, как тут Геральдина выкинула номер.
- Не брат он тебе, нечего само обманываться. Так получилось, что тебя удочерила Констанция, а потом усыновила сына мужа. Но это не значит, что вы стали братом и сестрой по крови. Вы – не родственники. Вот, если бы и его, и тебя усыновили  документально, то ваш брак был бы противозаконным, хотя по крови вы никто друг другу.  Но я думаю, лучший выход – это постараться забыть. И тебе и Геральдине. А ему повзрослеть надо. Маленький он еще! И вы тоже с кузиной: на год его всего старше. А уже любовь решили крутить, - Стюарт засмеялся, желая шуткой развеселить дочь.
Эйлин попыталась оправдаться, вспомнив и Ромео и Джульетту, что «еще младше были». Стюарт же стоял на своем, заявив, что  они же литературные персонажи! Отец посоветовал дочке  развеяться, отдохнуть, и предложил  поехать куда-нибудь? Время пройдет, раны заживут, все уляжется и, быть может, Адриан  тоже полюбит когда-нибудь Эйлин, и они будут вместе. Так предположил отец девушки, даже не подозревая, что юноша сам в тайне ото всех мечтает о его дочери. И потому, даже не ведуя об этом, Стюарт призывал кровиночку понять, что не сейчас, что ее любимому только любовных выяснений сейчас не хватает! И так тяжело парню, еще вы со своими чувствами. Ему нужны любовь и забота, но не такие. Не требуйте с него ничего.
    Эйлин соскочила с кровати и бросилась к отцу на шею. Из глаз ее хлынули слезы. «Я понимаю, папа… - шептала она, - Понимаю… Но почему все так сложно в этом мире?». И рыдала на его груди, а он гладил ее по голове и тихо говорил, что это пройдет…
 
               ***

 

        Геральдина лежала на кровати, уткнувшись в подушку. До Рождества осталось всего нечего – несколько дней, а она тут. Интересно, выпишут ее до праздника? Дома все будто б с ума посходили из-за ее поступка. Что на нее нашло? Девушка сама не знала. Ее бесило, что Эйлин тоже любит Адриана и сказала ей об этом вперед. А кто из них первая подарила ему свое сердце? Неизвестно. Может, одновременно. «И что теперь? – про себя возмущалась больная, - Сестра его, что же, заняла тем, что первая озвучила правду? У нее отец, хоть и бывший раб, но миллионер и влиятельный человек. Так нечестно, если ей еще и наш общий любимый достанется! А я в чем…». Но внезапно девушка услышала свое имя, и сердце ее вздрогнуло, ибо узнала голос.
- Мисс Геральдина…
     Не веря своим ушам, она поднялась, оторвавшись от подушки, и взглянула на посетителя. Перед ней стоял Адриан….

        Сэр Гарольд был очень взволнован, когда внук сказал, что хочет навестить бедную девушку в больнице. Туда же может заявиться Джеральд! Геральдина, может, и правда, решила обманом женить на себе его внука! Она бросилась с утеса из-за него, мало ли что ей может прийти в голову! Может… Может… Может…. Может быть все что угодно, даже то, что не может быть! Дед послал со своим внуком телохранителей. А в самый последний момент, позвав с собой Ричарда и Мориса, поехал с ним во втором экипаже, в котором и намеревался его ожидать. Если у больницы появится  сыночек, они обязаны успеть предупредить Адриана и незаметно вывести  оттуда. Он не должен встречаться со своим отцом! Ни в коем случае!
      В палату сначала осторожно заглянула медсестра, потом какой-то мужчина важного вида, и только после этого на пороге появился молодой человек ослепительной красоты. Так потом вспоминали другие больные. Посетитель направился к мисс Геральдине, а мужчина, что заглядывал незадолго до него, на почтительном расстоянии последовал следом.

- Адриан… - произнесла девушка слабым голосом и улыбнулась, пытаясь встать.
Юноша мягко спросил, как она себя чувствует. Вместо ответа больная закрыла лицо руками, и ее худые плечики затряслись.
А возлюбленный ласково уговаривал ее не плакать, успокаивая, что все хорого.
       Геральдина протерла глаза от слез.
- Вы пришли… - улыбнулась она, - Ах, как я счастлива!
- Как я мог поступить иначе?
      Девушка попыталась встать, но неожиданно застонала, словно от боли.
- Что случилось? Вам больно? – испугался за нее Адриан, - Лежите… Не вставайте… Вам поправить подушку?
- Да, пожалуйста…
- Конечно, - ласково улыбнулся он и помог ей прилечь.
- Адриан, вы можете дать мне воды? У меня на тумбочке стоит графин и стакан.
- Конечно-конечно…
      Он протянул ей стакан, и она дрожащими пальцами как бы не специально дотронулась до его руки, будто бы не в силах сразу взять предмет. И пролив на себя немного, начала пить, словно бы только научилась глотать, потом, увидев, что платье мокрое, смутилась и прошептала тихо:
- Простите, пожалуйста… Я такая неуклюжая…
- Ничего страшного… - ласково сказал Адриан, мягко успокаивающе улыбнувшись, - Это не смертельно.
       Геральдина тоже улыбнулась ему нежно-нежно, поправила белокурый завиток и смущенно потупила взор. После некоторого молчания она тихо сказала:
- Пожалуйста…. Умоляю вас, простите меня… Я так гнусно поступила… - и заплакала.
       Почему-то молодых людей не волновало, что другие больные и их посетители могли ненароком услышать этот разговор.
- Не плачьте… Все обошлось, и это самое главное. Простите и вы меня, если я обидел вас… Я не хотел этого. Просто мне это непривычно, когда признаются в любви…
- Нет, вы тут ни при чем. Это я причинила вам боль. Не подумала о вас в тот момент, когда бросалась с утеса, а я ведь люблю вас… Мне тогда казалось, что не смогу жить без вас…. Но я не подумала, какую боль может причинить вам моя смерть. Я вела себя, как последняя эгоистка!
- Не плачьте… Вам было больно, вы не знали, как поступить. Но я не стою этого, и никто  не стоит…
       Она медленно села и протянула к нему дрожащую руку, желая погладить его по лицу, но не дотянулась и поэтому взяла его за руку…. И тихо, почему-то хриплым голосом произнесла:
- Стоите… Вы стоите того, чтобы броситься за вас в пучину океана!
- Ну, что вы такое говорите, леди Геральдина? Что, я Бог, что ли? Никто не стоит ваших слез, не то что жизни. Конечно, нет, я этого не стою. Было бы из-за кого так поступать… Но вам так тяжело сейчас, наверное? Не плачьте. Забудьте. Все это позади…
- Пойдемте, погуляем… Там в парке так красиво!
- Конечно, если вы хотите. А вам можно? Доктор разрешает? Вы можете ходить?
- Можно. Мне разрешают. Правда, мне трудно ходить. Я ударилась о подводные скалы. Утром мама помогала, а до тех пор, как вы не пришли, я не могла вставать… А мне так хочется погулять перед сном!
- Я помогу вам встать. И ходить. Разрешите оставить зонтик у вашей кровати – он может нам помешать. Я взял его на всякий случай, так как с утра шел дождь.
- Конечно-конечно! Можете оставить!
- Ваша Светлость, я могу помочь! – к ним подошел телохранитель.
- А это… это кто? – спросила Геральдина.
- Это мистер Джон, мой телохранитель.
- Приятно познакомиться, мисс.
- Он с нами будет гулять?
- Мы все пятеро будем следовать сзади на расстоянии, мисс, - за хозяина ответил мистер Джон, - И не будем слышать, что вы говорите.
- У вас их пять человек?! – изумилась девушка.
- Да, -   смущенно улыбнулся Адриан.
- Хорошо…. Пойдемте…
     Адриан помог ей встать на ноги, подал руку, и они медленно-медленно пошли к выходу. Телохранитель двинулся за ними. Другие пациенты удивленно проводили их взглядами. За дверями палаты за ним последовало  еще четыре человека.
     В прекрасном цветущем парке гуляло много людей. Геральдина часто просилась посидеть на скамейке, быстро уставая. Адриан так же часто подводил ее полюбоваться к клумбам и вздохнуть аромат цветов.
      Могла ли она поверить своему счастью?! Этот красивый юноша, богато, дорого одетый, которого, словно принца крови, сопровождала свита охранников... Но он был все тем же Адрианом: добрым, отзывчивым, вежливым.... Тем же, кого горе-самоубийца поцеловала в саду... И он с ней. Эйлин нет, она не с ними. Геральдина могла держать его за руку, говорить с ним, наслаждаться его обществом.... Быть может, ей удастся завоевать его любовь? "А сестра пусть "отбивает" Фила у этой загадочной Мэрбл! Боже, даже имя дурацкое!" - думала девушка. 
      Нагулявшись, они вернулись в палату. Больная очень устала. Подошло время, когда посетители уходили. Адриан засобирался домой.
    Девушка сияла от счастья, что он пришел, просила у него прощения снова и снова и клялась, что больше так никогда не поступит. На прощание они даже обнялись.
     Геральдина с любовью проводила его взглядом, а когда юноша вышел за дверь, схватила подушку, подкинула ее вверх и радостно воскликнула:
- Ура!
- Какой красивый он! – сказала вдруг одна из ее соседок по палате.
- Да, красавец, конечно, необыкновенный! – вторила ей другая, - И одет-то как! Красиво, со вкусом, по последней моде, с иголочки!
- Сказочная красота, ангельская! -  в разговор вступила женщина с соседней кровати от Геральдины.
- Да я за него полжизни отдам! – воскликнула девушка, радостно улыбаясь, потом соскочила, подбежала к соседке, схватила ее за руки, повела за собой и закружилась с ней в танце.
     Женщина засмеялась. В палате поднялся всеобщий, радостный смех. А Геральдина вальсировала с товаркой, самозабвенно восхваляя свою любовь. Внезапно кто-то постучал, кто-то из пациентов, смеясь, крикнул: "Войдите!". Открылась дверь, и на пороге появился Адриан.
- Простите, пожалуйста, за беспокойство. Я забыл зонтик…
    И тут же застыл как вкопанный, только сейчас заметив, что одна из танцующих - Геральдина, которая пять минут назад еле ходила….



http://www.proza.ru/2014/05/15/1505


Рецензии
Добрая душа Адриан поговорил с Геральдиной! Да непростая она...

" Я считаю, это предательством: зная о моих к Адриану чувствах, признаваться ему в любви." - понимаю Эйлин! !! И все же надеюсь, что между нею и Адрианом не будет препятствий.

Очень интересно, что будет дальше!

Спасибо, Мария! ! !

С теплом от души,

Радости, тепла и всего самого прекрасного,

Ренсинк Татьяна   24.05.2015 21:13     Заявить о нарушении
Татьяна, благодарю Вас от всей души! Счастлива Вам невероятно! Ценю Ваши рецензии!
Нелегко мне понять Геральдину. Она не знает, что у сестры и Адриана взаимные чувства. Наверное, это хорошо.

Счастья Вам, вдохновения и прекрасного лета!

с теплом и благодарностью,

Мария Шматченко   24.05.2015 22:37   Заявить о нарушении